***
За городком находилось Водопадье. Когда-то это было безумно красивое место, но во что оно превратилось… Звёзды, что отражали прекрасный свет эхо-цветов, стали багровыми, а сами эхо-цветы вовсе завяли и закрылись, будто пряча свои голоса от этого безумного мира. Раньше прозрачная, теперь вода была такой же кровавой, как та река. По ней было противно идти. В этом месте запах крови был сильнее всего. Дышать было трудно, а лёгкие устали задерживать дыхание. Уже некоторое время они шли молча. Он время от времени поворачивал голову, чтобы случайно найти её труп, но негодующе разворачивался обратно. И не надейся. Пусть они и прошли зимние края, но это место не уступало сыростью и холодом. Хотела она того или нет, но тело всё ещё трясло. Идти было больно, но она не хотела останавливаться передохнуть, не смотря на бесчисленные ранения в ногах. Не хотела показаться слабой. Так или иначе, то как она замедляет продвижение, скелет больше не мог терпеть. — Все люди ходят как черепахи? — Нет. — Ты особенная? Хоть вчера она и нагрубила ему, но второй раз рисковать не стоит и она тихо ответила: — Да. — Почему ты не можешь быть как все? — Трупом? — Ага. И вновь молчание. Впереди ещё один водопад, который нужно пройти. Фриск не нравилось чувствовать кровь на своих дырявых ногах. Скелет спокойно вошел в сильный поток и спокойно пошёл дальше. Но стоило Фриск вступить туда, как поток потянул её к обрыву. Она и сказать ничего не успела как плюхнулась с головой в «воду». Отвратительная жидкость быстро наполнила её лёгкие, от противности захотелось рвать. Когда жижа наполняет твой рот и ты с этим ничего не можешь сделать, хочется всё выплюнуть, а оно только хуже проникает внутрь. Через секунду она уже летела вниз и через две секунды разбилась о камни внизу. От неё и мокрого места не осталось, чисто кровавое месиво, которое уплывало вместе с другим кровавым месивом. Скелет за это время успел только голову повернуть. Он даже не понял, куда девушка делась. Потом почувствовал игру времени и всё понял. Досадно сжав кулаки, ему пришлось идти назад в поисках пропавшей.***
Где-то внутри, в своём сознании, оставалось только кричать от боли. Когда ты чувствуешь каждый нерв своего тела, который срастается с другим, это разрывает. Процесс был медленным и очень болезненным. Когда она очнулась, то тело трясло ещё больше. Казалось малейшее прикосновение причиняло боль. Ничего не понимающий Санс, даже не подозревал о невыносимой боли, которую девушке пришлось вынести, пока её душа восстанавливала тело. Она крепко сжимала свои руки. Теперь тело пробирал не только холод. Что-то тёплое плюхнулось на плечи. — Давай так. Если тебе нужна помощь, говори, ок? Ты сильно нас замедляешь. Скелет решил промолчать на счёт того, как неуклюже она умерла, в этом не было её вины. — Ладно. Такой, хоть и грубый, но тёплый жест отвлёк Фриск от ужасного видения. Она просунула руки в рукава и застегнулся замок. Так было теплее. На курточке было много красных пятен, но пахли они… Как кетчуп? Когда они дошли до того же злополучного течения, она хотела было заговорить, но он поднял её на плечо, словно она ничего не весит, и поставил уже на другом берегу. А ей было интересно, как его не сносило. Казалось, он даже не заметил её слабого: «спасибо». На пути им встречалось много жутких монстров, но они не нападали под давлением смертоносного взгляда безумного скелета. От всех них шёл сильный запах гнили. Что значит жуткий? Это когда глаза либо выпадают, либо их вовсе нет. Во рту чёрная жижа, а мёртвые тела шевелятся наблюдая за тобой. По сравнению с ними всеми, Санс выглядит «живым». Рядом с ним было безопасно. — Так, пташка. Будь тихой и держись рядом со мной. Если уж Санс старается быть аккуратным с тем, что предстоит дальше, то Фриск нужно быть готовой к смерти, и не самой лёгкой. Она вцепилась к нему в рукав, он лишь оскалившись посмотрел на маленькую ручку, но решил промолчать. Странно, но впереди был туннель, по обе стороны которого была кровь и только тонкая дорожка впереди была из камня. Почти такой же как и остальные, но чуть уже. Санс пошёл, а Фриск шагала за ним ногу в ногу. В этом помещении был новый отвратительный запах, даже хуже чем гниль. Чем-то схожий с запахом тухлого яйца. Девушка зарылась носом в курточку скелета, чтобы хоть как-то избавиться от неприятного запаха. Запаха гнилой луковицы. Что-то чёрное вынырнуло из жидкости. Оно резко направилось к ноге девушки, но скелет успел среагировать и резким движением отодвинул Фриск от того места. Появилось ещё несколько щупальцев, знакомый страх вновь оковал движения девушки. Бесчисленные атаки со стороны прогнивших щупальцев, окостенели скелету, и он на секунду призвав магию, прибил костями к земле все