I never cry

Бежать — это не трусость, у тех, кто никогда не бежал, полностью отсутствует инстинкт самосохранения.

***

Не останавливаясь она бежала по лесу. Подальше от того места, где проснулась. Теперь она понимает — умереть не лучшее решение. Смерть причиняет боль и лучше постараться выжить. С момента, как она проснулась прошло около часа. Она удивлялась тому, что за это время тело обошлось только усталостью и лёгким кашлем. Как потом стало ясно, Сноудин хорошо охраняем псами. По пути она встречала их не раз, но в отличие от странной пары собак, они не нападали, только мило виляли хвостиком. Это было подозрительно, но Фриск даже погладила нескольких. Вдалеке виднелись огни. Похоже на небольшой посёлок и войти в него было верной смертью. Осталось только думать как это обойти. Вряд ли толпа монстров, стала бы просто так пропускать человека через мост. Если в книге написана правда, то дальше должно быть Водопадье. Она подошла максимально близко к деревне. И тут был этот надоедливый запах гнили. Сморщив нос, она посмотрела на табличку « Горите в аду, любой вошедший в Сноудин ». А рядышком куча кровавых пятен и один повешенный. — Многообещающе. Услышав шаги, она спряталась за деревом, что находилось напротив таблички. Там было много деревьев. Но это не важно. Было страшно, но любопытно. Она решила выглянуть, посмотреть кто там идёт. Шаги были медленные. Казалось монстр, что шёл, очень устал. Тихонечко, рукой прикрыв рот, она выглянула из-за дерева. Знакомая трёхметровая фигура, опечалено топала в сторону выхода из города. Он что-то бубнил под нос, перебирая свои пальцы. Фриск так засмотрелась на монстра, что не заметила собаку, которая подбежала к ней. Она начала гавкать, Фриск и Папирус повернули голову в сторону собаки. Понимая, что это конец, Фриск вновь услышала бешеный стук своего сердца. Земля ушла из-под ног. Он приближался сюда! Нужно было бежать, но куда? Она рванула с места, колючие ветки начали рвать её и так рваное платье. Приставучая собака не вовремя захотела поиграть. Запутавшись в ногах девушки, Фриск споткнулась об неё и подбородком стукнулась о выступающих камень. Хорошенько прикусив свою губу и язык, из них потекла кровь. Опять кровь. Она начала быстро подниматься, но холодная рука схватила её за лодыжку, она перевернулась и стала отбиваться второй ногой. — Отпусти! Кричала девушка не заботясь о том, что привлечёт ещё чьё-то внимание. — ЧЕЛОВЕК? ЧТО ТЫ ТУТ ДЕЛАЕШЬ?! Заметив лицо девушки, Папирус отпустил её, она поспешила подняться