Ты гребаный мудак

       Пара огненных шотов, пара бутылок пива, виски, колы, немного водки, а дальше Мирон потерял счет количеству алкоголя. Веселый Тимарцев рядом, обсуждающий новую рожу победителя, какая-то крутящаяся рядом девушка. Затем туалет, стоны, крики. Мирон так и не кончил. Он не мог сосредоточиться на процессе, просто оделся и вернулся за барную стойку. Зато эта молоденькая потаскуха может трещать своим подругам, как ее классно поимел известный рэппер.       Яновича тошнило. Набравшись еще алкоголя, он бросил Ресторатору скромное «подышу» и вывалился из бара через запасной выход. Прислонившись плечом к столбу, он подкурил. Несколько затяжек и парень осознает, что долго так не протянет. Нужно домой.       Каким образом Окси оказывается у себя в подъезде, он не помнит. Вроде Раут принес или привез его сюда, но почему-то попросту оставил его у дома и уехал. Мирон добрался до лифта, пытаясь держать все в себе, и поднялся на этаж. Долго искал ключи, пока не вспомнил, что они были в квартире вместе с телефоном… и СТ. От этих воспоминаний передернуло, вспомнилась та паскуда, вертящая своей задницей в туалете, и захотелось передернуть.       Дверь оказалась открытой, и Мирон без проблем вошел в квартиру. Сделал он это слишком громко, да и входом это было назвать сложно: парень ввалился в коридор, еле удерживая равновесие в обнимку с противоположной стеной. Окси медленно съезжает на пол и решает заночевать прям здесь. Дверь за плечом лежащего тихо и плотно закрывается, чьи-то ладони стаскивают с его ступней обувь, а после пьяное тело поднимают с пола и несут во тьму спальни.  — Почему ты не ушел до сих пор? — нечленоразборчиво спрашивает уложенный на кровать Оксимирон, подтягивая к себе ноги. В позе эмбриона он чувствовал себя в безопасности.  — Ты сам просил меня не уходить. — шепчет в ответ Саша, снова подходя к Мирону и расстегивая его рубашку. Окси бьет бывшего оппонента по рукам, переворачивается на другой бок и чувствует, как к горлу подкатывает ком. Мигом сорвавшись с простыней, парень летит в ванную, по дороге зацепив плечом и половиной лица косяк двери. Короткий и глухой вой, затем скулеж, звуки воды в ванной и все затихает. Размерно течет вода.       СТ выжидает несколько секунд и идет в ванную. На ее краю — Оксимирон, его полурасстегнутая рубашка топорщится на воротнике сзади, руки безвольно погружены в воду, а сам парень, кажется, спит. Саша выключает воду и садится с Окси рядом. Тянется руками к рубашке, все-таки снимает ее с непослушного и возмущающегося во сне тела, и набирает в ладони воду. Умывая Мирона, СТ как-то по детски улыбается, особенно уделяя внимание ранам на губах и брови.  — Принеси мне сигарет. — просит еле слышно «спящий», и уже через несколько мгновений Саша возвращается с пачкой и зажигалкой, выуживает неумело сигарету и тянет ее Мирону, но тот её не видит. Приходится вставлять сигарету самому, в полураскрытые и влажные губы сидящего, в такие блять манящие блядские губы, что СТ глубоко и резко вдыхает в попытке остановить возбуждение. Мирон более менее приходит в себя, поднимает голову и мокрыми пальцами поправляет сигарету, подкуривает и выдыхает струю дыма к потолку. Его сильно знобит, и Саша не знает, что с этим делать. Он лишь возвращает рубашку Мирона на место, накрывая ей плечи Окси. Тот передергивает плечами и после третьей затяжки гасит сигарету в воде ванной.  — Холодно, блять. — выдает Мирон. Саша думает несколько мгновений, а после обнимает оппонента, прижимая к себе.  — Ты гребаный мудак, я не это имел ввиду. — вздыхает Окси. — Значит то, что ты вытворял в прошлый раз, было… Что было в прошлый раз, Мирон? То, что ты был возбужден от этого гребаного поцелуя? Что просил Сашу действительно не уходить? — Да. — подтверждает все москвич и смотрит на то, как Окси поднимается с пола, вывернувшись из объятий, и плетется из ванной в спальню, кутаясь в рубашку.       Когда Саша заходит в комнату вновь, его охватывает чувство дежавю. Снова бледное тело Мирона, замершее на простынях, снова рубашка на полу. Только больше не звучит голос Фёдорова, подсказывающего, что надо делать. Саша садится на кровать сам и тянет руки к желанному телу. Сначала неспешно и ласково касается плеча Мирона, поглаживая его по руке, после перемещаясь к шее, а от нее к спине и пояснице. Теплые ладони СТ обнимают бедра бывшего соперника, скользят на живот и Саша ложится рядом, утыкаясь носом в ключицу Мирона. Тот откидывает затылок назад, касаясь коротким ежиком щеки Степанова и тихо, еле слышно стонет, чувствуя на своем животе ласкающую ладонь. Очерки ключиц, ребер и бедер, поцелуи на шее и плечах. Саша действует немного неуверенно, переживая за состояние