Университетский переполох

«Одноразовая королева, строптивый поцелуй и пиздец нам, девчатки»

Ынрё думала, что провалилась. Серьёзно, она едва стянула с себя лифчик, а до трусиков и подавно не дошла. Можно ли считать успехом то, что на ней, во всяком случае, было меньше одежды, чем на короле стриптиза? Когда вырубился свет, Кан испытала дикое облегчение, будто от сердца отлегло. Даже под алкогольным опьянением она оказалась не готовой к оголению своих нежных девичьих прелестей. Ынрё, наверное, отличалась от многих своим яростным желанием познать все премудрости секса, но на самом деле, в глубине души жутко боялась такого большого шага. За свои двадцать один год странно быть девочкой по всем параметрам. Да, она целовалась с парнями, было дело, но у неё никогда не было нормальных отношений. Так, чтобы встречаться с парнем, чтобы чувствовать сильную симпатию, чтобы ходить с кем-то на свидания. Ынрё, как истинная девочка влюблялась в школьные годы в самых популярных и симпатичных парней, но закончилась такая влюблённость, как и у всех. Разочарованием. Вскоре Ынрё познакомилась с Мисоль и, пообщавшись с не совсем ординарной Квон, переосмыслила некоторые приоритеты. Например, Ынрё поняла, что женщины по своей натуре подвластны эмоциям и зачастую путают страсть, смешанную с симпатией с влюблённостью, а влюблённость с любовью. Мисоль смогла убедить Кан, что любовь не появляется нигадано, как снег на голову. Такое одновременно трепетное и острое чувство нужно взращивать долго и терпеливо, как самый привередливый цветок. После такого «открытия» Ынрё перестала питать надежды на встречу с принцем, а перешла на тему секса, желая найти себе идеального партнера, с которым в будущем у неё будет замечательная половая жизнь. А любовь, она появится, со временем. Хотя Ынрё и понимала, что Мисоль пыталась преподнести несколько иначе своё мнение на взаимоотношения между мужчиной и женщиной, Кан всё же упёрто пришла к собственным решениям и выводам. После того, как Ынрё заполучила звание «самой опытной в сексе девственницей», она посчитала, что стала смелей, стала взрослей и серьёзней, но на недавней вечеринке поняла – всё это ложь. Она всё такая же трусиха, маленькая и глупая девчонка, у которой вместо популярной женской мудрости наивность. И из-за того жалкого потуга станцевать эротический стриптиз, Кан теперь ощущала стыд и неловкость. А если ко всему этому прибавить ещё и любопытные, пристальные взгляды студентов, то, мягко говоря, Ынрё желала провалиться сквозь землю. - Почему все на меня целый день пялятся? – закутавшись в кардиган и опустив голову, спросила Ынрё. Она не привыкла к излишнему вниманию со стороны. Вообще, Кан не имела особую популярность среди парней. У неё от природы кучерявые волосы, что не очень свойственно корейским девушкам, потому не каждому приходится по вкусу такая экзотика. Можно было бы выпрямлять локоны или регулярно ходить к парикмахеру, но как ни странно Кан не хотела в себе ничего менять. Дело не в том, что она считала, будто её будущий возлюбленный должен принимать её такую, как есть. Ынрё не настолько наивна, она понимала, что любые отношения строятся на компромиссах, взаимопониманиях и каких-никаких жертвах. Но уж кудри-то её любимый должен принять. - Ты новая стрип-звезда, почему бы и не насладиться твоим невинным образом, пока ты вновь не скинула с себя блаженную ткань? – задорно проговорила Ради, толкнув подругу в плечо, чем заслужила хмурый взгляд в свою сторону. Ынрё отодвинулась подальше от блондинки и придвинула к себе диетический салат. За последнее время со своими булочками она набрала несколько лишних килограммов, поэтому перешла на правильное питание, чтобы прийти в весовую норму. - Очень смешно, - буркнула Ынрё, тоскливо посмотрев на свой обед. Хотела бы она, как Мисоль – жрать и не толстеть. Все ведь любят вкусно поесть, вот и Ынрё любила, но не всегда могла себе это позволить. - Я не шутила, - вскинула брови Ради, намекая на те слухи, что пошли по университету. А если точнее, то после того выступления студенты стали делать ставки. Смогут ли они на следующей вечеринке увидеть вновь танец Ынрё, и разденется ли она до конца, пока не выключится свет. О том, что такую подлянку сделал кто-то из её подруг – никто не сомневался. И они были правы. Это Мисоль отрубила выключатель, когда увидела пьяную тушку Суран, висящую на шее Хоупа, а после почти раздетую Ынрё. Она искренне испугалась за своего пирожочка, зная насколько та нежная. - Как твои дела? – пнула под столом не сильно ногу Ради Квон, тем самым отвлекая её от хмурой Ынрё. - Ты вчера благополучно чуть не утопилась, а Минги матерился и сушился в ванной. Без тебя. - Выделила последнее предложение Мисоль, пихая руками в рот кимчи. Она знала, что Кан всегда болезненно на всё реагировала и могла заняться мысленным самобичеванием, особенно, если вокруг люди начинали напоминать о её неудачах. Поэтому хотела перевести разговор в другое русло, чтобы Ынрё перестала чувствовать неловкость. - Во-первых, его Юнги зовут. Во-вторых, это он меня чуть не утопил! – мгновенно среагировала Ради, вспомнив тот самый унизительный момент. В её памяти до сих пор ярким пятном всплывал тот насмешливый взгляд и ухмылка, украшенная красным гримом, превращая тонкие губы Шуги в длинную и дикую улыбку до ушей. Он был похож в тот момент на Гуинплена. - Ну, прогресс в любом случае есть. Гляди, она уже его защищает, - хмыкнула Суран, почти не отвлекаясь от стандартного обеда. Хонгсаван встрепенулась, услышав такое замечание в свой адрес, и с наигранным недоумением уставилась на новенькую. - Это когда? – воскликнула она. Суран закатила глаза, не собираясь объяснять ничего блондинке. А та и рада была, а то что-то не очень тема начиналась. - Собираемся сегодня у меня с ночевкой? – поинтересовалась Тэин, после нескольких минут молчания. Мисоль уплетала двойную порцию, не заботясь ни о чём. Ынрё продолжала дуться непонятно на кого, Ради старалась не привлекать внимания, а Суран просто не знала, что сказать. - Зачем? – уточнила Пак, не припоминая, чтобы были какие-то договорённости. Вряд ли ночёвка у кузины Тэхёна предвещала обычные девчачьи посиделки. По любому что-то, что касалось вызова. Нельзя сказать, что Суран была незаинтересованной. - У меня есть идея насчёт Тэхёна, но для этого нам нужно находиться в их доме, - ответила вместо инопланетянина Мисоль. - Что за идея? – спросила Ради, которая тоже была не посвящена в тонкости новой