Ведьма

      Вводные занятия.       О Боже мой, какая скука, — думала Лика, рисуя в блокноте нечто, похожее на иероглифы. Она не слишком внимательно слушала, что говорил учитель, думая, с чего лучше начать свои поиски. «Может, для начала осмотреть здание школы. Владик говорил, что оно старинное, стоит с девятнадцатого века. Наверняка в этом старинном здание есть парочка тайных ходов».       — Кошкина, — окликнул ее учитель, — если тебе неинтересно, то хотя бы сделать вид что слушаешь? Или твои мысли важнее?       — Разумеется важнее, Елена Сергеевна, — ответила Лика, и только потом сообразила, какую глупость сморозила. Но слова обратно не воротишь.       — Выйди из класса.       — Как вам будет угодно.       Она была только рада избавить себя от ненужных уроков, еще раз убедившись, что нормальные мысли не приходят в такую бестолковую голову, как у нее.       Лика вышла, провожаемая взглядами одноклассников, разными. Кто-то смотрел на новенькую неодобрительно, кто-то — с восхищением, но ей собственно было все равно. Как и тот факт, что она умудрилась испортить отношения с завучем в первый день, пусть даже женщина не вызвала у нее симпатии.       Лика дошла до библиотеки и открыла дверь. Она оказалась на втором этаже в местном книгохранилище. Осмотрев беглым взглядом это большое помещение, Лика несколько секунд рассматривала камин. Похоже, он остался с древних времен, как и герб над ним с масонскими символами. Девушка зашагала к лестнице. Слишком увлеченная гербом и символами на нем, она спускалась, не глядя на ступеньки. И совершенно не удивительно, что промахнулась мимо ступеньки и кубарем полетела вниз.       Потирая ушибленную ногу, Лика уселась на последнюю ступеньку. Ни о каком гербе она уже не помнила, думая, как бы дойти до комнаты. Нога сильно болела, даже когда девушка сидела. Спасение пришло в лице директора. Видимо, тот услышал подозрительный шум и пошел посмотреть, что его вызвало. Оказалось, новая ученица.       — Что здесь произошло? — спросил директор, опускаясь рядом на корточки. Увидев сидящую в несколько нелепой позе девушку, он подошел ближе.       — Ты в порядке?       — Конечно, — бодро ответила она, но зашипела от боли, когда он взял на себя смелость осмотреть место удара.       — Я вызову врача, — сказал Виктор и полез в карман за телефоном.       — Не надо никого вызывать, — упрямо сказала Лика. — Со мной все в порядке.       Виктор недоверчиво посмотрел на ученицу. Он решил, что она всего-то боится врачей, и хотел было настоять на своем. Но не сказал ни слова, глядя, как она встала и прошла к столу, словно не она минуту назад корчилась от боли на ступеньке.       — Не удивляйтесь, Виктор Николаевич, — с улыбкой сказала она. — Так всегда у меня бывает, все ушибы, порезы заживают за считанные секунды, даже следом не остается. Иногда думаю, что я — особенная.       Она замолчала, снова уставившись на герб над камином. Занятным он ей казался, настолько, что она почти забыла о присутствии директора. Но он сам напомнил о себе.       — Лика, но что ты делаешь в библиотеке? Ты должна быть на уроке.       — Там скучно, — сказала она. — Но если честно, меня выгнали.       — С вводного урока? — Виктор был сильно удивлен. В этот момент он был согласен со словами Лики про особенную. Она особенно хорошо находит себе приключения.       — Угу.       Лика подошла к камину. Она не ошиблась, назвав символы масонскими. Только что тут делала свастика. Ведь этот символ больше близок к религии, ну и к нацистам в Германии. Девушка не помнила, чтобы его использовали масоны, хотя не могла же она все знать.       — Что ты нашла на этом гербе? — поинтересовался Виктор.       — Интересный он у вас, Виктор Николаевич. Никогда не замечала такой мешанины из символов масонов, алхимии, с добавлением свастики.       — Что? — Ее понял директор.       — Не берите в голову, — вдруг отмахнулась Лика. — Это так, размышления вслух. Не возражаете, я вас покину?       — Да, конечно, иди. Но за прогул урока, пусть даже вводного, придется отработать.       — Как скажете.       Лика улыбнулась прежде чем скрыться за дверью.       А внутри уже разрасталось любопытство, то самое, которое сгубило метафорическую кошку. Надо будет спросить Влада, что это может значить, чтобы ненароком не повторить судьбу вышеупомянутого животного. «Наверняка это как-то связано с моими поисками. Особенно, немецкая свастика», — решила Лика, вспоминая разговор своего отца на немецком с неизвестным собеседником, перед тем как исчезнуть.       Она прилегла на свою кровать. В комнате была она одна, что вполне устраивало девушку. Расспросы на тему, что случилось и почему она не на уроках, ей были не нужны. Хотелось отдохнуть.       За окном уже сгущались сумерки. Как-то слишком быстро и незаметно пролетел первый школьный день. Лика достала телефон и набрала номер друга. Обсуждая с Владом свою находку, она разглядывала мелкие трещинки на белом потолке. Влад, как всегда, пообещал узнать все, что ее интересовало. Лика даже не сомневалась в таком ответе, он всегда делал все, что она хотела, ничего не прося взамен. А девушка даже не задумывалась, с чего такая слепая преданность? Да и не интересовало это ее никогда. Попрощавшись с Владом, она залезла под одеяло вместе с книгой. После пару страниц, Лика провалилась в сон.       Виктор все еще стоял в библиотеке и рассматривал герб, думая о словах Аликсандры о свастике. Не верилось, что это правда. Он уже давно знал, что это место не так просто, как может показаться поначалу. Еще со времен находившегося здесь детдома, где когда-то воспитывался Виктор.       Мужчина также не заметил наступления вечера. Не заметил он и того, как к нему подошла Елена и положила руку на плечо. Виктор вздрогнул от ее прикосновения и обернулся.       — Ты чего здесь застрял? — спросила Лена.       — Так ничего, — отмахнулся он. — Просто одна ученица озадачила немного.       — А эта ученица случайно не наша новенькая?       — Да, и она говорит, что на нашем гербе есть свастика.       — По-моему, ты много внимания уделяешь этой Аликсандре. Она просто пользуется твоим хорошим отношением к ней и хамит остальным.       — Лен, о чем ты говоришь? — Виктор удивился.       — Ну, конечно, она ничего не сказала. Знаешь, надо что-то делать с ее поведением. Перевоспитывать уже бесполезно, но…       — Ты придираешься к девочке? Пусть сначала привыкнет к новой обстановке, может сама измениться.       — Придираюсь? — из ее голоса сочилась злость. — С какой стати ты ее защищаешь? Если бы я тебя не знала, подумала, что между вами что-то есть. Хотя может…       — Лена, это глупо, — Виктор вспылил от слов Елены. Ревновать его к ученице, было абсолютно бессмысленным занятием. Его воспитание и принципы не позволят закрутить роман со школьницей. Странно, что за годы знакомства с ним, Лена этого не поняла. — Поговорим позже, когда ты успокоишься.       — Я спокойна, — ответила Крылова, но Виктор все равно не пожелал продолжать беседу. Любое слово могло заново разжечь огонь ссоры, чего он не хотел.       Хотя в чем-то Елена могла быть права. Виктор еще не отдавал себе отчет в том, что Лика действительно ему нравится. Просто не хотел признавать как факт, в частности из-за своих высокоморальных принципов. Роман учителя с ученицей недопустим. Но никогда не следует зарекаться.       Школа погружалась в царство Морфея, лишь нескольким школьникам не спалось. Ребята осторожно выбрались с территории школы, и пошли в лес, к старому кладбищу. Один Бог знает, что они там забыли?