Мирона. Тот пьян и в любую секунду ход событий может повернуться против СТ. Но все-таки он целует и нежно прикусывает кожу на шее Окси, заставляя того запрокидывать голову сильнее и хрипло стонать. С каждым хрипом из глотки Фёдорова Саша сильнее зажмуривается, получая очередной разряд черных искр в глазах от перевозбуждения. Но действовать быстрее было нельзя. Мирон наслаждался каждой секундой, обволакиваемый теплыми руками и губами СТ, он стонал в голос и прогибался в спине совершенно инстинктивно, за что получал ласковые прикусы на шее. Пальцы расправляются с пуговицей и замком слишком быстро, Окси в испуге распахивает глаза, но Саша целует его за ухом и шепчет что-то, от чего Мирон постепенно успокаивается, возвращаясь обратно к полному получению ощущений от касаний. Он не думает о том, что часами ранее оскорблял СТ. Он не думает, что часами ранее он драл шлюху и не мог кончить. Но он определенно думает о том, что Саша Степанов именно то, что нужно ему сейчас. Ладонь скользит под резинку трусов и мягко обнимает член Мирона. Несколько движений и Окси уже не хрипло стонет, а вполне ясно дает соседям знать, как ему охуенно. Слишком громко, поэтому Саша зажимает Окси рот рукой, продолжая ему дрочить. Мирон извивается, пытаясь выстонать что-то, кусает СТ за руку, но сдается и лишь в такт двигает бедрами, время от времени затрагивая и член Саши. В глазах все больше застелен мир черной пеленой возбуждения, и СТ нависает над Мироном сверху, прикрывает глаза и стаскивает с Окси джинсы с бельем, оставляя их где-то на уровне коленей. Фёдоров послушно поднимает бедра, едва не завалившись на бок от алкоголя в крови, и рвано вдыхает сквозь пальцы СТ, чувствуя, как свободная ладонь касается его оголенного бедра. В приоткрытый рот Мирона Саша толкает несколько пальцев и снова принимается за член. Синхронизируя движения по члену и во рту, Степанов добивается того, что пьяно покачивающаяся и скулящая фигура по имени Оксимирон послушно выплевывает мокрые пальцы и утыкается раскрасневшимся лицом в подушку. Влажной ладонью по члену, затем по кольцу мышц. Саша уверен, что растягивать ничего не надо, и весь спектр ощущений Мирон испытает в полном объеме. Он расправляется со своими штанами и на секунду замирает. Медленно проталкиваясь внутрь Мирона, СТ прикрыл глаза. Слишком узко и слишком охуенно. Опасно сделать Мирону больно, опасно что-то сделать не так. Но Саша медленно и верно входит в Окси, ладонью зафиксировав его затылок. Член Мирона уже болит от переизбытка ощущений, и сквозь ткань подушек Окси просит быть быстрее и жестче. Он уверен, что так будет лучше. Но Саша против. - СТ - Сломанный Текстовыделитель, потому что во мне его стержня нет. - сквозь стоны выдыхает Мирон с явной издевкой и смешком, стараясь как то задеть Степанова, и к удивлению, у него это выходит. До основания Саша входит резко и быстро, так, что Фёдоров орет, хватая зубами подушку, а руками, заломаными за спину, впиваясь в бедра СТ. Больно, до одури больно, весь алкоголь вымывается из крови моментально. Степанов дает Мирону секунду на вдох-выдох, а после вновь толкается грубо и бесцеремонно. И снова крик. Раз за разом, толчок за толчком, крик за криком СТ выбивает из Мирона свою собственную победу. Он снова кладет ладонь на бритый затылок и вдавливает в подушки, глуша крики. Но вскоре они затихают, и голову приходится приподнять, чтобы убедиться, не скончался ли Янович. Но нет, судя по его лицу, Янович скорее попросту кончит. Он глубже выгнулся, отпустил бедра Саши и слабо простонал. Затем еще раз, уже немного увереннее, когда СТ склонился, оставляя на шее поцелуй. Рука, скользнувшая по животу к члену Окси, заставляет победителя застонать еще громче, и перед самым концом Мирон странно вздыхает и замирает, содрогаясь под телом Саши. Но каким б не был возбуждающим Окси, СТ так просто не собирался его отпускать. Он продолжает иметь Фёдорова, целуя его плечи и спину, и тот уже недовольно стонет, в этих стонах чувствуется боль. Мирон запрокидывает голову и ловит губы СТ, замеревшие перед поцелуем в шею. Он прикусывает губы Саши, толкается внутрь языком и Степанов кончает, не справившись с управлением. Рот Окси не менее горяч и в следующий раз Степанов обязуется попробовать и его, но сейчас отстраняется, раздевает Фёдорова совсем и опрокидывается рядом. Свою одежду он натягивает на себя, подползает ближе к Оксимирону, лежащему на животе почти в отключке. Саша обнимает его за плечи, целует в скулу и висок, а затем шепотом и с улыбкой спрашивает: - Сварить тебе кофе, Мирон? - Янович, ты гребаный мудак. Идите оба нахуй. - едва слышно отвечает Фёдоров и целует СТ в эти гребаные улыбчивые губы. - Ты и твой гребаный кофе.