шалости. - Она собралась украсть все залежи его порно и раздать его безвозмездно всем студентам, - отошла от самокритичного транса Ынрё и вклинилась в разговор. Тэин закивала, нервно облизав губы, будто содержание сказанного Кан было и правда весьма устрашающим. - Разве он не будет в бешенстве? – ахнула Ради, представляя в какую истеричную панику впадёт Ким Тэхён, узнав, что его коллекция бесплатно была подарена каким-нибудь прыщавым обрыганам. - Из-за порно? – вкинула брови Суран, не понимая, что в этом такого. То есть, она понимала и знала, что парни зависимы от всех журнальчиков с голыми бабами и видео с пошлыми трахами в немецком стиле, но разве потеря этих самых залежей есть нечто грандиозное? Или Пак отстала от жизни, или Ви слишком помешан на своём порно. - Он будет рвать и метать, зато мы уделаем ещё одного короля, - довольно щёлкнула пальцами Мисоль, расплываясь в улыбке. Ей казалось, что таким образом наказать озабоченного Питера Пена было бы в самый раз. Она собиралась рассказать ещё новенькой, почему это идея гениальна, но её заставила замолчать Тэин, удивлённо распахивающая глаза. - Боже мой, - выдохнула Ящерица, под недоуменные взгляды Ынрё и Мисоль, которые сидели спиной к тому, что увидела их макнэ. - Чего? – нетерпеливо спросила Кан и обернулась. У девушки чуть челюсть не поцеловалась с прочным кафелем, как и у Мисоль. Ынрё и Квон шокировано уставились на огромный букет сирени, заполнивший их легкие приятным цветочным ароматом. В столовой начались шумные перешёптывания, а взгляды студентов были точно устремлены на столик девчонок и Чимина, который стоял около него и с чарующей полуулыбкой протягивал одной из них букет. - Ч-что это? – хлопала глазами Ынрё, понимая, что своеобразный подарок юноши протянут именно ей, а не Мисоль. - Цветочки. Мой муженек к тебе подкатывает, - хмыкнула Мисоль, не ожидая от себя такой острой реакции. Не то, чтобы она ревновала или завидовала Кан, просто… поступок Пака ввёл её в ступор. Только недавно, на вечеринке, он откровенно подкатывал к Мисоль, не стесняясь делать пошлые намёки, а сейчас дарит букет её подруге. Поэтому она не доверяла мужчинам. - Я не подкатываю, - строго глянул на Мисоль Чим и сощурил глаза. Квон непонятно по какой причине почувствовала из-за этого неловкость и прикусила язык, чтобы больше ничего не ляпнуть. А Чимин тем временем добавил: - Это такое правило. - Что за правило? – поинтересовалась Суран, наблюдая, с каким шокированным выражением лица Ынрё принимала цветы и неуверенно наклонялась к ним, чтобы вдохнуть цветочный аромат. - Моё личное правило. Вчера ты завладела публикой с помощью стриптиза, а значит, на один день ты должна стать моей королевой, - пояснил Чимин, демонстративно отвернувшись от Мисоль и обратив всё своё внимание на Ынрё. Сладко улыбнулся подруге Квон и протянул ей руку. Мисоль же наклонилась вперед, чтобы видеть, что происходило за широкой спиной юноши. Должна ли она уточнять, что вдруг в её крови забушевало волнение от происходящего? - Да? Вау, - безэмоционально буркнула Ынрё, всё ещё не отойдя от ошеломления. Внутри неё ничего не происходило, всё будто замерло и перестало существовать. Просто она не могла поверить и понять, что ей один из самых горячих парней университета только что подарил чёртовы цветочки. - Что это значит? – уточнила Ради, с подозрением взирая на то, как терпеливо протягивал руку Пак. А её подруга делала вид, что не замечала этого жеста. Мисоль же, поджав губы, следила за Ынрё, но никак не могла понять, что происходило внутри той. Всё же Квон знала о том, насколько впечатлительной может быть её пирожок. - Это значит, дамы, что я забираю свою королеву на сегодня и верну её вам по окончанию учебного дня, - огорошил Пак, в этот раз возвращая Ынрё на землю своей репликой. Вновь округлив глаза, Кан раскрыла рот, но ничего вымолвить не смогла. Юноша, растеряв остатки терпения, обхватил девичье запястье и силком поволок кучерявую Ынрё к столику, где шумели его друзья. Девушка с озадаченным видом оборачивалась к подругам, а те точно таким же взглядом провожали её до королей. Они были крайне удивлены. - Ебушки-воробушки, у меня мужа на сутки увели, - отмерла первой Мисоль, бросив фразу небрежно, и взяла в руки стакан с клубничным соком. С насмешкой пожала плечами на подозрительный прищур Ради и осушила стакан, издав довольные звуки. Суран и тайка с ухмылкой переглянулись, но не стали ничего говорить Квон, которая делала вид, что её совершенно не заботило происходящее. - Ну, сегодня ты все равно собиралась заняться Тэ-оппой, так что вы квиты, - озвучила свою мысль Тэин и пожала плечами. Одна она не видела ничего забавного в тщательно скрытом уколе ревности со стороны Мисоль, к слову, вообще его не заметив. Ничего не ответив младшей из подруг, Квон повернулась к столику королей и осмотрела по очереди сначала Чимина, а потом Тэхёна. Ничего особенно, нефиг париться.

-.-.-

После обеда, пока не началась пара, Ради, Суран, Мисоль и Тэин направились на третий этаж, где находилась учительская. Большая часть студентов ошивались в столовой до последнего, не желая покидать храм пищи до самого звонка, чтобы насладиться общением друг с другом. Ынрё так и осталась в компании Чимина, Мисоль даже заметила, что рука юноши в тот момент, когда девчонки покидали столовку, покоилась на тонком плече Кан. Видимо, он решил играть в королеву и короля настолько правдоподобно, насколько сможет. Нет-нет, Мисоль это нисколько не заботит! Квон настраивала новенькую камеру, чтобы запечатлеть будущую шалость, пока Суран наливала из бутылки воду в презерватив, который держала Ради. А Тэин, подставив стул из соседней аудитории к учительскому кабинету, крепила пару троек кнопок, за которые на веревке должны прицепить их орудие. Адреналин и страх быть пойманными бурлил в крови, заставляя пальцы дрожать и сохнуть губы. Ким слышала бурные обсуждения учителей за дверью и молилась Всевышнему, чтобы никому не приспичило выйти в тот момент, когда девушки будут вешать презерватив. Добрая половина студентов всё ещё ошивалась в столовке, а те, что бродили по коридорам лишь молча косились на девушек, спеша по своим делам. Главное, чтобы до королей никакие слухи не дошли. Не сейчас, во всяком случае. - И как мы должны это делать без Ынрё? – спросила Ради, завязывая наполненный презерватив. Суран недоверчиво взглянула на сие сооружение, боясь, что он лопнет до того, как кто-то стукнется об него лбом. - Ничего не