Пустышка

Прошло уже около двух недель, на протяжении которых Чимин достаточно освоился на новом месте. Он всё также помогал Джину в больнице, всё также заходил к Намджуну, передавая документы, а иногда и чай от его молодого человека. Единственное, что не шло «всё также», и чему рыжеволосый был несказанно рад, так это отношения с Шугой. Сначала их общение ограничивалось только приветствиями за завтраком и обменом маленькими стикерами, на которых были написаны пожелания к книгам, или благодарности от прочитавшего. После, уровень их коммуникации заметно повысился, когда сюжеты особенно любимых произведений они могли обсуждать на кухне, у всех на виду. И на протяжении нескольких последних дней общение между ними вновь перешагнуло ступень эволюции, благодаря чему они могли беспрепятственно наведываться друг другу в гости, а темы их разговоров давно вышли за пределы области «о книгах». Так, Юнги стал интересоваться, как проходит день Чимина в больнице, а тот, в свою очередь с радостью выслушивал рассказы старшего хёна о новых вылазках за пределы земель Ратуши. Несомненно, это стало очень сближать парней. Настолько, что иногда Чимин ловил взгляды своих друзей на них с Юнги, отчего заметно краснел. Он думал, что так будет продолжаться еще долго. По крайней мере, до того момента, когда их общение перейдет отметку «друзья», и они смогут стать друг для друга чем то большим. Именно поэтому сейчас он очень уж спешил выбраться из больницы, чтобы поскорее повидаться с Юнги и рассказать ему о том, что заведующий лазаретом, господин Пак, был настолько впечатлён его успехами, что разрешил присутствовать на одной из операций, и, возможно, ассистировать. Ускоряя свой шаг, огибая каждый поворот, Чимин, уже набрал воздуха в легкие, чтобы начать тираду о своих успехах, как вдруг, его окликнули. - Эй, ты, рыжий, ты откуда вообще? – два здоровенных парня стояли в нескольких метрах и выжидающе на него смотрели. - Простите, это вы мне? Вам что-то нужно? - Ты глухой или как? Я только что спросил, откуда ты такой ныпыщенный вылупился? - Я помогаю в больнице. Извините, мне нужно идти, - Чимин снова был готов рвануть с места, но его схватили за локоть. - Способность то у тебя какая, дурной? - Я ответил, что работаю в больнице, это всё что вам необходимо обо мне знать. А теперь, я бы удалился, - парень с силой дернул свою руку, отчего захват ослаб, и он смог выбраться. - Тебя же этот жлоб притянул, да? Шуга? Который вечно ходит с кислой миной со своими леденцами. - Вам какое дело? Даже если Юнги-хён меня привёл, вам должно быть от этого не холодно не жарко, так? - Юнги-хён значит? Этот мелкий что, по блату тебя устроил? - Мелкий? Уж его IQ будет повыше, чем у вас обоих вместе взятых, - недовольно фыркнул Чимин, и снова развернулся от двух амбалов, чтобы продолжить свой путь, но его снова прервали. - А чего это ты яро его защищаешь? Неужели он уже успел тебя оприходовать, а? Может его патлы следовало перекрасить в голубой, а не зеленый, под цвет его ориентации? – тут же они начали смеяться каким-то животным смехом на весь коридор, а Чимина от чего то передёрнуло. Он ведь обещал Юнги-хёну, обещал еще в свой первый день, что не будет ввязываться ни в какие конфликты. Но тут он не вытерпел. Он уже привык, что к нему до того, как он попал сюда, относились как мусору, его оскорбляли, иногда даже били. Ему было всё равно. Всё равно до этого самого момента. Он был не против ощутить все прелести «взрослой» жизни на себе. Единственное что он терпеть не мог, так это то, когда под раздачу попадали близкие ему люди. Именно поэтому, долго не раздумывая, он замахнулся и ударил в челюсть ближе стоящего придурка. Он еще успел нанести пару ударов ему в живот. Но всё-таки силы были не равны. Они – двое здоровенных быков, наверняка, обученных приемам самообороны, и он, который умел только убегать от проблем. Поэтому Чимин не удивился, когда через несколько секунд уже лежал на полу, успевая прикрывать голову от новых ударов. Всё это не продлилось долго, и как только он перестал чувствовать, как по его телу раздаются удары, неспешно убрал руки от головы, попытался встать, опираясь на стену, и поплёлся в сторону больницы. Должно быть, Джин еще там. Наверняка он поможет ему, ведь Чимину никак не хотелось показываться перед Юнги-хёном в таком потрепанном виде. - Джин-хён, не мог бы ты сделать милость и показать мне свои чудесные способности в действии, пока меня не обнаружил Юнги в таком виде? – еще с порога начал Чимин и сразу пожалел об этом. Потому что из кабинета на него уставились две пары глаз – Джина, и его посетителя, которому неизвестно что могло понадобиться в больнице. Юнги. - Вот дерьмо, - только успел пролепетать Чимин, зацепившись ногой о ступеньку и буквально вваливаясь в кабинет. - Какого хрена произошло, Чимин? – Юнги расхаживал перед ним из