Я, поддиванный монстр и он

- Чё? - не поняла моя соседка. - Ну…Ты знаешь, кто такой Мамото Кэтсу? - Знаю. Мне больше интересно, зачем это тебе? - Надо, - отрезала я и вопросительно уставилась на Микуро. Девушка тряхнула волнистыми тёмно-коричневыми волосами и гадко улыбнулась, отчего у меня сложилось впечатление, что соседка что-то задумала. И я, кажется, догадываюсь что. - Согласна, - сразу проговорила я и потянулась за рюкзаком. - Я же ещё ничего не сказала! - На лбу написано, - буркнула я. - Говори. - Ты слышала о « Japаn Technology»? - Конечно. Ещё бы мне не слышать о крупнейшей торговой фирме, областью торговли которой является любая техника, начиная с мобильных телефонов и заканчивая кораблестроением. В Японии даже духи предков и новорождённые дети знают две буквы «JT», не то, что современная молодёжь. -И? -Так вот. Хозяином этого концерна является Мамото Йоджи, а его брат, Мамото Машира, не кто иной, как… - Министр Образования!- закончила я её мысль и в недоумении села на кровать. - Ага, – кивнула соседка. – У Йоджи-сана не было наследника, который бы принял правление концерном после его ухода от дел. Однако по Токио ползал слушок, будто бы Йоджи составил завещание, правда, имя наследника не разглашалось. Моя соседка слезла с кровати и повернулась к окну. - А в прошлом году случилось невообразимое. Мамото Йоджи убили на пресс-конференции по случаю открытия нового завода по производству машин на экспорт в Россию и Америку. Убийцу нашли быстро: им оказался двадцатисемилетний американец по имени Джон Сапгир. Он признался полиции, что он - наёмный убийца, но имя своего заказчика не раскрыл, а после первого допроса повесился в камере. Я удивлённо подняла вверх бровь и достала из сумки ежедневник, сделав пометку прочитать про это в интернете. - Ну, и что дальше? - А дальше случился взрыв! - соседка повернулась ко мне и улыбнулась. - Спустя неделю после смерти полиция нашла завещание, где указывался наследник управления концерном, и им оказался не кто иной, как Кэтсу Мамото - сын Маширо и племянник Йоджи. - Ничего себе! И что дальше? - Кэтсу-сан поступил в Токийский университет, где прилежно учится до сих пор на третьем курсе на факультете информационных технологий. Он был кем-то вроде одного из университетских идолов в и сразу вошёл в «High Society» (англ. Высший свет). А после того, как случилась история с завещанием, его популярность резко возросла. Сейчас он на пятом месте в списке популярных парней университета, и удивительно, почему ты, девушка, этого не знаешь! - искренне удивилась Микуро. - Меня это не интересовало до вчерашнего дня. - А-а, - протянула она. - И что же такого произошло, что ты заинтересовалась университетской жизнью? Я прикусила язык. Рассказывать о том, что Мамото Кэтсу спас меня от «Клеща» совершенно не хотелось. Если я расскажу об этом Микуро, то я тут же превращусь «The Best Friend Sizumi», чего я очень не хочу. - Будем считать это любопытством, - пожала плечами я и продолжила собирать вещи. Так, что мне надо: ночнушка, сменное бельё, зубная щётка, кредитка, книжка на вечер. Вроде всё. - Пожалуйста, не испачкай мою кровать. - Не волнуйся! - замахала руками соседка. - Мы просто посидим с друзьями, выпьем пива и сыграем в твистер. Я в который раз пожала плечами и вышла из комнаты. Тааак, а теперь ставим вопрос по-другому. Выяснить, что это за пЭрчик, я выяснила, но ночевать-то мне где? Конечно, можно пойти в отель и провести там ночь, но у меня не слишком много для этого денег. Да и друзей-то у меня… Стоп! У меня же есть Хинамори! Я просто пойду к нему! Я открыла сотовый и принялась рыться в телефонной книге в поиске нужного номера. Когда я долистала до «Х» до меня дошло, что я забыла обменяться с ним номерами телефонов. Чёрт. Захлопнув крышку, я спустилась по лестнице и вышла в открытый двор общежитий. Ох, лишь бы не пришлось ночевать на улице. *** Не знаю как, но мир потихоньку сходит с ума. Или я схожу с ума. Нифига не понимаю. Кёко смотрела на меня злыми глазами. Пухлые губки поджаты, тонкие бровки почти сомкнуты на