Do You Want to Play With Magic?

Было много вещей, которые нравились Дину в его работе. Разбивание лагеря в своей машине, обертки от бургеров, застилающие пол, и ожидание темноты, чтобы взломать дверь, причем так, чтобы рядом не было людей, которые бы его засекли, не были одной из этих вещей. Хотя он уже достаточно съел и был полон энергии, и если ему придется использовать магию сегодня, то у него были для этого силы. Временами Дин завидовал магам, которые использовали внешний источник энергии, а не внутренний. Чарли не уставала от своего колдовства, и ей не приходилось волноваться о долгих побочных эффектах от потери крови. Она просто подключалась к ближайшей розетке и вбирала ток. Когда Дин впервые встретил Габриэля, тот воспринимал его магию как какой-то дешевый фокус. Каждый раз, когда они оказывались в одной комнате, не проходило и пяти минут, чтобы Габриэль не начинал просить Дина показать ему что-нибудь. По началу Дин потакал ему, потому что тот был другом Сэмми. Он показывал ему всякие мелочи – зажигал свечки, заставлял бумагу на столе взлететь на пару секунд – такая магия требовала в жертву ресницу или ноготь. Потом он почти до смерти напугал Габриэля, показав, что на самом деле может магия и цену, которую платил за нее Дин. Это случилось, когда Сэм с Габриэлем нашли свой офис. Последний владелец здания упал с крыши. Полиция сказала, что это суицид. Сэм не хотел подписывать контракт, пока не убедится, что это действительно так. Габриэль тогда пошутил о том, что, если парня действительно убили, то он мог бы стать их первым клиентом. Он прекратил шутить, когда Дин нарисовал руны на полу, расставил свечи, разрезал свою ладонь и пролил свою кровь на нарисованные знаки, чтобы вызвать дух того мужчины из небытия. Это было самоубийство, и Сэм подписал их договор об аренде с чистой совестью, но Габриэль еще пару недель после этого нервничал, находясь рядом с Дином. Хотя он никогда больше не просил показать ему какой-нибудь магический фокус. Дин улыбнулся воспоминаниям. Габриэль всегда напоминал ему одну из этих маленьких, раздражающих собачек. Которые только лают, но никогда не кусают. И как только он увидел, что может делать настоящая магия, то тут же сбежал, поджав хвост. И в итоге все же вернулся. Может, он и не хотел больше видеть магию Дина с близкого расстояния, но понимал ее возможности, и работа на Сэма с Габриэлем была источником постоянной занятости для Дина и Чарли. Дин выглянул в окно, оглядывая многоквартирный дом рядом с клиникой. Почти во всех окнах не горел свет, не многие бодрствовали в это время, и у тех было отвлечение типа компьютера или телевизора. Никто из жителей этого дома не признался, что видел что-то в ночь убийства. Дин надеялся, что они останутся так же слепы и к его сегодняшним действиям. Он вышел из машины, закрывая ее за собой. Двери, багажник и капот были защищены заклинанием. Любого, кто попытается залезть в его машину, ждет неприятный сюрприз, но это не значило, что Дин не воспользуется и более приземленными средствами защиты. Было немного вещей, о которых он заботился больше, чем о своей машине. Глубоко засунув руки в карманы, он перебежал через улицу. На входной двери висела желтая полицейская лента, но больше не было никакой охраны, что хорошо, значит, Дину не придется использовать магию, чтобы навредить людям или заморочить им головы. Его магия попадала под один зонт большой серой зоны – контакт с мертвыми, защитные и охранные чары, редкие отслеживающие заклинания – но ему не нравилось использовать свою магию, чтобы навредить кому-то, особенно людям, которые не могут ничего ей противопоставить. Дин вытащил из кармана небольшой набор отмычек, который всегда держал там на всякий случай. У него были заклинания, которые могли с этим справиться, но