Дуэль

      …в следующий момент Джерард хватает Фрэнка за волосы и, резко притянув к себе, впивается в его губы так, будто намеревается сожрать. Фрэнк чувствует скользкий язык Уэя у себя во рту и не знает, что ему предпринять. Он слегка обнимает его одной рукой, испытывая крайне странные и противоречивые чувства и мысленно сокрушаясь, как их только угораздило прийти к этому…

***

      Фрэнк просыпается довольно рано, широко зевая и потирая глаза, прогоняя сонливость. Щурясь от дневного света, он оборачивается в сторону соседнего ложа, ожидая увидеть все еще спящего Джерарда. — Что за черт?! Он в ужасе подскакивает, когда вместо этого видит, что на матрасе рядом сидит стремный мужик, в котором Айеро узнал их мерзкого озабоченного соседа, и пронзает парня пугающим взглядом. Абсолютно голый. Как только он заметил, что Фрэнк проснулся, его тонкие губы растянулись в гаденькой улыбке. — Как спалось? — сладко протягивает мужчина, — Снились хорошие сны? Он наклоняется чуть ближе, смотря на Айеро как удав на добычу, почти не моргая. Его правая рука с ужасно грязными ногтями как бы невзначай потянулась к промежности. — Давай познакомимся? Фрэнк так резко вскочил на ноги, что отшатнувшись назад, чуть не упал. Он быстро скользит вдоль стены к выходу из комнаты, не отрывая взгляда от этого ублюдка, чтобы в случае чего отследить его попытки перегородить путь. Мужик тоже беспрестанно смотрит в ответ, начиная работать рукой. Как только Фрэнк переступил порог, он тут же сорвался с места и полетел вдоль коридора к главному входу, тараня собой дверь и чуть не срывая ее с петель. Оказавшись на небольшой веранде, он врезается в Уэя, который, в свою очередь, от сильного толчка в спину прикладывается лбом о деревянный столб на краю балюстрады. Джерард раздраженно шипит, потирая ушибленное место и оборачиваясь. Сейчас, глядя на его злое лицо, Айеро был рад его видеть как никогда в жизни. — Смотри, куда прешь, бешеный ты… — Уэй замолкает на середине фразы, когда Фрэнк неожиданно крепко обнимает его, прижимаясь всем телом. — Как хорошо, что ты здесь, — выдыхает он, прикрыв глаза. На него снизошла волна облегчения теперь, когда он осознал, что не остался один на один с местными сумасшедшими. — Эээм, — Джерард мнется в объятиях, не зная, куда деть руки. В конце концов он неловко хлопает парня по спине, мысленно задаваясь вопросом, что это на него нашло. — Агрх, чтоб мне сблевать ядовитой медузой, омерзительные вы хуесосы! Фрэнк чуть отстраняется от Джерарда и хмуро выглядывает из-за его плеча, взглядом находя озлобленного одноглазого деда, что стоит на крыльце дома напротив. — Кто бы говорил, старый любитель дохлых птиц, — грубо бросает Айеро, кивнув в сторону своеобразного питомца на плече этого человека. — Чего?! Ах ты прощелыга подкильная! Да я тебе задницу порву на щупальца осьминога! — оскорбленный до глубины души, старик вдруг разошелся не на шутку, бросаясь потоком громких ругательств, — Чтоб морская болезнь высосала тебе все мозги, червь ты Гальюнный! Мать твоя каракатица! Не видать тебе хорошей жизни как мачты в моей заднице! Чтоб проклятый осьминог выпил весь ром в твоих кишках! Уэй закатил глаза и, не вникая в эти пустые слова, призвал Фрэнка следовать за ним. — Раз уж ты проснулся, пришло время для исполнения нашего плана.       