Твой волшебный поцелуй

Солнце уже клонилось к закату. В воздухе витал какой-то особенный запах, который можно почувствовать только теплым летним вечером. Ночь, еще в полной мере не вступившая в свои права, окутывала последними лучами заходящего солнца одиноких прохожих, спешивших поскорее попасть на праздник. Сидя на скамейке на одной из многочисленных пустынных улочек, Мидория размышлял о том, как они с Бакугоу проведут этот вечер. Сегодня празднуется Танабата, и он был очень рад, что Каччан согласился сегодня составить ему компанию. Ерзая на лавочке, пытаясь усесться поудобнее, он с нетерпением ждал встречи с ним, его бледное лицо, покрытое веснушками, сияло в предвкушении скорого праздника. Он уже представил, как они с Катсуки будут вместе есть такояки, вместе смотреть на звезды, и, думая об этом, Мидория и не заметил, как его лицо осветила легкая улыбка. Сегодня он решил надеть юкату, ведь на Танабату принято приходить в традиционной одежде. «Надеюсь, ему понравится» - думал Изуку. На улице потемнело, на небе загорелась первая звезда, которую, к сожалению, почти не было видно, но путь прохожим освещали фонари, придавая обычным, ничем не примечательным улочкам какую-то особенную, волшебную атмосферу. Изредка дул прохладный ветерок, спасая горожан от летнего зноя - идеальная погода для ночного гулянья. Небо было ясное - это значило, что сегодня будет прекрасно видно звездное небо. В отношениях Изуку и Катсуки не всё было гладко, Каччан вечно издевался над Деку, но, похоже, жертву всё устраивало. Не то, что бы он был сильно рад этому, но он понимал, что так Бакугоу выражал свои чувства, и не требовал от него слишком многого. В этом году Изуку пригласил его в надежде на то, что они смогут хоть чуть-чуть сблизиться. Замечтавшегося Мидорию привел в чувства удар рукой по затылку. Было вовсе не больно, казалось, что Каччан (а в том, что это был он, Изуку ни капли не сомневался) этим движением хотел не причинить боль Изуку, а привлечь его внимание. Мидория запрокинул назад голову и увидел Катсуки, который стоял, склонившись над ним, как обычно хмурясь и морщась, как будто увидев нечто противное. Как только их взгляды встретились, блондин сразу же отвел глаза. Вскочив со скамейки, Изуку поприветствовал Бакугоу. Тот решил не надевать юкату, и даже то, что Изуку очень хотел увидеть его в ней, хоть и знал, что он ее никогда не наденет, не затмило его восторг от вида своего друга. Было видно, что парень долго собирался перед выходом: красная рубашка, гармонирующая с цветом его глаз, была аккуратно заправлена в черные джинсы, на одном плече висел небольшой рюкзачок. - Ты серьёзно надел юкату?- задал риторический вопрос Бакугоу. - А-ага, - Деку немного покраснел и опустил взгляд, - т-тебе нравится? - Довольно мило, - сказал Каччан еле слышно, буквально выдавив эти слова из себя. Это было явно не в его характере. Деку словно засиял от его слов, улыбка сама наползла на лицо. - Дурень, ты чего лыбишься! - Да так, - Мидория тихо рассмеялся в кулак. Юные герои направились в сторону проведения фестиваля. По мере их продвижения на улицах появлялось всё больше украшений, становилось всё больше народу. Слышалась музыка и гомон людей, повсюду стояли бамбуковые ветки, сплошь увешанные листочками с желаниями. Вокруг проходили счастливые парочки, пробегали дети. Старики тоже не сидели дома, а потихоньку выползали на улицу, вспоминая былые времена и наблюдая за молодежью. Мидория попытался взять Катсуки за руку, но, едва он коснулся пальцами его ладони, Каччан одернул руку и спрятал ее в карманы. Радость Изуку немного поугасла, но он явно не собирался сдаваться. - Каччан, а что, если злодеи нападут прямо во время праздника? - Я просто разнесу всех, кто помешает мне насладиться этим вечером, - на лице парня промелькнула довольная усмешка. Вокруг стали мелькать ларьки с едой: якитори, фрукты в карамели, гюдон, бургеры, какигори, якисоба и много всего еще, и всё это выглядело настолько аппетитно, что у Изуку даже слюнки потекли от такого обилия вкусностей. Людей стало действительно много, хотя праздник только начался и здесь была только их малая часть. - Каччан, мне