Дневник Соула

20 июня Женщины. Вся их сущность состоит из мелочных обид. Подумаешь я выдернул шнур… Но набрасываться на меня зачем? Она долго гонялась за мной по парку (как я увидел её лицо, то сразу предпринял попытку бегства, но от правосудия не уйдешь), но вскоре догнала и ударила кулаком в живот. -Идиот! – закричала она, сейчас Мака напоминала больше пыхтящий чайник, чем человека. Прохожие обернулись и решили наблюдать за разворачивающимися событиями. –У меня был важный разговор! -Он был, - невозмутимо ответил я, потирая ушибленное место. –Вернись в реальность уже. Лучше бы вы в живую трепались о ерунде, чем днями напролет по телефону. -О ерунде? –Мака выглядела немного удивленной. -Кому какая разница какого цвета ваши ногти? – выплюнул я, а потом обернулся к столпившимся людям. –Всё. Представление закончено. И я побрел к дому, думая, что Мака идет следом. Но когда я обернулся на пороге квартиры – её не было. Мака не появлялась на протяжении 2х дней. Она, наверное, у Лизи или Тсубаки, но я все равно волнуюсь. Отвратительно это признавать. Хотя, существует еще одно «убежище». Кид. А что могло случиться у них там… даже думать не хочу. Последняя мысль заставила меня нервничать еще сильнее, захотелось курить. И я бы покурил, если бы не мое глупое обещание не брать в руки сигареты. /Дописано немного позднее/. Как говорил один перец (не помню как его звали): «Из всех возможных неприятностей произойдет именно та, ущерб от которой больше». Вот такое со мной постоянно и происходит. Я решил не сдерживать своей потребности в курении и все же реализовать её. Но как я могу нарушить данное мной же слово? Действительно, никак. Поэтому я угробил какую-то часть времени, чтобы найти пинцет. Им я и взял сигарету, нежная бумага слегка надорвалась в той части, где расположен фильтр. Однако, дешево и сердито. Договор нарушен? Нет. Сигарета в пинцете, не в руках. Так вот, когда я поджег сигарету и поднес её к губам, открылась дверь, и зашла Мака. Между нами воцарилось долгое напряженное молчание. Я наблюдал за тем, как её лицо постепенно меняется, переходя от полного спокойствия к сильному бешенству. И нет бы перестать курить, я продолжал на её глазах. -Кажется, мы с тобой договаривались о курении? – спросила она тихо, но напряженно. Видно внутри неё шла борьба, «врезать или нет»? -Договаривались. Его я не нарушаю, - ответил я, рассматривая её. – Сигарета не в руках. Без сомнения, на ней была та же одежда, в которой я последний раз её видел. Стоило мне поднять немного взор – и я наткнулся на красноречивый засос на шее. Поэтому мое спокойствие кануло ко всем чертям, я начал постепенно закипать. Как же это называют, ревность? -Но ты куришь, - как бы между прочим заметила моя подруга. -Речь шла о том, чтобы я не держал её в руках. О других частях тела или каких-либо предметах речь не шла, - ответил я, стараясь подавить свою злость. Но голос оказался каким-то резким. -Это было образное выражение, - раздраженно бросила она, проходя в гостиную. -Выражайся тогда прямо, чтобы я,идиот, мог тебя понять, -зло бросил я, проскакивая мимо нее в свою комнату. Как я понял, она не хочет со мной говорить. Но я же не мешал ей, когда она забавлялась со своим дружком, поэтому пусть она не решает вопрос о моем курении. Мне иногда надоедает такая опека. Даже бесит.