Жизнь ломает сильных...

Нью-Йорк, Ресторан Daniel, 6:00 pm. Элегантный, дорогой темно-синий костюм, белая рубашка с накрахмаленным воротником, черные лаковые ботинки, шикарно уложенные назад темные волосы и пленительный парфюм, который моментально вскружил мне голову. Голливудская улыбка сразу сползла с его лица, когда он, под пристальным взглядом оценил мой внешний вид. Ну вот, мне сразу захотелось прижать руки к груди и смыться куда подальше. Его внимание заострилось на разбитой губе и забинтованной руке. Голосом, полным заботы и волнения, он произнес: — С Вами всё в порядке? Что-то случилось? Такое явное беспокойство от совершенно незнакомого человека обезоруживало меня, так, что любые слова, приходящие мне на ум, сразу же вылетали. — Всё просто «прекрасно». — Ухмыльнулась я. Он ещё некоторое время следил за моим взглядом, пока не пожал плечами и не указал жестом в сторону одиноко стоящего столика на две персоны рядом с окном. — Может, присядем? Мне не совсем нравился ход его мыслей. Я пришла сюда не ужинать, а получить то, о чем он писал в своем сообщении. — А может, просто Вы отдадите мне то, зачем я, собственно говоря, и пришла? Подняв одну бровь, он с явно наигранным смущением засунул руки в карманы. — Непременно, но вы же не оставите меня ужинать в одиночестве? — Я пришла сюда не ужинать. — Да, но раз уж так совпало, не будете ли вы против отведать вместе со мной французскую кухню? Говорят, что это один из самых лучших ресторанов в Нью-Йорке, а так как я не частый гость здешних мест, то подумал, что вы хотя бы сможете составить мне компанию. — И самыми невинными глазами посмотрел на меня. Ну что я могла сделать? И под его указательным жестом, мы проследовали к столику. Он галантно отодвинул мне стул и когда я, с явным недоверием во взгляде, все же воссела на предложенное мне место, слегка ленивой походкой прошел и сел на свое место. Вот это манеры и грация, и где только такому обучают? В клубе благородных… мужчин? — Что ж, мисс Купер, позвольте представиться, я Брюс Уэйн, для Вас просто могу быть Брюсом, глава корпорации Уэйн Интерпрайз в Готэм — сити. — Сказал он, взяв бокал с водой, который, по-видимому, уже входил в сервировку стола. Так и подмывало спросить: «Мужик, ты вообще, про что и о чем?». — Мистер Уэйн, — остановила я его. — Вся эта информация не несет для меня абсолютно никакого смысла, поэтому не вижу причин продолжать рассказывать о том кто вы, и кем вы являетесь в своем городе. — Хм, а он не преувеличивал, когда говорил, что вы очень прямолинейная натура. — Поразмыслив заключил Уэйн. — В точку! А теперь я Вам прямолинейно скажу, что в мои планы не входило ужинать в дорогом ресторане с одним из плэй-боев Готэма, фотография которого блистает на первых страницах всех Нью-Йорских газет, только из-за вашего появления в этом городе. Голливудская улыбка вновь вернулась на его лицо: — Даже так? Тогда, как весьма упрямый человек, я скажу Вам, что конверт вы получите только после ужина. Разделить эти минуты в моём обществе или нет, решать вам! Черт, кажется, я временно приобрела ещё одну занозу на мою задн…а не важно. Вызов брошен, вызов принят. И я показным жестом вцепилась и раскрыла меню. Его улыбка стала ещё шире. Только во время самой трапезы, когда я то и дело кидала на него испепеляющие взгляды, а он игнорировал их то, отводя взгляд, то запивая чем-нибудь, то заедая чем-то, наша беседа возобновилась вновь. — О чем будем разговаривать? — Первая начала я. — По-моему, поиски темы для разговора — хорошая тема для разговора, вы не находите? — Нет, не нахожу. — Буркнула я. — Тогда может у вас есть какие-то вопросы? Да вагон у меня вопросов! Отдай конверт и избавишь себя от страданий, глупый ты человек! Бог пытается уберечь тебя от моей бесшабашной и выбешенной за день персоны, жалкое ты создание…Так, стоп, одну