Бессмертная доблесть

Глава 3. Козырная шестёрка       Мягко расступившись в стороны, повинуясь непреложным законам физики, влияющим даже на по истине сошедший со страниц детских книжек мир волшебства и дразнящих воображение сказочных существ, устилающая влажную землю светло-серая дымка как будто нехотя образовала на пару секунд идеально ровную сферу. В следующее мгновение в самом её центре, уже вновь утопая в стремительно отвоевавшем отнятую территорию густом тумане, внезапно материализовались несколько неясных теней.       Словно не принадлежа этому миру, призраки беззвучно коснулись исходящего сыростью лесного ковра из опавших и теперь медленно гниющих за недостатком солнечного света почерневших листьев да так и остались стоять посреди погружённой в зябкий полумрак укромной проплешины. Напоминая не столь редко встречающиеся в здешней чаще потрескавшиеся от времени и безжалостной непогоды мраморные статуи эльфийских воинов, мрачно продолжающих нести свой бессменный дозор по охране священных границ, давно павших под натиском чудовищного врага, в начале безжалостно растоптавшего бесценные культуру и знания, копившиеся тысячами лет в прекрасных храмах и семинариях, а затем и поразившего их красивый и гордый народ проклятием смертной жизни и извечно следующего за ним скорого, бессмысленного забвения.       Некоторое время незваные гости молча стояли посреди плывущего мимо них молочного занавеса, прислушиваясь к мелькающим за деревьями обрывкам неясных фраз, выкрикиваемых встревоженными голосами старших по званию солдат и глухому клацанью торопливо надеваемых доспехов. Вслед за чем, по всей видимости, удовлетворившись общим смыслом жадно впитываемой информации, коротко кивнув друг другу, как по команде шагнули к ближайшему стволу разлапистой ели. Плавно опустив на землю свою покоившуюся до сего момента на крепких руках увесистую ношу, в чьей форме, при более внимательном изучении, можно было угадать пару человеческих тел.        — Мальчишка весь лагерь на уши поставил, — куда более бесцеремонно, нежели его двойник, сбросив с плеча бездыханные останки обделённого фортуной мужчины, недовольно фыркнул носитель белоснежной шевелюры, разворачиваясь в сторону расположившихся под склоном холма старых руин. Обратившихся с недавних пор в наскоро сколоченный военный лагерь для пока что первого и, как он очень надеялся, в дальнейшем не единственного представителя сил Инквизиции в здешних землях. — Похоже, языкастый малец попался, — через пару секунд добавил он, концентрируясь на дарованной ему от рождения предрасположенности к сенсорике, позволяющей, при должном умении, достаточно точно определять местоположение и передвижение живых существ, попадающих в радиус невидимого глазу поля действия техники. — Выслали ударную группу в полном составе.       Окончив мысль, носящую без труда прослеживающийся осуждающий окрас, мужчина умолк, обдумывая что-то своё. А затем, бросив короткий взгляд через плечо на двойника, что в тот самый момент без зазрений совести и лишних, по его мнению, расшаркиваний, хлёсткими пощёчинами приводил в чувство бледную как снег девушку, вздёрнул к лицу кисть с вытянутыми указательным и большим пальцами, в следующее же мгновение растворяясь в охотно занявшей освободившееся место вездесущей мгле.       Молочная взвесь сконденсировавшейся и вновь успевшей испариться влаги уже вновь заполнила крошечную прогалину, некогда подмеченную шиноби во время поисков подходящих для размещения переходных пунктов точек. А счёт звонких ударов, щелчками отскакивающих от стволов деревьев, перевалил за добрую дюжину, разукрасив женские щёки розовыми отметинами. Когда тонкие веки разведчицы наконец неуверенно дёрнулись, а затем тяжело поползли вверх, демонстрируя мужчине, внимательно следящему за процессом пробуждения подопечной, слегка мутный, но вполне себе живой и осознанный взгляд.       Потратив ещё пару лишних секунд на беглый осмотр бинтов и анализ визуального состояния, шиноби несколько раз деловито хмыкал себе под нос, отмечая лишь ему одному заметные детали, как видно, не в полной мере удовлетворяющие придирчивому контролю. Однако, в итоге, составив больше положительный, чем отрицательный вывод, наконец подал голос, предварительно оповестив решившую было вновь задремать дозорную о своей готовности к началу диалога несколькими громкими щелчками пальцев у самого её уха и шелестом попутно разворачиваемого второй рукой потрёпанного пергамента.        — Ваши люди, в количестве тридцать одного человека, — не обращая внимания на неподъёмную усталость девушки начал было с фактов наследный Сэнджу, однако, опомнившись, без какой-либо заминки и, во всяком случае, видимого взгляду, неудобства, быстро поправился, скользнув глазами по лежащему поодаль человеческому телу. — Точнее, теперь уже тридцати, если остальные разведгруппы, подобно вашей, не попали в чьё-либо логово. Разбили и относительно надёжно укрепили лагерь в руинах Лионского павильона, — ткнул он пальцем в стремительно намокающую карту, чьё качество, несмотря на весьма высокую точность отображения пестрящей разномастными пометками местности, не оставляло сомнений в кустарности своего происхождения. — Незадолго после, в расположение взятой под контроль точки, сопровождая две гружёные амуницией и припасами повозки, прибыл отряд во главе с так называемой Вестницей, в скором времени в сопровождении нескольких соратников направившейся вглубь леса на встречу с одним человеком — закончив скупое перечисление, убрал мужчина бумагу, предварительно смахнув с её шероховатой поверхности скопившиеся в местах перегиба крошечные капельки воды.        — С Фэрбенксом, — улучив момент, неизвестно зачем подала голос девушка, расходуя крайне ценные в её положении силы, за что получила моментально прервавший словоизвержение строгий взгляд.       Убедившись, что демонстрация информированности делами начальства окончена, мужчина ещё секунду наблюдал за смущённо притихшей собеседницей, а затем, вынув из-за пазухи тонкий блокнот со вложенным в него огрызком коротенького карандаша, заговорил вновь, попутно заполняя один из чистых листков короткими прямыми строчками, нисколько не теряющими своего качества ввиду отсутствие прямого визуального контроля со стороны автора, отпустившего руку в свободное плаванье.        — Под руководством Фэрбенкса в данное время находятся одно основное и пять второстепенных убежищ. В общей сложности они приютили сотни мужчин, женщин, детей и стариков, — внимательно следя за реакцией на предоставляемую информацию, спешно окончил Тобирама перенос на бумагу лишь ему одному известные мысли. Резким, но точным движением вырвав и аккуратно сложив записку в несколько раз, он без лишних объяснений и разрешений сунул бумагу в приоткрытый карман горе разведчицы, прилежно притихшей в ожидании дальнейших инструкций. — С каждым днём Зелёные могилы всё больше теряют какую бы то ни было стабильность. Вольные граждане укрепляют свои позиции, а стихийно возникающие шайки мародёров и тому подобной погани полнятся новыми людьми. Не говоря уже о так называемых «разломах» и тварях, что выползают из них в огромных количествах, — неприязненно повёл он плечами, прежде чем продолжить неоконченную мысль. — Короче говоря, ситуация крайне скверная, а потому если в самое ближайшее время не будут предприняты решительные действия по перехвату инициативы, станет слишком поздно. Регион захлестнёт полномасштабная гражданская война. Потери с обеих сторон пойдут уже на тысячи, а число жертв среди мирного населения более не ограничится цифрой с парой нолей, — на мгновение прервавшись коротко добавил он, вынимая на смену письменным принадлежностям короткий клинок из матово чёрной стали, чьи безупречно заточенные грани, хищно вспыхнувшие в полумраке лесных теней, мгновенно пробудили уже было задремавший инстинкт самосохранения боязливо поёжившейся девушки. — Принимая во внимание по-настоящему катастрофический разброд в рядах храмовников, а также полную недееспособность нынешней церковной системы со вцепившейся в неё монархией, вероятность описанных событий стремительно возрастает. Особенно учитывая, что окончательное решение остаётся за одной лишь Вестницей.        — Что вы имеете в виду? Леди Эллен прибыла сюда исключительно ради заключения договора с господином Фэрбенксом и оказания помощи местным беженцам, — едва совладав с потоком новой информации, подала девушка голос. — Посланница самой Андрасте никогда не…        — Достаточно, — резко вздёрнув руку, грубо оборвал шиноби испуганно вздрогнувшую собеседницу, чуть было не прикусившую от неожиданности кончик собственного языка. — Позволь внести ясность. Меня не интересует ни твоё мнение по поводу сделанных выводов, ни, тем более, эта религиозная чушь, в которую все так охотно верят. Святая эта женщина, которую ты зовёшь «Вестницей», или нет. Следует возглавляемая ею организация некоему своду правил или же попросту наращивает военную мощь и влияние под красивым предлогом. Плевать. Значение имеет лишь тот факт, что времени у жителей Изумрудных могил с каждым днём остаётся всё меньше, и единственная сила, способная оказать им хоть сколь-либо ощутимую помощь, находится в руках Инквизиции, — рубанул мужчина воздух перед собой, на долю секунды демонстрируя высшую степень негодования по поводу претящей его натуре зависимости от чего-то кроме собственных сил, прежде чем столь же стремительно вновь сковать выскользнувшие из-под контроля эмоции. — Оставим этот бессмысленный спор. В конечном счёте, единственная причина, по которой я говорю с тобой, заключается в одной конкретной задаче.        — Задаче? — улучив момент, несколько боязливо промямлила сидящая на земле девушка, уже, по всей видимости, догадавшаяся, что её недавнее спасение вовсе не было проявлением акта бескорыстного милосердия со стороны хозяина сурового взгляда, вот-вот готового прожечь в ней ещё одну дыру. — Какой задаче?       Ответом стал тот самый листок с неизвестным текстом, в следующее мгновение буквально силой вложенный с руку ничего не понимающей девушки.        — Это сообщение ты передашь главнокомандующему войсками Инквизиции, — решив, по всей видимости, не дожидаться резонного вопроса, строго пояснил Тобирама, не обращая внимания на мгновенно переменившееся лицо отрицательно замотавшей головой разведчицы. — Передашь лично в руки.        — Я… Я не смогу. Я всего-навсего рядовой солдат, — улучив промежуток не занятой собеседником тишины, встрепенулась было девушка, едва удержанная на месте болью во всё ещё свежих ранах. — Меня ведь и близко к господину Каллену не подпустят.        — Меня это не волнует, — бесстрастно отмахнулся Сенджу от не интересующих его оправданий, принявшись деловито проверять немногочисленное снаряжение. — Придумай что-нибудь.        — П-придумать? — переживая настоящее падение в бездонную пропасть, промямлила начавшая откровенно паниковать Натия. — Но меня даже из лагеря не выпустят! — по достоинству оценив всю полноту чужого безразличия, зашла девушка на второй круг обоснованных причин для отказа. — Я ведь здесь для несения службы. Как мне хотя бы до Скайхолда добраться?        — Это твои проблемы, — закончив сборы подтяжкой чуть разболтавшихся ремней, удерживающих на своём месте лёгкий кожаный нагрудник, наконец развернулся шиноби к умоляюще глядящей на него девушке. — Соври, дай кому надо взятку, сбеги. Мне плевать, — заметив протянутый ему обратно листок, ледяным тоном проговорил мужчина грубым шлепком отбросив от себя женскую руку. — Твоя жизнь сегодня должна была оборваться в пасти той медведицы, и ты до сих пор дышишь лишь благодаря моему вмешательству. А значит, если ты откажешься выплачивать свой долг, я имею полное право оторвать тебе голову, — медленно присев напротив рефлекторно вжавшейся в дерево Натии, прошил он её равнодушным взглядом. В тусклом блеске которого разведчица обречённо разглядела поразительную схожесть со взглядом опытного мясника, готового в пару умелых движений разделать её словно свиную тушу. — Не испытывай моего терпения, девочка.       С этими словами, Тобира резко вздёрнул к лицу сложенную в загадочном жесте кисть и под аккомпанемент внезапно громыхнувшего за его спиной взрыва, по всей видимости, предназначенного больше для привлечения внимания расположившихся за деревьями солдат Инквизиции, нежели для разрушения чего-либо, растворился в серой дымке.

***

       — Ну вы и сухарь, конечно, — лопатками почувствовав чужое присутствие, Дорис ловко вскочила на ноги, не потрудившись при этом даже отряхнуть штаны от налипших на них кусочков коры и мха. — Неужели нельзя было вести себя хоть чуточку учтивее? — в привычной манере закинув руки за голову, ухмыльнулась она не обращающему на неё внимания человеку, занятому сбором и фасовкой мятых записей своей подчинённой. — Как по мне, так она бы и без шантажа согласилась вам помочь.        — У меня нет времени, чтобы тратить его на уговоры и просьбы, — ещё секунду игнорируя навязчивое внимание, выдавил-таки Тобирама пару слов, мысленно отчитывая самого себя за решение остановиться именно на той злосчастной поляне. Так некстати прекрасно просматривающейся с данной возвышенности. — Вежливость крайне не эффективный механизм воздействия.        — И, тем не менее, Вестницу с командой вы оставили на попечение мистера святоши, который уж точно не станет давить на наших благородных гостей.       В привычно манере осудив методику своего наставника, ещё мгновение молча взвешивала она на весах собственной совести практичную жестокость, с которой мужчина поставил ультиматум раненному человеку. Прежде чем, не добившись сколь бы вразумительного результата, недовольно насупившись, шагнуть к жестом подзывающему её мужчине, как раз закончившему паковать мятые литы бумаги в лишившийся еды рюкзак.        — Вы ведь уже добились всего, чего хотели. Зачем вообще понадобилось впутывать кого-то ещё?       За секунду до разошедшейся по телу вибрации, спровоцированной потоком чужеродной энергии, растекающейся по жилам приятной теплотой успела Дорис задать запоздало всплывший в голове вопрос. Ответом на который стал лишь задумчиво тёмный взгляд седовласого шиноби, да едва различимый звук пары слов, тут же потонувших в глухом свисте схлопнувшегося вокруг девушки пространства.        — Всегда должен быть запасной вариант.