попишешь, Чимин сегодня собирается таскать её везде с собой, - пробурчала новенькая и отошла, чтобы камера всё запечатлела. Ради на это лишь вздохнула и привязала к узлу презерватива толстые нитки. - Это была её идея, может, сделаем это завтра? – шепотом проскулила Тэин, принимая от светловолосой подруги воду в латексе. Неприятно сморщив нос, Ким зацепила нитки за кнопки и, убедившись, что всё закреплено прочно, слезла со стула. - Нас могут разоблачить в любой день, чем больше пунктов выполним «до», тем нам же лучше, - монотонно отозвалась Мисоль, клацая сообщение кому-то на сенсоре своего телефона. Тэин хитро сверкнула в её сторону глазками и быстро подскочила к подруге, усмехаясь. - А ты ревнуешь? – хмыкнула младшая и попыталась заглянуть в экран квоновского айфона, но девушка резко нажала на блокировку и хмуро взглянула на Ким. - Что именно? – уточнила Мисоль, в самом деле недоумевая, о чём шла речь. - Ну, Чима к Ынрё? – беспристрастно пожала плечами Тэин. Квон вздёрнула бровь и внимательно осмотрела младшую сестру Марсианина. Неужели она себя вела как-то провокационно? - Похоже, что я ревную? – спокойно переспросила Мисоль и взглянула на всех девушек, чтобы те тоже поделились своим мнением. Никаких чувств Квон не хотела скрывать, тем более от подруг. Просто она и Чимин не настолько близки, чтобы, действительно, ревновать его, особенно, к пирожку. Да, Мисоль была в некотором недоумении, когда рыжеволосый король подарил Ынрё цветы, но всё изумление сошло на «нет», когда он объяснил о своём личном правиле. Дело в том, что Пак Чимин слишком принципиален и зависим от собственных правил, и Мисоль не имеет ничего против. Нет, она не ревновала его. Ни на грамм. - У вас вроде какие-то сближения были, нет? – без особого интереса высказалась Суран, падая на пол задницей в их укрытие. - Едва ли, - вздохнула Квон, проверяя время. Скоро должен прозвенеть звонок. - Мне бы ваши искры с Шугой, было бы проще выполнить свою участь, - жалобно заскулила Ради, подперев рукой подбородок. Закатив глаза, Квон слабо пнула блондинку в ребро обуви, чтобы та уже прекратила нести всякую чушь про неё и Чимина. - Никаких искр нет. Я его совсем не знаю, - протестовала Мисоль. Чего как маленькие-то? Если бы между ней и Чимином реально происходило что-то особенное, то она бы уже давно взяла быка за рога. Наверное. Ради хотела поделиться своими наблюдениями, которые, в принципе-то, и наблюдениями тяжело назвать, но услышала, как заскрипела дверь учительской. Четыре девушки резко притихли и нагнулись, чтобы их макушки были не видны за высокими деревянными перилами. Мисоль приблизила камеру, чтобы успеть всё запечатлеть и ничего не упустить. Из кабинета выходил высокий и молодой историк, заискивающе улыбаясь математичке. Он явно пытался показать себя перед незамужней симпатичной женщиной с лучшей стороны, но удача явно была не на его стороне. Математичка прыснула в кулак, когда историк смачно шлёпнулся виском о грациозно висящий презерватив, наполненный водой. Резко дёрнувшись, мужчина с искренним недоумением уставился на предмет контрацепции. - Блять, твою мать, что за ху… - сорвалось с его уст, но он быстро отдёрнул себя, смущенно повернувшись к математичке. Та слабо улыбнулась мужчине и поспешила ретироваться подальше отсюда. Когда историк остался на этаже, как ему казалось, один, то он сменил растерянность на гнев и огляделся. Его взору никто не попадался, а четыре девушки, затаившись, как мышки, ждали, когда он уйдёт, чтобы расхохотаться. В их крови бурлил адреналин, в ушах шумело, а сердца бешено колотились. - Эй, кто это сделал? Йа! Думаете, я не смогу разузнать, кто это сделал?! Сейчас же камеры просмотрю! Мелкие засранцы! – покраснел от злости историк и унесся, забив на висящий перед кабинетом презерватив. Прыснула от смеха лишь Тэин, посчитав, что никаких проблем – пора смеяться, но Ради, Суран и Мисоль испугались, услышав о камерах. Их ведь за это не отчислят? Ну не может быть такого! В прошлом году Хосок подложил собачье дерьмо к завучу под дверь и та неосторожно вступила! Об этом узнали все, и единственным наказанием Хоупа стала уборка в библиотеке. За этот презерватив ведь не будет отстранение от занятий? - Бля, какого хера мы про камеры не подумали? – озадачено выдохнула Мисоль, понимая, что сейчас не подходящее время для отстранений. Во-первых, у неё и так за год дохера прогулов. Во-вторых, ей есть ещё какие предметы перед сессией подтянуть. В-третьих, скоро начнутся годовые экзамены. - В таких вещах всё нужно досконально продумывать. Попросили бы нас, мы бы помогли. Профи как-никак в этом деле, - неожиданно раздался позади девушек мужской и до жути знакомый голос. Мисоль, не поворачиваясь, выпучила глаза и у рядом сидящей Суран одними губами спросила - «там блять уже кто?». Новенькая состряпала невозмутимую мину и обернулась. Перед ней на корточках сидел Чонгук и мял зубами нижнюю губу, переводя взгляд с одной девушки на другую по часовой стрелке. - И давно ты здесь? – прошипела Ради, очнувшись от шока первой. - С самого начала, - спокойно пожал плечами Гук, смотря, как судорожно начала Квон складывать камеру в сумку. Кажется, у неё по спине бежал пот. И так, что они имели? Судя по всему, Мисоль с девчонками только что спалились. К такому она пока не готовилась. - Какого начала? – решила уточнить Суран, нахмурив брови. Слишком уж Чон выглядел беззаботным. Пак так прикинула, что если Чонгук только что узнал о вызове, то должен, как минимум быть вне себя от раздражения. Ну или злости. - Как вышел историк, - неопределенно махнул рукой Чонгук в сторону учительской. У Мисоль аж от сердца отлегло. Впрочем, как и у остальных. - А до этого? – для подстраховки решила уточнить Квон и прищурилась, глядя на расслабленное лицо короля поцелуев. - Что до этого? – не понял он, вскинув брови. Мисоль же, естественно, не собираясь рассказывать всю предысторию, быстро засобиралась, вставая и криво улыбаясь юноше. - Знаешь, нам пора, - буркнула она, подхватив Суран под руку, и поплелась к лестнице, чтобы скорее свалить отсюда. Девушки, не ожидая особого приглашения, засеменили за Квон, но одна из них была перехвачена крепким захватом Чона. - Притормози-ка, Ящерица, - с подозрительным прищуром потребовал Чонгук, сомкнув сильные пыльцы на тонком запястье Тэин. Увидев, что одна из команды была схвачена «в плен», Мисоль остановилась и уперла руки в бока. Она была готова защищать своё малолетнее чудное чудо и отвешивать