Если бы он знал

      - Тебе не нужно быть таким, или ты так и хочешь ходить в одиночку?       - Я не избегаю других, хён, правда.       - И моешься ты позже всех просто так?       - Т-ты знаешь ?       - Догадался... Ну и не думаю, что могу летать во сне, - с улыбкой произнёс Чимин.       - А-а это... Я просто... - младший заметно покраснел.       - Спасибо, - Гук растерянно посмотрел на старшего, - если б не ты, сейчас бы и шея затекла.       - Я знаю ,что ты тренируешься каждую ночь хён... Можно мне с тобой?       - Сегодня ночью я как раз собираюсь, ты со мной?       - Спасибо хён! - как-то незаметно для себя радостно сказал макнэ.       - Только при условии, что будешь мыться в своё время, а не дожидаться до конца.       - Хорошо, хён, - вздохнул Гук.       - Кстати, зачем тебе ? У тебя все хорошо получается, - удивился старший.       - Хочу улучшить свои навыки, - ответил Гук, и мысленно добавил - и провести время с тобой... *** Чона все время тянуло к Чимину да и тот сам тянулся. Когда нужно было выбрать пару для фансервиса, Пак сразу указал на Чона, младший в ответ лишь скривил лицо, хотя внутри был вне себя от счастья. Он не понимал, почему с хёном так хорошо, списывал своё отношения на восхищение его упорством. Но со временем стал понимать, что все не так просто. Случайные прикосновения были слишком приятны. А когда на репетиции младший слишком засмотрелся на Пака, точно понял, что все не так. В штанах стало тесно, потянуло низ живота, Гук, как никогда, был рад своим безмерным большим футболкам. Он не знал, чему удивляться: тому, что у него встал на парня или тому, что именно на Чимина. Тогда младшего спас холодный душ. Но после такая проблема стала появляться намного чаще, поэтому младшему приходилось время от времени "снимать напряжение". *** Чонгук не может после этого всего смотреть Чимину в глаза. Он вообще на Чимина смотреть не может. Ему кажется, что фриканутые одногруппники, одержимые фанаты – все всё поймут, стоит им на него посмотреть. И Чимин. Особенно Чимин. Сидя в зале, в наушниках, на холодном полу, случайно представляя того, о ком думает слишком часто, подчиняясь фантазии, Чонгук вдруг чувствует панику, пульс ускоряется и кажется, что стоит открыть ему глаза, как разъяренная толпа обступит его, показывая на него пальцем, и все это сопровождается жутким смехом. В общем, все в лучших традициях хоррор-фильмов. Чонгук со скоростью света уносится из репетиционной. Чимин, солнце такое, ходит улыбается. Зачесывает своей короткопалой пятерней волосы, облизывает губы, задыхаясь после танца. А Чонгук его, кажется, начинает ненавидеть. А можно ему подвал какой-нибудь, с евро-ремонтом, он бы спрятал туда Чимина, спрятался сам, их бы не нашёл никто, честное слово. Нельзя? Чонгук так и думал. Макнэ ловит себя на мысли, что его светлые чувства к улыбашке всея группы теперь совсем не светлые. Утомленный своей драмой, Чонгук и забывает, что он вообще-то скромный малыш, который редко открывает рот вообще, да и то шепотом. Сдерживать раздражение, когда Чимин просит сходить вместе в магазин или посмотреть фильм, становится невозможно. Хотя удивленные, нет, даже шокированные, после первого такого маленького взрыва, глаза парня немного пинают совесть Гука, но он тут же ее подавляет, потому что Чимин всё же напряженно улыбается и спрашивает:       - Плохой день, Куки? Плохая жизнь, блять.