Детали плана ими не обговаривались, но Джерард, похоже, уже имел в голове пару идей, судя по тому, как пристально он осматривал каждый жилой участок деревни, будто выискивая что-то конкретное. С Фрэнком он поделиться своими мыслями не удосужился, поэтому тому приходилось слепо следовать за Уэем, доверившись, что они действительно ищут что-то полезное, а не шатаются по улицам просто так, растрачивая свое драгоценное время. В процессе их небольшой «прогулки» Фрэнк рассказывает о своем незабываемом пробуждении этим утром. — И ты ему не врезал? — буднично спрашивает Джерард, разглядывая редкие облака в небе. Айеро супит брови за его спиной: — После всего увиденного, я не хочу контактировать с ним никаким из возможных способов. Даже ради того, чтобы его ударить. Кто знает, возможно, больному ублюдку бы это даже понравилось. — А я бы однозначно ему втащил, — задумчиво протягивает Джи, после чего чуть оборачивается к Фрэнку, — Напомни мне сделать это сразу же, если мы вдруг снова его встретим. — Пф, хотелось бы мне никогда его больше не видеть, — фыркнул Айеро, — Да только, боюсь, что этот мерзкий слизняк еще не раз явится мне в кошмарах. — Значит, придется проникнуть в твои сны, чтобы отмудохать мерзавца. Ты здорово усложняешь мне задачу, Фрэнк, — Уэй говорит это так серьезно, что аж смешно, и Фрэнк тихо хихикает в ответ, закатывая глаза и слабо качая головой. Однажды Джерард уже являлся ему во сне. От этого воспоминания Айеро тут же ощутил отголосок былого стыда. В один момент Джерард останавливается, произнеся громкое «О!» и глядя в сторону одного из жилых домов, а точнее на небольшой огород в пределах чужого участка. Осмотревшись по сторонам и убедившись, что вокруг нет посторонних глаз, он лихо перемахивает через невысокий хлипкий заборчик и проходит вдоль старательно выкопанных грядок. Фрэнк смотрит на него как на пингвина в джунглях. С чего это вдруг Уэй решил проявить себя в сельском хозяйстве? Джерард тем временем, внимательно изучив имеющийся урожай, выдергивает из земли две крупные свеклы. Оценивающе покрутив их в руках перед лицом, он удовлетворенно кивает сам себе. — То, что нужно, — пробормотал он, а затем, ни капли не беспокоясь о чужом труде, проходит по тщательно сформированным грядкам, уничтожая их в одно мгновение, оставляя после себя очень даже четкие отпечатки следов. Вновь перешагнув через забор, Джерард вручает добытые овощи удивленному Фрэнку точно в руки. Хлопнув Айеро по плечу, он продолжил двигаться вдоль улицы как ни в чем ни бывало. Фрэнк хмуро осмотрел свеклу в своих руках, после чего пошел за Уэем, в голове размышляя, сможет ли он когда нибудь привыкнуть к подобным его выходкам. Прежде чем они достигают конца улицы, Джерард успевает стащить с еще одного участка небольшой кусочек угля, так же передав его Фрэнку. Айеро решает, что пришло время себя просветить: — Объясни мне, зачем нам все это? Уэй в этот момент о чем-то глубоко задумался, сложив на груди руки и пристально осматривая массивную деревянную стену перед собой, что отделяла деревню от внешнего мира. Услышав голос Фрэнка, он быстро выходит из своего маленького транса. — Что значит «зачем»? — говорит он, возвращая все свое внимание парню, — Для маскировки, конечно же! Или каким еще способом ты предлагаешь заявиться в чисто женскую общину? В голове Фрэнка начинают вращаться шестеренки, и чем больше к нему приходит осознание, тем сильнее расширяются его глаза. — Нет… — произносит он, — Нет, нет. Нет. — Да, — парирует Джерард, ухмыляясь и вскинув брови. — Да никто в жизни не поверит, что мы девушки! Уэй фыркает: — Эти сумасшедшие верят, что их «Господь» определяет, кому из них следует трахнуться. Очевидно, идиоты готовы поверить во что угодно. — Ты слишком самонадеян, — Айеро, зажмурившись, сжимает пальцами переносицу, пытаясь переварить то, во что его пытаются втянуть. Потерев лицо, он снова смотрит на Джерарда. — Они сумасшедшие, а не слепые. — Смотри, мы с тобой оба не слишком крупной комплекции, так? И наши волосы достаточно длинные, чтобы их заплести. Пара штрихов на лице и дело остается за малым. Самая большая загвоздка в том, что традиционная одежда у женщин тут несколько отличается от мужской. И если б я только знал, где ее можно раздобыть… Стоило Уэю это сказать, как по ту сторону высокого забора послышался женский голос, тихо напевающий легкую