щупальца, что вынырнули из воды. Девушка всё время держалась сзади него. Из воды вынырнула огромная, гнилая голова лука. Запах стал сильнее, от него слезились глаза. Полностью покрытая чёрными пятнами, огромные дыры вместо глаз и улыбка. Это было отвратительно. Девушка сделала несколько шагов назад, стараясь избежать запаха. Ноги тряслись и она плюхнулась на землю, что-то вынырнуло сзади, и, схватив беднягу, утащило на дно. Когда Санс среагировал ни девушки, ни луковицы уже не было. Только оторванные щупальца, от которых тварь решила избавиться. Девушка медленно тонула, отвратительная жидкость медленно убивала её изнутри. В глазах помутнело. Перед лицом появились страшные «глаза» луковицы. Фриск испуганно мотала ногами, но щупальца крепко сжимали её, так крепко, что переломали рёбра. Казалось луковице нравится смотреть за тем, как бьётся в судорогах девушка. Два щупальца проткнули ей глаза, если бы под водой можно было кричать, то девушка разорвала бы связки. Умирать, когда безглазая тварь смотрит тебе в душу было страшно и неприятно. Кости с невыносимой болью хрустели и одно ребро проткнуло сердце, спустя несколько секунд агонии, она умирает. И вновь невыносимая боль возвращает её к жизни. Много, слишком много боли для одной души.***
Спустя три минуты, над водой всплывает только его курточка. Он достаёт её из воды и чувствует как время возвращает ей прежний вид. Только на скелета время не действует. Он всё запоминает. В надежде получить наслаждение, он пытается думать о том, как раздирали беднягу под водой, но в ответ получает только острую боль в груди, что заставляет его рассердится. Ему кажется ещё немного и он сам избавится от своей души.***
Фриск сидела, боясь открыть глаза или рот. Боясь, что она осталась без глаз, а кровь заполнит её лёгкие. Скрутившись, она закрыла уши, стараясь забыть лицо этой гнилой твари. — Эй. — Я знаю. Знаю, что я только задерживаю нас и что от меня никакого толку. — Открой глаза. Она промолчала и только отрицательно помотала головой. Скелет уселся рядом. Он казался очень уставшим. Курточка вернулась к девушке на плечи. А он закрывает глаза и засыпает. — Как успокоишься, разбуди. — Санс. — Ты успокоилась? — Этот мир всегда был таким? — Конечно нет. — Что случилось? — Кровавая история. — Не хочешь рассказывать? — Почему ты так много болтаешь?! Может тебе отрубить язык? После этого девушка замолчала. Но тишина не долго продлилась. Скелет заговорил: — Я видел ту книгу. -… — Написанное в ней действительно правда. Её написала одна маленькая, жуткая девочка. Она так же как и ты упала сюда, но немного в другие времена. Но она умерла, а книга попала на поверхность. Ох, чёрт. Это действительно долгая история. Потом у короля и королевы нашего мира умер ещё один ребёнок, но на этот раз от рук людей. Вот тогда всё и началось. — Люди всегда порождают страшные истории. В конце концов, у всех них один конец. И у их историй тоже. После этого случая, король Асгор захотел разрушить барьер и уничтожить людей. Он убивал каждого человека, падавшего в подземелье, не выдержав этого, королева ушла в Руины. Я даже общался с ней, но потом всё закончилось. Она больше не отвечала. Я уже и не помню её последнюю просьбу. У него было уже шесть человеческих душ, оставалась только одна. Но внезапно король одумался, пытаясь вернуть былое счастье, он отказался убивать людей и с почестями похоронил убивавших детей. Он искренне сожалел о содеянном. Андайн была генералом королевской гвардии, она реально помешана на войнах и ей реально не понравился настрой Асгора. Несколько раз давя на смерть его сына и что люди заслужили смерть, в конце концов, король снял Андайн с должности и забрал магические силы. Обезумев от злости, она поглотила души, что так старательно прятал король. Получив огромную силу, она свергла короля и заняла престол. От страха, что кто-то может поступить с ней так же, она отобрала у монстров их магическую энергию. Для монстров это как жизнь. Мы живём благодаря этой маленькой магической энергии. Лишившись энергии, понемногу наш мир стал превращаться в ад. Монстры начали гнить, и только такие как я и Папирус, бессердечные, остались при своём уме. Но всему суждено изменится. Андайн пожирала души всех людей, что падали в подземелье, а тела оставляла на съедение монстрам. Мир превратился в кровавое месиво. — Знаешь, я тоже пытался. Пытался поговорить с этой плотвой, но эта дохлая тварь даже слушать меня не захотела. И, тогда, я отобрал у неё левый глаз. Но он сгнил. Удивительно, что эта рыба ещё не сгнила. Бездушная тварь. — Нет. Молчи. Я не хочу ничего от тебя слышать. Просто дай мне поспать, ладно? Санс повернулся набок, и, закрыв глаза, попытался уснуть. Тёплая курточка укрыла его сверху.