минуточку… что-то манеру разговора я взяла смутно знакомую… — Как вы смогли связаться со мной? Как вы определили, что я нахожусь в Нью-Йорке? — Если определить моё место нахождения не составляло труда этой «шевелюре года», то кое-кому это вообще проблемой не покажется… Брюс взял из-под столовых приборов салфетку, промокнул ею губы и в спокойной манере продолжил: — Схема очень легкая. Гордон — наш темный общий друг – я. Вы, кажется, как-то намекнули ему куда улетаете, даже не представляю как, но в момент вручения конверта он был прекрасно осведомлен, где вы находитесь и как связаться с вами. Вот как-то так. Ну конечно, совместить время моего ухода с крыши и ближайшие рейсы Готэмского аэропорта было не трудно. Вроде было ещё два самолета, кроме моего, один из которых улетал куда-то на Аляску, а другой, кажется, в Москву. Слишком холодные города для моей «теплой» натуры. — Да уж, Бэтмену палец в рот не клади, найдет же, кого захочет, когда захочет и где захочет…- Я даже не сразу сообразила, что сказала это вслух, как раздались кашляющие звуки напротив. Мой собеседник поперхнулся. Да, милый, именно так я действую на людей, шокирую их своими высказываниями, а потом начинаю лезть им в голову, … надеюсь, второго не произойдет. Не хочу даже видеть воспоминания этого смазливого мужика. Точно ничего хорошего и приличного я там не увижу. Но всё равно допрыгался, получай! С довольной улыбкой, я пригубила бокал с водой. — Вы, наверное, очень хорошо его знаете, раз говорите о нем так уверенно? — Произнес Брюс. — Если бы я его хорошо знала, он не передавал этот конверт через кого-то, а сам бы вручил мне его лично. Он довольно ухмыльнулся: — Я тоже так считаю. Ещё один вопрос внезапно всплыл в моей голове. — А почему именно Вы? Приподняв одну бровь, явно не понимая вопроса, он спросил: — Почему я что? — Почему он выбрал именно Вас, чтобы передать мне конверт? Теребя салфетку и внимательно следя за тем, как она рвется в его руках, он произнес: — Потому, что я его должник. Тут наступило время удивляться мне: — И в чем же состоит или теперь уже состоял Ваш долг? Салфетка превратилась в истерзанные мелкие кусочки. — Я обязан ему жизнью, — тихо прошептал он. — Реальной жизнью, а не ту, которую привыкли видеть все остальные. Вы тоже повелись, увидев мою фотографию в газете, не так ли? — К чему вы клоните, мистер Уэйн? Стряхнув кусочки салфетки на скатерть он, как будто очнулся и вспомнил с кем разговаривает. — Да так, ни к чему. Ведь темнит же! Но увидев то, как нелегко давались ему эти слова, я решила сменить тему разговора. — Я думаю, что настало время вручить мне обещанный конверт. Он полез во внутренние карманы своего пиджака и протянул мне обычного размера желтый запечатанный конверт. Ну, наконец-то! Получив то зачем, собственно говоря, и приехала, я сразу рванула его вскрывать, но резкий голос прервал мои действия: — Стойте! Мисс Купер, думайте безопасно вскрывать его в общественном месте? Да ещё при незнакомом мужчине? Моя задача заключалась лишь в том, чтобы вручить вам его, а не узнавать содержимое. Черт, а он был прав. Убрав конверт в свою маленькую сумочку и встав из-за стола, я подняла свой взгляд на тоже уже приподнявшегося Брюса: — Что ж, мистер Уэйн, было приятно познакомится, но мне пора. — Да я понял уже. Тоже был весьма рад знакомству и лелею надежду увидеть Вас ещё. — Галантные манеры опять дали о себе знать, так как он взял мою руку и запечатлел на ней, как мне показалось, долгий поцелуй. Второй день в Нью-Йорке и второй раз мне целуют руку. Кто же будет следующим больным счастливчиком? Брюс не спешил отпускать мою руку, а подняв голову, посмотрел прямо мне в глаза. — Берегите себя Мисс Купер и прошу, будьте осторожны. Опять волнение пронеслось в его голосе. Почему? Что он знает такого, что так реально обо мне беспокоится, и чего не знаю я? Уже