мелодию. Джерард тут же находит самое неустойчивое бревно и, хорошенько расшатав его, создает в стене щель, открывая себе вид на маленькую узкую речку посреди леса, на берегу которой сидела женщина с плетеной корзиной и стирала белье. — Бинго, — победоносно заключает он, распознав на ней традиционный балахон общины. Он был таким же белым, как мужские, но очевидная разница была во множественных золотых узорах на рукавах и подоле одеяния. — Ты собираешься ее ограбить? — слышится тихий шепот прямо над ухом. Фрэнк тоже заглянул в щель, практически устраивая свою голову на плече Уэя, чтобы обеспечить себе хороший обзор. — Мы собираемся ее ограбить, — отвечает Джерард. Он ломает бревно еще больше, однако, сколько бы он ни старался, все, что у него в итоге получилось — это проделать узкую брешь в заборе, через которую едва ли сможет протиснуться один человек. — После вас, — он чуть отступает и делает для Фрэнка приглашающий жест рукой. Вздохнув, Айеро медленно пролезает между досок, зарабатывая себе пару заноз, но в конце концов успешно оказываясь с другой стороны. Он оборачивается, услышав позади себя резкий звук удара о дерево. Уэй застрял промеж бревен, когда попытался втиснуться следом. Он яростно пыхтит, изо всех сил стараясь выбраться наружу. — Не слишком крупной комплекции, говоришь? — усмехнулся Фрэнк. — Заткнись к ебеням. Беззлобно цокнув, Айеро хватает это ходячее недоразумение за руки и их совместными усилиями, Джерард освобождается из заложников коварного забора. Он оставляет Фрэнка стоять на стороже, а сам тихо продвигается в сторону стирающей женщины, намереваясь незаметно свистнуть пару балахонов из ее бельевой корзины. Но весь план пошел крахом, когда Джер уже находился на финишной прямой, и женщина вдруг обернулась. Уэй озадаченно смотрел на нее с полсекунды, после чего выпалил: — Мне нужна твоя одежда. Осмотрев его с головы до ног, ее глаза внезапно загораются, а на лице появляется безумная улыбка. — Наконец-то, — рычит она, в мгновение ока скидывая свой балахон, оставаясь полностью обнаженной. — Святое дерьмо… — бормочет Джерард, устремляя взгляд в пустоту. Женщина кидается к нему с устрашающим гоготанием и, не теряя времени, с размаху крепко хватает его за достоинство. Уэй дергается и медленно переводит взгляд в ее сумасшедшие глаза, сохраняя при этом лицо кирпичом. — Я не это имел ввиду, — спокойно произнес он и опять вздрогнул, когда что-то неожиданно врезалось в женское лицо, заставив его обладательницу рухнуть на землю с коротким вскриком. Рядом стоит глубоко дышащий Фрэнк, в руке крепко сжимающий за батву свеклу. — Ты только что врезал ей свеклой по лицу? — спрашивает Джерард. Его голос звучит совершенно безэмоционально, видимо, в силу того, что он не успевает переварить количество внезапных потрясений. Айеро обращает к нему шокированный взгляд: — Она, вроде как, собиралась тебя изнасиловать. — Брось, — Уэй фыркает, — у меня все было под контролем. Он вздрагивает уже в который раз, когда вновь слышит жалобный стон с земли. — Вот бля, она поднимается, — в панике Джерард выхватывает свеклу у Фрэнка и повторно бьет женщину по лицу, когда та почти оказалась на ногах. С рыком она снова падает и вдруг обмякает, после того как ее голова ударилась о лежащий рядом булыжник. Джи осторожно проверяет пульс на шее и, убедившись, что женщина еще жива, решает не рисковать, поэтому, пока она не пришла в сознание, он бесцеремонно сбрасывает ее безвольное тело в реку. После он обтряхивает ладони и наблюдает, как ее быстро подхватывает течением и уносит в далекие дали. Брови Фрэнка взлетают выше его линии роста волос. — Что? — тупо спрашивает Уэй, прекратив отряхивать свои руки. — Ты самый непредсказуемый человек из всех, кого я встречал. — Я расцениваю это как комплимент, — усмехнулся Джерард, — Хотя тебе еще следует поучиться. Затем