I love, but kill

      Мы с Эммой дошли до моего дома, и я сказала:       — Сейчас возьму вещи, оставлю маме записку и пойдём.       Эмма кивнула и решила подождать меня в гостиной. Я кинула свой пуховик на обувницу и стала подниматься наверх. Переодевшись, я схватила телефон и побежала вниз. На комоде я оставила записку, мол, у Эммы. И уже собирались мы уйти, как зазвенел домашний телефон. Меня всегда пугал этот звонок. Телефон был старым, и когда он звонил, по дому раздавались звуки похожие на чьи-то предсмертные крики. А некогда звонок представлял из себя щебет притек и звук текущего ручейка. Но метаморфозы есть метаморфозы. Схватив трубку, я стала надевать пуховик.       — Алло, — ответила я, застёгивая молнию. — Да, это Стим… Ч-что?.. Как в больнице… Да-да, сейчас буду.       Сказать, что я была в шоке — ничего не сказать. Я не могла ничего сказать, сделать или объяснить. Эмма, естественно, услышала разговор и стала спрашивать, что случилось. Но вместо этого я схватила ключи, телефон и выбежала из дома, заперев его на замок. Этого быть не может! В таких ситуациях обычно плачут, но видно я не из таких. да, плакать хотелось, но была у меня с детства привычка — проверять всё. Пока не увижу — не поверю.

***

      Мы вбежали в больницу, на ходу снимая с себя пуховики. По пути сюда я рассказала Эмме, что собственно произошло и потом всю дорогу сюда я выслушивала фразы в духе «как же так?». Мы подбежали к главному доктору, которого удачно засекли в коридоре.       — З-здравствуйте, — отдышалась я. — Мне позвонили и сказали, что мой отец попал в больницу.       — А-а-а, Вы, наверное, та самая Глория? — понял доктор, и я поспешно кивнула. — Да, Дэвид Стим попал в аварию.       — Когда?!       — Сегодня, — выдохнул мужчина. — Вот минут двадцать назад. Те, кто были на месте аварии сразу же вызвали скорую. У Вашего отца перелом позвоночника и крайне тяжёлое состояние.       — Вы же… Вы же поможете ему, правда? — шмыгнула я носом.       — Мы сделаем всё, что в наших силах. Мы попытаемся бороться за его жизнь, но успеха пообещать не сможем. В любом случае, он уже не вернётся к нормальному образу жизни и останется инвалидом.       Я сжала зубы от беспомощности и опустила взгляд. Это происшествие было самым неожиданным в моей жизни. Ещё вчера мне казалось, что удача улыбнулась мне и, что всё будет хорошо. Но сегодня я поняла, что ошибалась. Мой папа попал в больницу с переломом позвоночника — что может быть хуже? Я шмыгнула носом и посмотрела на Эмму. Она что-то хотела сказать, но вместо этого просто обняла меня. Я была благодарна ей за эту немую поддержку. Иногда объятия дорогого человека лучше, чем слова о том, что всё будет хорошо. Ведь за своё счастье надо платить. Я добилась внимания от Хелена, и мой папа тут же попал в страшную аварию. Это плата за капельку счастья. Эмма посмотрела мне в глаза, продолжая держать за плечи, и тихо сказала:       — Хей, ну он же сказал, что, возможно, сможет его спасти, — я прерывисто вздохнула. — Чего ты так сразу скисла?..       — Я не могу поверить, что это произошло, — призналась я. — Так хочу его увидеть…       Эмма поджала губы и взяла меня за руку, направляясь к выходу. Я шла за ней, продолжая глядеть в пол. Думаю, мама уже узнала об этом. В носу защипало от печали. Я совсем не хотела, чтобы он попал в аварию или стал платой за тот вечер. Но разве кто-то этим интересуется? Надеюсь, эта плата была за всё счастье, что будет со мной в этой жизни.

***

      Домой я вернулась очень поздно. Весь день разгуливала по городу и думала про папу. Выкарабкается ли он из этой ямы? Останется ли жив? И на сколько это? А вдруг у него не получится?! Я тряхнула головой. Нет, папа сильный, он сможет. Я вздрогнула от пробравшего меня до костей холода и зашла домой. Мама нарезала круги по комнате, прижимая к груди телефон. Я видела её пропущенные, но не отвечала. Мне надо было побыть одной. Увидев меня в дверях, она кинулась в мою сторону. Я тут же почувствовала родное тепло рядом. Мама обняла меня и спросила:       — Лори, милая, где ты была?       — Гуляла, — пожала я плечами. — Мам, а папа правда…       — Д-да, — дрогнувшим голосом ответила она и села на обувницу. — Это… это было так неожиданно… Я даже не представляю…       Да, я тоже не представляла, что это могло случиться. Я не могла поверить, что мой папа, возвращаясь домой, мог попасть в больницу с переломом позвонка и в лучшем случае он останется инвалидом на всю жизнь! Эти мысли больно искалывали мне сердце своими иглами. Я осела на пол около двери и спрятала лицо в коленях. Было чертовски страшно за жизнь родного мне человека. Я его даже увидеть не успела. Прерывисто вздохнув, я встала с пола и поднялась к себе. В комнате было невыносимо жарко, несмотря на то, что за окном зима. Я открыла окно. Да, знаю, что сейчас холодно, могу заболеть, но мне хотелось освежить мысли и успокоиться. В конце концов, надо учиться контролировать свои мысли. Завтра надо будет попробовать его навестить. Я кивнула своим мыслям и прыгнула в кровать, даже не попытавшись переодеться и принять душ, который мог бы помочь снять напряжение с тела.

***

      Утро выдалось на удивление спокойным. Я встала с кровати и осмотрелась. Мда, принять душ хотя бы сейчас мне не помешает. Я встала с постели и потянулась. Тело поприветствовало свой дух приятной дрожью. Слабо улыбнувшись, я направилась в душ. Освежившись, я вернулась в комнату и обнаружила на своём ящике записку. Видать от мамы. Я взяла её и вслух стала читать:       — Лори, я ушла на работу. Аврилу привезут часов в одиннадцать. Поэтому сиди дома и жди её. Можешь позвать Эмму, если тебе так хочется. С любовью, мама. — я вздохнула.       Видать, от моей кузины мне никак не отделаться. Я усмехнулась и положила записку на место. Спустившись вниз, я поспешила на кухню.