Дин предпочитал работать руками, если у него был выбор. Этому навыку научил его отец, и всегда было лучше приберечь энергию на случай, если ему потом понадобится использовать магию. Через пару секунд сосредоточенного ковыряния замок поддался, и Дин смог распахнуть дверь. Он нырнул под желтую ленту, закрыл за собой дверь и пошел через клинику в кабинет в задней части здания. Здесь Гильда нашла тело своего босса, лежащим на полу в луже собственной крови. Тело убрали, ковер разрезали и забрали на экспертизу, и комната была пуста. Если тут было что-то явное, что могло указать на убийцу, тот должно быть забрал это с собой, иначе полиция бы нашла это «что-то». Дин тихо выругался. Он надеялся, что у мертвеца был какой-нибудь тайник, иначе он вернется к Сэму с Габриэлем ни с чем. Он стоял в комнате, медленно дыша, раздумывая над вариантами действий, и медленно до Дина доходило, что он слышал не только свое дыхание. За его спиной был кто-то еще, кто-то, последовавший за ним с улицы. По крайней мере, это служило хорошим знаком, что есть все-таки еще один подозреваемый. Если Дин выберется отсюда живым, Сэм будет рад. Он всегда знал, что они идут по правильному пути, когда Дин на волосок от смерти. Дин резко развернулся, не давая человеку позади него времени отреагировать, быстро толкая его к стене, схватил его руки и прижал их над головой. - Кто ты? Почему ты следуешь за мной? – угрожающе спросил Дин. Пара озадаченных голубых глаз сверкнула в темноте, и Дин поймал себя на том, что снова тихо матерится. - Кастиэль? Какого черта ты здесь делаешь? – прошипел он. - Я следовал за тобой, - сказал Кастиэль. – Весь день. Ты мой ведьмак. Я не должен оставлять тебя. Дин не заметил Кастиэля и вообще ни одного черного кота, который бы следовал за ним сегодня, что не очень хорошо говорит о его наблюдательности. И Кастиэль, должно быть, держался на приличном расстоянии, раз Дина не тянуло чихать. Он все еще прижимал Кастиэля к стене, и этот факт становился ярче с каждой секундой, его руки, держащие фамильяра, начинали неприятно гореть, по коже снова прошлись покалывание и зуд. Дин быстро отпустил его и отошел подальше. - Ты не должен быть здесь. Я работаю, ясно? Это моя работа. - Ты зарабатываешь, взламывая здания? – спросил Кастиэль. Дин вздохнул. - Да, точно, именно этим я и занимаюсь. Слушай, я пытаюсь найти кое-что, и я думал, что ясно сказал тебе утром – ты не мой фамильяр, так что иди домой или следи за какой-нибудь другой ведьмой. Мне нужно закончить мою работу. - Утром ты сказал, что не хочешь меня, но ты не можешь отрицать нашу связь, - сказал Кастиэль. – Я выбрал тебя. - Ну, а я тебя не выбирал. И серьезно, Кас, ты сделал хреновый выбор. Кастиэль наклонил голову на бок, непонимающе глядя на Дина. - Почему ты так говоришь? – спросил он. - Почему? – сказал Дин, громче и злее, чем хотел. – Я не хороший, и ты должен это знать. Ни один фамильяр не должен связывать себя с магом, который использует черную магию. Как только слова прозвучали, Дин знал, что не может взять их назад. Ему не нравилось признавать, какой была его магия, даже самому себе. Он решил притворяться, что работает в оттенках серого, в области сомнительной морали, но не было никаких сомнений в том, что представляла собой его магия. Вот почему она требовала жертвоприношений, почему питалась от крови и плоти, потому что его магия была черной и питалась от смерти и разрушений. Кастиэль широко распахнул глаза, его дыхание участилось. - Это не правда… - начал он, но Дин оборвал его. - Нет, правда, - сказал он, хотя и не хотел признавать себе, а уж тем более кому-то еще, что он не достоин фамильяра. Кастиэль должен понять это сейчас до того, как навредит себе, пытаясь сформировать связь с черным колдуном. – Кас, ты понятия не имеешь, что я