пинки чужому макнэ, но Ким сладко улыбнулась и кивнула. - Всё в порядке, я догоню, - добавила Тэин. Мисоль недоверчиво перевела взгляд с Ким на Чонгука, но решила всё же свалить в туман, поэтому пожала плечами и молча ретировалась с Суран и Ради. - Ты что-то хотел, Мистер Чонгук? – округлила глазки Тэин, посмотрев на Гука со всей имеющейся невинностью. Это срабатывало лучше всякого эгьё. Кстати, такому трюку её научил Тэхён. Всегда что-то сотворит дома, а потом хлопает невинно глазками перед родителями и пожимает плечами. И гневные взгляды отцов переводились на ничего не подозревающую Тэин. - Спросить… - начал уже Чонгук, но сморщил нос, понимая, что она снова его так назвала. - Блин, перестань называть меня мистером! - Как скажешь, - невозмутимо пожала плечами Ким. - Чего это вы шалостями занялись? Замышляете что-то? – прищурился Гук, не отступая от своего разговора. По выражению лица девушки сложно было что-то понять. Этим она была вылитая братец. Смотрит-смотрит с ничего не выражающим лицом, а потом то лыбу давит, то херню начинает нести. - Замышляем, - кивнула Тэин. Ну вот, пожалуйста. - Что? – вскинул брови Чонгук, собираясь выяснить всё у сестры друга. - Злорадство, - вздохнула Тэин. Юноша закатил глаза и скрестил руки на груди. Как двум 4D личностям живётся под одной крышей? Для него это навсегда останется загадкой. С одной девчонкой тяжело, а тут целых два таких типа. - Из тебя злорадство, как из меня Потрошитель, - фыркнул Чон. Проигнорировав замечание друга кузена, Тэин обняла Чонгука за крепкое плечо и мило заулыбалась юноше, заглядывая ему в лицо. - А купишь мне йогурт банановый, ми… - запнулась девушка и быстро отдернула себя, - Чонгук? Вообще-то с ним такое не проканает. Чонгук ведь не из того падкого на миленьких девчонок типа парней. У него стойкий иммунитет имеется, так что никаким сладкоголосием его не взять. К тому же, он вообще-то король поцелуев, а это значит, что волновать здесь должен он девчонок, а не его девчонки. - Не переводи тему, - нахмурился Гук, пытаясь отцепиться от девчонки, но та как будто намертво к нему приклеилась. - Пожа-а-алуйста, - жалобно протянула Тэин, начиная канючить. По правде, Чонгук не привык, когда девчонки выпрашивали у него внимание с помощью настырности, как это обычно делала Тэин. В основном его временные пассии зачастую строили из себя недотрог до второго свидания, а потом после секса почему-то перевоплощались в требовательных стерв, которым то надо, это купи, там на руках понеси, поэтому Чонгук терпеть не мог эти фальшивые отношения. Тэин же не была его девушкой, даже временной пассией, но почему-то имела от него всё, что хотели иметь другие девушки. Йогурты? – пожалуйста. Игрушки? – ради Бога. Помыть за тебя посуду? – ну раз в гостях, значит, помою. И нет никаких истерик, требований, есть лишь безгранично молящий взгляд чёрных глаз и обиженно выпяченная губа, если следует отказ. Чонгук относился к сестре друга с трепетом, но это совсем не то, что можно подумать на первый взгляд. У него не было никакого желания относительно Тэин, более того – сердце не замирало, когда она была рядом. Наверное, она как младшая сестра, которой у него нет. - Ящерица! – строго посмотрел на неё юноша, защемив костяшками указательного и среднего пальцев кончик носа Ким. Завертев головой, чтобы освободить свой нос из захвата Гука, Тэин захлопала маленькой ладошкой по крепкому торсу Чона. - Ну, Чонгу-у-ук, - снова захныкала она. Золотой макнэ закатил глаза, уже и забыл о том, что минуту назад хотел выпытать у неё, чем она тут со своими подружками занималась. - Епс ту дэй, ты как пиявка! – повысил голос Гук, но звучал беззлобно. Недовольно зыркнув на друга кузена, девушка вдавила пальцы в руку юноши и цапнула его за кожу. Чонгук от неожиданности вскрикнул и изумлённо вскинул брови, второй рукой уперся в девичий лоб и стал отталкивать от своей руки её лицо. - Сейчас присосусь и высосу твою кровь, - бросила угрозу Ким, стараясь вновь вгрызться в мужскую руку, но силушки в нём побольше, поэтому ему удалось спасти себя. - Ладно-ладно, пошли, куплю йогурт, - сдался Чонгук, чтобы Тэин снова не принялась за попытку его сожрать вместо йогурта. - А на спине покатаешь? – расплылась в довольной улыбке девушка. Ну вот, она снова победила. Каждый раз почему-то Чонгук вредничает и не хочет делать то, что Тэин его просит. Но стоит чуточку надавить, как сдаётся и соглашается. По правде, Тэин не понимала, почему он ломается. Раз уж всё равно купит ей йогурт, так зачем вредничать и выкабениваться? Быстрее купит, быстрее отделается от неё. - Я тебе не автобус, иди пешком! – фыркнул Чонгук и направился к лестнице, чтобы вернуться в столовую и купить мелкой долбанный банановый йогурт. - Какой ты противный, - воскликнула в спину Тэин и засеменила следом за черноволосым юношей.

-.-.-

Ынрё вообще-то не из тех, кто без причин прогуливает занятия. Не то, чтобы её кто-то ругал за прогулы, скорее здесь играет важную роль желание выжать себя по максимуму. Кан хочет получить хорошее образование, красный диплом и найти высокооплачиваемую работу. Исключительной работой мозга она не отличалась. Не была гением или сверхчеловеком, поэтому и занималась учёбой кропотливо. Сегодня у неё не было причин прогуливать планирование менеджмента, но Чимин убедил, что день вместе – это более чем причина для прогула. Поэтому Ынрё послушно не пошла на пару и осталась с Паком на крыше университета. Сначала в её извращенную голову закралась мыслишка о том, что Чимин хотел с ней пошалить в укромном местечке, но только они переступили порог крыши, как юноша умастил свою задницу на бетоне, скрестив ноги по-турецки, и достал с кармана джинс айфон. Девушка же огляделась и вдохнула полную грудь воздуха. Раньше она сюда не ходила, поэтому для неё оказалось приятным удивлением вид с университетской крыши. Он великолепен. Разных высот и размеров здания ютились подле друг друга, ослепляя яркими вывесками и кричащими лозунгами, фотографиями всяких моделей, в конце концов. Несмотря на то, что Кан любитель свежего воздуха и природы, вид мегаполиса заставлял сердце учащенно от восторга стучать в грудной клетке, размножая в теле приятную дрожь. Девушка обернулась к Чимину и с полуулыбкой рассмотрела его. Лохматые рыжие волосы, которые он такое чувство вообще не расчесывал; пухлые губы, которые он периодически облизывал; слегка нахмуренный брови, потому что он удрученно что-то высматривал на экране своего