он подхватывает один из женских балахонов внутри плетеной корзины. Бросив его Айеро в руки, командует: — Переодевайся! Они быстро меняют на себе одежду, встав спиной друг к другу. После, Джерард садится на колени и призывает Фрэнка так же опуститься напротив. Резко выдохнув и мысленно сказав самому себе «Ну, с Богом», он берет в руки уголь и подносит его к глазам Айеро. — Прекрати делать такое напряженное лицо, — говорит Фрэнк, глядя на то, как сильно Уэй закусил губу от сосредоточенности, — Мне и так не по себе. Джерард в ответ только шикнул на него, приступая к делу. Одной рукой он придерживал лицо парня, чтобы тот не дергался, а второй, в которой держал кусок угля, аккуратно подводил ему глаза, делая ресницы и брови более яркими. Между собственными бровями Уэя пролегла складка от усердия. Он делал подобное впервые в жизни и ему очень не хотелось оплошать. К счастью, Фрэнк оказался достаточно терпеливым, чтобы долгое время смотреть вверх, держа глаза широко открытыми, и не моргать. Когда Джерард закончил, он отстранился, оценивая свою работу, впоследствии чего пораженно замер. К его большому удивлению, это оказалось красиво. Даже очень красиво. Фрэнк, в свою очередь, не поняв причину такой реакции, в недоумении моргнул пару раз. — Что-то не так? — нервно спросил он, переживая, что вся эта затея может оказаться провальной, — Я выгляжу слишком странно? — Все в порядке, — Уэй тряхнул головой, снимая оцепенение, — Ты выглядишь хорошо. Дальше он расковырял одну из свекол, чтобы та начала давать цвет и добавил к лицу Айеро легкие румяна, а также немного подкрасил его губы. В бельевой корзине нашлась лишь одна лента для волос, и Джерард решил, что свои волосы он оставит как есть. Фрэнку он заплел пару тонких кос по бокам, связав их лентой на затылке. Парень очень удивился, откуда только Уэй знает, как плести косы, на что тот лишь усмехнулся, ответив, что умеет многое. По итогу маскировка вышла отличной, и Фрэнк вполне походил на молодую девушку. Все трудности начались тогда, когда пришло время разукрашивать Джерарда. Он, в отличии от Айеро, не мог держать голову ровно и не моргать каждый раз, когда уголь соприкасается с его веком. Фрэнк успел мысленно проклясть Уэя порядком несколько сотен раз. — Ты можешь не дергаться хоть пару минут?! — вскричал он, когда Джерард в очередной раз не дал ему нормально провести линию. — Не могу, мне постоянно кажется, будто ты сейчас выколишь мне глаз! — рыкнул тот в ответ, усиленно пытаясь проморгаться. — Ты не представляешь, как я близок к этому. Ты так достал, что руки так и чешутся. — Ладно, давай попробуем еще раз. Я постараюсь хорошо себя вести, — саркастично выплюнул Уэй, закатив свои многострадальные глаза. С Божьей помощью Фрэнку удается завершить работу. Макияж Джерарда вышел менее аккуратным, чем у Айеро, но в целом он все равно выглядел хорошо, и Уэй однозначно сошел бы за девушку. Пригладив волосы на своей голове, Джерард подхватывает плетеную корзину, в которой они спрятали свои старые балахоны, и двигается в сторону главных ворот. Было решено проникнуть в женскую общину под видом двух девушек, что только что вернулись с реки, где стирали белье.       Ступать по женской земле первое время было крайне волнительным делом. Белые палатки по всей округе были переполнены хмурыми женщинами всех возрастов. На удивление тут было очень много детей, в основном младенцев, которые часто надрывно кричали невесть из-за чего. Женщины грубо качали их на руках, выглядя очень раздраженными. От их злобных осуждающих взглядов мурашки шли по телу, и казалось, что они уже все знают. Стараясь не пересекаться с ними взглядами, Фрэнк и Джерард медленно продвигаются в сторону огромного деревянного дома. Вблизи он кажется еще более громоздким; целых четыре этажа и множество окон и балконов, указывающих на бессчетное