We are the one

Шли дни, недели, но ничего, что было бы похоже на решение к моему проклятию, не было найдено. Я не могла говорить, не могла написать о своих мыслях, но я могла общаться с человеком. Было ли то касание руки, или его тёплое дыхание на моей шее, это всё, что у меня было. Он полностью углубился в свои книги, лишь изредка бросая на меня задумчивый взгляд. Как будто просчитывая что-то. Я ощущала двоякие чувства. Мне казалось, что я зачем-то ему нужна, но так хотелось верить, что я нужна просто так, без причины. Я всё ещё просыпалась раньше него. Не специально, но я была рада этому. Мне удавалось рассмотреть его повнимательнее, жадно впитывая каждую черту, каждый вздох. Он красивый. Теперь эта мысль была ясна как небо, и я не боялась её. За мужчиной снова приходили пару раз, и это ему не нравилось. Он был зол, но при мне старался сдерживаться, чего я искренне не понимала. Мне было бы гораздо спокойнее, если бы он крушил всё, ругался, если бы от него снова несло холодом. Но сейчас… Человек не был похож сам на себя. Сегодня его в очередной раз забрали, а я только и могла что рассматривать книжки, пытаясь найти хоть что-то издали похожее на то, что нужно. Я уже начала отчаиваться, но случайно мне на глаза попалась странная картинка. Подойдя к огню, я стала внимательнее присматриваться, и моему счастью не было предела! Это она! Та самая колдунья! Те же огромные глаза, волосы, это она! Подскочив с места, я бросила взгляд на текст. «Норна Скульд». Нахмурившись, я хотела прочесть дальше, но хлопок двери заставил меня оторваться от книги. Он был взбешён. В комнате тут же похолодало, и я со страхом и интересом посмотрела в его красные глаза. Он метался из стороны в сторону, шипя проклятия, стараясь не смотреть на меня. И с чего я решила, что обрадую его своей глупой книжкой? Подойдя к нему, я протянула ему книгу, указывая на изображение женщины. Он тут же выбил её из моих рук. - Никчёмная, - шептал он, надвигаясь на меня, – тупая, безмозглая кукла! – Его глаза стали зеленеть, но это не убавляло страха во мне. Я действительно глупая, если решила подойти к нему сейчас. Зачем я это сделала, зачем? Мгновение, и я, ударившись спиной о стену, почувствовала горячую боль на щеке. Его холодные пальцы тут же сжали моё горло, запрещая дышать. – Я могу тебя сломать, вот так, просто, - прошипел мужчина, не ослабляя хватки. Я чувствовала его дыхание на своих губах. Казалось он задыхается от собственного гнева и ярости. Вдруг он приблизился и грубо поцеловал меня, отбирая последний воздух, отбирая желание сопротивляться. Он отвоёвывал территорию, присваивая меня. Животный страх накрыл моё сознание, вводя в ступор и впервые заставляя бояться моего человека. Внезапно мне в нос ударил этот ужасный, липкий запах, отзывающийся горечью на моём языке. Мне было противно. Я привыкла к его мягким прикосновениям, к его тихому голосу, я доверяла ему, думала что знаю. Глупая, глупая! Но почему, я не могу позволить себе сопротивляться. Я знаю, что не смогла бы, но я и не хочу. Не хочу отвечать грубостью на грубость. Мужчина на мгновение оторвался от меня и, крепко схватив меня за запястья, поднял мои руки вверх. Это заставило меня немного поднять голову, и я тут же почувствовала его холодные губы на своей шее. Он не целовал, он хотел доставить боль. Порой я чувствовала его острые зубы, оставляющие отметины на моей шее. Его руки сильнее сжимали мои, казалось ещё немного, и кости не выдержат и сломаются. Но я не могла ответить ему тем же, не хотела. Боже, как мне нужно было ему показать, что я чувствовала, когда он мягко касался рукой моей руки, когда случайно обнимал меня во сне. Это вызывало более сильные чувства, чем его грубые прикосновения и эти муки. Тяжело выдохнув, я кое-как извернулась и мягко поцеловала его в висок. Я давала ему своё позволение. Я разрешала творить с собой все эти ужасные вещи, он должен был знать это. Я приму его таким, если нужно. Мужчина на мгновение замер и немного отстранился от меня. Он внимательно всматривался в моё лицо, и его взгляд был пропитан неверием. Вскоре он немного ослабил хватку, и я медленно встала на цыпочки и приблизилась непозволительно близко. Наши губы почти соприкасались, но я не собиралась его целовать. Мы простояли так несколько мучительно долгих мгновений, деля одно дыхание на двоих. Я предлагала ему свою нежность, предлагала показать то, что чувствую я, когда он рядом. И человек согласился, преодолевая последние миллиметры и мягко, но требовательно целуя меня. Он отпустил мои руки и крепко прижал к себе. Я же обняла его за шею, притягивая его ещё ближе. Даже так, он всё равно был груб, до боли сжимая мою талию, но я крепче обнимала его, стараясь не обращать на это внимание. Он был так близко, но почему казалось, что между нами целая пропасть? Я почувствовала его длинные пальцы, развязывающие завязки на платье, и сама немного неловко попыталась снять с него хотя бы что-нибудь. Но руки не слушались, и я, бросив эту