За сбычу мечт, или Путеводитель по Родосу

      Котенька, я тут подумал... Может, тебе как-то скупее стать в желаньях? Мне кажется, этот остров их исполняет. И ладно бы там кошки или круассаны, или кофе, на который ты здесь даже не ругнулся ни разу. А туристки из Сургута? Кто их наколдовал? И что теперь с ними делать? Они же рассчитывают на что-то. А ты их динамишь уже который день. О жопе я вообще молчу. Ты зачем ее вчера с утра возжелал? Учти, желания исполняются не всегда так, как мы себе это представляем, и вечерняя жопа - наглядное тому подтверждение. Давай ты будешь желать что-нибудь простенькое, типа креветок и осьминогов, м? Мы же съездим еще раз в ту таверну?       P. S. Я не собираюсь от тебя отделываться - ни просто, ни сложно.       "Котеньку" мне оставила в наследство моя предыдущая девушка Настя. Классная была девчонка. Уехала учиться в Амстердам в какую-то художественную академию и так там и осталась. Мы сразу договорились, что отпускаем друг друга, никаких отношений на расстоянии. Но мы общаемся по скайпу, и она до сих пор зовет меня в гости. Раньше я не мог поехать из-за Лизы. Но теперь смотаюсь обязательно. Так вот у них жил кот по имени Котенька. То есть имя у него было какое-то другое, кошачье, но называли его все именно так. И это как-то плавно перешло на меня. Я пробовал сопротивляться, но Наська сказала - ты что, с ума сошел, я с тобой только из-за фамилии и встречаюсь! Правда, потом выяснилось, что она всю жизнь мечтала быть Кошкиной, но "Котова тоже сойдет". Так вот эти поганцы, которые по какому-то странному недоразумению называются моими друзьями, эту "Котеньку" (иногда плавно переходящую в "Катеньку") с удовольствием у нее переняли и до сих пор припоминают, когда поиздеваться хотят.       После серфинга у меня все болит. Блин, я не знал, что это так сложно, со стороны так элементарно выглядит - вжих, вжих, туда, сюда, разворот... А на деле этот парус в руках даже удержать без привычки невозможно. Я еле хожу, а Макс ругается, что я ничего не могу сделать без фанатизма, обязательно должен убиться. Бегать что ли начать с ним по утрам? А спать тогда когда? Хотя сейчас это все равно нереально, я даже лежу без посторонней помощи с трудом. Но на пляж меня, несмотря на это, угнали, типа плавание должно помочь, мышцы там растянуть или что-то вроде того. Ну ничего, лежать ведь можно и на лежаке.       Моя спокойная беззаботная жизнь кончилась, когда я вышел из душа после пляжа. Как я умудрился пойти мыться без полотенца - ну как в том кино, пошел на охоту, а ружье дома забыл. Вот какого хрена рум-сервис оставляет чистые полотенца на кровати? Почему не в ванной-то, где им самое место? Мне же с ними не спать. Ну и, естественно, понял я это, только когда закончил мыться. Потому что вытираться оказалось нечем. Выхожу такой весь из себя в костюме Адама, а это сволочное полотенце на кровати сложено в форме ракушки, горничные тут так извращаются, наверное, в благодарность за два евро, которые Макс с утра оставил. И что мне было делать, скажите, пожалуйста? Естественно, я схватил Максов айфон и начал эту ракушку фоткать, перед тем как сломать. Увлекся. И вдруг слышу тихо-тихо так:       - Дим... Я, кажется, просил не ходить голым по комнате.       - Я вытру потом, не переживай, - отмахнулся я.       - Просто прикройся, пожалуйста, - настойчиво так, требовательно.       - А то что?       - Трахну.       Я обернулся, улыбаясь, собираясь съязвить что-нибудь в ответ, но улыбка мгновенно сползла с моего лица. Он смотрел на меня... Такой взгляд называют, кажется, "горящим". Голодно. Жадно. Не отводя глаз. Не пытаясь свести все в шутку. Я потом десятки раз проклял свою визуализацию, не позволяющую мне забыть, возвращающую мне этот пробирающий до костей взгляд снова и снова. Я почувствовал себя... обнаженным. Я такой и был. Но до этого мне и в голову не приходило этого стесняться. Но под этим взглядом... раздевающим... если бы хоть что-то еще можно было раздеть... я почувствовал себя... как будто без кожи. Как будто на сцене под взглядом тысяч зрителей... Как будто меня застали за чем-то неприличным... Я сжался инстинктивно, пытаясь если не прикрыться, то хотя бы умереть, а Макс, не отрывая взгляда, бросил мне ракушку со своей кровати. Спасительное полотенце. Я схватил его и судорожно намотал на бедра. Как будто это что-то решало. Как будто это могло теперь меня спасти. Как будто этого взгляда и не было вовсе.       