переносице, создавая на миленьком лице некрасивую морщинку. В первый раз вижу, как она злится. - Прости, если обидел тебя, - мило улыбнувшись, сказал я. Девушка обиженно выдохнула и взялась за ложку, расковыривая клубничный шарик мороженого. Спустя минуту молчания она отложила ложку, поправила рукава светло-жёлтой блузки и посмотрела мне в глаза. - Ты меня любишь? Чёрт. Ненавижу эти вопросы. - Да, конечно, - соврал я, откидываясь на спинку плетёного кресла. Я отвёл глаза от её карих, похожих на карамель, и уставился в окно, за которым проходили спешащие куда-то люди. Кёко постучала пальчиками по стеклянной поверхности столика, привлекая моё внимание. - Нет, - она покачала головой, отчего короткие, завитые в мягкие волны волосы закачались из стороны в сторону, красиво падая на пухлые щёчки, - ты врёшь. Я же знаю, что ты меня не любишь. Девушка взяла меня за руку и совсем тихо продолжила: - Кэтсу, я знаю тебя три месяца, но у меня такое чувство, что всю жизнь. Ты очень хороший парень, и я бы сказала, что люблю тебя, но взаимная любовь не может быть построена, если один не испытывает таких же чувств, как испытывает другой… Я почти её не слушал. К чему она это говорит? - Ты меня слушаешь? - Да, - снова соврал я. - Тогда давай решать, как поступить. - Ммм, может, устроим «time-out»? - предложил я, косясь на девушку в ожидании реакции. Та посмотрела на меня серьёзным взглядом, не свойственным её милому личику. - Это всё равно, что «séparons-nous», - произнесла она по-французски. - Ты настолько не бережешь наши отношения, что готов оставить меня на время, а потом снова вернуться, как к компьютерной игрушке? Прости, Кэтсу, но у меня тоже есть гордость. И моя гордость не позволяет поступать со мной так, как хочешь поступить ты. - Тогда пока, - пожал плечами я и встал из-за стола. Девушка смотрела на меня ошарашенным взглядом, не ожидав от меня такого поступка. Мне нравилась Кёко. Я старался с ней быть ласков и нежен, чтобы ненароком не обидеть это милое создание, которое сотворено для того, чтобы радовать мир своим существованием. Исикава часто удивлялись, когда на её иногда резкие крики я отвечал спокойным голосом, и даже побаивались, что скоро я отойду от их вечного статуса «холостяков» в разряд «женатиков» Токийского университета. - Кэтсу! - девушка тоже выскочила из-за стола, захватила сумку и бросила крупную купюру на стол, - подожди! Я остановился. Девушка догнала меня и взяла за руку. - Я не понимаю, –сказала она слегка плаксивым голосом, - что у нас пошло не так? Почему ты отстраняешься от меня, когда тебе одиноко или нужна поддержка? Почему?! Скажи! Почему?! Я впервые видел Кёко в таком состоянии. Казалось ещё чуть-чуть, и она впадёт в ту грань истерики, которую я так ненавидел в женщинах. А ещё… А ещё я боялся, что она сейчас расплачется. Ненавижу женские слёзы. Они напоминают мне о матери, которая плакала тогда, когда отец уходил к очередной любовнице. Я ещё какое-то время помолчал, собираясь силами перед тем, как ответить, но девушка истолковала моё молчание по-своему: - А! - воскликнула она. - У тебя есть другая! Да! Я в этом уверена! Ну конечно, популярный студент, богатый наследник... Ты получаешь девушек, как кукол барби, и их совсем не ценишь! А я?! Я тоже была для тебя куклой, да?! Ты… Ты - подлец, Мамото Кэтсу, подлец и бабник! Вот так! Я не хочу отношений, когда мой молодой человек изменяет мне с всякими шлюхами! Я удивлённо уставился на девушку и начал ей объяснять, но Лаккия отвесила мне звонкую пощёчину и с гордо поднятым носиком вышла из кафе. - Это не ты меня бросаешь, Мамото Кэтсу, а я тебя! Вот так! - казала она на всё кафе и ушла, громко хлопнув дверью. Я оглядел весь зал, который уставился на нас, как будто наша ссора была главным событием в их жизни. Поняв, что я смотрю на них, посетители уткнулись в свои тарелки, переговариваясь между собой на темы, которые никак не были связаны с той сценой, какую мне устроила моя бывшая пассия. Я вышел из кафе и направился в ближайший бар выпить чего-нибудь горячительного. Страшно захотелось рома. **** - Госпожа