на ноги. — Не подходи! — ТЫ БОИШЬСЯ МЕНЯ, ЧЕЛОВЕК? Я НЕ ЖЕЛАЮ ТЕБЕ СМЕРТИ! — Ты опустился до убийства спящих людей! Выкрикнула испуганная особа, готовясь в любую секунду убежать. -?! ТАК ТЫ ЗНАЕШЬ… ЧТО Ж, Я ХОТЕЛ БЫТЬ К ТЕБЕ МИЛОСТИВ, НО ТЫ НЕ ОЦЕНИЛА ДОБРОТУ УЖАСНОГО ПАПИРУСА. НА ЭТОТ РАЗ Я НЕ БУДУ ТАК ДОБР… Поняв, что дело идёт не в лучшую сторону, у неё было два варианта, либо продолжить беседу, либо бежать. Везде был риск. Бежать было некуда, либо в город, либо в пропасть. Стоило попытаться поговорить. — Но, не смотря на это, твои спагетти были вкусными… Его лицо выглядело не убедительно, на нём так и читалось: « Да неужели? А то, что ты кинула мне его в лицо, это проявление благодарности?! » Поняв, что это не лучшая тема для разговора, она пыталась подобрать, что-то получше… — О ужасный Папирус! Стоило с этого начинать. — Э… Вы… Любите играть в игры? — Нет. — Может вам нравятся пазлы? Сработало. — Ну… Допустим, что да. — Тогда как на счёт загадки? -… — Если вы отгадаете, то я буду есть ваши спагетти сколько вам захочется, а если нет, то вы проведёте мне безопасную экскурсию по Сноудину. В переговорах главное схитрить так, чтобы собеседник оставался в выигрыше, точнее, чтобы он так думал. — ХМ. ЗАГАДЫВАЙ. Что ж, ей редко приходилось загадывать загадки, потому знает она лишь одну. — От этого чувства до ненависти, рукой подать. Эта простая поговорка, была бы лёгкой для человека, но вряд ли монстр знает на неё ответ. На секунду Фриск стало интересно, способны ли они чувствовать любовь? — ХА! ЭТО БЫЛО ЛЕГКО! Было видно, как перед ответом он нервничал. — ЭТО…НЕПРИЯЗНЬ! — Э-э-э, Нет. — ПОДОЖДИ, ЭТО БЫЛА ШУТКА! Я ДУМАЮ ЭТО ГРУСТЬ! ЗЛОБА! ЖАЖДА УБИЙСТВА, ОТВРАЩЕНИЕ, ОБИДА, ЖАДНОСТЬ, ЗАВИСТЬ, РЕВНОСТЬ, ГОРЕЧЬ, МРАЧНОСТЬ! — Нет. — Я УЖАСНЫЙ ПАПИРУС, ТОЧНО НАЗВАЛ ПРАВИЛЬНЫЙ ОТВЕТ! Она неуверенно сделала несколько шагов назад. Стоит ли говорить ответ или нет? — Папирус. — ЧТО? — От любви до ненависти рукой подать. То, что это все знают, она решила помолчать. — ВАУВИ! ЛЮБВИ?! Он прищурил глаза, смотря куда-то в сторону и что-то мямля, а потом добавил: — Я ЗНАЮ! ПРОСТО МНЕ БЫЛО ТАК ВЕСЕЛО, ЧТО Я РАСТЯНУЛ ВРЕМЯ И РАЗ ТЫ ВСЁ ТАКИ ПОСПЕШИЛА, ТО ТАК И БЫТЬ. УЖАСНЫЙ ПАПИРУС УСТРОИТ ТЕБЕ БЕЗОПАСНУЮ ЭКСКУРСИЮ. На самом деле доверием тут и близко не пахло, скорее безвыходная ситуация. Вы бы пошли со скелетом, который, пока вы спали, рвал вас на части и поедал? Несколько раз. Неприятные мурашки пробежали по коже. Преодолев страх, она всё же пошла за скелетом.

