Грязный пиар

— Мариночка, прости, но сегодня встретиться не получится, — Никита наматывал десятый круг вокруг дивана, мешая мне смотреть кино. — Меня оставили смотреть за одной мымрой, — Киоссе посмотрел на меня и вложил в этот взгляд всю ярость, ненависть ко мне. — Я тоже люблю тебя, зайчик мой. Пока. Зайчик мой?! У него серьезно есть девушка? Тогда, не завидую ей, иметь такого парня. Как с ним вообще можно встречаться? Он же грубый, бессердечный, самодовольный индюк, который только издевается и унижает других! Хотя… Он же знаменитость, возможно, та самая Марина встречается с ним ради славы, денег. Такое тоже может быть. — Подвинься, весь диван заняла своей задницей, — Киоссе развалился на диванчике как царь, — а лучше уйди куда подальше, чтобы я тебя больше не видел, — лицемер выхватил у меня из рук пульт и переключил.… Переключил на бокс. Я прямо мечтала посмотреть на то, как два накаченных мужика будут бить друг друга, пока один из них не проиграет. Я встала с места и направилась на кухню, для того чтобы перекусить. Кушать очень хочется, ведь сегодня я нормально и не поела: завтрак проспала, обед мне испортил Киоссе, а ужина еще нет. «Мне нужно отлучиться на пару часиков, поэтому ты остаешься одна с Никитой», — на пару часиков?! Его уже шесть часов нет! Наверное, вы сейчас удивитесь, но все это время Никита ко мне не лез, он вообще ко мне не подходил, а сидел в комнате и разговаривал с кем-то в скайпе. Только последние десять минут он начал меня подкалывать. — Ей, мелюзка, принеси воды, — скомандовал Никита. — Быстро! — ага, прямо разбежалась! Я ему не слуга, пусть сам оторвет упругую попку с дивана и нальет себе попить. Проигнорировав просьбу, села за стол и начала есть приготовленный бутерброд из колбасы и сыра. Вкусно. — Мне долго еще ждать? — и снова надоедливый голос Киоссе послышался на кухне. — Если тебе надо, то налей воды сам! — мои нервы не выдержали, и я решила ответить самовлюбленному мальчику. Я не люблю огрызаться, грубить людям старше себя, но тут другой случай. — Смотрите-ка, неужели, наша маленькая серенькая мышка стала уверенной, — Никита появился на пороге кухни через несколько секунд. — Боюсь, нужно твою самооценку немного снизить! — заявил тот и начал приближаться ко мне. Вот это мне совсем не понравилось, неизвестно, что этот паренек может выкинуть. — Не заслужила ты бутерброд, — Никита выхватил у меня из рук еду и выбросил в мусорное ведро. — Что ты делаешь? — закричала я и встала с места так резко, что стул, на котором сидела, с грохотом упал на пол. Никита молча взял меня за локоть и куда-то начал тащить. — Отпусти меня! — кричала я и пыталась выбраться из сильной схватки парня. С виду он выглядит дрыщем, а на самом деле у него полно силы. — Куда ты меня тащишь? — Заткнись! — закричал он мне прямо в лицо и толкнул в сторону. — Думаешь, если Артем сюсюкается с тобой, то ты что-то значишь для него? Нет! Ты просто марионетка в наших руках, и сегодня ты посмеялась ослушаться меня! Придется применить меры! — к чему он ведет? Я ничего не понимаю! Не успела я опомниться, как Киоссе со всей силы толкнул меня в живот, и я полетела назад. У меня перед глазами стоял улыбающийся Киоссе, который радовался чему-то. Неужели, тому, что толкнул. Моя спина столкнулась с твердым предметом, который начал падать вмести со мной. Я ничего не соображала, все происходило слишком быстро, чтобы сообразит. Мое тело ударяется о пол, и все мышцы разом начинают скулить от боли. — Ай, — заскулила я и положила ладонь на правый бок, где боль была невыносимой. Я открыла глаза и осмотрелась. Я готова была увидеть, что угодно, только не поломанную тумбочку, у которой дверка шкафа вылетела из петель и разбитую вазу. Я лежала прямо на осколках, боясь сделать лишнее движение. Каждая клеточка моего тела гудела от ужасной боли, а Киоссе все также стоял и улыбался, как психопат, по которому плачет психушка. Он этого и добивался. — Мне, кажется, что Артем очень сильно разозлиться на тебя, когда узнает, что ты разбила антикварную вазу, доставшуюся ему от прабабушки, — Никита сделал пару маленьких шагов в мою сторону. — Какой же ты ублюдок, — я поняла чего он добивается. Почему он против меня? Чем я ему не угодила? — Я хотел тебе помочь встать, но я же ублюдок, поэтому сама справишься! — наиграно улыбнулся Киоссе, делая медленные шаги назад. Не смотря на пульсирующую боль во всем теле, я пыталась встать с осколков, но некоторые впивались с большей силы в нежную кожу, оставляя на ней множество порезов и царапин. — Не больно? — Киоссе залился злорадственным смехом. Я пропустила его насмешки мимо ушей и продолжила вставать через ужасную боль. — Верочка, что ты натворила? — недоумевающий Артем только вошел в дом, как сразу же на него накинулся Никита с криками « Это она во всем виновата!» — Вера! Что ты натворила? Зачем ты разбила вазу? — вскрикнул на меня мой «папа», поднимая с пола осколок раритета. Его не было больше шесть часов! И только, когда Никита сотворил со мной такое, он является домой! — Я спрашиваю, что ты натворила? — уже кричал Тема, но я его не слышала. Мой взгляд был устремлен на мои окровавленные руки. — Я тебя спрашиваю! — Пиндюра начал трепать меня за плечо. — Давай я объясню, — Никита любезно улыбнулся другу. — Ты же знаешь, как Вера ненавидит меня, вот и решила отомстить мне, разбив вазу. Видимо, она думала, что это моя вещь, но случайно ошиблась, — Киоссе состроил невинные глазки, а-ля «я хорошая девочка» и молча хлопал ресницами, ожидая дальнейших действий Пиндюры. — Это неправда, — заливаясь собственными слезами, кричала я. — Он все придумал, чтобы избавиться от меня! — я смотрела на Артема и в его глазах читалось, что он не верит мне. — Никита толкнул меня специально, и я упала на тумбочку с вазой, — я почти ничего не видела, так как слезы затуманивали все вокруг. — Теперь оправдывайся, — этот подонок подлил масло в огонь. Его зловещая ухмылочка не сходила с лица с того момента, как домой вернулся Артем. — Нет, он врет, это неправда, — не думала, что одновременно можно чувствовать физическую и моральную боль одновременно. Меня растоптали, растоптали как какое-то беззащитное насекомое. Я снова подняла заплаканные глаза на опекуна и поняла, что он не только мне не верит, но еще и разочарован во мне.