Испытай мой апокалипсис

Следующие две недели стали для Раф неожиданной неприятностью. Как оказалось, она все-таки замерзла в тот день и простыла. Затем простуда постепенно стала перетекать в что-то похожее на бронхит. Именно поэтому все две недели своей болезни она просидела в пансионате. За это время её сняли с процедур, поэтому девушка была свободна. Из развлечений оставалось только чтение книг и возможность смотреть сквозь решетчатое окно на окраину Майами. Странный психолог больше не приходил к Раф. Точной причины у белокурой не было. То ли из-за её болезни, то ли из-за её резкого признания. Наверное, все-таки второе, но он мог контактировать с ней и без очных встреч. В общем, действительно, странный человек. Сульфус неожиданно воспринял болезнь блондинки спокойно, без насмешек и раздражения. Больше брюнет не покидал её на долгое время, практически всегда был рядом, интересовался здоровьем. Да, и вообще, тоже вёл себя очень заботливо и обеспокоенно. То есть тоже очень подозрительно и странно. Однако, несмотря на его резкие перемены в настроении, они все также почти не общались. Диалоги длились буквально пару минут и представляли собой обыденные фразы. Как-то поговорить по душам у них получалось очень редко и скомкано. Все же, они многого не знали друг о друге, поэтому желания говорить и обсуждать что-либо не было. Неожиданно и резко до Раф пришло осознание, что уже практически конец октября. Почему-то она не следила за датами в календаре. Блондинка ужаснулась. Она уже целый месяц находилась здесь. Мисс Хастингс прибыла в пансионат ровно 20 сентября. И, да, сегодня прошёл первый месяц из трёх, что оплатили её родители. Страх и осознание того, что за месяц они практически не сдвинулись с мёртвой точки по делу демона охватили голубоглазую. Что будет, если они не успеют к этому времени? Притвориться шизофреником, чтобы остаться здесь дольше? Нет, Раф не хотела. Девушка хотела побыстрее закончить с этим здесь и вернуться в Сан-Франциско. Если остаться здесь еще дольше, то её явно окончательно и бесповоротно запишут в разряд психически больных людей. А значит, что на нормальной жизни будет поставлен крест. Да и Сульфус говорил, что осталось мало времени. Значит, нужно торопиться…

***

— Что ты имел в виду, когда сказал, что осталось мало времени? — неожиданно спросила блондинка, зная, что брюнет находится где-то рядом. — То, что осталось мало времени, — рассмеялся парень. — Я тебя не понимаю, — хрипловато сказала голубоглазая. — Все время говоришь загадками и не договариваешь. Ты странный. — К сожалению, я и сам знаю немного, а то, что знаю, не могу рассказать, — проговорил демон. — Как обычно, — пробормотала голубоглазая. — Расскажи мне про свою жизнь. — Ты и так много знаешь, — рассмеялся брюнет. — Что ты хочешь знать? — Не знаю, хотя мы и знакомы больше месяца, а знаю о тебе немногое, — задумчиво сказала Раф. — Ты неодназначная личность. Вроде ты и людей убивал, но делал это не ради денег, а ради мести за смерть брата. Вроде и смеешься над всем этим миром даже после смерти, но искренне продолжаешь любить Кабале. — Что-то тебя опять понесло на философию, — улыбнулся парень, думая над её словами. — А ты разве однозначная личность? — Ну, во мне нет ничего особенного, — сказала Раф. — Честно говоря, я не встречал девушек, которые сходили с ума, сбегали в психушки на другой конец страны, разговаривали с демонами, убивали своих насильников, — проговорил Сульфус. — Но да, ты права, действительно, ничего особенного. — Мы подходим друг другу, — искренне рассмеялась блондинка. Смех и улыбка шли ей к лицу, она становилась очень милой в эти моменты, похожей, наверное, на ангела. — Безусловно, — тоже улыбнулся в ответ янтароглазый. — А вообще, расскажи о любви, — неожиданно попросила она. — Я никогда никого не любила, наверное, как ты любишь Кабале. — Ангелочек, давай не будем впадать в меланхолию, — усмехнулся брюнет. — Как ты уже сказала, прошёл целый месяц, а мы с тобой не сдвинулись с мёртвой точки.