делаю. Я раскапываю могилы, призываю мертвецов. Я проливаю свою кровь снова и снова, чтобы получить ответы, которые мне нужны. Я знаю, что это темная магия, и я знаю, какая у нее цена. Ты не захочешь быть связанным со мной. - Ты ошибаешься, - осторожно сказал Кастиэль. Он поднял руку, затыкая Дина прежде, чем тот снова прервет его. - Я знаю тебя, Дин. Я знаю, какую магию ты используешь, и ты приносишь в жертву себя. Это твоя кровь, твоя плоть, вот, что ты используешь для своих заклинаний. Ты не причиняешь вреда другим. Ты хороший человек, Дин, и я твой фамильяр. Дин почувствовал, как вздох застрял у него в горле. Он хотел верить, что слова Кастиэля были правдой, что он уменьшает зло от своей магии, принося в жертву свое собственное тело, а не охотится за невинными, но не мог. Он видел эту магию, его магию, которая свела с ума его отца. Джон Винчестер сгорел в одно мгновение, темное заклинание, настолько мощное и переполненное его гневом и болью, что поглотило его. Эта магия текла и по венам Дина, и он не мог поверить, что кто-то, тем более фамильяр, может видеть, на что способен Дин, и желать усилить это. Кастиэль может и говорит, что знает, чем и кем был Дин, но он и понятия не имел. Дин наказывал себя каждый раз, когда использовал свою магию, потому что его магия и была наказанием. Он не заслуживает фамильяра, чтобы облегчить свое бремя. - Ты ошибся, ясно? Ты просто не прав. Ты не знаешь ничего и если не прекратишь, можешь навредить себе. Кастиэль нахмурился. Откуда-то снаружи он услышал звук открывшейся двери, той же самой, которую он сам открыл пару минут назад. Он хотел возразить Дину, объяснить насколько тот ошибался, но этот звук его встревожил. Кроме них в здании был кто-то еще. - Ты вообще слушаешь меня? – прошипел Дин. - Мы не одни, - сказал Кастиэль, оглядываясь на дверь. Вслед за последовавшей тишиной, звук шагов за пределами кабинета стал очевиден. Дин в отчаянии оглядел комнату. Тут должно быть место, где они могли бы спрятаться. Дин не хотел, чтобы его арестовали, и не хотел встретиться с убийцей. К тому же тут был Кастиэль. Жизнь Дина постоянно была на волоске поздними ночами, в опасных ситуациях, но Кастиэль был тут ни при чем. На противоположной стороне комнаты была дверь. Дин не представлял, куда она вела, но где угодно было лучше, чем на открытом пространстве посреди кабинета. Он махнул Кастиэлю следовать за ним. Они пересекли комнату всего за пару секунд, но каждая секунда казалась вечностью. В любой момент могла открыться дверь кабинета. Дин распахнул дверь, запихивая туда Кастиэля, и быстро шагнул следом за ним, закрыл дверь в тот момент, когда услышал, как начала поворачиваться дверная ручка. Дин отошел от двери и тут же наткнулся на Кастиэля. - Дин, это шкаф, - прошипел тот. Дин почувствовал, как его сердце ушло в пятки. Из всех мест, где он мог быть заперт в ловушку, из всех мест, где мог быть заперт с ним Кастиэль, это обязательно должен был быть шкаф. Это не могла быть дверь в процедурную или еще что-нибудь толковое. Это обязана была быть дверь в шкаф, где он застрянет со своей аллергией на кошек и своим же фамильяром-котом. Он осторожно развернулся лицом к Кастиэлю, поворачиваясь в узком пространстве шкафа, но как только он это сделал, тут же понял, что зря. Теперь Кастиэль прижимался к его груди, его волосы щекотали нос Дина, и он в любой момент мог начать чихать. - Хочешь, чтобы я превратился? – прошептал Кастиэль. – У тебя будет больше места. - Нет, - быстро выдохнул Дин. – Достаточно хреново, когда ты человек. Черт, не смей этого делать. Кастиэль кивнул, и Дин откинул голову назад, пытаясь держать свой нос подальше от мягких, щекочущих волос фамильяра. Он постарался сосредоточиться на том, что происходит снаружи, в кабинете. Если он сохранит свой