жарко, - парень дергает блондина за рукав рубашки, - давай купим какигори*? - Сам иди и купи, я тебя здесь подожду. Изуку кивнул и отправится к палатке, в которой продавали этот прохладительный десерт. Катсуки отошел подальше от толпы, к краю дороги, и сел на газон возле дерева. Он испытывал довольно смешанные чувства, ведь он вроде как ненавидел Деку, но сейчас вел себя довольно снисходительно по отношению к нему. Он решил пока не забивать себе этим голову и просто наслаждаться праздником. Наблюдая за обстановкой вокруг, Бакугоу подметил, что здесь очень шумно. Глядя на проходящих мимо людей, Каччан заметил в толпе растерянный взгляд Деку, искавший его среди прохожих. Он помахал ему, но тот был настолько увлечен поисками, что даже не заметил этого. Пришлось встать и направиться в его сторону. Увидев Катсуки, Мидория радостно заулыбался и поспешил к нему навстречу, неся два стакана какигори, которые он с трудом пытался удержать в одной руке, и порцию такояки в другой. Каччан, глядя на то, что только что купил Изуку, забрал у него из рук стакан, а свободной рукой аккуратно, чтоб ничего не разлить, взял его за запястье и молча повел в сторону парка. Вскоре гомон толпы остался позади, цветные украшения и яркие фонари тоже. Ребята шли по пустынным улочкам, не разговаривая, Каччан все ещё держал Деку за руку, а тот боялся хоть слово проронить и просто следовал за Катсуки, желая оставаться в таком положении подольше. Изредка мимо проходили люди, не задерживающие свой взгляд на двух парнях. Наша парочка уже добралась до парка и, миновав освещенные места, направилась в самую глубь, куда почти не проникал свет, и поэтому Изуку мог различать лишь очертания деревьев и силуэт Катсуки. Ему было немного не по себе, он понятия не имел, куда ведёт его Каччан, но он всецело доверял ему, ведь в его голове даже не промелькнула мысль о чем-нибудь нехорошем. Бакугоу ловко лавировал между деревьев, перешагивал корни, в то время как Мидория то и дело спотыкался, заставляя Каччана замедляться, и один раз даже чуть не упал, но Бакугоу вовремя потянул его за руку, которую, видимо, не отпускал именно из-за этого. Верхушки деревьев шумели и раскачивались, когда наверху дул ветер. Кроме этого слышно было только, как шуршат ветви, когда ребята продирались сквозь заросли, шорох одежды и иногда глухой стук, когда Изуку в очередной раз спотыкался о корень. Вскоре ребята вышли к берегу пруда, который располагался в небольшой ложбинке. Здесь почему-то было светлее, и вскоре Мидория понял, почему. В абсолютно гладкой поверхности озера отражались тысячи звезд, и казалось, что ты смотришь не на воду, а на еще одно небо. - Вау... - восторженно прошептал Деку. Он был поражен этой красотой. Распахнувшиеся от удивления глаза казались еще больше, чем обычно. Неужели это тайное место Каччана? Он, кстати, совсем не удивился, просто пялился на Изуку, который заметил это только тогда, когда сам посмотрел на него с раскрытым от удивления и восторга ртом. - Может, мы присядем? - сказал Бакугоу, махнув рукой в сторону свободного от сильной растительности места. Изуку одобрительно кивнул в ответ. Катсуки согнул ноги в коленях и опирался на них локтями, а Мидория сидел, вытянув ноги и упираясь руками в землю позади себя. Он уже съел какигори по пути сюда, а Катсуки приберег его напоследок и сейчас потихоньку посасывал из трубочки. Деку проглотил несколько шариков такояки, но, остывшие, они уже не были такими вкусными. - Будешь? - спросил Мидория, протягивая тарелочку Каччану. - Нет, доедай, - ответил Бакугоу, даже не смотря на Изуку. Он задумчиво вглядывался в водную гладь и медленно хрустел льдом. Деку совсем не знал, что творится в его в голове, он вёл себя совсем не как обычно - не кричал на него и не пытался поджарить, и даже бил меньше обычного. Это немного настораживало и вводило в недоумение. - Ну хоть попробуй, - счастливый парнишка протянул палочку, на которой висел жареный осьминог к лицу Каччана, почти тыкая его ему в рот. Тот повернулся к нему и, немного скривившись и закрыв глаза, съел протянутый ему такояки. Деку не ожидал таких действий от Катсуки и сначала