Недостижима для...

Обычный людный город. Обычный просторный квартал. Обычные доброжелательные или лицемерные соседи. Обычная тихая квартира. Но не в этот день. Казалось, семейные крики и споры были слышны на другом конце города. И если бы не звукоизолирующие стены в квартире, то сюда бы уже давно наведались полицейские по просьбе соседей… — Я не собираюсь слушать того, кто пропадал столько лет! Это моя жизнь и я живу так, как хочу, а ты не имеешь права в неё вмешиваться! — кричала, чуть ли не рыча, пепельноволосая девушка. — Я твой отец и имею на это полное право! — таким же тоном не отступал мужчина. — Зачем тебе нужно было переезжать в другую квартиру, когда у тебя и так была крыша над головой?! — Затем, чтобы жить самостоятельно и не зависеть от тебя! Я не могу жить в той квартире, после всего, что произошло! Ты абсолютно меня не понимаешь! А теперь ты без моего согласия и даже ведома поговорил с той хозяйкой и забрал обратно все мои вещи сюда! — не останавливалась девушка. Всего лишь день назад она наконец-то накопила достаточную сумму денег и съехала с ненавистного дома. Девушка сняла жильё у одной доброй старушки за небольшую плату, но её папаша, пока та была на занятиях, утром приехал туда и, представившись её отцом и извинившись перед хозяйкой, перевез вещи дочери обратно в ту самую квартиру. Понятное дело, женщина поняла всю сложившуюся ситуацию и не обиделась. Даже когда мужчина дал ей деньги в знак компенсации, та в шутку его прогнала, сказав, что ничего не нужно. Однако каково было её удивление, когда к ней вернулась пепельноволосая, не знавшая о махинациях отца. — Ты издеваешься?! Да чтобы я жила с тринадцатью парнями под одной крышей?! — ещё больше повысив голос, кричала девушка, а когда он хотел что-то сказать, добавила: — Тебя вообще не заботит моя невинность!!!? — громко захлопнув чемодан, высказалась дочь, когда мужчина из-за её фразы резко подавился воздухом, на что она лишь усмехнулась. — Мари, не нужно всё настолько перекручивать! Ты их даже не знаешь! — В том то и дело, что не знаю и знать не желаю! Она взяла в обе руки два чемодана и направилась к выходу. Мужчина, громко рыкнув, последовал за ней. Мари быстро накинула кожаную ветровку и присела, чтобы надеть кеды. — И куда ты собираешься идти? — спросил отец уже менее спокойным тоном, сложив руки на груди и оперившись плечом о дверной косяк. — Куда угодно, но подальше от твоих закидонов, — безэмоционально ответила девушка. На самом деле, у неё есть некоторые знакомые, которые не раз предлагали той остаться пожить у них. Правда из-за неловкости перед ними, Мари всегда вежливо отказывала. С ребятами весело, но побыть дома в одиночестве тоже не помешает. Да и оказалось, что её отец продаёт эту квартиру, так что по сути, податься ей больше не куда, кроме как напросится к подруге. — Я знаю, как ты не любишь навязываться кому-либо, поэтому попробуй пожить у них хотя бы полгода, а потом сама решай — съезжать или остаться, — предложил мужчина, пытаясь выйти на компромисс, ибо он по собственному опыту знает, какая она упрямая в своих решениях. Даже если они навредят ей самой. «Всё равно же навязываюсь!» — промелькнула мысль у девушки. — Месяц, — закончив с завязкой шнурков, она подняла на него взгляд. Как раз таки ровно через месяц состоит его свадьба. — Три месяца. — Неделя, — незаметно и саркастично приподняв одну бровь, сказала Мари. — Так и быть, месяц, — закатил глаза мужчина. — Раз ты уже готова, сейчас отвезу тебя в новый дом, а заодно познакомлю с Мивой и её сыновьями. — Уже не терпится, — сплюнула девушка, получив косой взгляд Ринтаро. — Боюсь, ты не сможешь сейчас нас познакомить. — С чего бы это? — также надевая пальто, со вздохом поинтересовался мужчина. — У меня тренировка через десять минут начнется. — Сейчас? Уже слишком поздно для таких занятий, — спросил брюнет, усмехнувшись с её глупости. — Её перенесли на несколько часов позже. Ничего удивительного. — И ты собиралась идти на них с чемоданами? — не веря Мари, произнёс он. — Не в первый раз, — усмехнулась она в ответ. — Допрос окончен? — Ладно, завезу тогда твои вещи домой. За тобой потом заехать? И во сколько закончишь? — спросил Ринтаро. Он забрал у дочери чемоданы и уже было потянулся к другой небольшой походной сумке, когда девушка сама её взяла, объяснив, что там принадлежности для учёбы и вещи, которые еще пригодятся на тренировках. — Скинь на телефон адрес и всё. Город то я знаю. Я пошла, — даже не посмотрев на него, сказала Мари и поспешила выйти из квартиры.