Я позорно сбежал в ванную. Вместе с полотенцем. Заперся. Прижался лбом к прохладному кафелю. Застыл. Уже там я услышал хлопок двери, возвещающий о том, что Макс оставил меня одного. Но я еще долго не решался выйти, даже когда вытерся и оделся.       Как мне теперь себя вести? Делать вид, что ничего не было? Или, наоборот, прикинуться, что возмущен, злюсь, негодую? Я не мог понять, что я чувствую. С одной стороны, это было неправильно - то, как Макс на меня отреагировал. Это же Макс, мы с ним сто раз в одной постели спали, я всегда к нему сбегал, когда мне особенно хреново было. Да я ему больше, чем себе, доверяю! Как мне теперь в одной комнате с ним жить? А на пляж как ходить? С другой стороны, я точно знал, что мне это не было неприятно, скорее, наоборот, я чувствовал удовлетворение от того, что мое тело наконец-то желанно, что Максу не все равно, что если бы... то я мог бы... Нет, не мог бы. Только не с Максом. Только не сейчас.       Почему я не рвал на себе волосы с воплями "о, боже, неужели он голубой"? Так никого из нас этим не напугаешь. Мишка с Женькой научили нас уму-разуму еще в школе. Поначалу мы, конечно, тоже были в шоке, и через стадию "пидорасы кругом" мы все прошли. Но когда Женьку начали травить и издеваться над ним, мы быстро научились отличать геев от пидорасов. А когда мы переломали руки тем ублюдкам и заставили их жрать дерьмо, это была наша инициация, заявление всему миру, на чьей мы стороне, чтобы ни один урод не смел даже смотреть косо в сторону наших друзей. Это было жестоко. Очень. Меня до сих пор иногда колбасит, когда я это вспоминаю. Думаю, что, будь мы старше, мы бы на такое не отважились. Тогда просто мозги еще не отросли в достаточном количестве. Но то, что сделали они, было омерзительнее в разы. У Михи был нервный срыв после этого. После того, как Женьку на его глазах заставили отсосать одному выродку, а его самого держали втроем, чтобы он смотрел. Я даже думать боюсь, что каждый из них тогда пережил. Каково было Женьке, когда он сквозь слезы делал все, что ему приказывали, лишь бы Мишку не били. И каково было Мишке, который вообще ничего сделать не мог, чтобы хоть как-то помочь. И эти сволочи еще смеют рассуждать, кто с кем должен спать! Мишка, когда из больницы вышел, сразу сказал, что будет мстить. А мы просто не могли его одного оставить в этой ситуации, он бы дров наломал, убил бы кого-нибудь сгоряча, поэтому и подписались действовать все вместе. Самое интересное, что ничего нам за это не было. Ни один из нами опущенных правду не рассказал, но все кругом откуда-то знали, что это сделали мы. Только доказать не могли, отец Макса почему-то дал показания, что мы всемером весь тот вечер сидели у них дома и играли в "Героев" по сети. И ему не могли не поверить, все же уважаемый человек, врач, завотделением. После этого ни один из нас уже не колебался в своем отношении к секс-меньшинствам, мы по очереди везде провожали Женьку и угрожали каждому, кто смел что-то вякнуть против него. И если бы теперь вдруг выяснилось, что Макс спит с парнями, ему бы слова никто не сказал. Уж точно не я. Я только не понимаю, как так получилось, что я ничего не знал об этом его увлечении, он же всегда был с девчонками. Хотя постоянной девушки у него не было со времен... да вообще никогда ее не было, он всегда предпочитал секс отношениям. И это была третья сторона: мне было обидно, что он скрывал от меня правду, неужели он сомневался, что я смогу это принять? Разве я дал какой-то повод, чтобы не доверять мне? Я бы никогда не смог его предать! Что ли, я не заслужил, чтобы он был со мной честен? Мне просто не нравится узнавать об этом так, как это получилось сегодня!       