разум ясным и готовым к опасности, может, он сможет не обращать внимания на парня, тесно прижимавшегося к нему. Дин слышал, как за дверью выдвигали ящики, двигали мебель. Кто-то обыскивал кабинет, и Дин молился, чтобы они не решили обыскать и шкаф. Он все еще отлично ощущал присутствие Кастиэля, жар расходился от того места, где они прижимались друг к другу, его тело отвечало Кастиэлю особенным образом, Дин не помнил, чтобы хоть раз в жизни реагировал так на других магических существ. Он горел, но, когда они так близко, это было почти приятно. Совсем не так, как зуд, который он испытывал в своем офисе, и это пугало его. Что, если он не реагировал на Кастиэля отрицательно, а наоборот страдал по первому физическому признаку их связи? Он не хотел подпускать Кастиэля к себе ближе, чем это было необходимо, и его магия ныла оттого, что сейчас Кас был так близко, но все же не так, как на самом деле хотел этого Дин. Это не меняло того факта, что у него все еще была аллергия на кошачью форму Каса, но и не значило, что они не могут быть совместимы в других аспектах, как и сказал Кастиэль. Дин напряг слух, чтобы уловить, о чем говорили снаружи, заставляя себя сосредоточиться на мужчинах и их розысках, а не на Кастиэле и том, как удивительно естественно он чувствовал себя в непосредственной близости от фамильяра, как смешивалась их магия. - Проклятье! – рыкнул мужчина, и Дин услышал, как что-то бросили на пол от злости. – Его здесь нет. - Может, если бы ты не пристрелил его, то получил бы то, что нужно, - тягуче произнес второй голос, он звучал почти весело. - Может, если бы он отдал мне диск, как я и просил, мне не пришлось бы стрелять в него, - отозвался первый голос. - Ты все равно собирался убить его. Вся операция стала грязной. И все же, он мог отдать нам записи до своей неудачной смерти. - Это усложнит работу. - Да, вот почему смерть доброго доктора настолько неудачна. - Нужно было сначала ему колено прострелить, - сокрушался первый голос. – Тогда бы он сказал мне, где диск. Дин нахмурился. О чем говорили эти парни? Они признались в убийстве, так что теперь он знал, что Гильда не виновна, но тут явно был мотив, который не раскрыла полиция. Дин бы очень хотел подглядеть за ними. Может быть, он знает кого-нибудь из них, хотя и не распознал голоса. Дину нужно было найти то, что искали эти люди. Это была его цель, его шанс снова открыть это дело и предоставить Сэму доказательства, что его клиент невиновен. Слушая разговор мужчин снаружи об убийстве, Дин все больше убеждался, что в нем были какие-то подсказки о делишках, в которые был втянут доктор, и почему это привело к его убийству. - Тут нет ничего для нас, - сказал второй голос. – Нет смысла оставаться здесь дольше. - Я все же думаю, что нам стоит сжечь тут все. - У тебя один ответ на все. Совсем нет стиля. - Поджог – это стиль. Я делаю свою работу. - Пока нельзя. Полиция понятия не имеет о нашей причастности. У них есть подозреваемый, и они не собираются копать дальше. Поджог легко подскажет им, что, возможно, они не правы. - Ладно, - проворчал первый голос. – Тогда я разобью пару склянок в клинике, пусть думают, что кто-то влез сюда в поисках наркотиков. - Вот, теперь ты начал думать, - одобрительно сказал второй голос. Послышался звук шагов, как открылась и закрылась дверь, а потом ничего. Дин облегченно выдохнул, кем бы ни были эти двое, они бы без раздумий убили их с Кастиэлем, если бы нашли. Это была невероятная удача, что они прекратили свои поиски. Дин слишком легко мог представить альтернативную реальность, реальность, заканчивающуюся жесткой, внезапной смертью. - Кто были эти люди? – спросил Кастиэль. - Я не знаю, - тихо ответил Дин. Он ломал себе мозг, но был уверен, что никогда прежде не слышал эти голоса, а они были очень