покинув ресторан и выйдя на проезжую часть, я увидела ждущего меня водителя. Наша машина оказалось не единственным подъехавшим транспортом к башне. Сзади припарковался небольшой черный грузовик с эмблемой орла, за рулем которого сидел агент Мэтьюс. Сразу из кузова послышались какие-то нечленораздельные звуки и глухие удары о корпус машины изнутри. Агент вышел, обошел машину и открыл задние дверцы. Буквально сразу оттуда вывалился лицом вперед…и прямо об асфальт… Старк, почти во всем своем военном облачении, за исключением шлема. Ой, это, наверное, дико больно. Молодой темнокожий мужчина, который спрыгнул следом, сразу попытался поднять Тони, но никак не мог из-за тяжелого костюма. Но тут железный человек героически поднял свою помятую рожу с асфальта и попытался подняться уже сам. Более менее встав на то и дело разъезжающиеся ноги, он увидел меня и со счастливым лицом жестом показал мне знак мира во всем мире. Потом ноги его всё же подвели, и он, упав на спину, долбанулся затылком об несчастный асфальт. Мужик определенно в хлам… — Рооооуди, ты только посмотри какие …звезды в небе. — Провыл Тони голосом лани в брачный период. Дальше уже подбежал агент Мэтьюс, и Старком начали заниматься уже двое. А меня ожидало незаконченное дело, поэтому быстро добравшись до лифта и после до своей комнаты, я раскрыла злосчастный желтый конверт. Два листа формата А4 предстали предо мной. На одном было медицинское заключение моего последнего клиента, а на втором листок, явно скриншот, с базы данных психиатрической лечебницы Аркхем. В нем было подпунктами указано: Психиатрическая клиника Аркхем. Отдел: Психиатрических Реабилитационных Программ (ОПРП) Имя: Джокер Присвоенный номер: 4479 Рез-ты медицинского заключения: невменяемость, краткие вспышки повышенной агрессии, тяга к причинению вреда самому себе. Лечащий врач: доктор Харлин Фрэнсис Квинзел Выбранный метод лечения: сеансы когнитивно-поведенческой психотерапии. Дальше я читать не стала, из-за одной его фотографии на втором листе меня передернуло и я, скомкав листы, бросила их в ящик стола. И из-за этого я тащилась в ресторан? В этих листах не было ничего полезного, только факты, подтверждающие то, о чем мне ещё днем сообщил комиссар Гордон. Что ж сегодня за день такой? Среда вроде. Нужно его отметить в календаре и в последующем, в этот день каждый год сидеть в четырех стенах и носа не высовывать из помещения, где бы я не находилась в этот момент… Глаза слипались, поэтому, как только моя голова коснулась такой теперь мягкой и приятной подушки, я уснула, крепким сном, которому, как мне казалось, никто и ничто помешать не могло. …Темная комната с устрашающими кровавыми разводами на стенах…окно с массивными решетками…под ногами шуршали обрывки старых, грязных газет и куски сырого картона…тишину нарушали только завывание ветра и хриплое дыхание, доносившееся из самого дальнего угла комнаты… Там кто-то есть… тень мешала мне рассмотреть…виден только силуэт. Но тут луна, наверное, услышав меня, бросила один из своих нежных лучей в желаемое для меня место, а именно в самый темный угол комнаты, и я закричала от того, что увидела. Передо мной стоял он, с вставленным в рот лезвием. Белый потертый грим, теперь был ярко алым, …он увидел меня и рывком, дернул рукой с лезвием в сторону, разрезая тем самым… В дверь моей комнаты кто-то усердно звонил. Я рывком поднялась с кровати. Ох, как больно…Меня что-то явно вчера переехало. На дисплее высветилось лицо Фьюри, а это, как предчувствовало моё мягкое место, не к добру. — Что-то случилось, что вы решили порадовать меня с самого утра своим присутствием? — Недовольно спросила я. Уже по его лицу увидела положительный ответ на свой вопрос. – Что? Говорите же? — Наш заключенный изъявил желание тебя видеть… Так, что там сегодня, четверг? Забудьте, «среда» продолжается!!!