***

Над городком словно нависало тёмное облако. Сложно представить, как Фриск было страшно там идти. Представьте себя в сопровождении маньяка, идущим по тёмным улицам, и все смотрят на вас с явным желанием сделать больно. Только эти тёмные улицы были окровавлены. Первые два здания принадлежали сёстрам. Это были магазин и гостиница. Папирус даже предлагал переночевать здесь. Ощущения незабываемые. По словам Папируса, в магазине продаётся только еда. Следующее здание было «Либриотека», как печально, что вывеска написана с ошибкой. — Мы можем зайти внутрь? — НУ ЕСЛИ ТЕБЕ ТАК ХОЧЕТСЯ… ТОЛЬКО ДАВАЙ ПОБЫСТРЕЕ, ЧЕЛОВЕК! Внутри было теплее, чем снаружи. Это был хороший повод согреться. Библиотека отличалась особенной мрачностью. Полками служили гробы, а столы и стулья больше напоминали алтари для жертвоприношения. Папирус ждал около входа, явно не думая о том, что она может сбежать через окно. В библиотеке никого не было, действительно. Зачем монстрам с прогнившими мозгами читать? Фриск решила рассмотреть книги. Всё было о сражениях, частях тел, как разрубать красиво и некрасиво, самые опасные пытки, самые чувствительные точки, как заставить страдать, но не убить и так далее… — Тут всегда так было? Скелет, что-то промямлил и громко сказал: — СЛИШКОМ МНОГО ВОПРОСОВ ДЛЯ ЖАЛКОГО ЧЕЛОВЕЧИШКИ. Они вышли на улицу. Когда согреваешься, на улице становится холоднее. Ближе к окраине города находился бар « Гриллбиз ». Туда ей точно нельзя было, как объяснил Папирус, тут собирается больше всего прогнивших тварей. — А ТАКЖЕ ТУТ ЛЮБИТ ПОСИДЕТЬ МОЙ БРАТ, САНС. — Санс… Так всё-таки я не обозналась. — Э-Э-Э, ВЫ УЖЕ ВСТРЕЧАЛИСЬ? — В этом есть что-то плохое? — ЗДЕСЬ, ОН БОЛЬШЕ ВСЕХ НЕНАВИДИТ ЛЮДЕЙ. ЕСЛИ ВСТРЕТИШЬСЯ С НИМ, ТО ОТ ТЕБЯ ТОЛЬКО КИШКИ ОСТАНУТСЯ. А ТАК ЖЕ ОН ЛЮБИТ ИЗДЕВАТЬСЯ НАД НИМИ. ОН КАК-ТО ПРОСТО РАДИ ШУТКИ СДЕЛАЛ ХЭД-ДОГ. -? — ХОТ-ДОГ С ГОЛОВОЙ ЧЕЛОВЕКА. ОН ДАЖЕ ОТКУСИЛ ПАЛЕЦ, ПРОСТО РАДИ ШУТКИ. НАВЕРНОЕ, ОН ЕДИНСТВЕННЫЙ, КТО НЕ ЛЮБИТ ЧЕЛОВЕЧИНУ. — Вы чувствуете вкус? — СКОРЕЕ НЕ ТАК, КАК БЫ СКАЗАТЬ… В ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ ТЕЛЕ ЕСТЬ ЖИЗНЕННАЯ ЭНЕРГИЯ, МОНСТРЫ НЕ УМЕЮТ ЕЁ ВЫРАБАТЫВАТЬ, МНЕ С САНСОМ ПОМОГАЕТ МАГИЯ, НО ВОТ ДРУГИМ ПРИХОДИТСЯ ЕСТЬ ЧЕЛОВЕЧИНУ, ХОТЯ ОНА НЕ ОСОБО ПОМОГАЕТ, ВЕДЬ ПОСЛЕ СМЕРТИ У ЧЕЛОВЕКА ОЧЕНЬ МАЛО ЖИЗНЕННОЙ ЭНЕРГИИ. НАВЕРНОЕ ЭТО ПОЗВОЛЯЕТ НАМ НЕ СОЙТИ С УМА. И ЧЕМ СИЛЬНЕЕ ЭНЕРГИЯ, ТЕМ СЛАЩЕ ЧЕЛОВЕК. ЕСЛИ МОНСТР ПЕРЕНАСЫТИТСЯ ЭНЕРГИЕЙ, ТО ВРЯД ЛИ СМОЖЕТ ОСТАНОВИТСЯ, ПОЭТОМУ У НАС ЗАПРЕЩЕНО ДЕРЖАТЬ ЖИВЫХ ЛЮДЕЙ… — ТЫ ЭТОГО НЕ СЛЫШАЛА. Вот оно что. Фриск понимающе кивнула. Понемногу пазлы вставали на места. Сегодня она узнала много полезной информации. Значит, тот укус был шуткой? Она взялась за непривычно зудящее запястье и вроде даже рассердилась.