количество комнат внутри. Стоило парням подняться на богато отделанную террасу и пересечь порог главного входа, как они оказались свидетелями настоящей женской суеты. Девушки только и делали, что носились по множественным коридорам с разными предметами в руках. Не скрылось от глаз и то, что некоторые из них щеголяли в обнаженном виде, но никому тут до этого не было никакого дела. Весь дом будто готовился к чему-то важному. Возможно, к сегодняшнему обряду соития. Пока Джерард и Фрэнк стояли у стены, удивленно хлопая глазами и не зная что делать, к ним подбежала одна из здешних обитательниц. Она шумно опустила на пол жестяное ведро с водой, в котором плавала пара тряпок. На лице ее отразилась гримаса недовольства. — И хули вы встали, две клуши? — толстым голосом отчитала она, заставив парней дернуться, — Коридоры на третьем этаже до сих пор не помыты! Шелли сказала, что мы выбились из графика! Мама будет злиться! Оставив им ведро, она так же быстро как и появилась скрылась в конце коридора. — Мама? — шепотом задался вопросом Фрэнк. — Понятия не имею, что тут происходит, — шепчет Уэй в ответ, всунув бельевую корзину Айеро в руки, а сам взяв жестяное ведро, — Не уверен, что хочу это выяснить. Но пока давай воспользуемся возможностью и осмотримся на третьем этаже, как она сказала. Когда они только ступили на широкую деревянную лестницу, их едва ли не сбила целая толпа совсем юных девчонок, коим на вид было лет по 12. Они, подобно стаду диких антилоп, с громким топотом летели вниз по лестнице, громко визжа и хохоча во весь голос. Вслед за ними едва поспевала грузная женщина с раскрасневшимся от злости лицом и гневно размахивала в воздухе кулаком. — Только попробуйте еще хоть раз туда сунуться, мелкие педовки! Сил на вас нет! Люсинде нужен покой перед предстоящим событием! — выкрикивала она, надрывая голос. Как только девичий смех стих в глубинах огромного дома, женщина обратила свой взгляд на замеревших парней. Быстро осмотрев их, она хватает Фрэнка за руку. — Ты же должна быть на кухне! — восклицает она, волоча за собой Айеро, — Никакой организованности! Позор да и только! Фрэнк в панике смотрит на Джерарда, а тот лишь показывает вверх большие пальцы, мол иди, все будет в порядке. Когда Айеро исчезает из поля зрения, Джерард возобновляет свои движения вверх по лестнице. Дойдя до третьего этажа, он осматривается и проходит через длинный пустующий коридор, изучая помещение. Вдоль стен располагалось бесчисленное количество дверей. «Да уж, придется попотеть» — думается Уэю, когда он представляет, что ему придется обыскать каждую из комнат, чтобы найти ключ от амбара. Он решается заглянуть за одну из дверей и обнаруживает, что внутри находится вполне обычная маленькая спальня с двухъярусной кроватью у одной стены и старым трюмом с зеркалом у другой. Фыркнув, Джерард закрывает комнату и оборачивается, тут же чуть не подпрыгнув на месте. Перед ним будто из ниоткуда выросла высокая статная женщина, что пристально смотрела на него суровым серьезным взглядом. Как только она так бесшумно подкралась? Уэй нервно сглатывает, не зная, чего ему ожидать. Тем временем, Фрэнк оказывается на кухне. Вернее, его грубо туда втолкнули, сразу захлопнув за ним двойные двери. Айеро глупо стоит, крепко вцепившись в бельевую корзину в своих руках. Кухня выглядит просторной, вдоль стен выстроены многочисленные полки с едой, а также две огромные печки. По центру стоит пара длинных столов, за которыми девушки во всю нарезают разные овощи, очищают шкуры с мелких животных и месят тесто. Та, что стояла ближе всех ко входу замечает новое лицо и откладывает нож. — Зачем тебе корзина? — спрашивает. Фрэнк тупо моргает, а потом, откашлявшись, тонким тихим голосом произносит: — Я стирала. — Ладно, — она протягивает Айеро крупный нож, — Иди разделай кролика. Конечно, из