телефона и клацал по сенсору пальцами. Ынрё сделала вывод, что он играл в какую-то игрушку на мобильнике. Очень интересное занятие, наверное. А главное, что она просто обязана была прогулять пару, чтобы он здесь в её присутствии порубился в игрушку. - Впервые слышу про статус королевы на один день, - произнесла Ынрё, не слишком заботясь о том, что Чимин мог не хотеть разговаривать. Она села рядом с ним, не успев увидеть, что же он всё-таки делал в телефоне, потому что он резко нажал на блокировку и спрятал мобильник обратно в карман. - Впервые кто-то посмел станцевать стриптиз вместо меня, - в той же манере ответил Чим и дружелюбно улыбнулся девушке. Ынрё не совсем поняла по его тону – доволен он был этим или же наоборот. - Ради на вечеринке "мини" танцевала, - напомнила юноше Кан. Ведь на первой их вечеринке с Чимином отжигала именно Ради. И танцевала, куда лучше, чем Ынрё. - Она стянула только топик, это не считается, - отрицательно закачал головой Пак. - Я тоже догола не разделась. Ну, да ладно, - отмахнулась быстро Ынрё, не слишком заморачиваясь и спросила следующий интересующий её вопрос: - А почему ты король именно стриптиза? - В каком смысле? – не понял Чимин, вскинув брови. Ынрё была мастером перескакивать с темы на тему и с вопроса на вопрос. По правде, её не слишком-то и интересовали ответы на эти вопросы, главное их задать. Чаще Кан задавала вопросы, чтобы между ней и собеседником не повисала неловкая тишина. Из-за своего природного стеснения, Ынрё всегда и с легкостью поддавалась напряжению. - Мне интересно, почему именно этот род деятельности? Ну, то есть… - она секунду-другую помолчала, пытаясь в мыслях подобрать правильные слова. - Тебе нравится дразнить девочек? Ынрё вперила в Чимина прозрачный взгляд, обнимая себя за коленки. Юноша почесал затылок и неопределенно пожал плечами. Зачем задавать эти вопросы, если ответы на них слишком очевидны? - Нормальным парням всем нравится дразнить девочек, - мягко ответил он и улыбнулся подруге Мисоль. Если честно, то он еле сдерживался, чтобы не закидать вопросами о Квон Ынрё. Можно сказать, что сюда он её позвал именно по этой причине, но когда Кан перед ним и смотрит на него с таким искренним доверием, то интерес к Мисоль немного притуплялся. Не потому что он резко переключался на Ынрё, нет. Чимин вовсе не такой легкомысленный, просто посчитал, что его затея не шибко гениальна. Лучше он найдёт Мисоль в соц.сетях, попросит её номер телефона и спросит напрямую у неё всё, что хотел. - По-моему, ты просто требуешь внимания, как маленький щенок, - неожиданно огорошила его своим мнением Ынрё и отвела взгляд, вдруг понимая, насколько прозвучала грубо. Она не хотела, просто, действительно, так считала. Из всех королей Ынрё больше нравились Хоуп и Юнги, потому что от них она чувствовала искренность, как бы странно это не звучало, ведь никогда близко она не знала никого из них. Чимин же ей казался человеком, который привлекал чужое внимание, как мог. Не то, чтобы эта человеческая черта была ей неприятна, но чужда. - Воу-воу, королевишна, полегче, Вы переходите на личность, - засмеялся Чимин, которого никогда не трогали подобные замечания в свой адрес. Пака часто пытались зацепить за живое неприятными словами. Например, ты слишком многое о себе возомнил. Или – ты не настолько ахуенен, как считаешь. Но Чимин никогда не обращал на их слова внимания, потому что он о себе совершенно ничего не возомнил и не считал себя, в принципе, ахуенным. - Про тебя в университете ходит не так много слухов, как, например, про Хоупа. Если он любит зажимать девочек по углам универа, то ты нет? – спокойно перевела тему разговора в несколько иное русло Ынрё, но всё равно касающее Чима. А юноша просто не успел уловить слишком быстрые «прыжки» Кан, поэтому с легким недоумением потупил взор в сторону кучерявой. - В каком смысле? - Я спрашиваю про твою половую жизнь. У тебя не бывает одноразового секса? – невозмутимо поинтересовалась Ынрё, подобравшись к своей любимой теме. Ну, подумаешь, приличные девочки должны стесняться и обходить стороной тему секса, но у Ынрё закаленный характер – ей плевать, что должны делать девочки. Она будет делать то, что хочет. А сейчас она хочет узнать трахает ли Чимин девчонок налево и направо или же держит своего дружка под присмотром в штанах. Просто странно, что ни одна ещё не похвасталась, что смогла оседлать одного из самых желанных парней университета. Казалось бы, раз уж популярен, то почему бы этим не воспользоваться, верно? - Что? Боже, почему ты это спрашиваешь? – округлил глаза юноша, не веря своим ушам. Только что у него впервые девчонка спросила о сексе. Конечно, с ним приключались разные случаи. Попадались девушки, которые откровенно задирали юбчонки, в надежде почувствовать в себе короля, но никто из них не выглядел так хладнокровно, спрашивая о постельных похождениях. Этот контраст заставлял чувствовать себя недоуменно. - Любопытство, - пожала плечами Ынрё, поправляя кучерявые волосы. - Серьёзно? – хмыкнул Пак. - Ну, не совсем. Так что? У тебя большой опыт? – продолжала настырно задавать интимные вопросы Ынрё. Пробурчав невнятные слова, Чимин достал из внутреннего кармана пиджака банановое молоко и молча предложил его девушке. Та отрицательно покачала головой, тогда Чимин распаковал трубочку и воткнул его в упаковку. - Достаточный, чтобы не оплошать перед дамой, - ответил он и присосался к молоку. Ынрё судорожно облизала губы и придвинулась к юноше ближе. Чимин в этот момент посмотрел на неё и заметил в тёмных глазах волнение и необъяснимое смущение. На её щеках стал разрастаться пунцовый румянец, приводя Пака в очередное смятение. Что с ней не так? - Не хочешь заняться сексом со мной? – выпалила Ынрё на одном дыхание, нервно затеребив края джинсовой юбки. А у Чимина из-за вопроса молоко не в то горло полилось. Он закашлялся, выплевывая питье на бетонную крышу. Воздух резал громкий кашель юноши, а Ынрё скукожилась, стесняясь своего порыва и желания. На самом деле она не настолько смелая, как может показаться всем остальным. И предложила себя Чимину, зная, что тому это не нужно. Просто она хочет избавиться от ярлыка девственницы, хочет показать молодым людям, что готова, но это лишь отталкивает. Вот и Чимина, похоже, она только что оттолкнула. - Ч-чего? – восстановив дыхание, шокировано спросил Пак, выпучив на неё лисьи глаза. Не смея смотреть в его глаза, Ынрё снова облизала обсохшие из-за волнения губы. Вдруг