Такеши, на вашем счёте недостаточно средств для оплаты номера, - сообщил мне администратор отеля, в котором я решила переночевать. - Но там было 20000 йен! - Ваш счёт пуст. Я глубоко вздохнула, забрала кредитку и вышла на улицу. Несмотря на конец осени, было достаточно тепло. Я уже подумала о том, чтобы заночевать в парке, и уже было направилась туда через короткий путь, как дорогу мне преградили какие-то странные парни. То, что они были не в себе и изрядно выпившие, я поняла сразу. От парней, которые были одеты в весьма недешёвую одежду (один лишь взгляд на их обувь доказал мне, что это далеко не бедненькие мальчики), за километр несло алкоголем, а их громкий смех и болтовня слышались на всю улицу, отчего прохожие нервно оборачивались и старались убраться от пьяных парней подальше. Я, собственно, хотела сделать то же самое, но когда я проходила мимо них, один толкнул другого в бок, отчего тот пошатнулся и навалился на меня, придавив своим весом. Свалившееся на меня чудо можно было смело назвать «ангелочком». Каштановые, почти чёрные волосы, тёплые карие глаза и детская, такая счастливая и радостная улыбка. - I`m sorry, miss, - сказал он и помог мне подняться. Я приняла его руку и, отряхнув джинсы, ответила: - Don’t worry, I`m OK. Парень кивнул, отсалютовал ладошкой и побежал догонять друзей. Я проводила его взглядом, усмехнулась и, взяв сумку с ноутбуком, пошла по направлению к центральному парку. Может быть, мне стоит погулять по Токио всю ночь, а утром выспаться на парах? А может, стоит пойти в круглосуточную библиотеку… В этот момент я вспомнила ситуацию с «Клещом» и перестала улыбаться. Нет, в библиотеку я точно не пойду. *** - Бармен, ещё виски! - громко сказал я, стукнув бокалом по столешнице. Бармен улыбнулся, отряхнул руки и, взяв бутылочку, подлил мне ещё немного. - Может, охолонёшься? - спросил у меня Исикава-старший. - Босс, вы пьёте слишком много, - поддакнул Юки. - Молчите оба! Если бы не ваши маффины, мы бы с ней не поругались. - Это всё равно рано или поздно бы произошло! - заключил Юки. - Значит, не судьба. - Я вообще не пойму, почему ты так по ней убиваешься, - пробурчал Эки и забрал у меня рюмку. - Она мне нравилась. Очень. Вообще не понимаю, кто ей внушил идею о том, что я ей изменяю и по бабам бегаю? - Может быть, соперница? - пожал плечами Эки. - Может быть…Что ж, мириться я с ней всё равно не буду. И бегать тоже. Захочет, сама придёт, - заключил я и, пошатнувшись, поднялся. - Ты куда? - спросил меня младший Исикава. - Гулять, - буркнул я. - Подумать надо. С этими словами я, шатаясь, как пьяный моряк, вышел из бара и побрёл по направлению к центральному парку, который, как ни странно, был не так уж далеко от того места, где я заливал горе. Или радость. Я не могу разобраться в своих чувствах: я не любил Кёко, но в тоже время немного переживал из-за нашего с ней разрыва. Я хотел её вернуть, но и не хотел возвращаться к ней. С этими мыслями я вошёл в ворота парка и тут же приметил знакомую фигуру. Девушка, которую я спас у библиотеки, лежала на лавке с открытыми глазами и смотрела на небо. Что она разглядывала, я не знаю: звёзд над Токио не видно, чтобы их увидеть нужно уезжать за несколько километров от города. - Эй, - окликнул я её и подошёл поближе. - Что ты делаешь? - Лежу, - ответила она, даже не поворачиваясь в мою сторону. - А почему не в общаге? - почему-то спросил я. Девушка помедлила с вопросом, а потом поднялась с лавки и повернулась в мою сторону. - Соседка выгнала. А ты… - мгновение она вглядывалась в моё лицо, а потом, видимо, узнав, закричала «Ты!» и от удивления свалилась с лавки. - Ну я, - пожав плечами, сказал я и протянул руку. - А что тут такого? - Удивительно просто…Что ты тут делаешь? - Гуляю, – ответил я и плюхнулся на лавку. Девушка, немного подумав, села со мной рядом и откинулась на спинку. - Что с тобой? - Спать хочу, - отозвалась она и прикрыла глаза. - Так иди домой, спи. - Умный, да? - она приоткрыла один глаз и посмотрела на меня заинтересованным взглядом. – Если бы было можно, я бы давно уже