Я приеду и залечу все твои раны

      Сев на поезд, парни зашли в своё купе. Ай ещё не успел положить свои вещи на полку, как Артём начал докапываться: — Я так и знал, что ты к Глебу неровно дышишь, — Депо засмеялся и облокотился спиной о стену поезда, держа телефон в руках. — Ну и не правда, — Федя сел точно напротив, смотря в голубые, полные сарказма глаза. «Бесишь» — подумал блондин, не отрывая глаз со своей цели. Они сидели так ещё несколько минут, пока Артём не перестал улыбаться и стал серьёзным, как будто записывал очередной клип. — Да. — Что да? — Айсик глубоко вздохнул и поставил свои локти себе на колени, став на несколько сантиметров ближе к Бульварду. — Ты петух, — парень напротив залился звонким смехом. Федя, на самом деле, думал однажды о Глебе не как о друге и дошёл до того, что просто не может так поступить. Что будет с Янграшей? Династией? И вообще, это приведёт к большому срачу со стороны подписчиков и со стороны участников лейбла тоже. Свои чувства он постоянно отвергал, никак не мог принять их, да и принимать их не хотелось. Зачем он нужен Миронову? Как будто у него девок мало. — Нахуй иди. — Бля-я-ять, я так и знал, — Артём упал головой на подушку и засмеялся ещё больше.       Почему?Почему он засмеялся? Разве это стыдно? Отрицать это не имеет смысла, у Депо такая позиция: если ты отрицаешь, то всё, он оказался прав, поэтому Ай уже давно отвык спорить. Вскоре пришли соседи по купе, так что разговаривать на личные темы парни отказались и не обмолвились больше ни словом за все шестнадцать часов. Время прошло достаточно быстро, Федя благополучно заснул, у него время прошло ещё быстрее, а Артём смотрел сериал, периодически поглядывая на верхнюю полку, где лежал друг. Они даже не заметили, как приехали. Вещей совсем немного: тащить сумки домой не надо, можно поехать сразу по своим делам. Обычный человек бы устал и не переварил свалившуюся на него информацию, но парни уже давно привыкли, частые концерты, съемки, записи изматывают не хуже любого поезда.

***

— Ва-а-а, Глеб, — Ай бросил свой рюкзак в, уже порядком надоевшего ему, Депо. И, спрыгнув с мини-лестницы, ведущей в коридор поезда, побежал душить в объятиях Фараона. — Да, привет, — парень обвил талию своего высокого друга, но тут же начал жаловаться, — Больно щеку, Федь. — Окей-окей, — Айсик с большим моральным трудом отлепился от предмета своего обожания и просто встал рядом, не отпуская шеи парня.       Глеб выглядит так, как будто вышел только что с секонд хенда: разноцветная ветровка со звездочками на плечах, рваные джинсы очень странного, почти бирюзового, голубого оттенка, белая футболка «по моде», вроде бы к месту. — Ты Федю больше любишь, чем меня, — Артём похлопал в ладоши и кинул черный рюкзак обратно, скрестив руки на груди, — Это, блять, дискриминация! Всё, блять, я в обиде нахуй! — Артём, хватит, — Глеб обнял Депо за шею, спрятав лицо в его кофте и отойдя от цепких рук Айсика. Вот тут-то Ай и почувствовал, как что-то кольнуло в груди; он понял, что не хотел бы видеть это каждый гребанный день; понял, что ревнует, как сопливая малолетняя девчонка, видящая рядом с Фараоном других фанаток. — Ты тоже важен для меня.       Закатывать скандал по этой теме было, по меньшей мере, глупо. Но Федя тайно всё-таки облил своё сердце слезами, горькими, как смола. — Пойдемте уже, — сказал Ай и, отвернувшись, закинул на свои плечи рюкзак, медленно направляясь вперёд. — Он тебя ревнует ко мне, — шепнул Депо на ухо Глебу и сразу же засмеялся. — Чего? — блондин, не отцепляя руки от лямок рюкзака завернулся и принял суровый вид. — Пидор, блять.       Парни зашли в тёмную квартиру, где на каждых окнах красовались плотные шторы, не дающие свету протиснуться. Ай сразу почувствовал себя как дома. Упав на диван, он бросил рюкзак и снял очки с головы. — Давай, — Миронов сел рядом, закрыв глаза и подставляя своё лицо. — Что? — Ты же говорил, что как приедешь будешь лечить меня. Вот, лечи, — парень указал на свою раненую щеку. — Так лень, — Айсик расплылся по дивану ещё больше и ненароком взглянул на уходящего из комнаты Бульварда, — Единственное лечение, которое я могу тебе сейчас оказать — это поцеловать вместо ранения, — Глеб посмотрел в глаза своему другу, стиснув свои губы. — Давай, — Фараон подвинулся ближе, опираясь рукой на чужое плечо. — Серьёзно? — Федя привстал, почувствовав руку на своём плече и удивленно посмотрел на свою цель. Не получив ответа, он медленно приблизился к заклеенной лейкопластырем ране и, положив руку на давно желанную талию, прикоснулся губами к раненой щеке. Глеб зажмурился, но принял выпрошенный им поцелуй. — Легче? — спросил парень, так же медленно отстраняясь. Сейчас их лица находились на таком мизерном расстоянии, что если бы кто-то из них пошевелился - то точно впечатался бы в чужие губы.       Реперы ещё долго смотрели друг на друга, пока за Депо не захлопнулась входная дверь. Когда это произошло, Фараон резко и грубо поцеловал своего собеседника в губы, бродя по шее своими холодными руками. Ай точно не был готов к такому развитию событий, поэтому дал себя повалить на спину. — Что ты делаешь? — Федя выхватил момент, когда можно будет задать интересующий его вопрос. — Я, просто думал, что нравлюсь тебе. Оказывается, я ошибся… — Миронов принял сидячее положения на бёдрах Феди и убрал с лица мешающие длинные волосы, — Забудь это, — парень глубоко выдохнул и уже собрался встать с дивана, как был перехвачен татуированной рукой. — Не ошибся. — Разве? — Ай потянул Глеба на себя и обратно усадил к себе на колени, — Не уходи, — парень опять вцепился в талию Фараона и прикоснулся своими губами к его губам. Миронов не растерялся и поцеловал друга в ответ, опять устроив руки на шее Феди.       Фараон не побоялся углубить поцелуй и у него это получилось, он чувствовал томное дыхание Айсика на себе, чувствовал его учащенное сердцебиение, соприкасаясь своей грудной клеткой с его. Из-за этого приятное тепло разливалось по всему телу, а горячие руки Феди, чувствующиеся через ткань, добавляли ещё больше огня во всю сложившуюся ситуацию.       Неожиданно и резко в комнату в большим грохотом забежал Артём и, даже не заметив, подбежал к подоконнику и взял свой телефон. Федя разомкнул поцелуй и, не смотря на Депо, залез Глебу под футболку, от чего тот, не сказав ни слова об Артеме, вздрогнул. — Я же говорил, что ты любишь его больше, — брюнет покачал головой и, кинув в парней признательный взгляд, выбежал обратно в подъезд. — Теперь да, — сказал Глеб и ввёл Федю в крепкие объятия. — Что "да"? — у репера сложилось ощущение дежавю. — Легче, — блондин прижался ещё крепче, целуя Фараона куда-то в шею.