I never cry

Иногда на душе холоднее, чем зимой на улице.

***

Дойдя до огромных ворот над мостом, девушка наконец-то вздохнула спокойно. Хоть и небольшое, но какое-то строение. Это говорило о том, что она не ходила кругами. Небольшой прилив энергии заполняет её тело и она вступает на мост. Он был старым и ветхим, но мог выдержать вес голодной, маленькой девочки. Балки, что преграждали путь, были недостаточно узкими, чтобы человек не смог пойти, но они были в шипах, что усложняло дело. Пытаясь пройти через балки, ей пришлось проходить боком, шипы еле дотрагивались её кожи и платья оставляя очень мелкие порезы, но они пекли. Не обращая на это внимания, Фриск пошла дальше. Пройдя немного дальше, она наткнулась на двух собак. Точнее, подобие собак. Фриск вновь уловила тот тонкий запах гнилой плоти. Неизвестно как они заметили девушку, но точно были настроены не дружелюбно. На них была чёрная, порванная мантия поверх уже не белой шерсти. Вместо глаз, чёрные дыры, а из пасти капала всё та же чёрная жижа. Они все гниют изнутри. Их лай, был больше похож на скулёж охриплого трупа. Девушка хотела развернуться и уйти, но несмотря на свою гнилость, они ловко перемещались, словно так и должно быть. Быстро приближаясь к жертве, они наносили удар за ударом, та лишь хрупко «уворачивалась». Иногда слюни попадали ей на кожу и платье, что вызывало отвращение. Пытаясь спастись, Фриск пряталась за деревьями и кустами, но всё легко разрубалось их топорами, оставляя глубокие и бесчисленные раны. Несмотря на их отвратительный внешний вид, казалось они работают парой, их удары идентичны, но стоило на секунду замедлится как топор одной из собак попал прямо в левое плечо жертвы, намертво прибив её к земле. Чувство хруста своих костей — не самое лучшее, что приходилось чувствовать Фриск. Что-то въелось в ноги и руки Фриск, ей было знакомо это чувство собачьих укусов, но эти были намного болезненней. Не выдержав чувства, как её плоть разрывают, её душа вновь разбилась. Время остановилось и понемногу стало возвращаться назад, исцеляя раны мёртвого тела и заставляя жизнь вернуться в тело.

***

На этот раз, девушке посчастливилось проснутся за мостом. Она немного поняла принцип работы воскрешения. В том состоянии, в котором она прошла «звёздочку», она и воскрешалась.

***

— Опять собаки. Сказала Фриск, рассматривая руку, которая всего секунду назад была разорвана и сломана. Хорошо хоть бедняга её не видела, иначе окончательно сошла бы с ума. Бинты от старых укусов всё ещё были на её теле. На левой ноге и правом запястье. — Может я заразилась бешенством и таким образом у меня глюки? Печально пошутила Фриск и легонько провела пальцами по ранам. Чувство были не из приятных. Место, где был захват дворняги всё ещё болело. Это было чудо, что артерии и вены не задело. Вспомнив про книгу, девушка поняла, что её не вернуть. Только если снова и снова отдаваться на растерзание дохлой парочке собак. Она печально сжала платье и направилась другим путём. Лес стал намного реже, было больше сугробов и камней. Фон понемногу менялся и становился более красным. Встретив хоть какой-то знак, она поняла, что от него не было никакого толку: « Север — смерть, Запад — смерть, Юг — смерть, Восток — смерть». Грустно нахмурившись, девушка сама решила изучить местность. Недалеко, в сторону севера проплывала река. Она была красной. — Почему? Разочарованная особа взяла немного «воды» в ладошки, но не сумев совладать с собой, так и не использовала её. Около реки была старая, поломанная удочка, а её поплавок, давно утонул в пучине неизвестного. И лишь красная нить оставалась в воде. Фриск вернулась назад на перекрёсток, и начала осматриваться в поисках хоть каких-то намёков на присутствие чего-нибудь живого. На этот раз её поиски увенчались успехом…наверное. Недалеко, локтей двадцать-тридцать от неё, стоял ещё один скелет. Почему-то результат в поиске «живого» существа, не понравился девушке и она развернувшись собралась немедля уйти, но скелет, заметив девушку казалось подпрыгнул и побежал к ней.