была дома. - Тогда сними комнату в отеле. - Денег нет, - грустно вздохнула девушка. Она снова замолчала, да и я не решался продолжить разговор. Хотя на это была причина: я внезапно понял, что мне приятна компания этой странной девушки и в голове созрела безумная идея. - Как тебя зовут? - спросил я свою новую знакомую. - Сизуми Такеши. - Хех, воробушек, значит. Сизуми вздрогнула и немного отодвинулась к краю лавочки. - Не…Не называй меня так, Мамото Кэтсу. Предупреждаю сразу. Я удивлённо поднял бровь. Не знал, что я популярен у первокурсниц. - Хах! - я соскочил с лавочки и наклонился к девушке. -Тогда я буду называть тебя именно так. А как звучит: вороообушек, - протянул я, за что получил лёгкий толчок кулачком от девушки. - Болван! Ладно, я засиделась уже тут. Надо идти дальше. - Куда идти? - недоумённо спросил я. Она взяла чёрную сумку, которая всё это время лежала под лавочкой и посмотрела на меня задорными голубыми глазами: - Куда глаза глядят. Мне нужно гулять всю ночь. - Так пошли ко мне. У меня есть комната для гостей. Можешь остаться на ночь, - как бы невзначай предложил я и бросил взгляд на девушку. *** - Ты…шутишь? Признаюсь, у меня отвисла челюсть. Мало того, что предмет моего наблюдения присоединился к моим посиделкам в парке, обозвал «воробушком» и чуть не задушил меня волной перегара, так ещё и невзначай пригласил меня к себе переночевать. Интересно, кто из нас пил: я или он? - Нет. Не шучу. Я внимательно посмотрела на парня. Мать меня учила, что когда мужчины приглашают переночевать девушку, они так прозрачно намекают на секс. Я слышала, что Мамото Кэтсу - бабник, но не думала что настолько… - Нет! - замахал он руками. - Ты не об этом подумала. Мне просто тебя жаль. Ты же, вероятней всего, ещё и голодная? И, как назло, в подтверждение этому мой желудок принялся интенсивно урчать. - Во-от! – покачнувшись, он навалился на меня, а затем, положив руку на плечо, повернул меня в сторону выхода из парка. - А у меня дома пицца. И маффины с клубникой. Вкусные, наверное… Только я их не ем. У меня аллергия на клубнику. Прикинь, я из-за этого с девушкой порвал, - сказал он и грустно засмеялся. - Э-эй, ты в порядке? - спросила я, но Мамото Кэтсу лишь снова засмеялся, запнулся о свои собственные ноги и грохнулся на асфальт. - Чувак, ты перебрал. - Не спорю, - ответил он и попытался поднять своё туловище. Я протянула руку, и, зацепившись, он ловко вскочил на ноги. - Эй, ты в порядке, воробушек? Он посмотрел на меня со скрытым волнением. На лице играла улыбка, он хотел рассмеяться, но понял, если сделает это, я сильно обижусь. - Да, - он протянул руку, и я медленно подтянула своё тело, пытаясь встать на разъезжающиеся ноги. - Эй, что с тобой, воробушек? - Кэтсу пощёлкал у меня перед глазами и я, проморгавшись, прогнала прочь дурные воспоминания. - Да…Вспомнила кое-что, - сказала я, пытаясь скрыть ту нахлынувшую злость, которая не просыпалась с «того самого дня». Снова заурчал желудок. - Я наверное пойду, – проговорила я и уже хотела было развернуться, как мой новый знакомый схватил меня за руку. - Я тебя не пущу, - с улыбкой ответил он, - мне, как джентльмену (это слово он произнёс на английский манер с жутким акцентом), стыдно отпускать девушку одну гулять ночью по такому опасному городу, тем более, в этом районе. А знаешь, воробушек, я думаю, ты согласишься. - С чего ты решил? - Большой набор суши из тунца, - произнёс он и хитро улыбнулся. Желудок снова напомнил мне о том, что я голодный студент, что у меня нет денег и в последний раз я кушала где-то часа в четыре, когда Хиномори принёс мне закуску. Так же я понимала, что смертельно устала и продолжить свою «прогулку» вряд ли смогу. И чего я боюсь? Кэтсу кажется не таким уж плохим парнем, да и, если что, я сумею за себя постоять. Не зря же я была… Нет, Сизу, не вспоминай это. Это в прошлом. - Ладно, - согласилась я, - раз ты меня накормишь, то пошли. Кэтсу улыбнулся в тридцать два зуба и пошёл вперёд, рассказывая, каким здоровым был тот тунец. Я же слушала его в пол уха. Еле сдерживая старые воспоминания…