***

Буквально через полчаса пепельноволосая дошла до парка. Никаких сейчас занятий и в помине нет. Если бы он был повнимательнее, то смог бы отметить, что она пришла намного позже. А у своего тренера она отпросилась на целые выходные плюс сегодняшний вечер. Просто так не хотелось знакомится с «новой семьёй». Мари, конечно, не против отцовского брака, но зачем нужно приплетать её? Её, которую он даже не знает. Она не ненавидит его, нет — она благодарна ему, что тот не оставил их в дет. доме, а что дал крышу над головой, хоть и без родительской любви. Но ей тяжело находится рядом с ним, зная всю правду и скрывая обиду. То, что они не родные его дочери, они узнали ещё в пять лет случайно из разговора соседей, когда Ринтаро об этом даже не догадывался. Было очень больно. Но они держались друг за друга. Они — Мари и Эмма, — её сестра-близнец. Эмма погибла в десять лет. Это была авария. В городскую маршрутку врезался грузовик и снес ту на обочину. А так, как Эмма сидела у окна прямо на месте столкновения, то пострадала куда сильнее остальных. Огромные осколки стекла чуть ли не насквозь вошли в тело девочки, но смертельный удар нанес осколок, который перерезал ей шею. Все пассажиры отделались царапинами и синяками, некоторые и сотрясением мозга, однако те, что сидели у окон также, как и Эмма — моментально погибли. Эта картина навсегда отпечаталась в сознании Мари. Из-за большого шока и адреналина в крови, девочка почти не чувствовала боль. Она нервно дергала сестру за руку, постоянно повторяя, что она не закрывала глаза. И ведь не закрыла. Только эти глаза больше ничего не выражали, помутнели. Мари пострадала почти также, как и сестра, но разница в том, что она смогла выжить. Благодаря близняшке, ведь не трудно было догадаться, что именно она прикрыла сестру, как могла. Хоть это и могла быть обычная шоковая реакция, но последней мыслью Эмми была только Мари. Роняя слёзы за смертью Эммы, девочка даже не замечала жуткой боли от собственных ранений. Мужчина узнал о смерти девочки, когда тех привезли в больницу, но он так и не приехал на её похороны. Отправил деньги и лист с одной строчкой, в которой он сожалел о утрате «дочери» и извинялся на своё отсутствие. Мари просто порвала этот ненужный лист бумаги с деньгами. С тех пор она около двух лет проходила словно во сне. Ни улыбаясь. Ни гуляя. Ничего. Мари заперлась у себя дома. Соседи решили позаботится о малышке и всячески за ней ухаживали, принося еду и разные школьные книги. Она думала, что хоть в страницах учебников найдёт покой, поэтому начала читать всё подряд. Вскоре, через год её уговорили пойти в школу. Потом оказалось, что весь выученный ею в книгах материал был не только уровня её класса, а и выше. В школе стало скучно. Пока она не встретила Алекс. Девушка на несколько лет старше Мари. А еще через несколько лет, Алекс предложила ей помочь на своей работе, при этом неплохо подзаработав. Сейчас ей 16 лет и она работает переводчиком книг, манг и прочих документаций, зная японский, английский, русский языки почти на отлично, так как уже успела побывать в тех странах. Этому, конечно, посодействовала сама компания, которая запросто может позволить себе оплатить счёт за поездку нескольких человек. Школу приходится посещать как ни крути, но между тем, девушка приходит только на первый урок — лишь бы засчиталась посещаемость. А если в школе важный экзамен, то она может прийти на первый урок, потом пропустить парочку, вернувшись на урок, по которому и должен быть экзамен. Можно считать, что это укороченная версия всей жизни Мари. Она всё равно пытается скрыть ото всех правду, не желая выслушивать