даже не понял, что произошло. Но он был приятно удивлен от внезапной перемены его характера. Казалось, этот вечер уже ничем не испортить. - Надо было их съесть, пока они были горячие, - немного помолчав, ответил он, сосредоточенно жуя. Изуку улыбнулся. Некоторое время они сидели молча, каждый думал о своем, Изуку наслаждался красотой озера, глядя на отражение звезд в воде. Неожиданно Бакугоу спросил: - Ты знаешь легенду Танабаты? - Мидория вздрогнул и посмотрел на Катсуки, который сидел с загадочным видом, и на его лице было даже что-то подобное улыбки. - Да! - с воодушевлением ответил Деку, он столько раз слышал эту легенду, что уже помнил ее наизусть, - это грустная история. Дочь небесного царя, Орихиме, пряла небесную парчу - облака, но однажды, отвлекшись от работы, она заметила волопаса, который пас коров - Хакибоши. Они сразу полюбили друг друга и сыграли свадьбу. Все время они проводили вместе, позабыв о своих обязанностях. Отец девушки был очень зол и разлучил влюблённых, оставив по разным сторонам небесной реки - млечного пути, разрешив им встречаться только раз в год - на седьмую ночь седьмого месяца. Орихиме - звезда Вега в созвездии Лира, Хакибоши - Альтаир в созвездии орла. Правда красивая история? Все это время Бакугоу очень внимательно слушал Деку, хоть и не подавал виду. - Я все-таки думаю, что подобное - это фигня для девчонок, - Мидории почему-то показалось, что это не было сказано от чистого сердца. Внезапно ему в голову пришла идея: - Слушай, а давай загадаем желания? Только у меня нет бумаги... - У-у меня есть,- парень немного покраснел. - Да? Здорово!- Изуку был так рад, что даже не задумался, почему Каччан взял с собой бумагу, и не заметив даже, что он заикнулся, - давай найдём бамбуковое дерево или ветку! Парни встали и, миновав лесопарк, вновь вернулись к шумной толпе, отмечающей Танабату. Они подошли к первой попавшейся им на пути ветке. Несколько человек рядом тоже записывали желание на листочках. Мидория радостно захлопал в ладоши и заулыбался, а Бакугоу протянул ему длинный зелёный прямоугольный лист и маркер, которые он достал из рюкзака. - Пиши первый. Изуку кое-как на коленке начертил иероглифы и привязал бумажку на ветку, на которой, кроме его, других листочков не было. - Что ты загадал? - спросил Каччан, глядя, как Мидория аккуратно привязывает желание. - Я хочу наконец совладать со своей способностью и стать настоящим героем! - Как же меня раздражает твоя причуда, откуда она вообще у тебя появилась? - Я же тебе уже говорил, эту силу мне кое-кто передал. - Я не поверю в такой бред... Слушай, сходи, купи мне что-нибудь поесть, - парень достал из своего рюкзака кошелёк и протянул его Деку, - я уже проголодался. - Конечно! - Изуку засветился от счастья. Взяв кошелёк, он скрылся в толпе, оставив Каччана наедине с самим собой. Бакугоу снова сел на поребрик, достал желтый кусочек бумаги и, призадумавшись, написал на нем свое желание. Посмотрев на аккуратно выведенные иероглифы, он почему-то смутился и хотел было спалить его, но что-то остановило его, и он привязал свою бумажку рядом с той, что только что повесил Изуку. Вскоре вернулся Мидория, неся в руках кучу всякой еды и махая рукой. - Каччан! Я не знал, что тебе купить, поэтому купил всего понемножку! - Балбес. Что-угодно подошло бы. Они просто гуляли, уплетая купленные Изуку вкусности. Мидория что-то рассказывал, все-таки лелея небольшую надежду, что Каччан его слушает. Вокруг играла музыка, смеялись люди и мелькали огни, создавая атмосферу веселого праздника. - Деку, - Катсуки перебил Мидорию на полуслове, - где мы будем смотреть салют? Изуку от удивления замолчал и даже сначала не понял вопроса. Он никак не ожидал еще какого-либо участия с его стороны, и все думал о том, как бы аккуратно намекнуть ему посмотреть на фейерверки, чтобы он не разозлился. Улыбаясь до ушей, он ответил, уже давно выбрав место: - Есть один холм, оттуда должно быть хорошо видно, но если мы хотим успеть, то идти туда нужно уже сейчас, потому что он не так близко. - Ну так пошли! - раздраженно ответил Катсуки, а Мидория заторопился в сторону только что упомянутого им холма.