***

Дальше они ушли на окраину Сноудина. Там красовался обычный деревянный домик. Он ничем не примечателен, кроме полностью зачернённых окон и, похожих на царапины от пальцев, следов на косяке. Похожие на те, что были в Руинах. — ЭТО МОЙ ДОМ. ЧТО Ж, ЭКСКУРСИЯ ЗАКОНЧИЛАСЬ. Поняв, что пора действовать, она шустро спросила. — Мне очень любопытно, что находится за деревней. — МЫ НЕ ПУСКАЕМ ТУДА ЛЮДЕЙ. — Не будь таким жестоким, я всё равно больше никогда не увижу света. Он, видимо, начал размышлять. Она невинно схватилась за руки, умоляюще смотря на него. — ДУМАЮ, ЭТО НАДО СПРОСИТЬ У БРАТА. — Нет! Она так уверенно это крикнула, что Папирус учуял что-то не ладное. В конце-концов он отказался сопровождать девушку дальше. Фриск огорчённо вздохнула. — СЛУШАЙ, НЕ ХОЧЕШЬ ЗАЙТИ К НАМ НА СПАГЕТТИ? У него вместо мозгов спагетти? — Я хотела зайти в магазин. Быстро оправдалась девушка, но тот уже медленно толкал её в дом. — ДА ЛАДНО, ЧТО ТЕБЕ ПОНАДОБИТСЯ В МАГАЗИНЕ КОНЕЧНОСТЕЙ? Не такой тупой как кажется. Они уже были у самых дверей. Рука скелета потянулась к ручке. Открылись двери. Откуда у него столько силы? Фриск сопротивлялась как могла, но, казалось, он её вообще не чувствует. Ей просто пришлось переступить порог этого дома. — ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ! Обстановочка то, что надо. Удивительно, но если не обращать внимание на чёрные тона и багровые пятна, то тут очень даже уютно. Потолок был очень высоким, и неудивительно, с таким-то ростом как у Папируса. Как он вообще в дверь прошёл? На краю комнаты была лестница, что вела на второй этаж. С балкончика было видно, что на втором этаже только две комнаты. — ПОСИДИ ПОКА ТУТ, Я ПРИНЕСУ ПЕРЕКУСИТЬ. — Спагетти? — КАК ТЫ УЗНАЛА???? Девушка невинно улыбнулась. Это начинало казаться милым. Хотя вид Папируса всё ещё внушал страх. Его хребет был немного сгорблен, зубы всё время были в крови. Откуда у скелета кровь? Пальцы были такими же острыми как у другого скелета. Да и его голос немного охрипший и шепелявый. Иногда казалось, что он рычит. А вот и он. — УГОЩАЙСЯ. Он поставил тарелку на столе, перед дегустатором. В животе вновь заурчало. Ох уж этот предатель! Неуверенно взяв вилку и тарелку, с которой медленно катилось что-то красное, она начала трапезу. Вкус немного отличался от старого. На этот раз было вкуснее. Она медленно пережевывала неизвестное ей мясо. Будьте прокляты те, кто спихнул её в этот ад. Папирус молча наблюдал как она ест его блюдо. Казалось он восхищён такой выдержки девушки. По крайней мере, голод отступил, но губы всё ещё были синими от холода. Заметив это, скелет пошёл растопить камин. Такое проявление заботы пугало девчушку. В последний раз, одна заботливая тварь решила отгрызть ей руку. Девушка проглотила последний кусок. Вроде всё хорошо, никакой слабости. — Папирус, можно задать вопрос? — ТОЛЬКО ОДИН. — Зачем ты привёл меня сюда?  — НУ НА САМОМ ДЕЛЕ, ДУМАЮ, ТЫ МНЕ ПОНРАВИЛАСЬ. — ? Девушка недоверчиво посмотрела на Папируса, его понравилась, не сулило ничего хорошего. Девушка встала и добавила: — Знаешь, я думаю мне пора. Спасибо за еду! — ВОТ ТАК БЫСТРО? Его голос стал на пол тона ниже, глаза потемнели. Он схватил девушку за руку и усадил обратно на диван. Дыхание участилось. Запахло жареным. — Отпусти. Тихо прошептала Фриск. Её тело вновь захлестнула волна страха. Скелет так крепко сжимал её руку, что казалось она сейчас сломается. — ТЫ ОЧЕНЬ КРАСИВЫЙ ЧЕЛОВЕК. МНЕ КАЖЕТСЯ, ЧТО Я БЫ СОХРАНИЛ ТЕБЯ В СВОЕЙ КОЛЛЕКЦИИ. — Что