Новенькая в Свит Аморис

      — Привет, Кен, — так же тихо произнесла я.        Раньше он был совсем другой. Мальчишка с каштановыми волосами и причёской «горшок», большие очки с толстыми линзами, скрывающими половину лица и глаза. Носил он зелёный свитер на размер больше, синие штаны с прикреплённым к ним калькулятором.        Сейчас у него небрежная причёска. Одет он в чёрную майку, поверх надета белая расстёгнутая рубашка. На шее висят армейские жетоны. Вместо синих штанов на нём военные штаны с армейским принтом. Всё это дополняется чёрными военными сапогами. Красавчик одним словом!        Полгода назад он ушёл в военную школу. Неужели это она его так изменила?!       — Зови меня Кентином. Ненавижу, когда меня зовут Кеном.       — Раньше тебе нравилось.       — Раньше...       — А ты изменился, — сказала я с улыбкой.       — Ты тоже, — он ответил мне тёплой улыбкой.        У него такие зелёные глаза. Раньше я этого не замечала из-за очков, но теперь их нет. Ему безумно всё это идёт.       — Да я-то чем изменилась? Мешками под глазами? — Мы хихикаем.       — Нет, просто ты выросла.       — Не я одна.       — Месье Кентин, прошу к доске! — Наш разговор прервала учительница.        Кентин прошёл к доске и выполнил всё без ошибок. И всё-таки его любовь к знаниям у него осталась, зато теперь он не ботаник, а просто красивый и умный парень. Я повернула голову и увидела, как за Кентином наблюдает пара фиалковых глаз. Алекси с интересом рассматривал Кентина. Он что, ему понравился?! Извини, Алекси, но у тебя нет шансов. Даже если Кентин больше меня не любит, он точно не станет геем.        Вот он уже закончил и возвращается на место.       — Кажется, от Кена в тебе все же что-то осталось, — улыбаясь произнесла я. Он в ответ тоже улыбнулся.       — Слушай, я знаю что произошло с твоими родителями, — ну, началось,— мне очень жаль. Ты поэтому сюда переехала?       — Да, поэтому. Ладно, давай будем выполнять задания.       — Хорошо.        Оставшуюся часть урока мы не разговаривали и внимательно слушали то, что нам уже битый час пытается вдолбить учитель. Наконец прозвенел звонок. Мы с Кентином выходили последние. В дверях нас ждала Ирис.       — Привет, Кентин! Меня зовут Ирис. Я из параллельного класса. Мы сейчас пойдём в столовую и ты с нами.       — Приятно познакомиться, — сказал Кентин, — но нам с Никой нужно поговорить.       — Вы знакомы?       — Да, это мой бывший одноклассник и друг детства.       — Оу, ясно, тогда встретимся потом. Хорошо?       — Ага.        Мы шли по коридору. Похоже позавтракать мне сегодня не удастся.       — Покажешь, где здесь учительская?       — Да, конечно. Пойдём. Как там миссис и мистер Джайлс?       — Да в порядке. Вот у отца работа здесь, поэтому мы сюда и переехали.       — Ясно, а Куки вы с собой взяли? — Куки – это собака Кентина.       — Хах, да. Если хочешь, заходи как-нибудь к нам. Мама испечёт нам шоколадного печенья, — он улыбается.       — Кентин, ты все так же любишь шоколадное печенье? Хотя, я не удивлена. Ты так по ним тащился, это неизменно, — мы смеёмся.       — Ну вот мы и дошли.        Мы подошли к двери с табличкой «учительская».       — Спасибо!       — Не за что.        Он зашёл в кабинет, а я направилась в раздевалку. У нас сейчас физ-ра.        Я надеваю чёрный топ, чёрные леггинсы и ярко-голубую расстегнутую толстовку. На ногах в тон к толстовке кроссовки. Все уже построились в ряд на футбольном поле за школой. Учитель физкультуры у нас очень строгий, и он не терпит опозданий. Но Кентин опоздал, а ведь я его предупреждала. Месье Борис решил сильно не наказывать новенького. Кентина заставили отжиматься на одной руке сто раз, потом на другой. И он с легкостью это сделал. Моя челюсть во второй раз познакомилась с полом. Он стал очень сильным.        Нас уже второй круг гоняли по полю. У меня жутко кружится голова весь урок. Я останавливаюсь. Нет сил дальше бежать.       — Фернандес, почему не бегаем, особое приглашение ждём? — Всё, что я услышала перед тем, как почувствовать резкую боль в животе и отключиться.        Я очнулась в медпункте. Рядом стояли медсестра, Ирис и Кастиэль.       — О, ты уже очнулась! — Сказала Ирис так, будто Америку открыла.       — Ника, ты нас так напугала!— Сказала медсестра. — Ты хорошо завтракала?       — Нет, я сегодня опаздывала и поэтому не позавтракала.       — Дева Мария! Тренироваться на голодный желудок категорически нельзя! Тем более с гастритом! У тебя был голодный обморок, но всё обошлось. А сейчас ты можешь пойти домой. Вот, я выписала тебе справку.        Она протягивает мне листочек. Господи, больше половины молодёжи ходят с гастритом, и ничего. Я никогда его даже не замечала.        Я поднимаюсь с кушетки, голова ещё болит, но не так сильно. Мы втроём идём по коридору. Ирис читает мне лекции о том, как важно не пропускать приёмы пищи и вообще нужно следить за здоровьем. Мы с Касом идём молча, погружённые в свои мысли. Что он там делал? Кто меня туда отнёс? Неужели он? Да ну, бред какой-то. Он же меня ненавидит, а я его. Или нет? Нет, его, наверное Борис заставил. Да, точно.