в её виски раскатом грома долбанула мысль о том, что, возможно, его и Мисоль, действительно, что-то связывает. Ну, то есть, вдруг они симпатизируют друг другу и хотят сблизиться, а тут Ынрё, которая чуть по-свински не поступила с подругой и ввела в неловкое положение юношу? Почему она сразу не вспомнила об их искрах, которые последнее время замечала не только она? - О, забыла спросить для начала, у тебя с моей подругой Мисоль что-то есть? Ну, там шуры-муры, все дела. Просто она не особо распространяется об этом, - затараторила Ынрё, кажется, усугубляя ситуацию. Чимин отставил в сторону упаковку с молоком и вытер влажные губы ладошкой. Кажется, он всё ещё пребывал в шоке от вопроса Ынрё. - Н-нет, мы с ней не делаем шуры-муры, - не совсем так поняв её вопроса касательно Мисоль, ответил Чим. А Ынрё тем временем растерялась, ведь она собиралась услышать утвердительный ответ, мол, да, у меня с твоей подругой вроде как что-то прорисовывается, но оказалось твёрдое «нет». Причём с двух сторон, если вспомнить, как рьяно отнекивалась Мисоль. - Тогда, что скажешь? Переспишь со мной? – не могла себе позволить стушевать Ынрё. Ну, как не могла. Она очень хотела перемотать время и не затрагивать эту тему с Чимином, ведь теперь очень стыдно, но её будто прорвало. Язык отсоединился от мозга. - Так, Ынрё, тормози. Ты серьёзно собралась переспать со мной? – воскликнул Чимин, слыша, как застучало в грудной клетке сердце. О нет, это явно был не порыв симпатии или волнения перед девушкой, а скорее скользящие по венам отголоски возбуждения. Именно её манера речи – отрешенно-откровенная – заставляли Пака думать и предполагать, какой она могла бы быть в постели. Властной, доминирующей и сверху. Эти три пункта смогли заставить его почувствовать желание, но он не мог. - Да, - кивнула Ынрё, хотя едва звучала уверенной. Лишь нечитаемый и непроницаемый взгляд могли говорить о том, что она, действительно, хотела бы этого. А Ынрё, правда, хотела. Но она боялась. Чимин должен отказаться, она в этом не сомневалась. - Впервые девчонка настаивает на том, чтобы я ей присунул, - нервно хмыкнул Чимин, сглатывая. Кажется, у него последний раз была девчонка в этом плане три недели назад. Конечно, он хотел бы переспать с кем-то, но уж точно не с подругой Мисоль. - Ты шокирован? – уточнила Кан, хотя и без того прекрасно знала, что как минимум он не ожидал от тихони такой откровенности. - Слабо сказано. Но… - на секунду Чимин замялся, не зная, как ему съехать. Просто он не мог переспать с ней. По двум причинам. - У тебя нет парня? Почему бы тебе не найти постоянного молодого человека и… - Такие девушки как я мало кому нравятся, - прервала Чимина Ынрё, понимая, что его слова бестолковые и очевидные. Юноша поджал губы и с прищуром осмотрел Кан. Ну, возможно, она не из тех длинноногих и разукрашенных девушек, которые сейчас в моде, но на взгляд Чимина, Ынрё не дурна собой. У неё миловидные глаза, маленькое лицо и красивые волосы. - Не неси чепухи, всякие девушки нравятся парням, - заверил Чимин, не понимая, когда тема секса превратилась в поднятие самооценки Ынрё. Последнюю же, кажется, совершенно не смутил порыв Пака заверить Ынрё в обратном своих предположений. - Тем, что нравлюсь, не нравятся мне. А ты очень даже завлекательный и привлекательный. Мне бы хотелось «затусить» с Шугой или Хосоком, но ты кажешься надёжней, - почти раскрылась для откровений Ынрё. Она никому не рассказывала о своих страхах и надеждах найти того, кто сможет принять все её заскоки. Чимину тоже она бы не стала это рассказывать, но могла хотя бы намекнуть. Возможно, ему останется не ясен её поступок с просьбой переспать с ней, ведь он уверен, что Ынрё не из тех, кто готов на одноразовый секс лишь для удовлетворения. И будет в этом прав. - Надёжней? Ты что, девственница? – догадался Чимин, перегорая с мыслями о том, что Ынрё могла бы быть сверху. Ну вот, появилась третья причина отказаться от этого бессмысленного полового акта. - Только физически, в мыслях я уже давно… - начала Ынрё, округлив глаза из-за подступившего к горлу смущения. - Я наслышан о твоих пристрастиях к теории секса, можешь не объяснять, - мгновенно прервал Чимин девушку. Она кивнула и уткнулась носом в свои коленки. Кажется, она сама себя уже ненавидела за своё поведение. - Ну что? – буркнула она, хотя должна была уже просто заткнуть свой идиотский рот. Ну, а Чимин не мог ответить взаимностью уже по трём причинам. Первая – ему, кажется, нравится Мисоль. Вторая – Ынрё девственница, а с ними связываться себе дороже. И третья… - У меня табу – не иметь одноразовых отношений с девушками из университета, - озвучил последнюю причину Чимин и виновато улыбнулся. Ынрё хотела выдохнуть с облегчением и расслабить напряженные плечи, но её смутило кое-что в его ответе. - Но сегодня я же одноразовая королева, - напомнила Кан. Чимин кивнул и вернул в руки недопитое молоко. - Я имею в виду сексуальные отношения, - уже спокойно ответил он и принялся допивать банановое питье. - Скукота, - с улыбкой хмыкнула Ынрё, а Чимин в ответ лишь пожал плечами. Скукота так скукота.

-.-.-

Суран уже начинала нервничать. Во-первых, проделка с презервативом заставляла всего шарахаться, ведь историк реально может посмотреть камеры и тогда трындец будет. Суран перевелась в нынешний университет с высокими баллами, но это не значит, что учителя начнут к ней снисходительно относиться, тем более, если она будет такое вытворять. Но, что странно – она не жалеет о том, что решила с девчонками заняться этим. Во-вторых, одногруппники всё ещё пытаются её задеть и обидеть. Их даже не волнует тот факт, что сейчас она дружит с Мисоль и другими девчонками. Может, Суран реально слишком груба? Не может ведь быть такого, что её прямо все недолюбливают без причин? Как говорится, если весь мир ополчился против тебя, то искать причину нужно в себе. В-третьих, декан увидел в Суран девочку на побегушках, не иначе. Всё время просит её о чем-то. То заполнить журнал пропусков, то собрать тетради, то передать какое-то послание кому-то, а сейчас вот, например, взять у библиотекарши список студентов, которые не возвращают книги уже какую подряд неделю. Разве декан не может оторвать свой толстый зад от стула и отнести его в библиотеку за этим списком? Бесит. Суран вообще из тех людей, которые заводятся и выходят из себя с завидной скоростью, а тут ещё и такие провокации. Не мудрено, что в библиотеку Суран во время пары шла с удручающим