- Error

Она не понимала, что происходит. Просто, черт побери, ее глаза были завязаны черной лентой. И она не могла увидеть, что происходит. Но она чувствовала… Этот влажный и горячий язык, блуждающий по ее почти нагому телу, ведь на девушке покоились лишь трусики. Боже, да она вообще была раздета! А еще она чувствовала, что сильные мужские руки Агреста сжимали ее ягодицы. — Остановись. — лепетала она, вдыхая в легкие нужный кислород. — Тебя посадят в тюрьму… — Я готов сидеть в тюрьме, но если перед этим я лишу тебя невинности. — охрипшим голосом произнес блондин, приближаясь к скуле, делая дорожку поцелуев до подбородка. — За это и в тюрьме находиться не жалко… Ее губы задрожали, ведь Адриан медленно, едва ли касаясь бархатной кожи, спускал багровые трусики и смотрел на ее реакцию. Она бы остановила его, вот только руки были связаны веревкой. — Тогда сними ленту, чтобы я могла видеть происходящее. — ее просьбы были глупы и незначительны, но Адриан бы никогда не назвал ее глупой. — Не могу… — он оттянул нижнюю губу Маринетт, сразу же получая в ответ стон. — Ведь ты будешь смотреть так, словно я виноват, так, чтобы я прекратил… И я не устою и выпущу тебя. Так что, прости меня. Дюпэн прогнулась, словно кошка, тяжело вздыхая, ведь она отчетливо чувствовала, что парень вошел в нее двумя пальцами. *** На Агресте еще долго будут красоваться эти царапины от ее ногтей и багровое пятно на шее. Но оно того стоило. Просто он безумно счастлив. Счастлив видеть мирно спящую Маринетт на его большой кровати. Счастлив от одной мысли, что она стала его. Абсолютно вся. Без остатка. Девушка открыла глаза, понимая, что находится не в своей комнате, не в своем доме. Низ живота побаливал, и в голове тут же вспомнилось вчерашнее событие. Черт. Она занялась любовью с Адрианом Агрестом. Мать его, с Адрианом. С человеком, который ей нравился четыре года. Который никак не обращал на нее внимание. Который просто считал ее подругой. Черт, и это все так запутано. Она могла бы подумать об этом вчера, вот только была слишком сильно занята. — Эй, малыш, как ты там? — он повернул ее красное лицо в свою сторону, улыбаясь и целуя ее в щеку. — Ты что такой красный, помидорчик мой? Смущаешься что ли? Она переместилась на другую сторону кровати, хватая большое белоснежное одеялко, полностью заворачиваясь в него, создавая некий комочек. И тогда Адриану пришлось нести этот миленький комочек обратно домой, где он обязательно попросит руки и сердца у любящих родителей…