Кошачье проклятье

Как и было обещано, родители приехали утром следующего дня. И не просто утром, а прямо часам к семи. Хотя, так как мы все почти не спали, возражать никто и не подумал. Конечно же были слёзы, объятия, объяснения. Вообще, родители восприняли всё лучше, чем я думал. Особенно брат. Хотя в нём, я в общем-то, не сомневался. Он уселся со мной на пол гостиной и не выпускал из рук всё время нашего разговора. Мне было неловко, но я ничего не сказал. Соскучился очень. - Да, заварил ты, сына, кашу, - протянул мой отец, задумчиво почесав щёку. Его карие глаза были задумчиво затуманены. - Бедный мой ребёнок, испугался, наверное, - хм, обычно спокойную маму сегодня... развезло. Она вытирала потёкшую тушь когда-то белым платочком и пила ромашковый чай, заваренный Викторией. - Иди сюда, мой котёнок, я тебя обниму... Я вывернулся из рук брата, подполз к маме, которая сидела на диване, и положил голову ей на колени. Мамочка, как же я тебя люблю. Она наклонилась ко мне и поцеловала между ушей в макушку. Я почувствовал, как моё ухо дёрнулось и, видимо, щекотнуло маму по щеке, от чего она хихикнула. - А вообще, неплохо иметь сына и котика в одном флаконе, не надо заводить домашнего питомца, - шепнула она мне игриво подув на чёрное ухо, которое стало неистово дёргаться. - Мама! Это не смешно! - ухо жутко зачесалось и я принялся неистово его тереть. Все дружно рассмеялись и обстановка разрядилась. *** Вечером того же дня я сидел в комнате Стаса перед телевизором, смотря какой-то музыкальный канал. - Ну? И кто же этот человек? - внезапно раздался над ухом знакомый голос. Я резко развернулся наткнулся взглядом на янтарные глазищи. Девушка-кошка сидела на кровати Стаса сложив ноги по-турецки, упираясь руками в постель сзади себя. Одета она была в майку цвета хаки и джинсовые шорты. На голове, прикрывая каштановые кудри, всё так же сидела косынка. - Опять ты? - я вскочил. - Чего ты здесь забыла? - Как грубо... Я пришла проведать тебя, увидела, что ты перешёл на вторую стадию, и решила спросить, кто же тот любимый тобой человек, способный полюбить тебя в теле кота, а ты... - Стоп-стоп-стоп... Какая вторая стадия? - я уселся обратно на ковёр. - Ну, смотри, - девушка села ровнее и чуть наклонилась ко мне. - Первая стадия - это когда ты полностью животное, вторая стадия - это когда остаются только звериные атрибуты, третья стадия - это когда ты уже человек. Из стадии в стадию переходят с помощью своего любимого человека. Переход из первой стадии во вторую сопровождается тёплыми чувствами этого человека, которые он испытывает к тебе-животному. Переход из второй стадии в третью сопровождается... Ммм... Соитием с возлюбленным. Вот так вот. Поэтому я и спросила, кто твой возлюбленный? Я оторопело моргал и смотрел на девушку. Наверняка у меня был очень глупый вид, потому что она громко засмеялась. - Ха-ха-ха! Ничего себе! Как интересно получается! - кошка даже подпрыгнула на кровати. - Ты не знаешь, кто он! - Я... А... - я покраснел и решил, что сейчас лучше замолчать. - Ох, мне даже сейчас стало немого неловко от того, что я принесла тебе плохие новости... - девушка внезапно перестала веселиться. - Плохие новости? - я нахмурился. - Ну, я конечно, догадывалась, что наша богиня немного садистка, а теперь в этом убедилась окончательно... - я сглотнул. Что-то мне не нравится начало... - В общем... Бастет сократила тебе срок с двух месяцев, до двух недель... - девушка закусила губу, глядя на меня с ожиданием. Сердце ухнуло куда-то вниз. Ну, всё. Я пропал. Это конец. Что я могу успеть за две недели? Да ничего, в принципе. От осознания своей беспомощности я чуть не заплакал. Что же делать... Я сел в позу лотоса и поставил локти на колени, закрыв руками лицо. Прерывисто вдохнул. - Ну, ты, это, не расстраивайся так! У тебя есть время насладиться жизнью и всё такое... - услышал я взволнованно-испуганный голос девушки. - Короче... Держись давай. Я... Пойду, пожалуй... Когда, спустя минут пять, я отнял руки от лица, её уже не было в комнате. Насладиться жизнью, да? Что ж, мне больше ничего не остаётся. Я забрался на кровать и укрылся одеялом с головой, отгораживаясь своеобразным барьером от всего мира. Забытый телевизор продолжал петь о любви... *** Меня стали мучить кошмары. То я блуждал в лабиринте без выхода, то бежал от чудовищ, то костлявые руки затягивали меня под землю. И везде в конце меня ждала смерть, смерть, смерть... Я просыпался от собственного крика и ужаса весь в поту. Иногда в комнате находится кто-то из разбуженных мною родителей. Я, кстати, переехал обратно к себе домой. В школу, естественно, не ходил. Только уже три дня глотал кофе литрами и старался не спать вообще. "- Наслаждаться жизнью, да?" - раздражённо думал я. "- Это больше похоже на пытку!" Я осунулся и стал похож на приведение, потому что почти ничего не ел. Мама и папа глядели на меня с жалостью и беспокойством. И меня это жутко бесило. Меня в последнее время всё