Клара Кингсли, дочь Алисы

Белая королева. Ступени деревянной лестницы скрипели под каждым шагом, но Клара не замечала этого, взбираясь все выше. Сердце бешено стучало, а в ушах до сих пор звучали слова Шляпника. «Клара, беги». Она не помнила, как подорвалась, как отбилась от одного из странных, неправильных рыцарей в белых доспехах. (По её мнению, они должны были побеждать драконов и спасать принцесс, но никак не гоняться за попаданками из другого мира). Не помнила и того, как швырнула в одного из них кружку и та с грохотом разбилась под восклицания Шляпника. Забежав в первую попавшуюся на глаза комнату и захлопнув дверь, девушка выдохнула. И обернулась. — Здравствуй, Алиса, — перед ней стояла женщина в длинном белом платье с кружевами, белыми вьющимися волосами и выразительными темными глазами. Голову её венчала изящная корона. Клара не вскрикнула только по одной причине: она жутко устала удивляться. Этот мир со своими безумными жителями её точно не привлекал, хотя, конечно, что-то притягивающее в Стране Чудес было. Притягивающее очень и очень слабо. — Я не Алиса, — произнесла Кингсли в который раз. — Брось детские игры, — драматично воскликнула женщина, всплеснув руками. — Ты изменилась, но, думаешь, я не смогу тебя узнать? — Видимо, нет, — съязвила девушка. — Потому что я — не Алиса. И с вами не знакома. Королева изогнула бровь и вроде бы мягко улыбнулась. Хотя вновь получилось наигранно. — Что же, — пожала плечами женщина, — напомню тебе. Я — Мирана — королева Подземья, а ты — Алиса Кингсли. Девочка, из-за которой наш мир рушится. «Алиса», не удержавшись, фыркнула. И пристальнее посмотрела на женщину. Да, точно! Она помнила Мирану по маминым рассказам. Но там Белая Королева была доброй, не способной обидеть и букашки. Что же изменилось? — Тогда, в нашу последнюю встречу, — тем временем продолжила Мирана, — ты привязала хроносферу к себе, после чего часы Вечности не могут функционировать, как прежде. Они вот-вот разрушатся, — на этом моменте в ее голосе поскользнулся стальные нотки. — Вместе со всем Подземьем. Клара опешила. Мама любила Страну Чудес, она никогда бы её не разрушила. Можно ли доверять этой женщине? Наверное, ни в чем нельзя быть точно уверенным. Особенно в этом мире. — Я… — «не Алиса»? «дочь Алисы»? Отчего в горле словно ком застрял? Не в силах ответить на вопрос, девушка уставилась на чёрные шторы, обрамлявшие окно. Закрытое окно. Взгляду было больше не за что зацепиться: комната пустовала. — Ты не хотела, знаю. Я могла бы помочь, но теперь уже ничего не сделаешь, — королева развела руками, вновь излишне выразительно. — Просто прими свою судьбу. Свою судьбу? Клара не знала, сколько ещё девушек, по ошибке принятых за Алису, её мать, смирились с такой «судьбой». Она не могла этого знать. Но отчего-то догадывалась. — Разве Алиса не должна быть старше? — вдруг произнесла она, нарушая затянувшееся молчание. Её голос звучал звонко, как никогда. — Я не могу быть ей. Мирана долго не думала над ответом, и, едва нахмурившись, выдала: — Мы мало знаем о Наземье, поэтому не исключаем, что время там измеряется совершенно по-другому, — женщина качнула головой. — Ох, Алиса, мне действительно жаль… Клара хотела что-то ответить, но тут в помещение ворвались уже знакомые «рыцари», всего на секунду застыв перед королевой. Кингсли вновь не успела и слова сказать, как двое из стражников больно заломили ей руки, заставив сесть на колени. — Как гостеприимно, — буркнула девушка, пытаясь поднять голову и посмотреть в лицо королеве. Со своего положения она видела лишь подол её белого платья. — Прости, — донеслось до Клары тихое лепетание, а затем… лязг металла? Она с трудом подняла голову и увидела, что один из «рыцарей» доставал длинный, увесистый и, конечно, белый меч. А фигура в белоснежном платье стремительно направлялась в сторону двери. — Подождите! — девушка почувствовала, что её переполняет страх. Умереть вот здесь и сейчас? По желанию очередной сумасшедшей из маминой «Страны Чудес»? Не прожив и половину жизни? — Мирана! Однако женщина делала вид, что ничего не слышала, и продолжала идти. Время будто замедлилось. Вот стражник плавно заносит меч… — Стойте! Медленно одергивает руки… — Алиса — моя мать, — невольно выдохнула девушка и зажмурилась, ожидая резкой острой боли. Но ничего не последовало. Разве таким должен быть конец? Никаких мучений? Или же… она наконец очнулась от страшного сна? — Что? — размеренным тоном произнесла Мирана. Клара открыла глаза и недоверчиво посмотрела на королеву, не замечая в ней той зазнавшейся особы, что была здесь секунду назад. Кажется, в её взгляде даже промелькнуло сочувствие. — Она моя мать. Ваша Алиса, — повторила девушка, опустив голову. Её вдруг посетило чувство… предательства. Измены. Самое ужасное, что она когда-либо испытывала. — Это в корне меняет дело, — вдруг усмехнулась женщина.