***

— Мисс Хастингс, сегодня вы точно сможете наконец-то прогуляться, — ласково проговорила мисс Хейл. — Могу сказать, что вы поправились. — Наконец-то, две недели болезни вымотали меня окончательно, — улыбнулась белокурая. — Ничего страшного, восстановитесь, — кивнула она. — Процедуры начнутся для вас с завтрашнего дня. — Спасибо вам. — Не за что, — улыбнулась женщина. — И, Раф, пока не забыла… Мисс Хейл несколько засуетилась и обернулась назад, чтобы удостовериться, что никто не подглядывает за ними. По крайней мере Раф показалось именно так. Из кармана медицинского халата женщина протянула ей несколько помятое письмо. — Видимо, это предназначалось вам. Повезло, что почту сегодня проверяла я,  — сказала она. — Будьте аккуратнее в следующий раз, ведь у нас не предназначена переписка письмами у пациентов. Лучше не указывать адрес пансиона. Мисс Хейл мило улыбнулась и подмигнула, затем убежала куда-то, услышав своё имя. Раф даже не успела ничего спросить у неё, а также поблагодарить. Действительно повезло, что именно она обнаружила письмо. Блондинка поспешно распечатала конверт, увидев в адресе отправителя свой город — Сан-Франциско, отправителем же была сама Дольче. Видимо, девочки узнали о её пансионе. Интересно, откуда? Привет, Раф! Наконец-то хоть какая-то весть от тебя. Мы с Ури получили твоё письмо недавно. То, что произошло с тобой, просто ужасно. Мы очень надеемся, что ты скоро вернешься к нам. Очень скучаем по тебе и любим. Думаем, что твои родители зря запихнули тебя в этот пансион. Ты точно не больная. Поэтому скорее возвращайся. Все уверены, что у тебя пневмония. Мы никому ничего не расскажем, не волнуйся. Твоих родителей тоже не видели давно. У нас ничего не поменялось, также страдаем :) Очень ждем тебя на Рождество у нас! А вообще, будет круто, если приедешь раньше. У тебя же скоро день рождения! Возвращайся скорее, устроим крутую ночевку у Ури, закажем тонну пиццы!) Целуем и любим, Ури и Дольче, Сан-Франциско, США П.С. Прости, что мало написали: ( Раф прочитала это письмо раз десять и глуповато улыбалась, вновь и вновь пробегаясь по тексту глазами. Это короткое письмо от лучших подруг сильно вдохновило и порадовало девушку. Они поддерживали её и не отвернулись, а также скучают по ней. Она вспомнила, что сама несколько несколько недель назад в порыве чувств написала несколько строк на листе блокнота в тайне от Сульфуса. Ей сильно хотелось поделиться с девочками своими чувствами и эмоциями. А затем как-то Раф смогла аккуратно и незаметно купить конверт в интернет-кафе, а затем бросить письмо в почтовый ящик. Белокурая уже и забыла об этом. А сейчас все встало на свои места. Девочки ответили ей, а мисс Хейл передала ответное письмо. Хоть где-то удача была на её стороне. Хороший настрой на день был обеспечен. Неожиданно Раф поняла, что как раз может успеть к Рождеству вернуться в любимый город. Срок лечения здесь заканчивался 20 декабря. Поэтому нужно завершить все дела в Майами к этому времени, чтобы не остаться на более долгое время. И, да, неожиданно также пришло осознание, что в декабре, а именно 28 декабря, у неё также был день рождения. И все-таки ей исполнялось 19 лет. Быть в этот день в Майами с демоном ей совсем уж не хотелось. Хотелось компании девочек, килограмм мороженого и тонну пиццы, как писали Дольче и Ури. А после дня рождения уже и новый год. С новым годом хотелось попрощаться со старой жизнью, забыть всяких демонов, травму из девятого класса, отношение родителей, придирки родственников. В общем, надо начинать жизнь с чистого листа.

***

— Какие планы у нас на сегодня? — решительно проговорила блондинка, натягивая кеды. — Едем по адресу, который был указан в телефоне Луизы? — Откуда такая решительность? — удивленно спросил брюнет. — А как же лень и язвительность? — Ой, иди в пень, — отмахнулась Раф, забирая длинные волосы в высокий хвост. — Ты должен радоваться, а не придираться. — Ладно-ладно, — улыбнулся брюнет. — Оденься потеплее, на улице уже конец октября, вечером может быть прохладно. — Ого, заботишься обо мне? — Не хватало, чтобы ты еще на две недели слегла, ангелочек, — пробормотал он. — Ты же помнишь, что осталось два месяца? — Помню-помню, — отмахнулась Раф, выходя из пансиона.

