Нерушимые

Финал

Знай, любовь делает людей сильнее.

Бесконечная линия горизонта тянулась над синим морем, в котором когда-то отражались звёзды. Ветер все так же играл с волосами и полами платьев, ласкал кожу, шумит, отражаясь морскими волнами. Чёрное небо стало исчезать, сменяясь голубыми и розовыми красками. Лёгкие облака, схожие с сахарной ватой, нависли над водой. Где-то очень далеко показались первые лучи солнца. Розовый рассвет стал началом нового дня и новой жизни. Взрослой жизни, которая таит в себе миллионы неизведанного. Небольшой фонтан перед сценой на палубе весело плясал, брызгаясь прохладной водой. Огни по-прежнему горели. Их ещё не успели отключить, поскольку утро наступило слишком незаметно. Рейсер только-только вышел из своей будки ди-джея, в которой раскачивал толпу практически всю ночь. Отключая провода, мужчина чувствовал приятную усталость. Его рабочий день закончился и начался новый, который подарит ему хороший отдых и приятные воспоминания. За кулисами девушки готовились к финальной песне. Оставив свои вечерние наряды, они переоделись в лёгкие белоснежные платья, сбросили с себя назойливые каблуки и распустили волосы. Сейчас хотелось побыть самим собой, и продюсер не стала останавливать девушек, которые честно отпахали весь выпускной. Они остались наедине, сложив свои ладони в маленькую башенку. – Это наше последнее выступление под крылом академии, – тихо сказала Люси, взглянув на каждую из подруг. Блондинка была немного уставшей, однако виду совсем не подавала. – И наш первый шаг в новую жизнь. Всего одна песня. Три минуты. И все годы, проведённые здесь, навсегда останутся в прошлом. – Я думаю, мы все готовы к тому, чтобы оставить эту жизнь позади, – ответила Эрза. – Каждая из нас сейчас должна выдохнуть, тем самым выпустив из себя все свои проблемы и переживания, а когда прозвучат последние ноты, вдохнуть свежий воздух полной грудью и с чистой душой отправиться вперёд. – Пока у нас есть немного времени, я просто хочу сказать, что очень сильно люблю вас. За все эти годы мы стали настоящей семьей, и теперь я уверена – ничто в мире не сможет разделить Little me. Просто обещайте мне, что мы всегда будем вместе, что бы ни случилось, – Джувия нежно прижала к себе подруг, соединяя своё сердце с их сердцами. – Когда-нибудь через десять лет мы будем вспоминать этот момент, а может даже рассказывать об этом своим детям, – улыбнулась Леви, смахнув с глаза слезинку. – А ещё сплетничать о своих мужьях, попивая вино где-нибудь на балконе отеля в Швейцарии, – засмеялась Кана. – Просто будем помнить, что у нас все ещё впереди. – Поэтому оставим все грустные песни в прошлом, верно? Люси лучезарно улыбнулась, и девочки ответили ей тем же. [Финальная песня: Little Mix – No More Sad Songs] Ровной колонной, босые и озаряющие мир своими улыбками, девушки медленно вышли на сцену, держа в руке каждая по микрофону. Перед сценой, предвкушая финальную песню, собралась толпа ещё активных выпускников, которые встретили группу радостными восклицаниями. Певицы аккуратно спустились вниз, прямо на палубу, не волнуясь о своих ногах и общей безопасности, и, благодаря своим парням, образовали в центре большой круг. – Я продолжаю пытаться, ничего не выходит. Я все ещё хочу знать, одинок ли ты, – Эрза в благодарность улыбнулась толпе, после чего улыбка медленно сошла с ее губ. Свет прожекторов все ещё светил в центр палубы, несмотря на то, что начало светать. – Я все ещё пытаюсь выбросить это из головы. Я все ещё хочу знать, с кем ты едешь домой. – Сегодня вечером я намерена не думать об этом. Меня не заботит, что чьи-то руки блуждают по