Любимая сестренка

      В комнате Джин Грей творился настоящий беспорядок… Даже сложно было поверить в то, что девушка это сама все сделала… А нет, здесь была «Команда отчаянных». Это можно заметить по почти полной бутылке газировки. Их ритуал начала ночи начинался именно так. И если честно, сложно вообще зайти в комнату от такого завала. Курт на половину свисал с люстры. Ороро спала на подоконнике, решив что на балконе холодно. Скотт храпел в обнимку с ноутбуком. Джубили спала в обнимку с пакетом яблок. Ноэми же спала на подушке. Чет подозрительно, потому что пол был не таким твердым… Девушка лежала на мягкой серебристой куртке. — Спасибо, братишка… — прошептала она смотря на всю картину. Вспомнив кое-что, Ноэми дернула Курта за хвост. Змей невольно храпнул и зарядил хвостом в глаз Мими Джей-Зи. Дернув, но посильнее, за хвост, Вагнер свалился с люстры. Потирая одно место, Попрыгун поднялся на ноги. — Ты чего? — Курт посмотрел на всех и уже хотел было телепортироваться обратно на люстру, но Ноэми его удержала. — Мне нужна твоя помощь. — она это прошептала, чтобы никого не разбудить. — Я должна приколоться над Питером. — Это обязательно? — почти промычал синий. — Да, а как иначе? — взяв за запястье Вагнера, девушка потащила его к брату. Посадив Змея на корточки, девушка позаимствовала яблоко и одну булавку у Джубили. — Ты что это задумала? — Попрыгун хотел уже закричать, но девушка закрыла ему рот рукой. — Я сделаю ему пирсинг. — улыбнувшись не самой ангельской улыбкой, произнесла Ноэми. — Но мне нужна помощь. Сглотнув, Курт согласился. Ой что будет… — А где ты ему сделаешь этот пирсинг? А сережка где? — Вагнер возмущался, прямо как… Ороро. Да, точно! Прямо как Монро. — Да успокойся ты! Ухо я ему продырявлю. А сережка вот. — Ноэми показала серебряный гвоздик. — Красивая… — Курт засмотрелся на сережку. — Вот! И я про это же! Неизвестно как, но нагрев булавку, Мими Джей-Зи попросила Змея подставить яблоко к тыльной стороне мочки уха. Раз! И в ухе дырка. Максимофф вскочила от такого на ноги. Потрогал ухо. Вроде ничего такого нет, но пальцы греет алая жидкость. На его пальце была кровь. Вытерев руку об футболку, парень еще раз дотронулся до мочки. Больно… Питер смотрел на Курта, который по его мнению нарушил сон, и хотел уже закричать на него басом, как сзади к брату подошла Ноэми и застегнула сережку. — Тебе идет! — девушка прошептала это выходя поближе к Вагнеру. — Что это? — все так же шепотом спросил Максимофф, до сих пор трогая свое красное ухо. — Это, мой дорогой братец, называется пирсинг! — Мими Джей-Зи протянула Ртути зеркало. «Полюбовавшись» в него еще немного, Питеру хотелось ее придушить. — Классно, да? Максимофф, молча ничего не говоря, лег на належенное место. Вагнер, поняв что здесь будет жарко, смотался в свою комнату, и собирался не выходить от туда. Ноэми, не поняв прикола, подошла ближе к «раненому», и сел рядом: — Ты чего? Неужели больно? — Питер лежал к сестре спиной. — Ну хочешь, проколи ухо мне. Или нос, на твое усмотрение. Я давно уже хотела сделать себе пирсинг где-нибудь… — девушка совсем отошла от темы. — Я не хочу делать тебе пирсинг, — парень был так брезгливо, что Ноэми состроила рожицу. — Я хочу… Разыграть тебя! — в этот момент, прямо на голову Мими Джей-Зи полилась газировка. Девушка с визгом закрыла голову руками, но это не помогло… Когда вся бутылка была пуста, Питер сжалился и не стал выливать еще одну. — Ты чего? Совсем? Мне же теперь голову нужно мыть! — но ее перебили. — Да? А ничего, что мне теперь нужно ходить с дыркой в ухе! — Питер совсем не добро и не приветливо смотрел на сестру. — Вы чего разорались? — Ороро терла глаза, в принципе, как и все. — У нас семейное… — Максимофф переместил их к нему в комнату. Не желая больше устраивать разборки, Ноэми пошла и закрылась в душевой комнате. Фыркнув, Максимофф сел на кровать и стал ощупывать ухо. На самом деле, сережка была маленькой, так что никто может даже и не увидит… — И сколько ты там сидеть собираешься? — Ртуть подошёл поближе к двери и стал слушать. — А ты не боишься, что сейчас кто-нибудь от туда выйдет? — спросила, явно насмехаясь, Мими Джей-Зи. — Я тебя знаю, ты будешь сидеть там, пока еда не закончится, или тебе скучно не станет! — жестоко жестикулируя, Парень скатился по двери и сел на пол. — Ага, мечтай! — донеслось из-за двери, а потом побежала вода. Питер хотел сказать что-то еще в ее адрес, но воздержался. Подумаешь, немного повздорили. Такое с каждым бывает… Ноэми не айс, но она начала это первая. Хотя если подумать, в школьном возрасте, Максимофф сам часто прикладывался над ней, может это месть? Вполне вероятно. Вода все бежала и бежала. Питер, думая что сестра хочет затопить его комнату, начал стучать так громко, что в стену начали долбить соседи. Наконец-то кран закрыли, и из душевой комнаты вылезла Ноэми с полотенцем на голове. — Серьезно? — удивился Максимофф думая, что его сестра сошла с ума. Ничего не говоря, Мими Джей-Зи вышла из комнаты с полотенцем на голове. Питер ее даже останавливать не стал. Пусть остынет. Это полезно. Посидев еще немного в комнате, Максимофф решил что нужно попросить прощения. И пусть он будет первым. Ничего страшного. Идя по коридору, из-за угла показались рыжие волосы Джин, но самой девушки еще не было видно. Сообразив, что нужно исчезнуть, Питер ускорился и пробежал мимо Грей оставляя ее одну. Добежав до комнаты 202, Максимофф сначала постучал. Тихо. Попробовал еще раз, но уже сильнее. Двери были открытыми. Войдя внутрь комнаты, Ртуть увидел аккуратно сложенное полотенце на кровати сестры. А вот Ноэми в комнате не было. Окно было открыто на распашку. Неужели проветривает комнату? Выглянув, Питер увидел койота, он спокойно лежал на травке. Если это койот, вообще… И от куда у них на территории Института койоты? От греха подальше, Максимофф решил вынести животное за территорию, а то вдруг на него подумают, что он привел койота в Институт… Вылетев на травку рядом с животным, Питер убедился, что оно просто лежит на мягкой травке, подставляя бок солнышку. Мило. Сев рядом, парень тихо сказал: — Да, я знаю что у нас мягкая трава, но ты должен быть за территорией Института. — Максимофф взял койота как собачку, и в мгновение перенес за забор. — Давай иди, гуляй. — это все, что сказал Питер, а дальше он исчез. Вот так он совершил хорошее дело.