Рок

      Турне Дина Винчестера и его рок группы подходило к концу. Осталось всего два города, которые парень просто обожал — родной маленький городок Эудора, где Дин вырос, где, еще в школе создал рок группу со своими друзьями, и Лоуренс — место, где его группа подписала первый контракт и встала на путь известности. — Эй, чувак, приехали, — Дина ощутимо толкнул в бок чей-то локоть. Потерев ладонями глаза, парень почти пожалел о прошлой бурной ночки с той сексуальной блондинкой, что не давала ему спать всю ночь и теперь он страдал от недосыпа. В маленьком рок баре, обставленном в ретро стиле, было еще довольно тихо, только бармен, кайфуя под Scorpions, начищал стеклянные бокалы. Завидев знакомые лица, парень с улыбкой на лице отправился к ним на встречу, на пол пути закричав «Здорова, парни! Рад что наконец добрались в нашу дыру!», пытаясь переорать громко играющую музыку, которая резко оборвалась, создавая тишину. — Ах, да, познакомьтесь, —заметив удивленные лица гостей, бармен повернулся в противоположную бару сторону, где стоял диджейский пульт, — Это Кас — мой помощник, и он у нас тут, типа, новенький, так что сильно не срывайтесь на него, он ещё тот чудик. Парень, которого представили как Кастиэля, был худой, не высокий, с растрепанными волосами и совершенно бледной кожей, которую подчеркивала черная футболка с белоснежными крыльями на спине и темно-синие джинсы, спокойно свисающие на нем, наверняка держащиеся только за счет ремня,повисшего на тазовых косточках. Он стоял рядом со столом звукаря, наивными голубыми глазами с интересом рассматривая группу, задумчиво склонив голову на бок. И такой, с виду неприметный паренек, вдруг зацепил Дина, и не просто зацепил, а заставил забыть обо всем и обо всех, стоять неподвижно и бесстыдно пялиться на ярко-голубые, как небо в солнечный день, слишком большие, из-за чего еще более привлекательные глаза, на вздернутый нос, покрытый веснушками и пухлые, красивые розовые губы. О! Эти губы! От одного их вида по телу прошелся сильнейший разряд тока, разливаясь внизу живота приятным теплом. Эти пухлые, идеальные губы, кажется, сводили Дина с ума. Дина, который за свою жизнь повидал столько красивых губ, глаз, лиц и остальных мест чужого тела, способных завести его, но ТАКОГО Дин не встречал ни разу. Сердце, кажется, сорвалось с места и начала погоню за медленно уезжающей крышей. Музыкант просто не мог оторваться от Каса, переводя взгляд с сексуальных губ, облизывая свои, пересохшие, на широко раскрытые глаза и обратно, нервно вздыхал, следя за кончиком языка, оставляющем блестящую мокрую дорожку на коже, кадык подрагивал, когда ангел на против прикусил нижнюю губу. О как Дину хотелось прикоснуться к этим губам, ощутить их вкус, прикусить, оттянуть и, в конечном счете, заставить совершенно незнакомого парня грубо отсосать себе этими грешными губами. А Кас тем временем не сводил своих небесных глаз с Дина, и черт его знает о чем он думал, невинно закусив губу и нервно сглатывая напряжение, вставшее у самого горла. Расстояние между парнями накалялось с каждой минутой, становясь все горячее. — Эй, Дин! — голос друга вырвал музыканта из плена голубых глаз, — Я зову тебя битый час! Скоро на сцену, пошли готовиться. Парень еще раз бросил взгляд на Каса, который, опустив глаза, разбирал какие-то провода. — Он у нас не любитель рока, так что не жди просьб подписать фотку, — хмыкнул бармен, похлопал Дина по плечу и пошёл прочь. «Зачем тогда работать в рок клубе?» — подумал про себя музыкант, пытаясь выкинуть из головы синие, как замёрзшее озеро, глаза.