моему телу, – Кана поднесла к губам микрофон и махнула волосами, когда заиграла активная музыка. Девушка начала двигать плечами и рукой приказала всем танцевать. – Я буду гулять всю ночь, пойду туда, где громко играет музыка, так что мне не придётся думать об этом. Я умоляю, пожалуйста, не включайте их... Девушки оперативно выстроились в один ряд и, умело двигая бёдрами, в такт музыке боком сделали пару шагов вперед, после чего те же пару шагов назад. Они уже знали, что их танцоры пристроились сзади, повторяя эти телодвижения. – Никаких больше! – воскликнули хором две первые солистки и Леви. – Грустных песен! – нежно протянули Джувия с Люси, смеясь, наблюдая за толпой, которая довольно смешно двигалась под музыку. Припев, который отныне стал их девизом по жизни, повторялся несколько раз. И каждый из них, пропевая эти строчки, светился от счастья, несмотря на усталость. Сейчас их освещало утреннее солнце и улыбки дорогих людей, которые были вокруг. – Я умоляю, пожалуйста, не включайте больше никаких грустных песен! Всего одно предложение стало настоящим криком души и конечной точкой всех бед, которые преследовали каждую из участниц группы. Оно означало конец драмы и начало самого реального хэппи энда. Вот он, восход. «Танцую с опасностью, разговариваю с незнакомцами. Мне без разницы, куда идти. Я просто не могу быть одна. Они никогда не узнают меня так, как знал меня ты». – Сегодня вечером я не намерена думать об этом. Меня не заботит, что чьи-то руки блуждают по моему телу, – Люси, не беспокоясь ни о чем, осторожно вывела к себе Шерри и Лисанну, поставив их в ряд рядом с собой. – Я буду гулять всю ночь, пойду туда, где громко играет музыка, так что мне не придётся думать об этом. Блондинка поднесла микрофон к губам подруг, которые весело и совсем неумело пропели: – Я умоляю, пожалуйста, не включайте их! – Никаких больше! – Грустных песен! Леон со смехом вызвался учить свою девушку и ее подругу танцевальным движениям, ловко делая пару шагов вперёд, а затем назад. Со стороны это выглядело как массовый флэшмоб, только чересчур профессиональный, но не менее веселый. – Я умоляю, пожалуйста, не включайте больше никаких грустных песен! Девушки, прижимаясь спинами к танцорам, красиво двигались и чувствовали жар, исходящий от тел, сквозь тонкую ткань платьев. – Еду домой, выбрала длинный путь в объезд. Огни мелькают, откинулась в кресле с опущенными стёклами. Я все ещё думаю о тебе и начинаю понимать, что что бы я ни делала, я только причиню себе боль, пытаясь причинить ее тебе, – когда ударные стихли, участницы отстранились от парней и осторожно забрались на длинный подиум, за которым танцевал фонтан. Джувия встала в центре, ощущая воду на своих ногах. – И если я включу музыку громче, просто чтобы заглушить тебя... – Я умоляю, пожалуйста, не включайте их!!! – почти прокричала в микрофон Эрза, после чего на сцене выстрелили пушки с золотым конфетти. – Никаких больше! – артистки начали кто подпрыгивать, а кто плавно двигаться, купаясь в лучах нового солнца и золотом дожде. – Грустных песен! – громко отозвалась толпа. – Никаких больше! Слез и страданий, которые причинили столько боли. Обид, которые уже никому не нужны. – Грустных песен! Которые когда-то были настоящим смыслом жизни, а сейчас стали лишь частью прошлого. Тёплый солёный ветер уносил их, подобно маленьким лепесткам блестящего конфетти. «Сирена» плыла навстречу новому солнцу, оставляя после себя шумные бирюзовые волны и золотистый шлейф. Корабль отправлялся навстречу новой жизни. Туда, где неизвестность пряталась за спиной розового рассвета. – Никаких больше грустных песен....