своеобразны. Теперь, услышав их, он точно знал, что никогда их не забудет. Дин опустил взгляд на Кастиэля, запоздало понимая, что как-то обнял его обеими руками и притянул к себе. Он хотел Кастиэля ближе, его магия жаждала их связи, но так же это было желание защитить. Если бы дверь шкафа открылась, тело Дина стало бы щитом для Кастиэля. Фамильяра бы вообще здесь не было, если бы не Дин. - Теперь ты понял? – прошипел он. – Понял, что моя жизнь опасна? Ты не можешь быть ее частью. Разве ты не понимаешь этого? Он хотел, чтобы Кастиэль понял, согласился, что это слишком. Он знал, что Кастиэль напуган. Дин чувствовал, как тот напрягся, пока те двое разговаривали, как он прижался к нему ближе, ища успокоения. Дину было наплевать на связь между ними, на их магию, взывающую друг к другу. Единственный способ уберечь Кастиэля - это держать его подальше от себя. Он не мог допустить, чтобы рядом с ним крутился фамильяр. Он не хотел допускать риск, что Кастиэль может быть ранен из-за него. Кастиэль поднял на него взгляд, сжал зубы и упрямо сверкнул глазами. - Я не уйду, - сказал он. – Это ничего не меняет. Я серьезно, Дин. Дин сердито тряхнул головой. - Ты даже не подумал нормально. Слушай, сейчас мы выберемся отсюда, и ты уйдешь домой, просто подумай о том, что ты делаешь, и пойми, что я прав, что ты не хочешь быть частью этого. - Мы еще никуда не уходим, - сказал Кастиэль. - Что? – опешил Дин. Он думал, что после всего, что тут случилось, Кастиэль захочет убежать со всех ног. Он хотел увезти его куда-нибудь в безопасное место, а потом вернуться сюда. И совсем не ожидал, что Кастиэль тоже планирует остаться. - Ты хочешь найти то, что искали эти мужчины, так? – спросил Кастиэль. – Используй меня. Используй мою магию для заклинания поиска. Если что-то спрятано, мы найдем это. Я знаю, мы сможем. Дин не знал, что сказать. Ему не очень уютно было от идеи использовать магию Кастиэля как легкий путь, скормить его как жертву, но с другой стороны, это даст им шанс выяснить, что же здесь происходило и за что убили доктора. Но, если Дин позволит Кастиэлю быть частью этого, всего один раз, то они, наконец, выберутся из этого богом забытого места, и он сможет отвезти Кастиэля куда-нибудь в безопасное место. - Ладно, - огрызнулся он. – Но только один раз. Кастиэль улыбнулся ему, прямо, как кот, добравшийся до сметаны, и этим только напомнил Дину, о своей действительно кошачьей сущности. А так же напомнил о том факте, что Кастиэль сейчас так близко к нему, а его аллергия совсем не просыпается, что довольно странно, но Винчестер, на самом деле, не особо хотел разбираться в этом. Отец Дина всегда говорил, что цель оправдывает средства, и если бы его отцу попался фамильяр, который добровольно предложил бы свою магию, тот, не задумываясь, воспользовался бы этим. Он бы ухватился за предложенную силу обеими руками. Он просто делает то, что сделал бы его отец, решил Винчестер. - Ладно, мне нужно достать свечи, нарисовать круг или что? – спросил Дин, задумавшись, как работает магия при участии фамильяра. Кастиэль покачал головой. - Нет, просто возьми меня за руки. Тебе не нужен круг. Я буду вести твою магию. - Ладно, - сказал Дин, нервно беря Кастиэля за руки, переплетая вместе их пальцы. – Это обычно выбивает меня из колеи. Я не… что, если эти ребята вернутся? - Это не навредит тебе. Я сосуд. Я жертва. Меня будет достаточно, даже более чем, - заверил его Кастиэль. – Ты не пострадаешь. Дин кивнул, все еще не убежденный. Он никогда не пробовал творить заклинание без ритуала. Он понятия не имел, как все сработает без его свеч и знаков. А мысль о том, что он мог навредить Кастиэлю, была ему противна. - Тебе же не будет больно, да? – тихо спросил он. Кастиэль снова улыбнулся, на это раз мягче и с такой теплотой, что Дин