***

С самого начала концерта, стоя на сцене, Дин искал глазами Каса. После их умопомрачающих гляделок, Дин провел битых двадцать минут в туалете, разряжая уже не хило вставшее возбуждение, представляя, как тоже самое будут делать руки Каса, как его губы прикоснутся к головке члена, как язычок будет слизывать выступившую смазку, и как Дину не придется сдерживать сладких стонов. А сейчас, он жадно искал Каса, не представляя, что его нет, ведь он должен быть тут, где-то среди влюбленно пожирающих Дина своими развратными глазками барышень в ничего не скрывающих, прозрачных майках и юбках, меньше его пояса. Он искал своего ангелочка с крылышками на спине и чистым взглядом, почти на автомате проигрывая всю программу, выученную за большое количество концертов, проговаривая одни и те же слова между песнями и лживо улыбаясь со сцены. Былого кайфа от музыки, парень не чувствовал. И вот, черная растрепанная макушка показалась у бара, конечно, появилась она из гримерных, где эта сволочь сидела долбанных пол концерта, а теперь весело смеется над шутками бармена. Голос Дина дрогнул. Он и не думал, что когда-нибудь его вштырит от одной мужской улыбки, от одного взмаха густыми ресницами и взгляда на него через полуприкрытые веки. Дин отчетливо почувствовал, как его член нервно дернулся в очень узких кожаных брюках и лениво заныл, привлекая к себе внимание. Парень глухо сглотнул, когда Кас, совершенно невинным движением, коснулся нижней губы большим пальцем и лизнул его, не отводя взгляда от Дина. Или не совсем невинным? Эта пытка продолжалась целую песню. Кас, то прикусывал губу, то почти хищно облизывался, откидывал голову на столб позади себя, показывая прелестную, бледную шею, в которую так и хотелось вцепиться, поцеловать, оставить большой засос, оклеймить парня, чтобы все видели — эта территория занята, поцеловать, вылизать ее, прикусить нежную кожу и вновь провести языком, заставить противного мальчишку стонать и делать все, что ему прикажет Дин. Резинка трусов больно давила на стояк. Ждать было нестерпимо, не говоря уж о том, чтобы продолжать концерт. Поэтому, когда его развратный ангелок повернулся спиной и ушел в сторону гримерных, Дин шепнул что-то на ухо гитаристу и пропал в том же направлении. Его группа продолжала концерт без него. — Ты же это специально, да? — Дин догнал Кастиэля возле своей гримерной, с силой сжимая локоть, от чего парень скривился. — Я совсем не понимаю о чем ты, — лукаво проговорил Кас, вновь облизывая пухлые губы и чуть всасывая в себя щеки. — Ах ты, мелкий засранец! — с этими словами Дин не выдержал и впился в губы парня жадным поцелуем, попутно запихивая парня в гримерную и с силой вдалбливая в дверь, прижимая податливое тело к себе, вызывая стон удовольствия. Их поцелуй совсем не был нежным. Совсем. Он был горячим, полным страсти, животного желания, и хищного ликования. Кас все-же достался Дину, который попал на крючок помощника бармена. Два хищника поймали друг друга и с упоение изучали чужую территорию, проникая языками в рот, выбивая из легких воздух, снося друг другу крышу. Их языки боролись за право владеть горячими ртами, губы болели от покусываний и настоящих укусов, а во рту был слегка заметен привкус железа. Парни не останавливались, вырывая из нутра стоны, впитывая их и сводили друг друга с ума, лишь на мгновение отрываясь чтоб жадно вдохнуть обжигающий воздух, пока их желание не стало нестерпимым. Дин первым оторвался, запрокинув голову, почти крича от наслаждения, подставляя опытному язычку свою шею, попутно расстегивая штаны и спуская их вместе с черными боксерами, утыкаясь сочащимся смазкой членом в бедро Каса, давая понять, чего он хочет. Словно прочитав мысли, Кас отрывается от сладкой шей, вожделенно прикусывая припухшие и искусанные губы и встает на колени, ловя затуманенный взгляд черных, с тонкой зеленой полоской глаз. Кас легко прикасается самым кончиком языка к головке налитого кровью члена Дина, слизывая большую каплю солоноватой смазки, от чего Дин глухо рычит, срываясь на открытый стон, когда головка оказывается в горячем плену Кассового рта. Парень медленно обводит язычком, вбирает плоть глубже, посасывает, доводя Дина до беспамятства, заставляя искать опору, стоять на ватных ногах, с пошлым чавканьем отпускает его наружу и любуется толстым, красивым членом Дина, на котором призывно выпирают венки, по которым нежно проходит ловкий язычок, нежно дует на дырочку на самом кончике головки, вызывая болезненный стон. « Кас» шепчет Дин, когда тот вбирает в себя член на половину, он расстегивает свою ширикну и вытаскивает больно пульсирующий член, обхватывая его одной рукой, другой стискивает ягодицу Дина, так, что останутся синяки. «Кас, пожалуйста» хнычет музыкант, и Кас продолжает. Рот парня просто сводит с ума, а отвести взгляд от глаз, почти полностью поглащенных желанием, ставших почти черными, невозможно. Кастиэль берет полностью, утыкаясь в гладко выбритый пах Дина, выпуская почти до конца и опять вбирает. Головка члена скользит по горлу, и Кас стонет, вторя Дину, который бессвязно выкрикивает имя любовника, просьбы и мольбы, и Кас не может отказать. С каждым движением он наращивает темп, иногда останавливаясь, проводя языком по всему стволу, втягивает щеки, двигая рукой по своему ноющему члену в такт губам, доводя Дина и себя до оргазма. Они кончают одновременно. Дин не успевает предупредить Каса, изливаясь в рот, а Кастиэль пачкает руку и футболку в собственной сперме. Кас откидывается на холодную стену, переводя дыхание, краем глаза видит, как Дин опустился рядом, отходя от сильного оргазма. Им нужно несколько минут чтобы прийти в себя, после чего Дин берет с Каса слово, что тот будет ждать парня до конца концерта, глубоко целует парня в губы, ощущая на языке вкус собственной спермы и уходит на цену. После последнего аккорда, Дин срывается и через черный ход убегает с Касом в мотель, где их ждет большое и долгое продолжение.