***

1 июня. Среда. 11:09 День открытия школы танцев «Dragon» – Стой, я тебе бабочку поправлю, – Леви залезла на стул, перед этим оставив на полу невысокие бежевые туфли, и маленькими ладонями коснулась груди парня. Чёрная бабочка на его рельефной шее висела совсем неопрятно, но вы вообще когда-нибудь видели мужчин, которые умеют завязывать бабочки и галстуки? Гажил, как всегда, что-то недовольно пробормотал, но послушно остался на месте, вытерпев все телодвижения своей девушки. Леви быстро управилась и, поправив белоснежный воротник, отстранилась от Редфокса, чтобы осмотреть его внешний вид. – Ну хоть на обложку журнала тебя снимай! – МакГарден мило засмеялась, после чего не без помощи слезла со стула. Ее короткое бежевое платье задиралось при первой же возможности, что невероятно бесило Гажила, поэтому он сам вызвался носить синевласую на руках, лишь бы она не светила своими стройными ножками, когда залезала на стулья. В прохладную комнату, которая оберегала всех от жары на улице, ураганом ворвалась Люси. Всем оставалось только гадать, как она не спарилась от духоты в белоснежном строгом костюме, при этом бегая как ненормальная по всему выкупленному зданию с телефоном у уха. Это был тот самый случай, когда блондинка отказалась от помощи и сама решила поучаствовать в организации открытия танцевальной школы. Хартфилии просто было приятно от мысли, что она тоже станет частью этой маленькой истории. Семья Хартфилия очень активно посодействовала в этом деле, сделав большую шумиху во всех СМИ. Что-что, а они уж точно умели наводить шум в своих кругах. Благодаря этому почти половина города собралась у главных дверей здания, которые опоясывала торжественно-красная лента. – Журналисты уже прибыли, – отдышавшись несколько секунд, громко сообщила Люси. – А вы чего тут расселись?! – Да пофигу на них, подождут, – деловито махнула рукой Кана, наслаждаясь вкусным кофе и вытянув ноги на кожаном диване. Девушку не волновало приличной длины строгое светлое платье, которое в любой момент могло задраться до самых бёдер. Лексус, в точно такой же позе, что придавало ему комичности, без единой эмоции забрал из рук девушки белоснежную чашечку с напитком и сделал пару глотков. Кана, в свою очередь, повторила за ним, выпивая его латте. Просто эти двое все никак не могли определиться, что заказать: латте или капучино. Вот так и пили из чашек друг друга, вообще ни о чем не переживая, заказав и то, и то. – У нас ещё двадцать минут есть, – Эрза мимолетно взглянула на дорогие наручные часы, а после невозмутимо продолжила подпиливать ногти широкой пилочкой. – Тихо-тихо, пацаны, дайте прорепетировать, – заставив всех заткнуться, Грей закатал рукава своей белой рубашки и, поправив галстук, шумно упал в мягкое кожаное кресло у рабочего стола. Подъехав к нему ближе на крупных колесиках, брюнет прокашлялся и, зажав кнопку на переговорном устройстве, склонился над динамиком: – Мари, будь добра, чашечку эспрессо со сливками. – Одну минуту, господин Фуллбастер, – пропищал в динамик женский голос. Спустя пару минут в просторный кабинет вошла стройная девушка с короткими розовыми волосами. Она продефилировала к Фуллбастеру с подносом в руках и поставила чашку кофе на его стол, после чего так же быстро удалилась. Спустя секунду после того, как дверь из матового чёрного стекла захлопнулась, по офису раздался недовольный рык. – Это че за нахрен, Фуллбастер? Какого черта у тебя секретарша ходит в мини-юбке?! Грей вообще не обратил внимание на взрыв, поставив чашку кофе на столик к Кане и Лексусу. Шатенка сморщила лицо, хлопнув себя по животу. – Хорош, Грей, третью чашку не потянем. Мимо пролетел Нацу, остановившись в паре шагов от дивана, на пустующем месте, где по задумке должно стоять большое кресло. Он ткнул пальцем в пол и повертелся, прикидывая лучшее расположение будущей мебели. – Вот сюда поставим массажное кресло, а там у нас будет огромный аквариум с дискусами! – Нацу, не превращай рабочий кабинет в зону отдыха, – в один миг Джерар разрушил все мечты друга, словно карточный домик. – С креслом ещё согласен, но аквариум на всю стену – это перебор. Люси с выступившим нервом на виске наблюдала за этой безмятежной картиной и бесилась ещё больше. Этих людей уже полчаса ждут журналисты, а они решают, где поставить какой-то аквариум! – Быстро марш вниз, заколебали! – ...Отныне мы станем частью истории этого города. Я очень надеюсь, что школа танцев «Dragon» подарит людям возможность быть чуть ближе к тому, что они любят. Эти двери за красной лентой открыты для каждого. – Боже, как мило! Он, действительно, выучил твою речь, – смеясь, прошептала Джувия, нежась в горячих лучах летнего солнца. Легкая, почти прозрачная блузка и обтягивающая юбка красного цвета давали телу дышать воздухом и не умереть от жары благодаря слабому ветерку. – Всю ночь с ним вместе учила, – ухмыльнулась блондинка, вспоминая, как до часу ночи она уговаривала Нацу подготовиться к мероприятию, а следующие два часа бегала от него по квартире, опасаясь щекоток вперемешку с поцелуями, потому что Драгнил ни в какую не хотел готовить речь. После торжественных слов Нацу взял с подушечки большие ножницы и поднялся вверх по крыльцу, где его уже ждали друзья. Парень передал инструмент Грею и тот, выкинув какую-то шутку, разрезал тонкий атлас. Лента под громкие аплодисменты опустилась на землю. Гажил и Лексус отворили большие стеклянные двери, пропуская внутрь основателей, а затем и гостей. Внутри уже ожидал набранный приветливый персонал, маленькие фуршетные столики и официанты с подносами шампанского. Взяв один из бокалов, Джерар пригласил гостей, в особенности журналистов, посмотреть на танцевальные залы и остальные помещения. Эрза всегда была рядом, мило улыбаясь и твердя всем, что она лишь очередная помощница. Солнце было в зените, отражаясь в панорамных стёклах трехэтажного здания, на котором сверкала большая вывеска «Dragon», а под ней едва заметными буквами висела «& Little me».