ложную жалость. В этом мире почти не осталось по настоящему искренних и честных людей… Мари просидела в парке под старой сакурой несколько часов, увлекшись чтением новой книги. И когда стало уже слишком темно для разбирания английских букв (в основном она читала именно на английском), то пришлось по быстрому собраться и ехать домой. Девушка заглянула в телефон и обнаружила смс Ринтаро, в котором он подробно указывал адрес дома и даже прислал фото. «Должна признать, это реально шикарное здание…» — нервно улыбнувшись, подумала она. Сейчас ей очень хотелось заблудиться и вернутся лишь под утро. Тяжёлая сумка со всеми книгами уже давила на плече, а спина ныла из-за неудобной сидящей позы. Немного разомнувшись, Мари поспешила на последнюю электричку.

***

Предварительно забив в инете маршрут, девушка медленным шагом подходила к дому. На улице уже полностью стемнело, а недавно отец звонил ей, переживая или за неё, или из-за вины перед остальными за такое опоздание дочери. Вот и те самые ворота, которые были изображены на фото. Рядом припаркована машина Ринтаро. Хоть Мари и легко заводила новые знакомства, сейчас у неё жутко давило в области сердца. К горлу подступал неприятный ком и желание просто пройти дальше. Скорее всего, она не хотела с ними знакомится как раз таки из-за своего упрямства и проигрыша отцу. Но ведь уже всё решено? Нужно только позвонить в двери, улыбнутся, поприветствоваться и пройти в свою комнату, где можно будет побить несчастную подушку из-за своего бессилия. Собравшись с духом, она открыла входную калитку и прошла к дому. POV Мари Тяжело вздохнув и посчитав до десяти, я легонько нажала на дверной звонок. Почти сразу же я услышала чьи-то быстрые шаги за дверьми и врятли это был Ринтаро. Шаги были легкими. Скорее всего, это был их самый младший. Двери в спешке открылись и передо мной появился мальчишка. Ужасное настроение моментально улетучилось при виде этого ангелочка. Но не смотря на это, во-первых, мне его жаль, потому что его снарядили реально девчачьей одеждой. Во-вторых, он действительно милый, как ни крути. Люблю детей, что поделать… — Оу, привет, — не громко сказала я, слегка присев, чтобы быть на уровне мальчишки. — Привет, а ты моя сестричка? — радостно спросил он, всё также держась одной рукой за дверную ручку. Какой он милый… Я аж слегка покраснела. Честно признаться, перед детьми я краснею в сто раз чаще, чем перед парнями моего возраста. — Ага, — улыбнулась я в ответ. Не прошло и полминуты, как к нам подоспел кто-то из взрослых. Я подняла взгляд на него и увидела молодого человека с тёмно-кремовыми волосами, а во рту он держал леденец, что выглядело весьма забавно. Надеюсь, тут не слишком странные люди. — Здравствуй. Прости за это, — подойдя, он потрепал мелкого по голове. Я же вспомнила, что мой румянец не успел сойти и быстро постаралась исправить эту оплошность. — Я Масаоми, а ты ведь Мари? — спросил он, на что получил мой кивок. — Что ж, проходи внутрь, не стой на пороге, — сказал парень и немного отошёл от входа вместе с мальчиком. — А я Ватару! — подпрыгнув, улыбнулся мелкий. — Приятно познакомится, — снова заулыбавшись мальчику я прошла внутрь. Масаоми закрыл за мной дверь, а Ватару умчался в другую комнату. Парень помог мне скинуть сумку, когда я снимала обувь и ветровку. — И ты носилась с такой тяжестью весь вечер? — малость удивленно отметил он, слегка приподнимая сумку одной рукой. Я не ответила. Теперь понятно, почему из-за сумки жгло плечо. Я была в обычной серой майке и немного кровавый след на моём плече было отчётливо видно. Кровь ещё не выступила, но синяк будет с отпечатками красно-синего