Мечта

Вся эта история, которая произошла в жизни семьи Малик, ни на секунду не покидала мою голову. Прошло около двух часов, как мы с Зейном вернулись в наш номер от его мамы, но обстановка все еще была наколенной. После разговора с Тришей, женщина попросила нас оставить ее одну. Ей стало нехорошо, она хотела отдохнуть и остаться наедине со своими мыслями. Мы дали ей такую возможность сразу после того, как убедились, что она ни в чем не нуждается. Вернувшись в свой номер, мы оба молчали, просто не знали, что сказать. Сели на кровать и, задумавшись, смотрели в одну точку. — Мне нужно в душ, — Зейн резко вскочил с места и скрылся за дверью. Я даже не успела понять, что он сделал. И снова, погрузившись в своим мысли, я плюхнулась спиной на кровать и громко выдохнула, закрывая лицо руками. Я понимаю его, ну, или хотя бы пытаюсь понять, как бы сложно мне это не давалось. Маленьким мальчиком его вместе с сестрами забрали у матери… И я больше чем уверена, что мистер Малик навешал им лапшу, какая их мать плохая или еще чего хуже. Все это невероятно сложно принять. И вот, когда вся правда просто лавиной повалилась на него, я даже не представляю, что он сейчас чувствует. Вдруг, правый карман джинс начинает вибрировать. Я достаю телефон и вижу, что мне звонит Йен. — Алло, — с удивленной интонацией в голосе говорю я. — Привет, Тесса, — слышу голос старого друга в трубке. — Привет, — уже спокойней отвечаю я. — Я хотел узнать, как у тебя дела. Сегодня на литературе… Я просто подумал… Может, ну… Меня удивила его невнятная речь и я решила прекратить его муки. — Слушай, я в порядке, если ты это хотел узнать. Еще что-то? — Да, я думал, может мы могли бы сейчас пойти погулять? Мы так давно не общались. — А ты не задумывался, по чьей причине мы давно не общались? — я уже начали злиться на парня. — Вот не надо сейчас всех собак на меня вещать, мы оба виноваты. Как же я ненавижу, когда он, «пытаясь загладить вину », начинает еще свои претензии на мне вымещать. — Ты позвонил еще пуще усугубить ситуацию или наладить?! — уже с повышенным тоном говорила я. — Так ты выйдешь, я во внутреннем дворике? — с такой же интонацией спросил он. — Нет! — рявкнула я и, отключив звонок, отбросила телефон на вторую половину кровати. В этот момент из ванной вышел Зейн в банном халате и со своими вещами на руках. — Что такое? — спросил он. — Просто Йен мозг выносит. Ничего такого, — уже с нормальной интонацией сказала я. Он ничего не ответил, просто кивнул, сел на кровать рядом со мной и начал вытирать свои голову полотенцем. Мне было так жалко смотреть на него в таком состоянии. Он совсем перестал быть похожим на того парня, с которым я познакомилась. Не было передо мной больше мистера Хмурость. Был раненный человек, который нуждался в поддержке. Я придвинулась к нему, забрала с его рук полотенце и начала сама сушить его уже достаточно отросшие волосы. Он ничего не говорил, просто внимательно смотрел на мое лицо и думал о чем-то. — Хочешь чего-нибудь? — тихо спросила я, поглаживая его все еще мокрые волосы. — Хочу, — нежно сказал он, вернув себе свою любимую ухмылку. — Иди сюда. Он одним рывком посадил меня к себе на коленки и внимательно смотрел на мое лицо. Его руки покоились на моей талии, а мои держали его шею. — Поцелуй меня, — очень тихо попросил он, что я еле расслышала его просьбу. Я легонько улыбнулась, закрыла его глаза левой рукой, а правой придвинула поближе, нежно коснулась губами его подбородка и начала продвигаться выше. Каждое мое касание заставляло его кожу все больше и больше покрываться мурашками. Наконец он не выдерживает и, убрав мою руку со своих глаз, берет ее за запястье, прижимает меня ближе и резко впивается в мои губы. Парень навесу переворачивает нас и вот, я уже лежу под ним, и он руками