Он вернулся примерно через час и, как ни в чем не бывало, позвал меня спускаться. Машина ждет. Он прав, девочкам совершенно не обязательно знать, что между нами произошло, будем действовать по заранее составленному плану. План на сегодня включал Петалудес и страусиную ферму, никаких мифов, никакой истории, простая зоологическая программа, попытаемся стать ближе к природе. И это хорошо, я не чувствовал себя в силах развлекать всех байками.       Петалудес - это долина бабочек. В переводе с греческого означает "бабочки". Неожиданно, не правда ли? Там вообще-то обитает всего один вид бабочек, зато их там тыщи. А вот саму бабочку зовут действительно оригинально - медведица Гера. Еще ее называют крапчатый Арлекин, но медведица - прикольнее, у меня в голове еще зимой визуализировалась бабочка-медведица, и не спрашивайте, как она выглядит, чудище обло, озорно, огромно, стозевно и лаяй.       На самом деле медведицей ее называют из-за гусеницы, которая очень пушистая и похожа на медвежонка. Я ее погуглил и обнаружил, что похожа она, скорее, на ежика, но, во-первых, они разные бывают, эти бабочки, может, какая-то из гусениц и на медведя похожа, а во-вторых, возможно, все же мое воображение недостаточно зарабатывает, чтобы бабочку медведицей обзывать. У аффтара названия оно явно богаче.       Так вот, у этих бабочек, на самом деле, очень тяжелая судьба. Они в этом Петалудесе не живут, прилетают туда только на июль-август. И вовсе не на курорте отдохнуть. У них там миссия - активно трахаться. Чтобы в сентябре улететь и отложить яйца где-нибудь в другом месте. И не спрашивайте меня, почему. Я тоже считаю, что это дурдом - лететь куда-то за десятки километров спариваться, потом лететь обратно потомство выводить. Почему нельзя все сделать в одном месте? Да хоть бы в этой же вот долине. Она больше на ущелье похожа, на самом деле. Возможно, причина в том, что в долине гусеницам нечего есть? Вообще растительности здесь дофига всякой-разной - и деревья, и кустарники, и травка. Но если гусеницы очень привередливые и едят только какую-нибудь фиолетовую морковь и больше ничего, то их родителей, конечно, понять можно.       Вот почему, собственно, все ржут, когда я рассказываю даже такие скучные вещи? Что смешного в фиолетовой моркови-то?       - Между прочим, вся морковь когда-то была фиолетовой, - обиженно проворчал я. - Оранжевую морковь вывели голландцы, обкурившись какой-то особо забористой травы. В подарок своей правящей династии - Оранским. Они были родом из французской провинции Оранж и все у них было оранжевое - флаги, там, одежды, цвета футбольной сборной. Ну и решили, что морковь тоже лишней не будет.       И почему все ржут еще сильнее? Ну ладно, в Голландии трава забористая, но здесь-то чего они успели принять, мы только виноградом перекусили и по фрешу выпили.       - Ма-акс, - Светка сегодня сидит рядом с водителем, как меня научил мой опытный товарищ. - Он гонит, да? Или это правда?       Нашла, у кого спросить, дурочка, ему-то откуда это знать? Я и сам, честно говоря, не знаю. Слышал такую байку, но даже не помню, где. Может, ее такой же сказитель-исказитель, как я, сочинил. Мы, тем временем, под руководством уже почти моего айфона запарковались и вытряхнулись из машины, поэтому на время покупки билетов я был вынужден прекратить дозволенные речи. Но внутри с меня опять потребовали подробного отчета.       - Так, значит, говоришь, они сюда трахаться прилетают? - заинтересованно спросил Макс. - Мы будем наблюдать их брачные игры?       - Фиг тебе, извращенец! - возмутился я. - Это ночные бабочки. И игры у них ночные. Днем они спят.       - А разбудить их нельзя? И попросить немного изменить программу?       - Нельзя! Им надо набраться сил. Перед тем, как.       - А мы им что-нибудь дадим... ну для сил. Травы там какой-нибудь забористой.       - Увы, - я разочарованно развел руками. - Подкупить их тебе не удастся. Имаго этих тварей не приспособлены к питанию вообще.       - Има... Чего? Ты не мог бы говорить по-русски?       - Кто из нас сдавал ЕГЭ по биологии, а? Имаго - это последняя стадия насекомых с длительным циклом развития. Сначала всякие там гусеницы-куколки, потом имаго, потом... Не знаю, метемпсихоз какой-то, наверное. Даже не спрашивай меня, что это, - я предостерегающе поднял палец, - если я сейчас ударюсь в философию, ты так ничего и не узнаешь о бабочках.       - Так, погоди-ка! Что значит - не приспособлены к питанию? А как они живут? - заинтересовалась Марина.       - Плохо живут, - сочувственно вздохнул я. - Жрет гусеница. Фиолетовую морковь, как мы выяснили недавно. Задача гусеницы - наесться впрок, так, чтобы до осени хватило. Потом она окукливается, в результате чего становится бабочкой. Задача бабочки - размножаться. И все. У нее даже органов нет, чтобы поглощать и переваривать пищу. Поэтому их и нельзя тревожить. Ей кровь из носу нужно дожить до сентября и отложить яйца. А чем больше она летает, тем больше теряет силы, тем выше вероятность умереть, не оставив потомства. Поэтому их популяция под угрозой, и они занесены в Красную книгу. А долина Петалудес является заповедником.       Мои спутники впечатлились. Ходили по дорожкам смирно, не орали и не махали на бабочек руками, как это делали остальные туристы. Бабочки уже прилетели в достаточном количестве, покрывали причудливыми бархатными узорами камни и деревья. Особенно красиво это выглядело на голых стволах платанов - как татуировки. Я читал много негативных отзывов типа "побывал, но не увидел ни одной бабочки", ну так сам дурак, зимой этих бабочек не существует в принципе, они в это время гусеницы. Потом пока вылупятся, то-се, пока долетят, в общем, появляются они здесь в июле, улетают в сентябре. Откладывают яйца и умирают. И в другое время их нет, хоть убейся. Но можно посмотреть на рыбок и пресноводных крабов в местной речке, на ящериц, на... А больше и не на кого. Ну так, по мелочи, жуков каких-то встретили, пчел с осами, птицы пару раз вспугнули бабочек. Мы им были очень благодарны, туристам этого делать нельзя, а птицам кто ж запретит? А посмотреть на бабочек в полете действительно стоит. Они, когда сидят, выглядят как черный с белым орнаментом треугольник. А когда взлетают, раскрывают нижнюю пару крыльев - оранжевую с черными точками (как раз за это они и зовутся Арлекинами). И это потрясающе красиво, когда они такими огненными всполохами мельтешат сразу несколько сотен штук.       Я попросил Макса и девчонок найти мне по пути скамью Тиберия. Некоторые источники утверждают, что, якобы, есть тут такая. На ней будто бы император сидел и размышлял о судьбах мира. А теперь она типа желания туристов исполняет. Но ни одной фотки этой скамьи не существует, и в "живых" отзывах я упоминаний о ней тоже не встречал. Забегая вперед, скажу, что и мы ее не нашли. То есть мы нашли какие-то камни или стволы деревьев, которые с некоторой натяжкой можно посчитать скамейками, нашли несколько настоящих, явно новодельных, скамеек, но на чем из этого грел попу римский император, мы так и не поняли. Хотя, может, мы просто ее пропустили, не очень-то мы и старались ее найти, периодически увлекались разговорами и забывали, что ищем.       Пришлось этим потрясающе невежественным людям рассказывать, кто такой Тиберий. Вот как можно не знать имя императора, при котором был распят Христос, скажите, пожалуйста? Мы вообще-то летоисчисление от Рождества Христова ведем, если что. Он даже в Библии упомянут, в Новом Завете, естественно. Я так-то в римской истории не силен, больше греческую люблю, но меня, конечно, никто о моих пристрастиях не спрашивал, когда надо было все это сдавать.       Ну так вот, Тиберий Клавдий Нерон - один из самых великих императоров Рима. В отличие от многих своих предшественников или последователей, он был настоящим полководцем, выиграл множество сражений, чем сильно упрочил положение Римской империи в мире. Причем, это еще до того, как стал императором. А потом основательно укрепил верховную власть в империи, которая в то время еще не определилась, что она больше хочет - республику или монархию. Вот при нем и определилась. Он оставил огромный след в истории Рима, потому что жил он долго, почти сто лет, все уже успели смириться с ним, как с вечным Римом. И даже в эти свои сто