всего возможного, что можно приготовить на кухне, Фрэнку досталось мясо. Он просто не мог поверить своей удаче. Нервно выдохнув, он отставляет корзину в сторону и принимает нож в руки. Стоило ему подойти к столу, как перед ним тут же бросили мертвую кроличью тушу. Желудок Айеро скрутило от подступающей тошноты. Он бегло осматривается по сторонам, не зная, как себе помочь. Девушки не обращают на него никакого внимания, будучи погруженными в свои дела. Вновь опустив взгляд к мертвому животному перед собой, чей широко открытый пустой глаз будто презирая смотрел прямо в душу, Фрэнк принялся аккуратными движениями разрезать ему живот. Измазав руки в крови, он вынул все внутренние органы и бросил их в рядом стоящий таз для отходов. Его резко передернуло от ужаса, когда вдруг в этом тазу он заметил маленький череп, уж больно смахивающий на человеческий. Вспомнив о младенцах на улице, его голову вдруг стали посещать отвратительные догадки. — У тебя все хорошо? — спросила все та же девушка. Фрэнк лишь мило улыбнулся ей, кивнув несколько раз. Стянув с кролика шкуру он решил, что с него достаточно этих пыток, поэтому, отложив нож и смыв кровь с рук в тазике с водой, он подхватил свою корзину и молча удалился с кухни. По пути на третий этаж, он вдруг услышал диалог двух девушек за углом: — Что сказала Шелли? — Сказала, что Мама собирается внести изменения в обряд в этом месяце. — Так слухи были правдивы? Надо же, спустя столько лет следования традиции! Какими же будут изменения? Скажи мне, я вся в предвкушении! — Маму беспокоил тот факт, что популяция мужчин за последние десятилетия заметно возросла. И она нашла решение проблемы, когда случайно ей довелось наблюдать за соитием богомолов. Оказывается, самка богомола после спаривания отрывает самцу голову. Это ни что иное, как послание Господа свыше! — Природа так удивительна! Нам действительно есть чему у нее поучиться! Так что же, тот мужчина, которого Господь сделал избранником Люсинды умрет, как только она забеременеет? — Все верно. Только я тебе ничего не говорила, все это должно быть тайной до завершения обряда! — Я буду нема, подобно рыбе! Слушай, а нам не влетит от Шелли за то, что мы тут бездельничаем? — Не беспокойся, она сейчас должна совершать обход на третьем этаже. Мы пока можем расслабиться. Они ушли, а Фрэнк едва не навернулся с лестницы от всего услышанного. Если все это правда, то Рэю грозит опасность куда страшнее, чем обязанность переспать с отродьем инцеста. И кто такая эта Мама? Очевидно, она является главным авторитетом деревни, а значит, что старейшина, который привел их в общину, здесь не более, чем жалкое насекомое как и все остальные мужчины. Фрэнк срочно должен рассказать все это Джерарду. Он пулей летит наверх, преодолевая ступеньки, а после бежит вдоль коридора, резко затормозив на повороте, когда перед его глазами развернулась поразительная картина. Уэй ползает на четвереньках, усердно полируя пол мокрой тряпкой, пока над ним грозно возвышается красивая, но внушающая страх женщина. Ее волевая поза так и кричит, что она и глазом не моргнет, прежде чем раздавить кому нибудь трахею. — Вон там пятно пропустила, — спокойным, но твердым голосом говорит она, на что Джерард кивает в ответ. — Слушаюсь, — тонким голосом пищит он и принимается оттирать грязь в указанном месте. В один момент эта женщина, будто ощутив чужое присутствие, медленно обернулась, глядя точно на Фрэнка. Айеро предположил, что это та самая Шелли, которая, судя по разговору двух девушек, является кем-то вроде правой руки главенствующей общиной Мамы. Да они здесь создали самую настоящую иерархию! — А ты чего там встала? — холодно обратилась к нему Шелли, — Иди, помоги же своей подруге. Джерард, заметив Фрэнка, на секунду отвлекся от кропотливой работы, но стоило женщине бросить на него один лишь