исследует мое тело, не прерывая поцелуй. В этот момент мое сердце начинает трепетать еще сильнее и тут я перестаю понимать: это из-за того, что мне это нравится или я боюсь того, что сейчас может произойти. — Зейн, — пытаюсь я хоть что-то сказать через поцелуй. Но он будто ничего не слышит. Волнение подступает еще больше. — Зейн, пожалуйста, — говорю я, пытаясь его отодвинуть от себя. — Что-то не так? — наконец-то говорит он, отстранившись от моих губ. — Я просто, я… я не знаю… — начинаю мямлить. — Если ты не хочешь, то все в порядке, — говорит он и убирает прядь волос, которая упала на мое лицо. Я киваю, и он немного отодвигается от меня. Я сразу встаю с кровати и не знаю, что мне сделать, дабы не показать, как сильно я напугана. — Хочешь принять душ? — спрашивает он, вставая с места. — Да, хорошая идея, — хватаюсь за спасательную соломинку и скрываюсь за дверью. Заперев ванную комнату на ключ, я медленно скатываюсь по стенке рядом с раковиной. «Что мне делать?» Этот вопрос крутился у меня в голове и я всеми силами пыталась найти на него ответ. Но я не знала. Ночь мне придется провести с ним в одной постели, хоть я и осознаю, что если я скажу «Нет!», он ничего не сделает. Но вот вопрос, хочу ли я сама говорить «нет»? Пытаясь разобраться со своими мыслями, я быстренько скидываю с себя одежду и встаю под душ. Холодные струи воды прекрасно отрезвляют голову. Наслаждаюсь этим приятным чувством, пока не начинаю замерзать. Переключаю режим, быстренько заканчиваю со всеми процедурами и выхожу из душевой кабинки. «Все будет хорошо, ты со всем справишься», — говорю я сама себе и возвращаюсь в комнату. Зейн сидит на кровати и все еще возится с теми бумагами, которые ему передал Лиам сегодня днем. Я тихонько подхожу к нему и сажусь рядом. — Все нормально? — спросила я. — Да, я в порядке, — тихо ответил он. — Я хотела тебя спросить, — начинаю говорить я. Он переводит взгляд на меня и пристально смотрит мне в глаза, затем убирает бумаги в сторону, и, вернув взгляд обратно, говорит: — Я слушаю. — Зейн, — я набираю побольше воздуха в легкие и продолжаю. — Что будет завтра? Какое-то время он молчит, просто смотрит и от этого волнение подступает еще больше. — Я просто хочу сказать, что ты в тяжелой ситуации. С одной стороны мать, с другой отец… Я хочу продолжить, но парень меня перебивает. — Стой, — говорит он. — Я уже давно все решил. — Расскажи мне, — умоляющим тоном, прошу я. — Родная, расслабься, у меня все под контролем, — говорит парень и берет мои руки в свои. Примерно около двух часов мы сидели на кровати и от и до обсуждали план действий. Он рассказал мне все, что задумал, рассказал, зачем он сделал предложение Перри и почему все же женится на ней. Объяснил, почему никто не знает, что его мама вернулась, кроме него самого и его сестер и, наконец, рассказал, почему ему приходилось так поступать со мной. Хоть, я и понимаю, что он все делал верно, я все же злюсь на него за то, что он не рассказал мне раньше, за то что заставлял меня плакать и переживать за все, что происходит. — Так ты согласна мне помочь? — спросил он. — А в чем заключается моя помощь? — Ты должна продолжать вести себя естественно. Никто не должен догадаться, что что-то не так. Все пойдет коту под хвост, если кто-то узнает о плане. Обо всем знает только четыре человека, мы с тобой, мама и Лиам. — Лиам? — удивленно переспросила я. — Да, он мой лучший друг и никогда меня не подведет, — гордо сказал парень. — Хорошо, я согласна, — сказала я. Настрое уже поднялось, план был прекрасен. Оставалось только его реализовать и нигде не проколоться. — Отлично, — ответил парень и, взяв меня за голову обеими руками, поцеловал мой лоб. — Ну все, уже третий час ночи, нам надо лечь спать, завтра еще на занятия идти, — сказала я и парень кивнул