Помоги мне умереть

      Удар. Ещё один. Сколько ещё будешь меня бить? Тебе не достаточно того, что я лежу почти без сознания, снова весь в слезах, прося тебя о пощаде? Сколько ты ещё ударишь по сердцу, задевая самые больные для меня темы? Наверняка, бессчетное количество раз, не так ли? Ещё пощечина. Что ещё придумаешь для того, чтобы доставить мне как можно больше страданий? Вбегают Пик и Куромаку. Оба кричат на тебя, но ты даже не обращаешь на них внимания, продолжая изувечивать меня. Какое же удовольствие тебе должны доставлять издевательства надо мной. Тебя оттаскивают от меня, после чего ты получаешь несколько нехилых затрещин от своего короля. Забавно, они пытаются тебя остановить, но наследующий день ты опять меня изобьёшь до обморока. Они знают об этом, но всё равно отчитывают тебя каждый раз. Куромаку судорожно оглядывает моё покалеченное тело в поисках серьезных травм. Находит только вывих руки, и, что-то сказав Пику, убегает на кухню, как я понял, за аптечкой. Раны на теле он точно залечит, но не душевные.       Притаскивает небольшой чемоданчик, открывает, достает бинты, зеленку, перекись и вату. Чувствую жжение на месте ссадин, которые успел оставить мне Вару. Тот сидит, улыбается и смотрит сквозь кислотно-зелёные линзы очков на меня. Интересно, Куро найдёт рану на голове, которая стала последствием удара о стол? Наверное, нет. Среди моих длинных, приобретших темно синий цвет волос вряд-ли он что-то разглядит. Закончив обработку ран, все перебинтовывает и помогает мне переместиться на кровать. Укрывает и уходит. Каждый день был прожит мною в страхе. Тяжело на сердце из-за осознания своей ненужности. КАКОГО ХРЕНА Я ВСЁ ЕЩЁ СУЩЕСТВУЮ?! Каждый день для меня — это страдания. Может не стоит мне больше обременять своим присутствием?       За окном потемнело. С трудом встаю, и, пошатываясь, ковыляю на кухню. На стойку с ножами падает лунный свет, указывая мне на искомый мною предмет. Беру одно из лезвий в руки и провожу по тыльной стороне руки, проверяя остроту. Из царапины, которую оставил нож, начинает неслабо течь кровь. Подходит.       Направляюсь снова на второй этаж, к комнате Вару. Вхожу без стука, ведь сейчас бессмысленно учитывать такие мелочи. Тот не спит, пялится в свой ноутбук. Ему ещё не надоело? Вставай, твоя жертва пришла для последнего шага в своей никчемной жизни!       При звуке шагов поворачиваешь голову, удивленно вскидывая брови, завидя меня и хмурясь, заметив в моих руках нож. Сразу встаешь с кровати, Ища предмет для самообороны. Не пугайся, нож не вонзится в тебя ни на миллиметр. — Зачем пришел, тряпочка? — надменно спрашиваешь.       Не видишь разве?! Даю себя помучить в последний раз! — Не умеешь ты шутить. Иди спи! Тоже мне суицидник! — скрещиваешь руки на груди, насмешливо глядя на меня. — Я не собираюсь шутить! Ты всегда надо мной стебался, так сделай это в последний раз, но красиво! — В моём девчачьем голосе появляется раздражение. — Жить надоело? — складываешь брови домиком. — Мне надоело существовать! ЭТО НЕ ЖИЗНЬ!!! Помоги мне умереть… пожалуйста… — с усталостью и мольбой смотрю на тебя.       Ещё больше хмуришься, но после этого на твоём лице появляется хищный оскал. Ты медленно подходишь ко мне, как маньяк к своей жертве. — А знаешь, нытик, я не против! Хотелось подольше поиграться с тобой, но если ты просишь…       Берешь из моих рук нож, проводишь по моей шее, оставляя неглубокую рану. Лишь вздыхаю от боли, ожидая своего конца, который уже совсем близко. Проводишь от шеи лезвием до груди, немного надавливая концом. Внезапно обхватываешь меня за талию, резко притягивая к себе и целуя. Чувствую, как холодное стальное лезвие гладко входит в мою грудь. Пока могу, отвечаю на поцелуй. Раз тебе хочется, то пусть это будет моя плата тебе за мое отпущение. Мне уже все равно. Чувствую металлический вкус крови во рту. Внезапно дёргаешь нож вниз и острое лезвие распарывает моё тело. Уже ничего не чувствую, отключаясь и пропадая в бездне. Отпускаешь моё бездыханное тело, а по твоей щеке катится слеза. — Ты захотел конца, и я не стал тебе препятствовать. — вздыхаешь и вытаскиваешь нож.       Встретимся в аду, сука!