***

      Кас нехотя открыл глаза. Он знал, чем заканчиваются такие ночи, и совсем не удивился, ощутив пустоту на соседней стороне кровати. Парень разочарованно вздохнул. Где-то, в глубине, сердце непослушно заныло, хоть Кастиэль и пытался себя образумить. Кто он, и кто Дин? Он позволил себя использовать, как самая обыкновенная шлюшная фанатка, просто мечтавшая оказаться на месте Каса.       Пытаясь заглушить боль, парень неспешно собирал свои вещи, разбросанные по всему номеру. Нет, он никогда не фанател от парней в кожанках, распевающих на сцене. Но что-то внеземное было в зеленых глазах Дина, что-то, что не позволяло Касу сказать нет. Он бы никогда не сказал нет, даже если б знал, что на утро его будет тошнить от случившегося, а горечь выедать изнутри.       — Так и уйдешь, не попрощавшись? — рука уже легла на ручку входной двери, но так и окаменела на ней, почему-то Кастиэлю показалось, что в голосе Дина слышались нотки разочарования.       — Я думал это ты ушел, — Кас даже не попытался скрыть радости, ведь это не так, Дин просто был в душе.       — Ну уж нет, — голос звучал все ближе, переходил на тихий, горячий шепот за спиной, опаляя ухо, — Без завтрака я тебя не отпущу, — нервный смешок, — И да, — Дин резко повернул Каса к себе, почти прикасаясь губами губ, от чего по коже пробегали мурашки, а внизу живота приятно заныло, — Завтра вечером мы идем на свидание.       Сказать, что Кас был счастлив — не сказать ничего, он чуть ли не запрыгал от радости по всему номеру, но Дин прижал тело парня к себе и горячо, почти грубо, поцеловал губы Каса, зарываясь пальцами в и без того растрепанные темные волосы на макушке.

Этим утром они оба были счастливы