Исповедь

Под песню Алины Орловой - Голуби. Уж вы голуби, уж вы сизаи, сизакрылаи Уж вы где были, одалёкали, и что видали? Ветер, что свободен и раздолен, куда ты направился теперь? Увидишь ли ты там то, что убаюкиваешь здесь? Не забудешь ли унести с собой запах цветущих блеций? Сумеешь ли поведать миру про упокоение души несчастной? Развеешь ли по свету пыль последних слов бедного убийцы, что руки на себя наложил? Не запамятуешь ли про подвиги его грязные изложить людям, не верящим в любовь? Ветер, что своден и раздолен, не спеши, успокой бедного, помоги погрузиться ему в сон последний. Смахни с него пыль кровавую, чтобы заснул спокойно ужасный Бог Смерти. Не беги, ветер вольный, подожди, усыпи человека светлого, расскажи, что видел в краях далеких, не беги, ветер! Успокой меня, сына человека несчастного! Помоги мне эту боль приглушить невозможную... Ну а мы были на растанице, на прощальнице, Там где душенька с телом белым растовалося Ты подожди, ветер могучий, расскажи, что видел, а я тебе пока про человека этого историю поведаю. На прощальнице нашей, здесь, где выросли прекрасные блеции, дай последний раз подумать о личности этой великой. Дай проститься, приобнять его в последний раз, обласкаться его взглядом холодным, как лед... Не спеши, ветер! Не гони, не забирай душу отца единственного, пожалей ученика его глупого, что сам его на смерть обрек!.. Растовалося, да разлучалося, горько плаколося. Растовалася, да распрощалася, горько плаколо... Не носись, ветер ты неугомонный! Не забирай человека любимого! Не нагоняй на меня муку нестерпимую, не переживу я этого! Не забирай того, кто вырастил дитя слепое, убитое. Не нагоняй на меня слезы горючие! Не вынесу я этой потери. Никого не осталось родимее, чтоб успокоить меня, поддержать. Так не заставляй же меня кричать ужасающе! Подожди ты, ветер, не забирай с собой в путь далекий душу человека несчастного... Как тебе тело, во век в земле тлеть, во век в земле тлеть, А как мне душе на небо лететь, там ответ держать. Тело его мертвое, бледное, а лицо счастливое, пусть и глаза холоднее льда. Ушла душа светлая, бросила сына земного! А сердце-то, сердце разрывается на части, не может боль такую повторно вынести! Погиб человек, а с ним и душа сына его гибнет... Что ж ты, ветер быстрый, ничего не рассказываешь, ребенка одинокого не успокаиваешь? Неужели рассказать тебе нечего? Неужто в краях чужих, там, где люди в любовь не верят, нет колыбельных предсмертных? Как тебе тело спокойно лежать, спокойна лежать, А как мне душе далеко идти, тяжело нести... Ветер, что свободен и раздолен, неужели сын блудный один остался? Не пожалеет ведь никто теперь оборванца несчастного. Ветер, ты как птица мира везде летаешь, все знаешь, помоги же боль утешить! Тяжело бремя такое нести, не выдержу! Грехи тяжкия, перетяжкия, в муку вечную... Грехи тяжкия, да перетяжкия, в муку вечную.. Ой, ты ветер разгульный, помоги Богу Смерти грехи его тяжкие унести. Бедный человек он был! Не желал он отнимать у других ценное, да и выбора у него-то особо не было. Помоги, помоги отцу моему родному простить самого себя, помоги ему вынести все грехи его, тяжкие да перетяжкие! А мне дай последний раз подумать про человека этого великого....