цвета. Эх, всегда от неё столько проблем. Пока Масаоми взвешивал сумку, я незаметно поправила широкую лямку майки, стягивая ту прямо на место будущего синяка. Потом я кивнула головой, мол всё, и мы пошли туда, куда убежал Ватару. Я то думала, что у них будет огромная лестница, а нет, у них есть лифт. Не представляю сколько денег они платят за такую роскошь! Мы вошли в него и подъехали на какой-то этаж. Честно, даже не обратила на это внимание. Стоило нам войти в огромное светлое помещение, называемое гостиной, на меня опять-таки налетел Ватару. Он крепко обнял меня за талию, при этом не стесняя движений. Это заставило меня вновь зарумянится и расплыться в глупой улыбке. — Эй, Ватару, это не честно! — воскликнул беловолосый юноша и поднялся с дивана. — Цубаки, успокойся, — сказал брюнет, дернув первого за рукав кофты, этим опрокидывая его обратно на диван. Как я поняла, это помещение соединяется с верхним этажом эдакой лестницей. Как раз таки, по ней сейчас спускался Ринтаро, приобнимая Миву. А она ниче так для своего возраста и стольких детей… — Мари, мы уже заждались, — подходя ко мне, малость осуждающе сказал отец. — Я предупреждала, так что не надо, — отмахнулась я, до сих пор обнимая мальчонку правой рукой. Масаоми сказал, что отнесет пока сумку в мою комнату, на что я его поблагодарила. Кажется, я обзавелась личным рабом. Кхм-кхм… Потом пришлось знакомится со всеми лично. Женщина мне понравилась, не скрою, мы с ней подружимся, если будет время. А братья довольно специфичные, на мой взгляд. Один вежливый, другой бабник, третий слишком застенчив и так далее. Только вот знакомство пришлось с одиннадцатью братьями. Ммм, Футо и Хикару, вроде, вернутся завтра, так как на работе. Почти сразу же ко мне подскочил тот самый белобрысый, коего звали Цубаки. По видимому, он хотел меня обнять, но такие нежности уж точно не по мне, поэтому пришлось резко увернуться от эдакого нахала. Правда, неожидавший такого поворота событий парень с глухим стуком упал на пол. Помню, что ко мне ещё пытался клеиться какой-то монахо-бабник, желая поцеловать мою ладонь на что я также жёстко его проигнорировала, в уме составляя подробные описания всех братьев. За всем этим, мы переместились на просторную кухню, которая объемом была похожа на гостиную. Там мы уже сели за стол вместе с кружками горячего чая. Я бы сказала, что началось семейное время, где все друг друга распрашивают об их делах. Время было позднее и почти сразу после знакомства все стали расходится по койкам. Изначально до комнаты меня хотели провести Ринтаро и Мива, но я бестактно отправила их к себе, ведь я помню, что прибыли они в четыре часа утра и больше не спали, будучи полностью загруженными. Как бы я плохо не относилась к мужчине, но воспитание для меня превыше всего. Можно сказать, что остальные ребята в этом плане меня поддержали. В итоге меня провел Укё и Канаме, потому что Масаоми пошёл укладывать спать Ватару. — Сестричка, на столе лежит бумага с картой нашего дома, пока не освоишься сама, — слащаво произнёс «монах», чем малость подбесил, и, подмигнув, дополнил: — Если захочешь помолится, приходи в любое время ко мне в комнату. — А где она находится? — на удивление обоих парней, бесстрастно спросила я, садясь на кровать и начиная разбирать одежду. Чёрт, а её больше, чем я представляла. — В самом конце коридора, Мари-чии. — Благодарю. Возьму на заметку обходить эту комнату десятой дорогой, — ухмыльнулась я, почувствовав сладкий вкус превосходства. Не думаю, что мне вообще что-нибудь понадобится в конце коридора. Хотя я догадываюсь почему его комната именно там… — Не будь так жестока, — с