***

Чтобы вы делали, если бы за вам гналось трёхметровое чудище с окровавленными зубами, странной тарелкой в руке и его одежда была бы в багровых пятнах? Не знаю как вы, а наша героиня побежала в противоположную сторону. Скелет не удивившись такому манёвру побежал ещё быстрее. Он кричал, чтобы девушка остановилась, но та только ускорялась. Внезапно по телу прошёл электрический ток, что-то парализовало девушку и она упала на землю. Приближающийся топот заставил девушку напрячься. Скелет догнал Фриск даже не запыхавшись. — ВАУВИ! КАК БРАТ И СКАЗАЛ, ОЧЕНЬ ШУСТРЫЙ ЧЕЛОВЕК. ОН СКАЗАЛ, ЧТО ТЫ ВОЗМОЖНО ГОЛОДНА И Я ПРИГОТОВИЛ ТЕБЕ СПАГЕТТИ. ХОРОШО, ЧТО Я НАМАЗАЛ ТЕ ВОРОТА ЯДОМ, ИНАЧЕ МЫ БЫ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО БЕГАЛИ ОЧЕНЬ ДОЛГО, НАВЕРНОЕ ТЫ ОЧЕНЬ ЛЮБИШЬ САЛКИ! При слове «яд» девушка невольно задрожала. Если она умрёт теперь, то яд не исчезнет, ибо царапины она получила уже после пересечения моста. От этого факта её настроение добротно ухудшилось, а на лице отобразился ужас. Этот скелет не вызывал отвращение, как большинство монстров в округе. Не считая кривых зубов, из которых течёт кровь и безумно высокого роста, ничего больше не внушало особо страха. Хотя сейчас девушка была до смерти напугана, последняя её встреча со скелетом, вышла довольно безумной. Неизведанное ею существо схватило Фриск за волосы и потащило к ближайшему дереву. Оно усадило её и поставило миску со спагетти рядом. — ЗНАЕШЬ, НАВЕРНОЕ, Я ПЕРЕБОРЩИЛ С ЯДОМ, ВЕДЬ ТЕПЕРЬ ТЫ НЕ СМОЖЕШЬ НОРМАЛЬНО ЕСТЬ. ДАВАЙ, Я — УЖАСНЫЙ ПАПИРУС, НАКОРМЛЮ ТЕБЯ, ЧЕЛОВЕК. Фриск медленно посмотрела на миску со спагетти, выглядело оно вполне обычным, но за несколько часов, ей хорошо преподали урок, что ничего нормального в этом месте быть не может. Если бы она могла, то отрицательно помотала бы головой, но даже шевелить ртом получается криво. Живот очень давно болел, а получив шанс перекусить чего-то, что выглядит нормальным, совсем скрутился. Не дожидаясь согласия, Папирус достал вилку и хорошенько намотал вермишель на неё. Протянув первую порцию ко рту Фриск, у той не было и шанса на сопротивление, и ей пришло проглотить порцию неизвестного блюда. Вкус был очень необычным. Такого Фриск ещё никогда не ела и это настораживало. Отдалённо напоминало гусятину. Но более кислая. От мыслей, что это может быть, Фриск как можно скорее избавилась. Впереди ещё целая тарелка этого «чуда». Наконец-то закончив медленную пытку, Фриск с облегчением вздохнула. Это чувство напоминало, когда тебя силой кормят тем, что тебе не по вкусу. Острая боль в животе прошла, но что-то мучало её внутри, словно еда не усваивается вовсе. — ЗНАЕШЬ, ЧЕЛОВЕК, МНЕ ЖАЛЬ, НО ТЫ НЕ СМОЖЕШЬ ОПРОБОВАТЬ ЕЩЁ МОИХ ВЕЛИКОЛЕПНЫХ СПАГЕТТИ, ВЕДЬ Я СОБИРАЮСЬ ПРИГОТОВИТЬ ИХ ИЗ ТЕБЯ. Повисла напряжённая пауза, Фриск кажется даже не удивилась такому заявлению. Только гримаса грусти заменилась нескрываемой болью. — Бесплатный сыр только в мышеловке. Промямлила она и вновь отключилась.

