Личная география

***

С тех пор, как Шерлок вернулся домой, прошло уже три недели, и теперь Джон может смело сказать, что знает почти каждый дюйм его анатомии. Это личная география любви. И есть одно местечко, от которого он буквально сходит с ума. Маленький участок кожи, который неизменно манит и влечёт. Ночью, после занятий любовью, или когда Шерлок читает, лёжа на животе («Это так по-стариковски» − усмехается он, когда Джон так ложится с книгой, а затем делает то же самое), Джон отвечает на сладкую песню сирен этого тайного места. Прижимается к нему лицом. Утыкается в него носом. Не в силах удержаться, ласково касается пальцами. Проводит по этому месту верхней губой, чтобы почувствовать его гладкость и его совершенство. Для Джона каждая часть Шерлока − идеальна, но это местечко − апофеоз совершенства. Что же, можно сообщить его долготу и широту. Небольшой треугольник кожи чуть выше расселины между ягодиц Шерлока, но чуть ниже ямочек на спине. Небольшой кусочек плоти, которая закрывает кость. (Джон, конечно, прекрасно знает анатомию, но для тела Шерлока он не использует медицинские понятия, даже мысленно. Для него это прекрасное существо − вне механически применяемой терминологии). Здесь, где кожа Шерлока на ощупь шелковиста и мерцает матовыми переливами, кончики пальцев Джона находят своё пристанище. Не собираясь возбудить, он просто хочет почувствовать и вкусить великолепие, заключённое в человеческом теле. Это − то, к чему Джон возвращается для успокоения, восхищения, тихой радости. Эти несколько дюймов кожи − место, где находится его нирвана, где небеса приходят в равновесие, где любовь заключается в преданности. Джон, смущённый тем, что никак не насытится прикосновениями, делает усилие над собой и убирает пальцы. Голый, растянувшийся на животе и уткнувшийся в книгу Шерлок произносит: − Я говорил тебе остановиться? − Нет. − И не скажу.