***

— Тот адрес, который писала Кабале Луизе, находится загородом, — проговорил демон, когда Раф вышла уже за пределы пансиона. — Добираться туда около полутора часов в одну сторону, что проблематично. — Ого, я могу не успеть в пансион, — вздрогнула белокурая. — На такси, думаешь, не вариант? — Слишком много пробок сейчас, такси плохо приезжают, — покачал головой Сульфус. — Надо придумать, как доставить тебя туда. — Может попросить Гарри? — осторожно предложила Раф. — Нет, — резко и раздраженно сказал брюнет. — Почему? — Он не вызывает доверия, — отмахнулся Сульфус. Раф ничего не ответила. Демон очень специфически относился к своему лучшему другу. Вроде как они были не разлей вода, а сейчас янтароглазый реагировал на него весьма странно. Видимо, на то были свои причины. — Раф! Неожиданный выкрик её имени очень испугал блондинку. Она вздрогнула и обернулась назад, не понимая, показалось ли ей или её действительно позвали. Но на улице никого, кроме белокурой, не было. Может глюки опять? — Сульфус, кажется я опять схожу с ума, — нервно проговорила девушка, хватаясь за голову. — Нет, тебе не померещилось, ангел, — проговорил он. — Это моя весёлая сестрица, обернись. Раф недоумённо повернулась еще раз. На улице также никого не было. Что за дичь? Девушка потрясла головой и протерла глаза. — Привет, Раф! К тротуару, где стояла белокурая, подъехал новый серебристый мерседес, а из опущенного окна выглядывала улыбающаяся Мики. Оказывается, она кричала Раф из машины, поэтому блондинка не заметила её сразу. Белокурая спокойно выдохнула, все-таки это не очередной приступ. — Запрыгивай, — весело произнесла сестра Сульфуса, кивая головой на сидение рядом с собой. Блондинка удивленно посмотрела на неё. Ей было неудобно перед Мики, ведь она исчезла без объяснений на три недели. Голубоглазая замялась на пару секунд, но все-таки подошла. — Не бойся, она не кусается, — послышался насмешливый голос демона. Синеволосая была настроена крайне дружелюбно, поэтому Раф аккуратно открыла дверь и села в машину. В таких дорогих автомобилях она еще не ездила. Мики же выглядела также сногсшибательно, даже, казалось бы, в обычных голубых джинсах, белой футболке и персиковой кожаной куртке. Мисс Филдс всегда одевалась просто, но стильно. — Господи, куда ты так резко исчезла? — рассматривая блондинку, проговорила она. — Я так рада, что опять встретила тебя. — Да, все резко так навалилось, потом я заболела сильно, извините меня, мисс Филдс, — тихо проговорила девушка. — Раааф, — протянула зеленоглазая. — Давно уже можно на «ты», правда. Я устала от формальностей. — Хорошо, — кивнула Раф. — А насчет твоего отсутствия не волнуйся, все мы люди, всякое бывает, — отмахнулась она. — Тебя куда подвести? — Мне в пригород нужно, поэтому на железнодорожную станцию, если нетрудно, — улыбнулась блондинка. — Да нет проблем, — кивнула Мики, заводя машину. — Без тебя, конечно, у нас все пошло наперекосяк с животными. Я пыталась найти, кем тебя заменить, так Анубис совсем рассвирепел. Не подпускает никого, лежит на кровати в комнате брата и всё. Ужас какой-то. — Ого, кошмар, — поддержала Раф. — Не хочешь к нам вернуться? — умоляюще посмотрела на белокурую она. — Ты бы очень выручила меня. Нарисовалось еще тьма проблем, поэтому я совсем ничего не успеваю. — Соглашайся, нам нужен доступ в мою комнату, — проговорил демон. — Я бы согласилась, но вдруг снова подведу, — улыбнулась мисс Хастингс. — Не уверена, что я добросовестный работник. — Не подведешь, я уверена, — подмигнула Мики. — Если освободишься сегодня, приходи к нам, хорошо? Было бы классно, если погуляешь с живностью. — Спасибо, — мило улыбнулась белокурая. — Тебе спасибо, очень выручаешь меня, — сказала девушка. — У меня вот завтра просто ужас, а не день. У мамы день рождения, юбилей, сорок пять лет. Столько всего подготовить надо, а времени совсем нет. — Нужна какая-то моя помощь? — спросила Раф, разглядывая пейзаж за окном. — Вообще есть очень огромная проблема в том, что у меня заболел пианист, который должен был играть завтра вечером, — протараторила девушка. — А замены у меня просто нет. Я переспросила всех своих друзей в городе, у многих график расписан на месяца, кто-то имеет какие-то нереальные требования, либо просто не присутствуют в городе. Это апокалипсис. Может у тебя есть кто-то знакомый, кто бы сыграл завтра у нас? — Нет, к сожалению, — солгала блондинка. А демон, как обычно, это заметил, но ничего не сказал. Она ведь сама закончила консерваторию на отлично, но упоминать этот факт из своей биографии совсем не хотелось. Ей классической музыки хватило по горло за всю свою жизнь, хоть и короткую. Эшли, любимая тётя, со своими мечтами о том, что Раф непременно должна стать гастролирующей пианисткой надоели ей максимально. А играть на дне рождении у матери Сульфуса в присутствии, наверняка, богатейших людей Америки — не входило в её планы. — Очень жаль, — сказала девушка. — Буду думать как решить этот вопрос. Моя мама большой фанат классической музыки, особенно пианино и рояля, поэтому обязательно должен быть там чёртов пианист. Она и так еле держится в последнее время, не хочу огорчать её. — Болеет? — аккуратно поинтересовалась Раф. — Нет, просто со смертью моего брата, Сульфуса, она сама не своя, — поникла девушка. — Думаю, ты слышала о трагедии нашей семьи. — Да, знаю, искренне сожалею… — Это не первое подобное происшествие, — тихо вздохнув, сказала Мики. — До смерти Сульфуса убили нашего младшего брата, Питера. Поэтому родителям, да и всем нам очень тяжело сейчас, хотя и прошло уже время. — Это кошмар, — кивнула голубоглазая, искренне сочувствуя Мики. Ей страшнее и больнее, наверное, сейчас больше всех. — Ладно, что-то я заговорилась, мы приехали, — притормаживая около железнодорожной станции, сказала синеволосая. — Жду тебя сегодня-завтра. — Спасибо, до встречи, — улыбнулась блондинка, выходя из машины.