настроем. Нахмурив брови и плотно сжав губы, она шла и размахивала руками взад-вперед, будто это могло её успокоить. Уже спустилась на первый этаж, почти дойдя до библиотеки, и услышала какую-то странную возню под лестницей. - Да чего ты, пара идёт, кто нас увидит, бейба? – раздался приглушенный мужской голос, а затем пошлые чмоки и звук расстёгивающейся ширинки. Если бы у Пак не было бы такого поганого настроения, то, возможно, она бы закатила глаза, бросила какое-нибудь ворчание и сгинула с этого места поскорее, но сейчас Суран хотела из вредности испортить и этим голубкам пятиминутку. - Но, Хорс! Почему ты именно сейчас это хочешь сделать? – послышалось ответное щебетание приторного девичьего голосочка. Хмыкнув, Суран сразу поняла, кто скрывался под лестницей и собирался совершать непристойности. Девушка перегнулась через перила, встретившись взглядом с миловидной шатенкой, у которой прилично вздёрнута юбка, под которой беззастенчиво копошились руки Хоупа. У незнакомки округлились глаза от испуга, а Суран расплылась в гадкой улыбке. - В нетерпеж. Такое обычно бывает, если сперма в голову ударяет, - огорошила Пак двух недовлюблённых. Хосок на секунду замер, повернув голову вправо, чтобы через плечо увидеть нарушительницу. А его пассия, которой он хотел хорошенько заняться, начала нервно отдёргивать от себя руки Чона, поправлять юбку, волосы и уносить оттуда ноги, смущенно отводя от Суран взгляд. Пак красноречиво изогнула бровь, нагло глядя оторопевшему Хоупу в глаза. - Можно было промолчать, - скрестил руки на груди юноша, даже не удосужившись застегнуть ширинку обратно. Суран спустилась по лестнице и подошла к Хосоку, демонстративно вздёргивая нос. Не то, чтобы она его терпеть не могла, просто нефиг заниматься пошлостями во время учебы под лестницей. Тем более попадаться Суран на глаза, когда у неё паршивое настроение. - Я обычно не молчу, - оповестила Пак, заправив за ухо прядь коротких волос. Чон вздохнул, припоминая некоторые слухи о врожденной вредности новенькой. - Поэтому ты зануда, - буркнул он в ответ, застегнув ширинку и поправив на себе футболку. Слова юноши задели Суран. Она не зануда. Почему все ей говорят это? Ну, правда, она не зануда! Нахмурившись, Пак решила, что так просто теперь этого гавнюка не отпустит. Сначала любезностью обменяется. - А ты ебарь-смертоносец, - не осталась в долгу Суран, хотя наверняка не знала, насколько он таков. Просто это первые слова, которые пришли на ум. Хосок же на это оскорбление прыснул в кулак и вскинул брови, оценивающе осматривая новенькую. А так и не скажешь, что жуткая грубиянка. Особенно по её большим оленьим глазкам, а вкупе с пухленькими бедрами и низким ростом вообще волей неволей причисляешь её к ангелочкам. Но стоит рту открыться и понимаешь, что ты случайно перепутал её с дьяволенком. - Не слишком ли ты дерзкая, пусанская девчонка? – прищурился Чон, продолжая провоцировать Суран. Ну, как провоцировать. Ей точно кажется, что он делает это специально. - Что, если слишком? – с вызовом в голосе ответила Суран. Её природная импульсивность затмевала рассудок, превращая Пак в бесстрашную девчонку, которой все горы по плечу. Но едва ли это было так. Поэтому её грубость часто могла закончиться пиздюлями, но почему-то её никогда и ничего не останавливало. - Ты можешь об этом пожалеть, - предупредил девушку Чон, вскинув брови. Ему, в принципе, даже было непонятно этот ниоткуда взявшийся её негатив в его сторону. Недавно же было всё нормально, так что случилось? - И кто же заставит меня это сделать? Ты? – хмыкнула Суран, будто глотнув огромный глоток борзоты. Этот её напор уже переставал нравиться Чону. Ему вообще девчонки с гадким языком мало нравились. - Допустим, - кивнул Хоуп. Суран слабо рассмеялась и вскинула руки. - Ну, так валяй, а то я только и слышу, что беспонтовые угрозы, - выплюнула она, но в этот раз не звучала дерзкой, скорее уставшей. А на деле Суран просто поняла, что вот-вот перейдёт границы. Ведь Хосок ей ничего плохо не сделал, да и отношение к нему у неё было сносное. Враждовать с ним не было смысла. Подумаешь, сорвалась, когда было плохое настроение. - То есть, хочешь, чтобы тебя строптивую кто-то укротил? – вдруг ехидно расплылся в улыбке от своего предположения Хосок. Но Суран от его вопроса даже передёрнуло. Об этом она даже и не думала. И вообще, она не хотела, чтобы её кто-то менял. Может быть, ей нравилось быть грубиянкой. - То есть, бесят неисполненные угрозы, - фыркнула Суран и уже хотела покинуть юношу, чтобы добраться до библиотеки, ведь разговор постепенно превращался в пререкания и бестолковое перекидывание фраз. Но Хоуп, видимо, не кидается угрозами понапрасну. Пока девушка не успела ретироваться, он обхватил за запястье Суран и потянул на себя, прижимая её стенке своим телом в том месте, где несколько минут назад извивалась в его руках та шатенка. Нахмурившись, Пак хотела спросить, что он вытворяет, но Хосок заговорил первым: - В таком случае, мне просто нужно заткнуть твой поганый ротик. Суран успела только открыть рот, чтобы оповестить Хоупа, что он коронный идиот, но об её губы стукнулись губы Хосока, а юношеский язык ловко проник вглубь неё. Охнув в поцелуй, Пак застыла, пока Чон сминал девичьи уста и водил языком по её небу, зубам, языку. Она слышала собственное сердцебиение, чувствовала жар в теле, и низ живота незамедлительно потянуло, особенно когда Хоуп прижался к её телу теснее, заставляя прочувствовать его крепкое тело. Отвечать на поцелуй Суран не собиралась в любом случае, даже если хотелось. Чисто из вредности и гордости. И Хосок, поняв это, отпрянул от её уст и ехидно улыбнулся, замечая едва различимый румянец. Вот только не на ту напал. - И это всё? Пардон, парень, но едва ли этим ты сможешь заткнуть мой гадкий рот, - неодобрительно оповестила парня Суран и толкнула его в грудь, но Хосок не сдвинулся с места. Она может говорить всё, что вздумается, но он не идиот и заметил больше, чем она хотела показать. - Я вижу, что этого не достаточно, чтобы укротить тебя, но достаточно, чтобы ты задрожала, как осиновый лист, - шепнул девушке на ухо Чон, скользя ладонью под недлинную юбчонку девушки и демонстративно шлепая её по бедру. Суран заметно вздрогнула и вытянулась по струнке. Хмыкнув, Хосок отпустил девушку и разулыбался в своей излюбленной манере. А Суран, поняв, что прокололась, нахмурилась и с угрюмым видом умчалась в чёртову библиотеку. Будь проклят этот вонючий декан.

