Принц Гондора

      Жаркое летнее солнце уже склонялось к горизонту. День близился к концу. Среди величественных в былом, а сейчас уже захваченных травой и плющом зданий Серой Гавани, бывшего большого эльфийского порта собралась достаточно большая группа, включавшая в себя гномов, эльфов и людей. Около древней пристани на небольших волнах покачивался эльфийский струг с белым парусом. На носу корабля красовался белый лебедь, искусно вырезанный из дерева. Эта ладья была недавно восстановлена трудами искуснейших в своём деле плотников. Хоть и был вечер, но светило нещадно пекло даже низко над гладью океана.

***

      Это лето сто двадцатого года Четвёртой Эпохи выдалось очень жарким. В это время и постигло несчастье людей всего Средиземья. Умер добрый владыка Объединённого Королевства Гондора и Арнора Арагорн II, Элессар. Вслед за ним в Чертоги Мандоса отправилась и его жена, Арвен Утренняя Звезда, избравшая судьбу смертных. На престол вступил сын старого короля Эльдарион. Последние члены Братства Кольца в Средиземье решили отплыть в Валинор. Здесь их уже ничего не держало. На досках пристани стояли двое друзей, эльф и гном, Леголас Зеленолист и Гимли Друг Эльфов. Борода у гнома, которому исполнилось двести шестьдесят лет была полностью седая, в руках он держал свою неизменную секиру. У принца Лесного Королевства с собой был только лук и колчан со стрелами. К ним медленно шёл древний старик в ослепительно ярком венце. Под руку его держала всё так же молодая эльфийка. Но он старался идти сам, гордо подняв голову. На перевязи всё так же висел чёрный меч Ангуирель. Он не тянул пожилого мужчину к земле, ибо был очень лёгким. Этим стариком был государь Кхазад-Дума, после смерти младшего брата Фарамира восемьдесят втором году Четвёртой Эпохи князь Итилиэна и наместник Гондора Боромир Первый, Освободитель. Внезапно на середине пути он остановился и рукой подозвал к себе наугрима-юношу. Когда молодой гном подошёл, старый владыка снял с себя Валакирку, Венец Дурина и возложил его на голову своего преемника. — Что ж, нарекаю тебя, сын Торина, Боромиром Вторым, Государем Залов Фурунаргиана! — произнёс старец торжественно. Молодой король склонил голову в знак глубочайшего почтения. — Я знаю, что отец назвал меня так в честь вас. Я клянусь продолжить ваше дело и ещё более приукрасить величественный Кхазад-Дум. В этот момент вслед за юным владыкой на колени пали все находившиеся в гавани кхазад. В Итилиэне Боромир давно уже назначил своего племянника, сына Фарамира, Элборона своим соправителем и отдал ему всю официальную власть. — Встань, государь и правь своим народом мудро и справедливо. Ещё я даю тебе эту книгу, — старик протянул новому государю том в красном кожаном переплёте — Храни её и рассказывай детям о ярких приключениях, жестоких схватках и верной любви. Это «Хоббит или Туда и Обратно», написанная Бильбо Торбинсом, «Властелин Колец», собственноручно обрисованный его племянником, Фродо Бэггинсом и «Принц Гондора», выведенный моей рукой. Храни её и передавай по наследству своим детям и внукам. Сказав эти слова, он как-то сразу стал бодрее, хотя в возрасте ста шестидесяти лет это было видно немногим. — Нуэллае, дорогая, вот мы и плывём вместе в благословенный край Валинор. — Я знаю, мой милый Боромир, — эльфийка прижалась к своему мужу — Я знаю… Вся процессия медленно взошла по трапу на корабль. — Ну, теперь можно и в наше последнее путешествие! — выдохнул седой Боромир Первый, государь Кхазад-Дума, князь Итилиэна и последний наместник Гондора, расправляя плечи и чувствуя, что молодеет с каждым мгновением. Корабль медленно плыл по тихому морю, всё отдаляясь и отдаляясь от берега Средиземья, пока наконец совсем не пропал из виду в закате жаркого летнего солнца.