***

Фриск вновь проснулась около звёздочки. Осмотрела своё тело и задумчиво спросила у себя: — Так он успел приготовить спагетти? Хотя вряд ли. Когда такие шутки начинают приходить в голову, то это означает, что у кое-кого поехала крыша. Она истерично засмеялась, но потом, на глазах вновь начали появляться капли и она закрыв лицо, промямлила: — Чёрт. Я действительно схожу с ума. Посмотрев на мелкие порезы на теле, она понимает, что есть только две дороги: пойти и попробовать снова или дождаться, пока эффект пройдёт где-то в лесу. Было глупо выбрать второй путь: после первой же попытки, она умерла от переохлаждения. Со второй попыткой, она попыталась обойти скелета, но колючие кусты и бесконечные ловушки заставляли её мучатся ещё сильнее. Попав в ловушку, она просто лежала на земле и медленно ждала, когда кровь окончательно покинет её тело, подарив желанную смерть. В третий раз, она пошла тем-же путём. Ничего нового. Её поймали и накормили человечиной. Но эта смерть была наименее болезненной, поэтому она всегда возвращалась за новой порцией. Всегда осматривалась в поисках нового пути, но стоило яду срабатывать, как ей тут же запихали в рот новое снотворное, а дальше только Бог знает, что делали с её телом. Если он вообще существует в это прогнившем мире.

***

Казалось, последняя искра надежды угасала. Сил идти дальше не было. Она сидела возле еле тёплой звёздочки и тихо думала, сколько раз ей ещё придётся умереть, чтобы окончательно разбить душу. Казалось, что надежда умирает, но что-то внутри толкнуло её. Оно тихо шептало: Живи. Нельзя сдаваться. Голос был прав, нельзя сдаваться, ведь она может сделать это в любую минуту. Фриск сжала волю в кулак и с новой, опасной идеей направилась к скелету. — О, РЕБЁНОК. А ТЫ РАНЬШЕ, ЧЕМ Я ДУМАЛ, ОН СКАЗАЛ, ЧТО ТЫ БУДЕШЬ УБЕГАТЬ, НО ТЫ УСТАЛА, ДА? Когда Фриск вновь упала парализованной, а скелет стал наматывать спагетти на вилку, приняв несколько первых порций, она неожиданно, свободной рукой выхватила тарелку и всадила ею по лицу скелета. — Сам жри своё спагетти! Не ожидавший такой подставы, потерял равновесие и плюхнулся в сугроб. Фриск тоже не теряя времени рванула в проход, который раньше ей был недоступен. Впервые на лице появилась улыбка, простая мысль, как это спагетти медленно сползает с черепа скелета заставляло Фриск хоть капельку гордится своей храбростью и наглостью.

***

Действовать надо было быстро: спрятаться и переждать действие транквилизатора. Главное найти место, где будет чуточку теплее и, что защитит её от ветра. Она уже чувствовала, как конечности немеют, а бежать всё труднее. Знакомая кровь выступила из носа, ей пришлось перейти на шаг, если она не хочет умереть прежде времени. Лёгким работать всё труднее и кажется они вновь начинают отваливаться. В надежде найти любую избушку, она вяло переставляла ногами. Вдалеке послышались щелчки, они шли с одним и тем же темпом. Четыре щелчка подряд, словно кто-то пальцами бьёт по столу. Подойдя ближе, туман немного рассеялся и она заметила знакомое красное свечение вдали. В глазах всё было расплывчато, а в голове блуждал холод. Не раздумывая, она пошла к свечению, не понимая, в какую ловушку сейчас попадёт.

***

Скелет, что уже несколько часов работал над бездельем, спокойно наблюдал за новой жертвой этого мира. Её тело было покрыто бесчисленными царапинами, конечности так онемели, что она упала на колени прямо перед сторожевой будкой. Он со злобной и безумной ухмылкой наблюдал, как жалко она пытается согреть себя и так оледеневшими конечностями. Кровь из носа уже залила пол лица и казалось, смертельному кашлю осталось несколько секунд. Вдали послышался разъярённый и возмущённый крик Папируса. Он уже шёл по её жизнь. Всё вокруг было в густом тумане, ветер нещадно добивал трясущуюся и угасающую душу. Беззащитная лишь медленно обернула голову назад и уловила слабые черты высокого скелета. Каждая секунда наполняла её существование болью, а он просто смотрел. На остатках сознания она поворачивает голову к настоящему монстру этого мира и с мёртвой надеждой, уже не верящая сама себе просто смотрит на него стеклянными глазами. Это то, чего он ждал. Словно дразня и играясь с её разумом, он протягивает костлявую руку ей на встречу, и словно откликаясь на смертельную игру с предпоследним вздохом она берётся за неё и вновь подчиняется кромешной тьме, что затягивает её. Ловушка захлопнулась.