ложной обидой пропел он. — Иди уже, — раздраженно выговорил Укё, слегка долбанув брата. — Хорошо-хорошо, сладких снов, сестричка, — на прощание кинул Канаме и скрылся за дверью. Я проводила его уход тяжёлым вздохом и иронично взглянула на адвоката. — Не обращай внимания, — поняв мой немой вопрос о самочувствии того ловеласа, сказал мужчина. — Спасибо, Укё, — поблагодарила я его. Мы с самого начала договорились называть друг друга не официально. — И тебе, Мари. Спокойной ночи. — Взаимно, — ответила я и дверь за ним закрылась. Пожалуй, мне было тяжело изначально называть Масаоми мужчиной, не зная его настоящего возраста, а вот Укё очень даже смахивает на серьёзного человека. Если бы ещё не занимался хозяйством в доме. В этом я должна буду ему помочь, как единственная девушка. За этот час я успела много чего узнать о каждом из них, но всего о себе я им тоже не рассказывала. Я не упоминала им об Эмме, а Ринтаро также услужливо промолчал. Я сказала им, что хожу на учёбу, но не сказала как именно. Если учителя из школы решат позвонить кому-то из них, то только тогда и расскажу про подработку. Причина в том, почему я всё не выложила им сегодня в том, что они точно начнут доказывать лучшие стороны школьной жизни и что мне не нужно самой зарабатывать на жизнь в мои то годы. Это, если честно, выбешивает. Я слишком много думаю, нужно остудится. Включив любимую музыку в наушниках, я начала разгребать вещи из чемодана. Не хочу оставлять всё на завтра, тем более, что этой ночью я не смогу уснуть.

***

На часах уже пять утра, а я так и не сомкнула глаз. Линзы неприятно кололи, ведь я забыла их снять. Когда я не высыпаюсь, то приходится менять их на очки. Но не сегодня. Я вспомнила, как мне говорили, что в моей комнате пока не работает ванная, поэтому придётся ходить в общую, что находится вообще на другом этаже. Жесть. Я достала раствор, контейнеры для линз и свои очки с чёрной оправой, и направилась в другую ванную комнату. На улице уже светло, ничего удивительного. Сейчас как раз середина весны. С помощью оставленной самодельной карты Канаме я успешно добралась до нужной комнаты. Нужно будет его как-то за это поблагодарить. Или я уже это делала? Открыв двери, я увидела сонного Луи. Он же и вчера таким был… То он всегда такой?.. — Здравствуй, Луи, чего не спишь? — закрыв за собой двери, спросила я, подходя к зеркалу. Выложив на полочку взятые вещицы, я начала тщательно мыть руки. — Привет, Мари-чи, — с улыбкой поздоровался парень, не смутившись моего присутствия. Он мне уже нравится. С ним легко и просто общаться, хотя с виду он кажется слишком мечтательный и легкомысленный, но с другой стороны такие люди наоборот очень внимательные. Иногда я и сама часто замечаю за собой такое настроение… Открыв контейнеры и налив в них раствор, я принялась снимать линзы. — У тебя плохое зрение? — поинтересовался Луи. — Есть такое, — шепотом, чтобы не сбиться, ответила я. Всё таки снимать линзы куда быстрее, чем надевать. — Так чего ты не спишь? Закончив с процедурой я вновь умылась и слегка начала тереть глаза. — На работу собираюсь, а ты? Бессонница? — понимающие улыбнувшись, спросил парень, видимо, догадавшись, что я не спала всю ночь по покрасневшим глазам. Я и не думала, что парикмахеры так рано встают. Должно быть он реальный профессионал раз так отдается делу. — Та да, — сонно дополнила я. — Иди поспи хоть чуть-чуть, Мари-чии, — словно по волшебству меня потянуло зевнуть, что насмешило не только меня. Договорив, он покинул ванную, слегка потрепав меня по волосам. Я немного подумала и решила вернутся к себе. Действительно, посплю часа три и буду, как новенькая.