Pornohub.

Алый хохолок переливается желто-красным в огнях яркого светила, когда Намджун скача на одной ноге, ака павлин, расправляет хвост на фоне цветастого калейдоскопа, и вытянув шею громким кукареку извергает огонь. Певчее «Кукареку» смешивается с протяжным стоном из реальности за стеной «А-а-ах, да, милый!». Тэ вырывается из сна, стряхивая испарину со лба и яростно рявкает: «Ебитесь тише! В самом деле!» и моментально алеет помидорным цветом от произнесенного «Ебитесь». Негоже. Только что проснувшегося парня, словно током бьет напоминалка в телефоне. Факт опоздания заставляет его принять меры по мегобыстрой чистке зубов: зубная паста + вода. Без щетки. Ураганом пронестись по коридору, кинув: «Ма, есть не буду. Опаздываю» и, шокировав мать, вылететь в подъезд босиком, правда через пару секунд он вернулся и схватил кроссовки, стоящие аккурат около двери. Те самые, что с дырами, типа Марианской впадины, которые на выброс. Уже через пол метра Тэтэ понял, что такая вентиляция в предянваре, а именно 31 декабря, не айс, а вернее вери айс, а точнее колд, но выбора нет – Намджун не любит опозданий. -Аааа, хен,- Трясясь, как кленовый лист, мелкий заваливается в квартиру друга.- Хеееен, там холодно, хеееен! -Что с тапками?- Ким, подняв брови смотри на нелепые дыры и едва сдерживает смех. -Ноги потеют, не обращай внимания. Спустя час Тэ уже разогретый, двумя бутылками пива, вновь жалуется на непристойные вещи, окружающие со всех сторон. -Понимаешь, сегодня утром, кажется, два мужика за стеной... тавось,- парень приближается к старшему и шепчет на ухо.- Сексом... таго, - увы, Джун не проникся беспокойством друга и заливается смехом. -Слушай, а ты не хотел бы с парнем попробовать? -Ч.Т.О?! Фуууу, это не правильно, Джуни, как можно!!!!!!!- заливаясь краской, перекрестившись негодует младший. -Ой да ладно тебе, каждый парень задумывался о сексе с мужчиной. Я, вот, бы с тобой попробовал,- в эту секунду Тэхен открыл в себе способности к телепортации: необъяснимым образом он переместился к двери и вжался в нее так, что та вот-вот с петель слетит. Это все, конечно, весело, но один из них вполне серьезен и это далеко не Тэ. -То есть, мелкий, хочешь сказать, что тебе даже ничего подобного не снилось? -Нет,- сказал, как отрезал, а перед глазами он весь такой мокренький и готовый бормочет "папочка". С таким красненьким личиком и слезками в глазках. -Что с тобой? Заболел или хмель в голову ударил? -В-вс-все хорошо. Голова закружилась. -Мать же знает, что ты у меня? -Ох, мамочка,- телефон моментально извлекается из кармана и уже возле уха. Бедное дитя, пытаясь скрыть наличие в крови того, что маменька не одобрит, пытается объяснить, почему новый год он будет встречать у друга, а не дома и яро божится, что из алкоголя у них только детское шампанское. Маленький засранец.- Теперь знает,- обреченно выдыхает Ким и садится рядом с другом.- Кажется меня накажут. Вздрогнем. Спустя бутылку соджу в голову Намджуна приходит, как ему кажется, великолепная идея. -Эй, мелкий, у меня стоит. Помоги мне,- старший в наглую шепчет на ухо макне, пошло касаясь губами мочки уха.- Я хочу тебя. -Нет, хен, ты же мой хен,- дрожа, мелкий отстраняется, продолжая судорожно оправдываться, почему нет.- Ты же знаешь... я из этих, не того, и девушку не щупал, так сказать, не целовался же даже. -Плевать, я исправлю. Тут-то у младшего зад и пригорел, он смекнул, что необходимо ретироваться. Но по закону жанра алкоголь благополучно заставляет словить жесточайшие вертолеты и упасть аккурат так, чтобы огромная туша накрыла его сверху и... уснула. Тэ, кстати, тоже Морфею отдался. Под Кимом тепло, он как одеялко с медведиками. Проснулся Джун от того, что кто-то, все мы знаем кто, терся об его ногу своим маленьким гениталиями, вот сюрприз, абсолютно голым. Как так вышло? Черт знает. -Блять, мелкий, какого?!- подскакивает старший, когда Тэ благополучно изливается на чужую ногу. -Ужастики! Писины слезы счастья! -Вытирай, блять, свои слезы! -Это как снег! С новым годом,- Тэхен вскидывает руки вверх и улыбается. Их ждет длинный разговор и очень веселое утро.

***

Руки Хосока с пущей уверенностью заползают под трусы шикарного минета, а языком он, видимо до желудка достать пытается. Прижав Джина к стене, Чон стягивает штаны, трусы с своего новоиспеченного друга, и моментально вставляет по самые яйца. Удивившись насколько легко в него войти, наш конь мигом определяет Сока в касту блядунов и ускоряет темп. -О да, стони громче! -А-а-аргх, еще,- скрестив ноги за спиной, Ким впивается зубами в плечо Хорса. В ответ на это актив за волосы оттягивает голову старшего назад так, что вся шея оказалась в зоне открытого доступа. Бледная кожа алеет возле кадыка, когда острые зубы слегка оттягивают ее, а после язык зализывает следы. Толчки рваные и резкие. Хосок заставляет пассива стонать так громко, что парниша из соседней квартиры просит быть тише и все дела. Но тем временем гиперактивный Чон выбивает из Джина стоны и по-громче тех, что были раньше. Актив просит Сока, чтобы тот уперся локтями в стену и прогнулся в пояснице. Джин выполняет все, его ноги подкашиваются, а тело не слушается, его трясет от удовольствия. В глазах темнеет и парень упирается о стену, потирая переносицу. Все увиденное заставляет возбуждение пронестись волной по телу Хосока, и когда она ударяет в голову, он устраивает одну руку на бедре, а второй грубо шлепает по ягодице, после сжимает так, что на коже остаются розовые линии. Он двигается быстро, входит до основания, дрожащими руками прижимает спину пассива к своей груди и проводит языком по мочке уха, спускаясь к шее, уже давно не сдерживает стоны. Еще. Еще. Еще пара резких толчков и Хосок входит до основания, не двигаясь несколько секунд выходит и тихо обращается к изнеможенному гостю: "Может, познакомимся?" -Д-джи-джин,- дрожащий парень буквально стекает вниз по стене и протягивает руку. -Хосок. Ну, ты, это, оставайся. Если хочешь новый год вместе встретим. -Думаю будет отлично. А в душ можно? -Д-да,- Чон растеряно указывает на дверь. От былой уверенности не осталось и следа. Наверное, вся со спермой вышла. Через пол часа эти двое уже вовсю чаи хлебают да плюшками балуются. Такая теплая и милая атмосфера, словно никто никому не показывал возможности своего рта в туалете и не втрахивал в стену так, что бедный ребенок за ней проснулся.