***

Джувия попрощалась с отцом, после чего положила трубку и взглянула на настенный часы. Ой! Прошло уже двадцать минут с того момента, как она обещала принести Грею лимонад со льдом. Девушка виновато закусила губу, после чего босиком прошлепала по кухне в сторону холодильника. Достала из него высокий стеклянный графин и поставила на железный поднос вместе с парой стаканов. В домашнем лимонаде плавали кусочки цитрусов, листья мяты и кубики льда. Джувия взяла в руки поднос, однако задумалась и на секунду поставила его обратно на тумбу. Затем взяла из холодильника тарелочку домашней малины, которую передали Лейла с Джудом, и, поместив ее к стаканам, направилась в гостиную. Дверь на задний двор и окна были открыты, отчего по дому гулял приятный сквозняк. Чтобы солнце не нагревало комнату, кто-то завесил шторы. Локсар тихо вошла в гостиную, обошла диван и застыла на месте с подносом в руках. На ее лице появилась тёплая улыбка. Грей, откинув голову на спинку большого дивана, бесшумно спал. Одна его рука покоилась на пушистой спине хаски, который, вопреки всем запретам, забрался к парню. Снежок громко сопел и изредка дергал ушком, положив голову и передние лапы на колено брюнета. В образовавшейся щелке между диваном и спиной Фуллбастера спала маленькая чёрная буханочка, пряча лапки под своё тельце. Джувия совсем не боялась, что ее парень раздавит Банни, поскольку Грей совсем не шевелился, боясь разбудить питомцев. Девушка не могла перестать улыбаться. Она тихо поставила поднос на кофейный столик и присела рядом с Греем. Мягкие губы коснулись тёплой щеки парня. Он нахмурился и нехотя разлепил серые глаза. – Просыпайся, я принесла лимонад. – Долго же ты несла его, – ухмыльнулся брюнет, поцеловав девушку в ответ. – Тише, не разбуди их! – тихо засмеялась Локсар, когда парень спустился к шее. Стоило ей произнести это вслух, как Снежок открыл глаза и, подняв голову, что-то проскулил. Увидев, как Грей лезет к его хозяйке, хаски вскочил с места и бросился облизывать синевласую, которая, не выдержав напора, упала на диван вместе с собакой. Гостиная, по которой гулял тёплый сквозняк, наполнилась звонким смехом. Телевизор бесшумно транслировал последние новости, выводя на широкий экран фотографию пяти очаровательных девушек с ярким заголовком «Little me возвращаются», и где-то внутри, в самой плазме, звучала ласкающая слух песня «Нерушимые»...