взгляд, как он снова уткнулся носом в пол, принимаясь яростно его тереть. Айеро поспешил на помощь, оставив плетеную корзину и вместо этого выловив вторую тряпку из ведра. Он опустился на четвереньки рядом с Уэем, тоже принимаясь за уборку. Шелли еще некоторое время наблюдала за ними, то и дело указывая на пропущенные участки, но вскоре сказала: — У меня еще полно дел. Когда закончите здесь, принимайтесь за четвертый этаж. Позже я вернусь и проверю, — в ее постоянно холодном тоне будто присутствовала угроза. Будто если не будет сделано, как она велит, то она совершенно спокойно вырвет и съест их сердца. После того, как ее шаги стихают на лестнице, Фрэнк откидывает тряпку: — Я должен тебе кое-что сказать. — Я весь внимание, — Джерард следом выбрасывает свою тряпку в ведро и утирает пот со лба. — Я подслушал один разговор… — дальше он рассказывает Уэю все, что слышал, а также про страшную находку на кухне и о своих выводах о том, кто такая Мама и кем была эта властная женщина, что заставила их драить полы. — Больные ублюдки. Надо как можно скорее сваливать отсюда, — заключает Джерард, — Идем, осмотрим четвертый этаж. Захватив с собой ведро и корзину, они поднимаются на последний этаж, сразу принимаясь делать вид, что моют полы, как только увидели девушку с цветком в горшке, идущую с другого конца коридора. Когда она проходит мимо них, Уэй досадно хлопает своей тряпкой по полу. — Дьявол, я понятия не имею, где они могут держать ключ, — тихо рычит он, — Мы в тупике. — Джерард, — зовет его вдруг оторопевший Фрэнк, — Я нашел. Прямо за спиной Уэя он заметил открытую комнату. Она была светлой и просторной, на полу было постелено множество мягких ковров, поверх которых навалена целая гора цветных подушек. В этой горе лежала Люсинда, все такая же страшная и мерзкая, как и в первый раз, когда они ее увидели, только теперь она была еще и голой. А на ее шее, точно промеж отвисших до самого пупка грудей, висел ключ, размером с половину ладони. Обернувшись, Джерард едва не потерял на полу свою челюсть. Они с Фрэнком нервно переглянулись и ободряюще кивнув друг другу, поднялись с пола и вошли в комнату. Люсинда будто была не в себе. Она лежала не шевелясь, лишь ее глаза бегали из одного угла комнаты в другой. Казалось, она не осознает ничего вокруг, поэтому, когда Джерард пощелкал у нее перед лицом пальцами, а она никак не отреагировала, он спокойно заговорил своим голосом: — Давай, Фрэнки, хватай ключ и уходим. — Почему я? — сразу возмутился Айеро, — Тебе надо, ты и бери. Уэй раздраженно цокнул, попробовав осторожно приблизиться к Люсинде. В его нос тут же ударил не самый приятный запах, исходящий от нее, а ее глаза вдруг попытались на нем сфокусироваться. Задышав через рот еще громче, издавая звуки, похожие на хрюканье свиней в хлеву, она попыталась пошевелиться, от чего ключ завалился ей точно в складку под грудью. Джерард, не сдержавшись, громко выругался. — Потише, — тут же шипит на него Айеро, — И давай торопись. Уэй предпринял попытку вытянуть ключ, дергая за веревку на шее, однако все бестолку, он плотно застрял, еще и Люсинда постоянно норовилась его укусить. Послав все к черту и одновременно с этим мысленно начиная молиться, Джерард хватает ее грудь и закидывает наверх. Она ложится точно Люсинде на лицо, перекрывая ей доступ к кислороду и заставляя нервно дергаться. Уэй, больше не церемонясь, быстро срывает ключ и скатывается с горы из подушек. — Ну все, сваливаем отсюда. Сбежать из дома становится той еще задачкой. Добравшись до второго этажа, они увидели спину Шелли, что выслушивала жалобы грузной тетки на малолетних девчонок. Запаниковав, Джерард втолкнул их обоих в первую попавшуюся дверь, чтобы спрятаться. Посреди этой комнаты лежит толстый матрас, набитый сеном, рядом с ним стоит узорчатая ширма и широкая тумба, на которой выставлен