почувствовал, будто тонет. Он не понимал, как Кастиэль мог так смотреть на него, будто Дин был всем самым хорошим, что было в мире. - Ты не навредишь мне. Я намного сильнее, чем ты можешь представить. Любая боль для меня сродни уколу. - Хорошо. Дин поймал себя на том, что снова кивнул, почти сам не веря, что делает это. Он не понимал, как кто-то столь могущественный, как Кастиэль, мог нуждаться в нем, нуждаться в его магии. Если выяснится, что Кастиэль соврал, и в итоге Дин навредит ему или иссушит его магию, тогда он вряд ли когда-нибудь простит себя за то, что доверился фамильяру. Он не хочет использовать тело кого-то другого ради того, чтобы питать свое заклинание. Он почувствовал горячее дыхание Кастиэля напротив своей щеки, когда тот мягко рассмеялся. - Ты слишком волнуешься, Дин. Винчестер сжал зубы, закрыл глаза и сжал ладонь Кастиэля в своей руке. Он не хотел поддаваться на подстрекательства сотворить заклинание, но Кастиэль полностью завладел им. Он точно знал, что нужно сказать, чтобы разбудить в Дине достаточно безрассудства, чтобы решиться попробовать. Дин чувствовал, как разгорается в нем магия, скручивается в его желудке, когда он начал произносить слова заклинания, но почти сразу это чувство пропало, будто его потушили водой. Он не терял своей концентрации, не открывал глаз, он был сосредоточен на словах, на заклинании. Впервые он свободно делал это, без ноющего болезненного ощущения, ранящего его тело. Он никогда раньше не осознавал, как сильна была та боль, до этого момента, когда ее вдруг забрали. Понадобилось всего несколько секунд, чтобы закончить. Дин открыл глаза и тут же зажмурился от резкого белого света, внезапно ударившего по глазам. Весь шкаф был залит светом, панель на потолке над их головами сияла магической энергией. Заклинание поиска сработало и сработало намного лучше, чем когда-либо получалось у Дина в одиночку. У него выходило вызвать только бледное, золотое свечение, показывающее спрятанное место, которое он искал. Свет был почти болезненным и более того, светил прямо на них. Они с Кастиэлем стояли прямо под тайником, который только что искали те двое. Дин бы рассмеялся, но не мог. Разговор между этими двумя мужчинами, как ни в чем не бывало рассуждавшими про убийство, все еще звенел у него в ушах. Они с Кастиэлем стояли прямо под диском, который те искали. Если бы эти люди открыли дверь шкафа… Дин встряхнул головой, сбрасывая руки Кастиэля. Он не мог смотреть на него. Ему было плохо. - Заклинание сработало, - сказал Кастиэль, констатируя очевидное. Дин фыркнул. - Да, и думаю, я теперь ослеп, Кас. Ты не сказал, что будет настолько ярко. - Я не знал, что мы стоим в том же месте, где спрятан артефакт, который мы ищем, - сказал Кастиэль. – Тогда бы я уменьшил свою силу. Дин кивнул, но на самом деле не особо обратил внимание на его слова. Он потянулся наверх, толкая потолок над ними, обнаруживая, что тот легко поддается. Он толкнул вверх и в бок, потом запустил руку внутрь, приподнимаясь при этом на носочки. Пару секунд поисков, и его пальцы легли на то, что он искал. Не диск, а флешка. Это имело смысл. Кто вообще сейчас использует диски? Чарли бы рассмеялась, если бы он принес ей один, чтобы поиграть. Это так же значило, что те двое не знали точно, что они ищут, значило, что они ищут просто спрятанную информацию. Дин уставился на флешку, раздумывая, что же за важная информация на ней записана. Он отдаст ее Чарли, и та скажет, что там. Чарли еще не встречала ни один шифр, который не смогла бы разгадать. Теперь у них есть некоторые доказательства, которые могли вести их в верном направлении. Он может сказать Сэму, что они на шаг ближе к тому, чтобы уберечь своего клиента от зала суда - Пошли, - сказал он, беря Кастиэля за руку. – Давай выбираться отсюда.