жутко бесило. То телевизор слишком громкий, то тишина в комнате слишком тихая, то ребёнок с верхнего этажа слишком счастливый... Короче, всё то, на что я раньше совершенно не обращал внимания, я стал замечать и от этого раздражаться. В один из дней мама усадила меня за стол на кухне и, устроившись напротив меня, спросила, внимательно глядя мне в глаза: - Никита, что происходит? - А что происходит? - раздраженно ответил я вопросом на вопрос. Вот честно, не хотел я, оно само так получается. Мама дернулась, как от удара. Я разу же почувствовал себя неловко, но виду не подал. Она нервно закусила губу, вздохнула, отведя взгляд, а затем снова начала говорить: - Ты ведёшь себя совершенно... - она снова замолчала. - Как? Неадекватно? Непредсказуемо? Грубо? Так?! - я завёлся с полоборота. Она в шоке посмотрела на меня огромными глазами и еле выдавила: - Д-да... - А я не знаю, что мне делать! Я просто не знаю! Как мне избавиться от этого?! - я больно дёрнул себя за ухо. - А от этого?! - я схватил себя за хвост. - Если ты не заметила, у нормальных подростков нет этой херни! Я не могу спокойно жить с ЭТИМ! А я хочу жить, мама! Я хочу жить! - мой голос сорвался, и я заплакал. - Жить я хочу... - полушёпотом повторил я. - Но не могу... Я не знаю, что мне делать, мама... Я всхлипывал, а она молчала. Хотя, может тоже плакала. Я не смотрел, слёзы застилали обзор. Я выплакивал свою боль, страх, смятение, нервное напряжение. - Расскажи мне, - раздался её твёрдый голос спустя какое-то время. И я рассказал всё, о чем мне поведала девушка в комнате Стаса. - Почему ты молчал? - спросила она через десять минут после последнего сказанного мной слова. - Ты нам не доверяешь? - Вы бы жалели. Мне не нужна жалость. - Нет, она тебе нужна. Потому что ты ещё молод. А хочешь казаться взрослым. А самому всё ещё не хватает поддержки родителей, - раздался голос отца, который пришёл с работы и сейчас стоял, опираясь о косяк двери. А мы и не заметили. - Иди в свою комнату, Никита, и отдохни. А мы подумаем, что можно сделать, и предложим тебе варианты. Надо учиться работать сообща, семья мы или кто? - он похлопал меня по плечу, проходя мимо к холодильнику. - Что у нас на обед? - бодро поинтересовался он у мамы. Дальше я не стал слушать и пошёл к себе. И как я только мог забыть, что у меня потрясающие родители? В комнате я удобно устроился на кровати и закрыл глаза. После слёз мне всегда хотелось спать. Ну надо же! Разревелся как пятилетка. А ещё мужик называется... Или я кот больше чем парень? Интересно, а кошки плачут? Надо будет погуглить... И поесть было бы неплохо... Но еще лучше поспать... Желательно без кошмаров... И вообще без снов... А интересно, кошки видят с-... *** Как я заснул - не помню совершенно. Вот вообще. Разбудили меня солнце и головная боль. Видимо, я дрых до утра следующего дня. Без сновидений, что не могло не радовать. Я с наслаждением потянулся и зевнул. - Никита, вставай, блин, уже, достал дрыхнуть! А ты встал, бездельник... Ты уверен, что ты кот, а не соня-мышь? - Иди к чёрту, Макс! Задолбал! Свали отсюда! - Не с той ноги встал? А, ты даже ещё не встал, - брат пнул меня ногой в плечо и увернулся от моих рук. - Ладно, чеши на кухню. Завтракать. И умыться не забудь, заморашка! - весело крикнул он мне уже из кухни, когда я был на подходе к ней. - Блин! - я резво развернулся и потопал в ванну. На столе меня по возвращению ждали ароматный мятный чай и свежие блинчики со сметаной. Ненавидел же вот сметану, а теперь обожаю. Проклятое проклятье! О! Тавтология! Совсем уже истосковался по школе. - А пока ты кушаешь, я расскажу тебе то, что мы решили вчера не всеобщем совете, - начал папа. Всеобщем? - Естественно. Неужели ты думал, что мы не пообщаемся с Мироновыми? - я подавился. - Мы же почти семья... - протянул шутливо брат, а мама треснула его ложкой по голове. - Хватит уже тянуть ко-... собаку за яй-... хвост! - ох и сильно же она, кхм, переживает за меня. Хорошо, что я не подавился во второй раз. - Мы едем всем скопом на дачу к Мироновым, каникулы же! Ты рад, кисонька? - с улыбкой выдал брат. Я подавился во второй раз. И ещё много-много раз. Ибо уже вечером этого же дня я оказался у дверей огромного дома с картинки журнала "Forbes". Надо сказать, дача у них крутая. Рядом с шикарным домом речка с пляжем, лес, поле и даже небольшие скалы! На участке в зоне отдыха бассейн, пока что крытый, огромная беседка, мангал и прочие пижонские штуки. И, самое главное, лайка! Я думал, что как кот должен бояться собак. Ан, нет! Мы сразу же с Ричем подружились! А так же с дворецким, слугами и поварами. Хоть моя семья и богатая, но не настолько, наверное... По крайней мере у нас нет дворецкого. И собаки. Но это мелочи. - Не боись, парниша, всё будет офигенно! - Стас обнял меня одной рукой за плечи. Я невольно покраснел. - О, да! Пошумим? - налетел на нас Макс. - Йахууу! - Ника с визгом влетела в дом. Да уж, не так я представлял себе свои весенние каникулы...