целый ассортимент различных ароматных масел. Они уселись на матрас, в ожидании, пока голоса в коридоре не стихнут. Однако женщины все не уходили, а потом вдруг вовсе послышался оглушительный девичий визг. — ЛЮСИНДА УМЕРЛА! — кричал на весь дом детский голос. В доме начался настоящий переполох. Множество женских голосов наполнили все помещение, было слышно, как толпы девушек бегают по лестницам и коридорам. — У нас завелись крысы, — гневалась тетка с грубым голосом, — Они не только убили Люсинду, но и сперли ключ от амбара. — Обыщите всё, — холодно скомандовала Шелли, — Они не могли далеко уйти. — Мы в заднице, — прошептал Фрэнк, прижимая к груди бельевую корзину, — Что нам делать? — Бежать, пока не поздно, — говорит Джерард, — Но сначала нужно надежно спрятать ключ. Для подстраховки. — И как ты его спрячешь? Уэй задумчиво покрутил ключ в руке, а потом, вздохнув, поднялся. Он попросил Айеро подать ему одну из бутылок с маслом на тумбе, а после ушел с ней и ключом за ширму. Спустя небольшое количество времени он вышел, морща нос. — А где ключ? — нахмурился Фрэнк, заметив, что руки Джерарда пусты. — Не спрашивай, — бросил в ответ он и двинулся к выходу из комнаты. На секунду Фрэнк так и замер, обрабатывая действия Уэя в голове. Нет… Не мог же он… или мог? Решив об этом больше не думать, Айеро поднялся вслед за Джи. Возможно, всеобщая паника сыграла им на руку. Затерявшись в толпе, им удалось пробраться к выходу, и никто не обратил на них особого внимания. Они вновь покинули главные ворота деревни под видом двух девушек, что направились стирать вещи к реке. У реки они отмылись от макияжа и переоделись обратно в мужские балахоны. Бросив плетеную корзину, Джерард и Фрэнк вернулись к мужчинам через проделанную ранее брешь в заборе. Но не успели они сделать и десяти шагов, как их перехватил старейшина. — Ох, наконец-то я вас нашел! — воскликнул он, — Я вынужден попросить вас временно оставаться в вашем доме. Что-то пошло не так с обрядом, и пока все не прояснится, я призываю каждого оставаться в своем жилище. Гнев Господа воистину может быть страшен. — Хорошо, — ответил Джерард, — Мы сейчас же вернемся в дом.       На шум хлопнувшей входной двери из своей комнаты сразу выглянул их мерзкий любопытный сосед. Вспомнив, что про него утром рассказал Айеро, Джерард коварно ухмыльнулся. Уже в следующий момент он хватает Фрэнка за волосы и, резко притянув к себе, впивается в его губы так, будто намеревается сожрать. Фрэнк чувствует скользкий язык Уэя у себя во рту и не знает, что ему предпринять. В очередной раз Джерард поступил непредсказуемо. Он слегка обнимает его одной рукой, испытывая крайне странные и противоречивые чувства и мысленно сокрушаясь, как их только угораздило прийти к этому. В конце концов Уэй отстраняется, обращая свое внимание к соседу, что все это время смотрел на них тупым взглядом. — Это ты сегодня подкатывал свои вонючие яйца к моему другу? — спросил он с улыбкой, напоминающей звериный оскал. Мужик неуверенно кивнул и тут же получил кулаком в свою мерзкую морду. Отшатнувшись, он ввалился назад в свою коморку и, окончательно потеряв равновесие, сел на задницу. — Впредь знай свое место, — выплюнул Джерард, — Ты все понял? Дождавшись от соседа очередного кивка, он с силой захлопнул дверь его комнаты, завершив разговор. Сразу после этого он не сдержался и прыснул со смеху. — Что это было? — Фрэнк, кажется, только сейчас пришел в себя. — Я разобрался с этим мудаком, — пожал плечами Уэй, — Мне показалось, что до него лучше дойдет, если действовать в их стиле. А ты молодец, даже смог мне подыграть. Я немного боялся, что тебя стошнит мне на лицо. — Ну, — протянул Айеро, — Ты не такой мерзкий как эти уроды. Тебя можно терпеть. Джерард скептически посмотрел на него: — Тебе однозначно стоит научиться делать нормальные комплименты.