лет умер он не своей смертью, его убили. Они там вообще с наследниками не церемонились никогда, их "внезапная" смерть была обычным делом, никого не удивляла, а многие даже ставки делали - сколько тому или иному наследнику осталось. И как за свой век Тиберий умудрился обойтись без покушений (по крайней мере, удачных) - вообще непонятно. Когда, наконец, пробил его час, и смерть пришла за ним, он упал замертво прямо на каком-то приеме в окружении кучи народа. Все сказали "наконец-то" и начали поздравлять Калигулу и пить за его здоровье. Но тут вдруг Тиберий поднялся, скромно поправил пальцем очечки и сказал: "Извините, пожалуйста, не хочу вас отвлекать, но я умер еще не до конца". "Ну уж нет, - возмутился Калигула и процитировал известный анекдот. - Умерла, так умерла". "Да-да, доктор сказал в морг, значит в морг", - поддержал его кто-то из приспешников. После чего быстренько собрали какие-то подручные средства типа своих плащей и все-таки задушили бедненького старичка, которому и так-то оставалось всего ничего.       И вот чего опять все ржут, скажите, пожалуйста? Это, между прочим, вот сейчас вообще не смешно было.       - Ну хорошо, а здесь-то он чего делал? - поинтересовался Макс.       - О, это весьма романтическая история. У Тиберия была жена. Этим, конечно, никого не удивишь, но была одна особенность - это был счастливый брак. Тиберий очень любил свою жену, и она отвечала ему взаимностью. Тогда это было не принято, потому что отпрыски знатных семей и, в особенности, наследники престола обязаны были жениться на ком попало, только чтобы это было политически выгодно. Жену подбирали родители или сам император (что в случае Тиберия было почти одно и то же, он приходился пасынком тогдашнему императору Октавиану). Часто приходилось "донашивать" чужую жену после "внезапной" смерти очередного наследника престола. Возраст ее при этом не имел значения. Не имело значения и наличие живых и здоровых супруги или супруга. Ну и вот с Тиберием как раз и случилась такая неприятность. Что-то там приглючилось Октавиану с женой (матерью Тиберия), и они решили срочно переженить Тиберия на дочери Октавиана от предыдущего брака. Быстренько развели его с первой женой и женили на второй. Он был крайне недоволен. Она, судя по всему, тоже, потому что изменяла ему при всем честном народе с кем попало, даже поговорку про нее сочинили, что-то вроде "есть вещи, доступные каждому, - почесаться, сходить в сортир, стать любовником Юлии". А первую жену и вовсе выслали из Рима, потому что Тиберий, видя ее, каждый раз впадал в депрессию. Ну и вот, впав в депрессию в очередной раз, он и попросился в добровольное изгнание на остров Родос. Рассудил, что если выпало в империи родиться, лучше жить в глухой провинции у моря. И от Цезаря далеко, понимаешь ли, и от вьюги, лебезить не нужно, трусить, торопиться, и далее по тексту. А его почему-то отпустили, хотя он половиной государственных дел заведовал при Октавиане. Он тут недолго прожил, пару лет всего. Чем занимался - точно неизвестно, предполагается, что отдыхал душой. Хотя есть и версия, что предавался жесткому разврату, как с женщинами, так и с мужчинами, и творил всякие непотребства. Может быть, и то, и другое. Вообще греки Тиберия не любят, они же христиане, а Христа распяли именно в его правление. Хотя никто не принимает во внимание, что ему к тому времени уже за девяносто лет было, он от дел давно отошел, и его не только в Иерусалиме в тот момент не было, но даже и в Риме. Я сомневаюсь, что он вообще знал о существовании такого человека. - А итальянцы любят? Они вроде тоже христиане, - спросил Макс. - У итальянцев выбора особо нет, он им родной, деятель собственной истории, не самый, между прочим, худший. А тут он чужак, понаехал, оргии устроил, Христа распял. Я не уверен, но, по-моему, здесь даже не сохранилось никаких свидетельств его пребывания на острове. Ну вот кроме этой невидимой скамьи. Мы к тому времени уже закончили прогулку по долине и окончательно убедились в том, что скамьи либо не существует, либо мы все вчетвером слепые. Честно говоря, я так и предполагал, ну невозможно же, чтобы никто из туристов до нас ее не сфотографировал, если бы она действительно существовала. Хотя остается еще вариант, что она расположена где-то за пределами туристической тропы. Ну и фиг с ней.       