***

— У тебя такая классная сестра, — неожиданно сказала блондинка, усаживась в кресло поезда у окна. — Чего это ты вдруг? — удивленно спросил брюнет. — Да не знаю, задумалась просто, — улыбнулась блондинка, смотря на окно. — Она осталась одна у ваших родителей, но тем не менее не сдается и пытается жить дальше. Как ты думаешь, Мики не может стать следующей жертвой? — Может, — серьезно сказал демон. — Поэтому нам нужно быстрее найти того, кто убил меня и Питера. — Мы стараемся, — понимающе кивнула голубоглазая. — А что будет с тобой дальше? Ты исчезнешь? — Честно, не знаю, я многого не могу объяснить, что происходит, ангел, — задумчиво проговорил брюнет. — Но думаю, да, все же дорога мне в ад. — Все мы грешны, — кивнула голубоглазая. — А вообще, мне кажется, что ты был классным братом. — Ого, даже так, — усмехнулся парень. — Я же противный и надоедливый, разве нет? — Ага, а еще вредный, и у тебя нет голоса и слуха, — рассмеялась блондинка. — Но все же, честно сказать, я к тебе не испытываю уже каких-то негативных чувств. — Смирилась? — улыбнулся демон. — Наверное, либо мне что-то подмешивает мисс Хейл, — забавно нахмурилась блондинка. Демон искренне рассмеялся. — Ну, если говорить по-честному, мне ты тоже больше не кажешься неадекватной и больной школьницей, — вновь улыбнулся Сульфус. Раф тепло улыбнулась в ответ.

***

— Что ты думаешь об этом? — спросил Сульфус, протягивая тонкую черную папку Алексу. Блондин сидел на скамейке, спокойно закуривая сигарету. Голубоглазый, услышав, что обращаются к нему, удивленно обернулся и посмотрел на брюнета. Затем понимающе кивнул и принял папку. — Как узнал, что я сейчас здесь? — спросил Алекс, просматривая документы. — Ты же знаешь, что для меня это не проблема, — присаживаясь, проговорил янтароглазый. Они находились в самом центре Даунтауна Майами. Обычно здесь всегда была тьма народа, ведь это место — центр офисной жизни города. Небоскребы, которые служили бизнес-центрами, ежедневно принимали огромное количество работников. Перед одним из таких зданий и сидел Алекс. — Всегда забываю об этом, — усмехнулся блондин. — Никак не привыкну, что ты теперь работаешь с нами. — Пора уже привыкнуть, — равнодушно произнес Сульфус, разглядвая ночное небо. — Он сегодня прилетает сюда, раз ты здесь? Небоскреб, рядом с которым они находились, являлся самым высоким зданием в городе. Здесь находился 70-этажный роскошный отель «Четыре сезона». А он любил дорогие вещи, поэтому останавливался всегда здесь. — Должен, — кивнул голубоглазый. — Мы должны переговорить с ним сегодня о дальнейших планах. — Сможешь поговорить насчет меня? — Безусловно, — проговорил он. — Ты один из лучших, поэтому он хорошо относится к тебе, а, следовательно, поможет. — Спасибо, передай папку ему, — устало сказал янтароглазый, собираясь уйти.