***

- Здесь и правда все отлично видно, - оглядывая окрестности, восторженно сказал Изуку. Катсуки ничего не ответил, но в душе согласился с Деку. Отсюда открывался прекрасный вид на город, и людей, кроме них, совсем не было - никто не помешает им в полной мере насладиться фейерверками. Они пришли как раз вовремя: в небе вспыхнул, прервав очередную реплику Изуку оглушительным хлопком, первый салют, за которым последовали и остальные. Рассыпаясь в небе на миллион разноцветных искр, они отражались цветными бликами на лице Катсуки, необычайно спокойном для него. Руки Мидории мелко подрагивали, живот слегка скрутило от волнения - и это не только из-за фейерверков, на которые он любил смотреть с самого детства - сейчас Каччан был к нему намного ближе, чем когда-либо за сегодняшний вечер: их плечи почти соприкасались, сквозь одежду Мидория чувствовал тепло его рук, а тот даже не предпринимал попыток отдалиться. Неловко улыбнувшись, он устремил взгляд в небо. Когда в небе прозвучал последний хлопок фейерверков, погружая мир в непривычную тишину, Мидория восторженно посмотрел на Катсуки сияющими глазами. Поймав его взгляд, Бакугоу спросил: - Теперь все? - Угу, - радостно кивнул Изуку, - домой. Спустившись с холма, они пошли той же дорогой, что и пришли сюда. - Это было прекрасно! - возбужденно размахивая руками, восклицал Мидория. - Обычный салют. - На самом-то деле ты так не думаешь? - С чего ты это взял? - Катсуки начал раздражаться. - Ты же так внимательно наблюдал! - Ты не мог этого видеть, если сам смотрел на салют! Мидория отвернулся, покраснев, не желая развивать эту тему: ему было стыдно признаваться, что смотрел он не только на фейерверки. Возникла неловкая пауза. Изуку жевал яблоко в карамели, которое до сих пор не съел, а Катсуки шел немного впереди, засунув руки в карманы. Кроме них вокруг никого не было. Было настолько темно, что дороги, дальше, чем на пять метров от фонаря, совсем не было видно, и если бы Изуку сейчас не задумался о своем, непременно испугался бы. - Кстати, Каччан, а что ты загадал? Катсуки резко остановился, так, что Мидория едва не врезался в него и в недоумении уставился на его затылок. Резко развернувшись, Катсуки немного грубовато схватил Изуку за подбородок, приближая его лицо к своему. Мидория вздрогнул при прикосновении теплых пальцев к его лицу, удивился и испугался, когда красные слегка прищуренные глаза возникли совсем рядом. Он выронил из рук недоеденное яблоко. Катсуки поцеловал его. Дотронулся губами до его губ, задержавшись на них всего на несколько мгновений, но и этого хватило, чтобы в животе у Изуку встрепенулся целый рой бабочек и крупная дрожь пробежала по спине. Отстранившись, Катсуки тут же отвернулся, а Изуку просто стоял и хлопал глазами, пытаясь собрать мысли в кучу и осознать, что только что произошло. Дотронувшись руками до губ, Мидория покраснел до корней волос, до сих пор ощущая на них поцелуй Каччана. - Мое желание исполнилось. Катсуки, как будто ничего и не произошло, пошел вперед, а у Изуку от этих слов по телу прокатилась волна тепла, сердце забилось быстрее и улыбка наползла на лицо. Нагнав Бакугоу, он пошел немного позади него, с каждым шагом краснея все больше. - К-каччан... - Заткнись... Несмотря на грубое обращение, на лице Изуку растянулась глупая улыбка. Катсуки шел, не глядя на него, больше не предпринимая попыток заговорить; Мидория не знал, что творится у него в голове, но, даже не видя его лица, он был счастлив. Настолько счастлив, что даже не вспомнил, что было в прошлый раз, и протянул к нему руку. Слегка дотронувшись пальцами до тыльной стороны ладони Каччана, Изуку несмело сжал ее в своей. Катсуки больше не отдергивал руку.