стороны в сторону и почти срывал свой голос от крика, отчего голова младшего стала кружиться в сотни раз быстрее. - Прости, я не думал, что… - О чем ты не думал? Я еще в первый день просил тебя не встревать в конфликты! Ты первый ударил, скажи? Наверняка первый, потому что всем известны правила! Здесь и никто бы не посмел поднять руку на другого! - Но они.. - Мне плевать, что они сделали! Я просил тебя избегать подобных ситуаций, так какого блин хрена, а? Джин, не смей, - Юнги перехватил руку друга, который хотел прикоснуться к Чимину и избавить его от боли, тем самым излечивая ссадины по всему телу, разбитые губу и бровь. - Но Юнги, ему нужна помощь, - блондин жалобно посмотрел на своего друга, но тот был непреклонен. - Он сам в это ввязался, так что пусть и вылечивается тоже сам. Не вздумай ему помогать, - равнодушно ответил Юнги, отчего у Чимина невероятно защемило в груди и стало до одури обидно. Настолько, что он начал чувствовать как собирается предательская влага в уголках его глаз. И чтобы не выглядеть еще более жалким, он поднялся с места и быстро рванул в свою комнату. Быстро настолько, насколько это позволяли сделать полученные ранения. Как только Чимин покинул пределы кабинета, у Юнги завибрировал телефон. - Намджун, ты сейчас не представляешь, насколько ты блять не вовремя, - на одном дыхании выпалил Юнги. - Поднимай свою сахарную задницу и бегом ко мне, - отозвалось в трубке, после чего незамедлительно последовали гудки. Юнги больше ничего не оставалось, как послушно прошагать в отдел статистики. - По шкале от одного до десяти, насколько я сейчас сговорчив – минус пятьсот, так что Джун, быстрей говори, какого хрена тебе от меня понадобилось, и я пойду. На что он только жестом пригласил Юнги подойти ближе, и когда убедился, что тот стоит ровно перед экраном, нажал кнопку воспроизведения. На видео присутствовало три человека. Рыжую макушку Юнги сразу узнал. Остальные не входили в круг его знакомых. Он уже было хотел развернуться и уйти, сказав Намджуну, что тот зря его позвал, что он и так знает, что там произошло, но звуки из динамика заставили его остановиться. Он слышал всё. То, как Чимин пытался избежать конфликта, то, как он всеми силами не хотел начинать эти непонятные выяснения отношений, и наконец, то, что единственная причина, по которой он сорвался, единственная, по которой он стал терпеть все эти удары – это Юнги. - Чувствуешь себя противным хером, не так ли, мой мятноголовый друг? – с усмешкой спросил Джун. Действительно, Юнги стало отвратно от самого себя. Он сразу вспомнил, что не дал даже возможности Чимину выговориться и объяснить всю ситуацию. Неспешно, он попятился к выходу, развернулся и направился к другу, просить у него прощения. К другу, которого должен был оберегать, а на деле получилось наоборот. Чимин стоял в своей комнате и пытался обвязать себя бинтами, которые взял в больнице. Он уже почти закончил сооружать подобие корсета, который помог бы срастись его сломанному ребру, как услышал стук в дверь. Не дожидаясь приглашения, посетитель сразу отворил дверь и вошел. Чимин равнодушным взглядом посмотрел на Юнги, после чего принялся вновь обвязывать свой торс. - Мне, наверное, стоит извиниться, - начал Юнги, но тут же был прерван. - Пошел вон, - быстро отрезал Чимин, и добавил, - мне казалось, что у нас были нормальные отношения, но ты сразу повесил ярлыки, даже не дав возможности мне высказаться. - Так и есть, мы друзья, просто люди могут ошибаться, ведь так? Прости, что я так поспешно сделал выводы. И то, что накричал на тебя, тоже извини. - Да иди куда шел со своими извинениями, друг – резко ответил Чимин, особенно выделяя последнее слово. Юнги и так был на пределе. Извиняться – это не входило в список его повседневных дел. Да что уж там, он вообще никогда не просил прощения, всегда придерживался правила, мол, лучше не совершать того, за что потом придется извиняться. Поэтому такое поведение Чимина, хоть и весьма оправданное, вновь доводило его до кипения. Он схватил его за локоть и развернул к себе, но тот, почувствовав угрозу, резко одернул конечность, из-за чего Юнги подался вперед и чуть не упал. Вовремя выставив ногу для опоры, он снова развернулся, и уже двумя руками надавил на плечи Чимина, заставляя его отойти до стены и опереться на нее. Грудь Юнги вздымалась, непонятно, или от такого броска, или откуда-то внезапно взявшегося возбуждения, но он успел в доли секунды взять над собой контроль. - Зайдет Джин и поможет тебе с ушибами. И больше не испытывай моё терпение, друг. - И с каких это пор друзья прижимают друг друга к стенам, а? – Чимин только потом понял, что сказал. Наверное, это было из-за прилива адреналина. - Если хочешь изменить статус наших отношений, жду с нетерпением, Чимин-и,- почти шепотом сказал Юнги, после чего отстранился и направился к себе.