***

— Раф! Твоя остановка, проснись, — послышался громкий голос Сульфуса. — Что? Где? — резко вскочила блондинка, оглядываясь по сторонам. Осознав фразу брюнета, она быстро собрала вещи и моментально выбежала из поезда. Постепенно к ней пришло осознание того, что неожиданно уснула на двадцать минут в вагоне. И, если бы не демон, то уехала бы благополучно в соседний город. — Ангелочек, если ты будешь везде так засыпать, то мы ничего не раскроем, — проговорил демон, насмехаясь. После короткого сна мозг белокурой еще не планировал воспринимать что-либо, поэтому она пропускала слова брюнета мимо ушей. Да и выглядела Раф несколько помято и сонно, но, несмотря на это, весьма мило. Голова начинала болеть, а перед глазами до сих пор стояли картинки недавнего сна. — Кто такой Алекс? — пробормотала девушка, выходя с железнодорожной станции. — Мой друг, ты его видела на вечеринке с Гарри, — ответил брюнет. Раф постоянно умудрялась удивлять его, ведь она всегда была на своей волне, придумывала сумасшедшие идеи. Голубоглазая отличалась неординарностью. — К чему такой вопрос? — Он как-то относится к твоей криминальной деятельности? — уточнила белокурая, игнорируя его вопрос. — Не отвечай на вопрос вопросом, это раздражает, — сказал Сульфус. — Твоя жизнь в очередной раз снилась мне, — пробормотала девушка. — Там был ты и Алекс. — Что именно снилось? — Кстати, у меня было два сна, где был ты и Алекс, но я как-то не придавала первому внимания, а сейчас, наверное, важны оба, — кивнула Раф, идя по улице. — В первом сне вы играли в покер, а ты еще говорил Алексу о каком-то деле, упоминал какого-то Дена еще. Во втором вы сидели на улице, ты передал ему какую чёрную папку, упоминал какого-то еще богатого человека, насколько я поняла. — Я понял, — задумчиво сказал Сульфус. — Алекс работает куратором, он привел меня к ним. — Куратором кого? — Я не знаю, кого именно, — сказал брюнет. — Это некая криминальная группировка. Алекс общается непосредственно с главой. Он передавал задания, оружия и тому подобные вещи. — И тебя никогда не интересовало, кто может быть главным? — спросила Раф. — В конце ты бы мог раскрыть это полиции. — Раф, я тоже убивал, тоже совершал различные махинации, — серьезно сказал парень. — Поэтому при привлечении полиции проблемы появились бы и у меня. — Ясно, — отстраненно проговорила блондинка. — Сколько ты убил человек? — Зачем тебе это знать? — нервно спросил демон. Он не хотел, чтобы она знала. — Скажи, — попросила белокурая. — Я должна знать, Сульфус. Я итак живу с твоим бременем в последнее время. — Двадцать восемь, столько же страниц в папке из моей комнаты, — после некоторого колебания сказал янтароглазый. Раф нервно сглотнула. — И как долго ты планировал еще так «работать»? — дрожащим голосом спросила голубоглазая. — И о каком деле вы говорили? — Я планировал уйти оттуда после того, как найду убийцу Питера, — устало сказал демон. — В казино я рассказал Алексу о брате, он предложил взамен работы на них, получить нужную информацию. Тогда на улице я принес ему документы с информацией о Питере и его убийстве, чтобы мне помогли найти убийцу. Через пару дней меня убили. Молчание. — Раф, пойми, после смерти брата я не мог думать ни о чем, кроме как о мести, — начал парень. — Я не оправдываю себя. Мое место в аду, я знаю. — Я не осуждаю тебя, — неожиданно сказала блондинка. — Жажда мести ослепляет. — Ты странная, — улыбнулся парень. — Ты уже говорил, — рассмеялась белокурая. — Обычно за такое осуждают, — сказал демон, задумываясь. — Ты убивал, пораженный убийством младшего брата. И убивал наёмников, маньяков и убийц. Всё не так плохо, — грустно улыбнулась девушка. — Думаю, твоя душа ещё здесь, потому что требует искупления и спокойствия. — Снова философствуешь, ангелочек? — улыбнулся янтароглазый. — Все-таки почитала ту папку из моей комнаты? Почему-то именно сейчас ему пришло в голову, что прозвище «ангелочек» очень подходит ей. И не только из-за внешности в виде длинных светлых волос и голубых глаз. Её поведение и отношение к миру явно отличались от других, она старалась видеть хорошее в людях, даже в самых запущенных ситуациях. — Мельком посмотрела, — отмахнулась она. — Мы пришли, кстати…