-.-.-

Ближе к десяти все девчонки уже были у Тэин. Ночевка должна быть веселой, если учесть, что отец и дядя Тэин уехали в Японию на деловую встречу и вернутся только к завтрашнему вечеру. Комната у Ким не очень большая для сна всем пятерым, но для болтовни и поедания вкусностей - самое то. Мисоль и Ради расположились на кровати Тэин, захватив себе упаковку чипсов. Хозяйка комнаты сидела за компьютером, переключая музыку в поисках подходящего фона для общения. Ынрё развалилась на полу, подложив под себя огромного плюшевого медведя, а Суран сидела на трех диванных подушках, которые спёрла из зала. Некоторое время каждая из них пребывала в своих мыслях. Например, Мисоль яростно размышляла о том, что же делала Ынрё весь день с Чимином, но не решалась спросить. Когда сама Ынрё раздумывала о том, что, кажется, опозорилась перед Паком. Суран с яростью вспоминала Хосока, Ради переписывалась в фэйсбуке с каким-то красавчиком, а Тэин просто искала музыку. - Где Марсианин? – спросила Мисоль, устав от собственных размышлений. Да и было бы гавняно просидеть всем пятерым всю ночь в тишине. Они и дома могли бы втухать. - Буквально, перед вами уехал с Чимином и Чонгуком в клуб, кадрить девчонок, - монотонно ответила Тэин, клацая мышкой. Мисоль перевернулась на спину и постаралась проигнорировать имя Чимина в предложении, сфокусировав внимание на Тэхёне. - А как же его блонди? – спросила Квон, вспоминая о Лин, кажется. - Я не знаю, - пожала плечами кузина. Ни одной из них добавить было больше нечего. - Нам нужно срочно уничтожить Хосока, - неожиданно подала голос Суран, переходя сразу к обсуждению вызова. Все четыре пары глаз мгновенно были устремлены на неё. - Хосока? Зачем? – недоуменно уточнила Ради, ведь Хоупа пока даже и не планировали уничтожать, как она выразилась. Он более тяжелый противник, поэтому его оставили на потом. - Он меня бесит, - в ответ фыркнула Суран и стала яростно сжимать кулаки. Блондинка лишь хмыкнула и покачала головой, перекинувшись с Мисоль взглядами. - А мне он нравится, крутой парень, - не смутившись, произнесла Ынрё. Она непроизвольно подумала, что если бы сегодня предложила себя не Чимину, а Хосоку, то в ближайшее время избавилась бы от ярлыка девственницы. Вряд ли у того были какие-то табу, как у Пака. - У него вместо мозгов член, - возмутилась девушка, переча Ынрё. Кан кивнула, соглашаясь с этим, но всё равно от этого он хуже в её глазах не стал. - Так у всех парней такая беда, - пожала плечами Мисоль, разблокировав телефон и увидев уведомление на фэйсбуке. Открыв его, она увидела кинутое предложение в друзья от Чимина. На устах непроизвольно расцвела улыбка, и Квон поспешила добавить Пака в контакты. - У него особенно развита болезнь, - тем временем протестовала Суран, явно негодуя из-за существования Хосока. - Он что-то сделал тебе? – спросила у неё Ради. - С чего ты взяла? - А с чего бы ты вообще на нём так зациклилась? Пак нахмурилась и почесала подбородок, раздумывая о том, говорить или нет. Если она скажет, что Хосок её поцеловал, то девчонки начнут подшучивать и воспримут это не совсем так, как хотелось бы. Но и если промолчит, то почуют что-то неладное. - Он пытался меня сегодня «укротить» идиотскими методами, - частично призналась Суран, уперев раздраженный взгляд в пол. - Как погляжу, удача ему не сопутствовала, и успеха он не постиг в этой попытке, - засмеялась Мисоль, вмиг повеселев. - Поговори мне тут. - Чего бучу на ровном месте наводишь? – спросила Тэин, повернувшись к новенькой. А у той от такого наезда чуть глаза на лоб не полезли. - Бучу? - Мне вот Чимин в сексе отказал, самое время впасть в депрессию, - вдруг захныкала Ынрё, вытирая невидимые слёзы. Мисоль откровенно проигнорировала её слова, листая фото на странице Пака, зато новенькая отреагировала незамедлительно. - Ты ему секс предложила? – ахнула Суран, прикрыв рот рукой. Но заметив, что все остальные так и остались невозмутимыми, предположила, что это нормально. - Она периодически предлагает себя всяким разным, - подтвердила её догадку Ради. Суран искренне считала, что Ынрё несмотря на свою одержимость сексом очень приличная и скромная, но, наверное, она в этом ошиблась. - И многие… - начала Суран свой вопрос, но Кан её перебила тяжелым вздохом. - Никто не взял. Что со мной не так? – захныкала Ынрё, вспомнив, что в прошлом все, кому себя предлагала, имели моральные принципы и поэтому отказывались. Предложи она себя какому-нибудь мерзавцу, с удовольствием бы всунул. - Меньше предлагай, пирожок, больше желающих будет, - пробурчала Мисоль, не отрываясь от просмотра страницы Чимина. Она успела уже прочесть некоторые комментарии под его фото, отметив, что у него полно друзей-девчонок. Или не совсем друзей. - Я два месяца никому не предлагала, желающих так и осталось ноль, - ответила подруге Ынрё, но Квон была слишком увлечена фэйсбуком, поэтому ничего не сказала. - Что от тебя Гук хотел? – вспомнила Ради о послеобеденной шалости, обратившись к макнэ. - Йогурт купить предложил мне, - мгновенно ответила Тэин, переиграв немного правду. - Разоришь бедного парня. - У него бизнес, бизнесмены не разоряются, - пробурчала Тэин, вспомнив однажды слова своего папы. Никто ей больше не решился что-либо сказать – бессмысленно. До неё вряд ли дойдет, что продажа поцелуев на дискотеках – это не бизнес. Квон как раз дошла до последнего фото, на котором Чим был изображен вместе с Тэхёном, и вспомнила, зачем они вообще организовали ночёвку. - А где у Марсианина залежи порнухи? – встрепенулась Мисоль, блокируя мобильник и ложа его на тумбочку возле кровати. - Ты будешь искать? – спросила Ради, намекая на то, что их подруга Квон из тех, кто терпеть не может брать чужие вещи без разрешения. Но видимо, в этот раз что-то поменялось. - Всегда мечтала порыться в чьём-то грязном бельишке, как во всяких американских фильмецах, - захихикала Мисоль и зашевелила пальцами, состряпав коварную физиономию. - Я не знаю, где Тэ-оппа его прячет, оно для него сродни золоту. - Ладно, чем сложней задача, тем интересней, - сама себе кивнула Мисоль, спрыгнув с постели. - А что если он придёт? – уточнила Суран, понимая, что они ходят по лезвию ножа со всеми этими шалостями и воровством порнухи. - Мы его будем отвлекать, пока она там рыться в трусишках Тэхёна будет, - подмигнула подруге Ынрё. - Фу, звучит, как какое-то извращение, - прыснула Ради, как раз в тот момент, когда Мисоль показала всем средний палец и скрылась за дверьми. Устав от поиска крутой музыки, Тэин бросила это занятие и прыгнула на кровать, где минутой ранее лежала Квон. - Иногда я лежу и мечтаю о том, что мы будем делать, когда станем королевами, - с улыбкой на лице произнесла девушка, прикрывая веки. Ей ведь и правда нравится вся эта затея с вызовом. И она от всей души надеется, что им удастся осуществить задуманное. - А ты не мечтаешь о том, как мы будем выполнять пункты вызова? Твои фантазии помогли бы нам в поиске решений, - вздохнула Ынрё, мысленно сетуя на отсутствие идей в своей голове. - Два пункта мы уже выполнили, выполним и остальные, - заверила девчонок Ради, веря в то, что у них хватит ума и энтузиазма дойти до последнего пункта вызова. Всё же они девочки и против них семеро чокнутых парней. У них двойное превосходство. Половое и количественное. - Из них мы выполнили лишь один полноценно, - напомнила им Суран и вздрогнула, не на шутку испугавшись, когда по косяку двери кто-то постучал. Все четыре дамы повернулись на звук и обомлели, увидев в проеме кузена Тэин. - И давно вы этим промышляете, девочки? – с ехидством в голосе поинтересовался Тэхён, уперев одну руку в бок. Ну и что им теперь делать? Не успели они закончить с его устранением, как он всё узнал. Зашибись. Мисоль будет не в восторге.