Послесвадебная жизнь

Я просто тебя люблю. Без громких и пафосных фраз. Но лучше в огне сгорю, Чем буду молчать в сотый раз. Лучше поссорюсь с тобой, Но только не тишина. Лучше я крикну: «Стой! Иди, обниму тебя!» Буду с тобой говорить На высоких и громких тонах. Сердце внутри будет бить, Оно ведь в твоих руках. Оно доверяет тебе, А ты причиняешь боль. Мы вроде бы наедине, Но толку от этого ноль. Ты словно не видишь меня, Все смотришь по сторонам. Ну добавь же в ссору огня! Остыть не давай углям. Мне страшно порой вот так Ссориться по мелочам. Когда наступает мрак, И мы по своим углам Чтобы «перекипеть», Бежим от самих себя. Чтобы потом не успеть, Чтобы уже никогда… Руслан Федорак

***

      Я проснулась посреди ночи. Не знаю из-за чего. Было так плохо. Жутко болела голова, а если я привставала, то голова кружилась. Я нервно сглотнула слюну, как сразу же почувствовала дикую боль в горле. Ужасно захотелось пить, но сама встать я не могла. — Серёж, принеси попить, пожалуйста. — хриплым голосом попросила я тебя.       От моего голоса ты проснулся и сразу же выполнил мою просьбу. Ты очень обеспокоено смотрел на меня и уговаривал вызвать врача, но я настаивала на том, что утром я буду в порядке. Ты все равно настоял на вызове врача. Вскоре пришёл врач и сказал, что мне нужно домой, поэтому ты купил два билета на утренний рейс. Отправлять меня одну домой ты явно был не намерен. Пока ты собирал вещи я провалилась в сон и проснулась почти перед самым отъездом в аэропорт. Не знаю как, но в моей сумке уже лежал билет.       Такси уже поджидало нас около входа в отель, поэтому я оделась и ждала, пока ты нервно походишь по номеру, оглядывая его и пытаясь понять, что же ты все-таки забыл, но документы были все. Наконец-то ты забрал вещь, которую ты чуть не забыл и теперь мы направляемся в аэропорт. Мне стало лучше. Ненамного. Все было так же, только голова уже не так сильно кружилась, поэтому идти было намного легче.       Мы приехали в аэропорт и пошли на стойку регистрации. Я достала паспорт им сумки, а ты долго искал свой паспорт и понял, что ты его потерял. Прекрасно. Теперь мне придётся лететь домой одной. — Браво, Лазарев. Я лечу домой одна. А если мне станет плохо, то тебя не будет рядом, но зато будут посторонние люди, которые вообще могут не обратить на меня внимание. — я начала заметно нервничать и ≪пилить≫ тебя.       У тебя как обычно был план, который ты придумал пару секунд назад. Обычно такие планы проваливаются, но тебя это не останавливает. Ты решил, что пока ты будешь разбираться тут с паспортом, я буду лететь домой не одна, а с человеком, который будет заботится обо мне, если станет плохо. Причём, этого человека я знаю. Оставался только один вариант. Он мне очень не нравился, но ты сказал, что другого варианта нет. Моя злость сказалась на тебе. Я накричала на тебя, что ты оставляешь меня с человеком, которого я бросила и которого ненавидишь ты, но где-то в душе я понимала, что ты заботишься обо мне, поэтому моё настроение резко поменялось и я обвила своими руками твою шею, и заплакала. Ты обнял меня ответ и сказал, что все будет хорошо и ты постараешься прилететь как можно быстрее. Мне стало плохо, поэтому я пошла туалет, а когда вернулась услышала, что ты разговариваешь с кем-то по телефону. — Гагарину любишь? Если да, то приезжай в аэропорт, потому что я не могу отпустить её одну в Москву, а ты единственный, кто может позаботится о ней без меня, поэтому сейчас быстро приезжай в аэропорт. Быстро. Через полчаса самолёт.       Сделал все, что нужно мы сели в зале ожидания. Ты приобнял меня и поцеловал в макушку, а я легла на твоё плечо. Мне очень захотелось шоколада. Невыносимо хотелось. Тебе пришлось идти мне за шоколадкой. Как только ты вернулся, то сразу же появился Дима, который летит со мной. Пока Дима разбирался с паспортом мы с тобой обнимались, а как только подошёл Дима и сказал, что нам пора, то ты жадно впился в мои губы, вызвал у Димы заметное чувство ревности. Я бы простояла так ещё пару часов, но мы опаздывали, поэтому я отлипла от тебя и мы с Димой пошли в самолёт, а ты смотрел нам вслед. Напоследок ты сказал, чтобы я позвонила тебе, когда буду в Москве.       Мы сели в самолёт и я приступила есть шоколад, которого мне так захотелось. Я удовлетворила свою прихоть и хотела лечь спать, но было не до этого. Сначала меня начало тошнить, а потом начались расспросы от Димы. Он быстро задавал вопросы, поэтому я не могла ответить ни на один из заданных мне вопросов, но если говорить честно, то отвечать мне тоже не хотелось. — Почему ты ушла от меня к нему? Чем он лучше? Или я в чем-то провинился? Поль, ну вернись. Я люблю тебя. И почему именно Лазарев? — Дим, да пойми ты. Дело в не в тебе, а во мне. Я просто ошиблась, когда согласилась выйти за тебя замуж. И тем более любовь, которая длилась пять лет, не может за полгода просто взять и потухнуть. Не спрашивай почему я тебе не говорила. Просто не хотела. Дим, ты хороший, но ты не тот человек, с которым я бы хотела провести всю свою оставшуюся жизнь. Ты найдёшь ещё свою любовь, которую никто не сможет разрушить, но не со мной. Я не вернусь к тебе. Я…я…не люблю тебя. Прости.       После всех этих слов мне стало одновременно легко и паршиво. Легко, потому что я высказала ему всё, а паршиво, потому что ранила его сердце, которым он мне безгранично любит. Я не знаю, что ещё сказать в такой ситуации, поэтому мои слова кончились.       Всё оставшееся время мы просидели молча. Я смотрела в иллюминатор, а он смотрел на меня. Ты спокойно отреагировал на мои слова. Как настоящий мужчина. Не швырял ничего, не бил кулаками по стенам или креслу. А просто промолчал.       И вот мы в Москве. Как только я забрала вещи и села такси, то позвонила тебе. Ты явно был радостный, потому что в голове звучала эта радость. Может это из-за того, что я долетела, а может из-за твоего вечернего прибытия в Москву. После того как проводил меня, ты отправился в посольство и получил у них свидетельство о праве возвращения на Родину, которое ты показал в аэропорту. И вот теперь вечером ты прилетаешь. Ко мне. Хотя это все из-за меня. Я заболела, но ты не винишь меня. Ты просто сказал, что неважно где отдыхать, главное вместе. Вот с эти я согласна. Но погулять мы сможем только после моего выздоровления.