в знак согласия. Мы оба встали, чтобы расстелить постель. Зейн сразу начал швырять подушки на пол, а я кидала их в него и просила класть на кресло хотя бы, чтобы не пачкать. Мы долго смеялись с этого, но он все же послушал меня и сделал то, что я просила. Когда мы легли в кровать, он крепко меня обнял, и мы мирно лежали и пытались уснуть. В этот момент все было прекрасно. Я наконец-то была в нем полностью уверена, я знала, что в его голове, знала, что его заботит и самое главное — я ему верила. От мыслей в голове сердце начало биться чаще, мне хотелось улыбаться от счастья. — Что с тобой, — спросил парень. Он приподнялся на локти и посмотрел на меня. — Ничего, — ответила я. Я видела его удивленное выражение лица и не могла остановиться улыбаться. — Я думал ты хочешь спать… — Я люблю тебя, — резко сказала я Парень замер. Он смотрел мне в глаза и я заметила, как резко расширились его зрачки. — Что? — переспросил он. — Что? — так же сказала я. — Ты сейчас сказала это. — А что я сказала? — прикидывалась я. — Я люблю тебя, — ответил он на мой вопрос. — Я тебя тоже люблю, — сказала я и начала громко смеяться. — Так, подожди, — сказал он, — Ты что сейчас заставила меня признаться в любви? Я начала смеяться еще больше. Он подхватил мой смех и мы оба не могли успокоиться. — Ну, ты должен был мне сказать это когда-нибудь, — сказала я. — Вообще-то, я тебе говорил, ты просто не помнишь. — Когда это такое было? Я бы не смогла забыть. — Когда ты лежала в коме, после аварии, — он уже говорил тише, и улыбка с наших лиц начала гаснуть. — Я приходил каждый день, и каждый раз просил тебя очнуться, рассказывая, как сильно я тебя полюбил. В горле образовался невероятно огромный ком, я не знала куда себя деть. Я просто замерла на одном месте и забыла, как дышать. — Иди ко мне, — сказал он и протянул ко мне руки. Я без колебаний придвинулась к нему и крепко обняла. — Я думала, ты вообще не приходил. Думала, что все это мне просто снилось. Мне было так обидно, когда я не увидела тебя после пробуждения. — Тише, все хорошо. Это все было к лучшему, — говорил он, успокаивая меня. Значит все было не зря. Я не просто так страдала, он на самом деле меня любит. Ведь не зря говорят, что любовь — это испытание. Я очень надеюсь, что я прошла их и теперь, я наконец-то смогу быть счастлива. Ни капли не медля, я поднимаю голову на парня и резко впиваюсь в его губы. Он сначала тормозит, но потом сам подается вперед и принимает поцелуй. Зейн целует мою шею, я стягиваю с него майку. Но он отстраняется. — Ты уверена? — спрашивает он. Я ничего не отвечаю, просто киваю и вновь целую его горячие губы. Я встречаю его нежный поцелуй в ответ. Нам некуда торопиться. Мы вместе. Это странно, но это так. Я осознаю это, хотя моё тело подсказывает мне другое. И я вместе с ним не хочу ждать. Я действую так, как подсказывает сердце. Я целую Зейна. Целую так, как не целовала никогда. Я хочу. Хочу быть с ним. Здесь. Сейчас. Плевать на то, что будет завтра. Плевать на всё. Это меня не волнует. Больше не волнует. Зейн проводит руками по моим бёдрам. Я ещё ближе придвигаюсь к нему. Мои руки блуждают по всему его телу. Он мне нужен. Губы Зейн ласкают мою шею. Я просто становлюсь другой. Мои движения становятся резкими. Я даже не знаю откуда такая смелость. Мои обнажённые ноги с силой обхватывают его бёдра. Поцелуи Зейна тоже потеряли свою нежность. Они стали грубыми и желанными. В одно мгновение всё смешивается в одно… Наши улыбки, невероятная нежность. Мы лицом к лицу и нет никакого желания, чтобы это прекратить. Эта ночь становится свидетельницей нашего счастья. По-другому это назвать нельзя. Я и Зейн… Нет ничего прекрасней того, что между нами больше нет секретов. Мы стали единым целым и я хочу верить, что это больше никогда не изменится.