за коллекция? Её голос дрожал. Скелет начал наваливаться, старательно удерживая её на диване. Страшная голова наклонилась к уху и прошептала: — То, что ты только что съела, было из моей вкуснейшей коллекции. Страх становился сильнее. Тошнота застряла комком в горле. Её мысли запутались, а под напором скелета, что зажал её руки над головой и легко уложил, всё совсем путалось. В ожидании самого страшного, она жалела, что вошла в этот проклятый дом. — ФРИСК, ТЫ ТАКАЯ ХРУПКАЯ. Эти слова казались безумно знакомыми. Они с братом совсем не отличаются. Кровь из рта Папируса, немного попадала на лицо Фриск. — ЕСЛИ БЫ НАМ РАЗРЕШАЛИ, ТО Я БЫ ОСТАВИЛ ТЕБЯ. ТЫ МНЕ ОЧЕНЬ НРАВИШЬСЯ. — Прошу, не делай мне больно. С опаской прошептала Фриск. Что ожидать от скелета, было неизвестно. Пальцем он вытер кровь, что потекла с разбитой губы, а потом слизал её. Откуда у скелетов органы? Хотя сейчас её волновало это меньше всего. Когда он это сделал, то казалось в его глазах загорелся тот огонёк, что вечно горит у его брата. От страха жертва закрыла глаза. Холодные пальцы поползи вверх начиная с её коленок. Пальцы медленно ползли по нежной коже. Это было неприятно. Девушка крепко сжимала губы. Рука скелета медленно поднимала платье, а потом остановилась на животе. Что-то кольнуло, а потом стало резать в животе. Непонятно как, рука скелета загорелась и стала проходить кожу, а потом вошла в живот. Никаких порезов не осталось. Но это причиняло невыносимую боль. Что-то трогало девушку внутри (пошлые мысли, покиньте меня). От такой остроты, её тело стало крутить, но скелет упрямо держал его. Поднявшись выше, чудом не убив Фриск, он что-то искал. Папирус чувствовал всё. Но никак не мог найти нужное. Схватив сердце девушки, он заставил её потерять сознание от болевого шока. Слёзы медленно катились вниз. Сердце билось в его руке. Он даже почувствовал наслаждение от такой власти над сердцем человека, но это не то, что он искал. Нужно было заставить девушку почувствовать боль настолько, чтобы её душа не выдержала. Вытянув руку из живота, на котором не осталось следов, он слизал кровь. Так как девушка была без сознания, то болью особо не поможешь, но вот довести её до предсмертия… Он схватился за её горло. Спустя несколько секунд, глаза жертвы открылись, а лицо начало синеть. Она хваталась пальцами за кости и пыталась отодрать их. Впустить хоть каплю прогнившего воздуха в лёгкие. Что-то запульсировало внутри неё. Тело схватила судорога. Не останавливаясь, он душил её, а второй рукой пытался дотянуться до её маленькой, хрупкой души. Вот она, теперь не сбежит. Чем сильнее, скелет пытался вытянуть душу из тела, тем сильнее душа сопротивлялась и загоралась. Когда Фриск держала свою душу в руках, то ничего не чувствовала, но сейчас непривычность окатила всё её тело. Это было бы даже приятно, если бы скелет не причинял такую боль. Казалось кости насильника начали чувствовать жар и боль. Девушка начала чувствовать как теряет нить жизни.

***

Впервые за столь долгое время, у неё появилось желание жить. Всё её тело охватило красное пламя, оно обжигало скелета. Душа тряслась, в любую секунду готовая разорваться. Казалось кости скелета под таким напором энергии стали трескаться. Что-то открыло двери. Послышались быстрые шаги. Из-за невыносимой боли она не могла разобрать ни слова, сказанным знакомым голосом. Из-за слёз всё размывалось. Сознание находилось под угрозой. Ещё одна пара костей резко выхватила одичалую душу из рук Папируса и плюхнулась на пол.