Дальше по плану у нас была винодельня, где мы перепробовали все, что нам предложили (и этого было не так уж мало, как в том фильме - двадцать сортов по пятьдесят граммов, это ж литр!), и даже не погнушались медом и оливковым маслом. Накупили вина, договорившись употребить его только вместе как-нибудь вечерком под луной и звездами, пообщались с очень приветливой русской хозяйкой в лавке и повернули к страусиной ферме.       Строго говоря, это не просто ферма, а целый мини-зоопарк. Помимо страусов там живут ламы, кенгуру, обезьянки, кабанчики, кролики и еще много разной живности и птиц. Прикол со страусами заключается в том, что с ними организован интерактив, можно пообщаться с птичками, погладить, сфотографироваться с ними и покормить. Других животных тоже можно кормить, только не этим кормом, пакетики продаются отдельно для страусов и для всех остальных. И эти остальные очень обижаются, если им предложить корм для страусов. Я лично видел козу, которая с величайшим презрением оглядела Светку, у которой пакетик для коз уже кончился, и она пыталась ей втюхать страусиную кукурузу. У меня этот пакетик уже тоже кончился, но мне Макс отдал свой, и я козу утешил.       Зоопарк небольшой, гуляли мы там совсем недолго, но прелесть его в том, что по окончании путешествия всех ждет таверна со всякими страусиными деликатесами, мы к тому времени ужасно проголодались, но все сошлись во мнении, что как-то стремно есть тех, кого только что гладил и кормил. Поэтому обошлись яичницей и прочим фастфудом.       Дальше по плану шло возвращение домой, но было еще недостаточно поздно, и я, честно говоря, боялся оставаться с Максом один на один, я не знал, как себя вести и что говорить. Неловко молчать тоже не хотелось. Поэтому я предложил еще одно развлечение на вечер - астрономическое кафе. Это такая мини-обсерватория в горах. Бар, небольшой музей под открытым небом и телескоп, в который дают посмотреть на звезды, планеты и Луну. Стергос (хозяин) очень интересно рассказывает и показывает. У него есть зеленая лазерная указка, луч которой достает прямо до неба. Я бы, наверное, в другое время там просто умер от счастья, но у меня уже была прививка, благодаря Максову айфону. Практически все, что нам показывали, я и сам уже нашел на небе раньше. Поэтому впечатление произвел только телескоп. Он, конечно, не такой огромный, как в Крымской обсерватории, но уж всяко лучше, чем два собственных глаза. А девчонки были в полном восторге. Кажется, я в их глазах стал если не богом, то хотя бы героем (то есть сыном божьим, согласно древнегреческой классификации), ко мне обращались с любыми вопросами - от наших планов на завтра до перевода надписей на греческих табличках.       Было уже совсем темно, когда мы собрались в обратный путь. Мы загрузились в машину, настроились на расслабляющую полусонную дорогу, как вдруг Макс резко затормозил и остановился прямо там, где ехал. Мы взглянули в окна, не сговариваясь, высыпали из машины и встали на краю обрыва. Внизу перед нами расстилалась ночная долина, полная огней. Огромная долина. Вся усыпанная огнями. Просто море огней. Это было настолько красиво, что дух захватывало. Это было круче, чем звездное небо над головой, которое мы только что изучали, и чем нравственный закон внутри меня, который мучил меня весь день.       Макс стоял позади меня. Не очень далеко, всего лишь шаг. Я смотрел на эту долину, переполненный восторгом и восхищением, и не мог найти ни одного слова, чтобы выразить их. А сзади меня стоял Макс. Надежный, как скала. Сильный и уверенный. Такой близкий и родной. Мой верный Макс. Который был в моей жизни всегда, сколько я себя помню. И будет всегда. Да. Я сделал шаг назад и коснулся его плечом. Почувствовал, как он подался мне навстречу.       - Простил? - едва слышно прошептал он.       Я не ответил. Просто нашел в темноте его ладонь и сжал ее.