затею, вновь обвила руками его шею. Вскоре мужчина резко оторвался от меня и, взяв за руку, быстрым шагом повёл в спальню. Стоило двери закрыться, как я снова почувствовала его губы на своих и чуть ли не застонала от головокружительной близости. Медленно продвигаясь к кровати, он успел снять с меня платье, оставляя полностью нагой, и начал сам снимать с себя одежду. Когда он на мгновение оторвался от меня, я чуть ли не заплакала от безысходности. Он должен был быть ближе, гораздо ближе. Всего несколько сантиметров, разделявшие нас, казались невообразимо огромными, и как только он снова коснулся моих губ, я не могла нарадоваться его возвращению. Всего секунда, и я уже лежала на кровати, придавленная весом его тела. От прикосновения с его кожей, по телу бегали искры, распаляя воздух в комнате. Мне хотелось почувствовать его всем телом, хотелось быть ещё ближе, хоть такое было и невозможно. Я обнимала его сильнее, стараясь прикоснуться к каждому уголку его тела. Когда мои пальцы коснулись его шеи, мужчина резко отстранился и схватил меня за запястья. - Не. Трогай, – тяжело выдохнул он, требовательно смотря мне в глаза. Я коротко кивнула, убирая руки. Я делала что-то не так, поняла я. Ему не нравилось то, что я делаю, вот в чём причина. Но эти мысли исчезли, стоило мне только почувствовать его губы на своей шее. Он аккуратно прикасался к тем укусам и ранам, что оставил ранее, заставляя меня вздрагивать от каждого прикосновения. Я крепко сжимала простыни, хотя мне так хотелось прикоснуться к нему. Мужчина продолжал терзать мою шею, изредка целуя меня в губы, вырывая последние здравые мысли из моей головы. Казалось, все мои помыслы, желания сейчас были как на ладони. Он знал, что делать, знал где прикасаться, где целовать. Мягкое чувство в груди, которое я всё это время испытывала к нему, сейчас комком перебралось в низ живота, требуя большего. Его пальцы скользили по моему телу, оставляя за собой горячий след. Я тяжело выдохнула, когда почувствовала его губы на собственной груди. Но мужчина лишь притянул меня ближе, срывая неожиданный стон с моих губ. Человек на мгновение замер, подняв на меня взгляд, и тут же продолжил эту сладостную муку. Его руки медленно гуляли по моему телу, заставляя меня дышать тяжелее, стонать громче. Вдруг я вновь почувствовала его поцелуй, не сдержавшись, крепко обняла его за шею, притягивая его ещё ближе. Но на мгновение моё тело напряглось, стоило его пальцам аккуратно коснуться моего бедра. Морок спал, и я с неверием смотрела в его зелёные глаза. Он кажется это понял, но руку не убрал, углубляя поцелуй. Я же была напугана. Я была готова отдаться ему, я согласна на это. Но взявшийся из неоткуда страх вводил меня в ступор. Мужчина отстранился и внимательно посмотрел на меня. Он не хмурился больше, но было видно, что он задумался. Всего несколько секунд, и моё тело вновь молило о его ласке, о его поцелуях, его прикосновениях. Поэтому я безрассудно поцеловала его, крепко прижав к себе. Он ответил, одной рукой прижимая меня к себе, а другой медленно касаясь сначала рёбер, потом живота, а затем… Сдавленный стон пропал в его поцелуе, и он сделал это ещё и ещё раз. Я извивалась под ним, просила большего, прижимаясь настолько близко, что между нами не оставалось даже миллиметра. Мужчина коленом раздвинул мои ноги и лёг между ними. Я чувствовала, как тепло его тела, казалось, проникает под мою кожу, не давая понять, где заканчиваюсь я и начинается он. Оторвавшись от меня, мужчина посмотрел мне в глаза и, отпустив мою талию, опёрся на руки. Я почувствовала жар, расползающийся внизу живота, и вновь коснулась его губ. В этот момент, что-то горячее коснулось моего тела, и я почувствовала его тяжёлый вздох. Всего секунда, и пустота внизу тела стала заполняться его сутью. Он был слишком большим, казалось мне. Но мужчина лишь требовательнее целовал меня, входя глубже, вдыхая мои стоны. Мне было неприятно. Казалось, что это неправильно, что не должно так быть, моё тело отвергало его. Но человек не торопился, я видела как он дрожал от нетерпения, но он лишь медленно продолжал двигаться. Вдруг лёгкий укол боли пронзил низ живота, и от неожиданности я напряглась, сжимая колени. Мужчина тут же оторвался от меня и, целуя мою шею, сквозь зубы шептал что-то, прося успокоиться. Вскоре горячее чувство новой волной накрыло меня, и эта боль ушла на задний план, а тело просило его прикосновений ещё и ещё. Я чувствовала, как мужчина лбом уткнулся в основание моей шеи, чувствовала его горячее дыхание. Всего секунда, и моё тело приняло его, я задышала чаще и мягко коснулась губами его шеи, давая разрешение. Стоило ему начать движение, как стон сорвался с моих губ, заставляя его едва ли не рычать. Казалось если бы он мог, то заставил бы меня молчать. Каждое новое движение отдавалось мучительным наслаждением в каждой клеточке моего тела. Не выдержав, я дала волю рукам и крепко прижалась к нему, выгибая спину и заставляя его тяжело вздохнуть. Весь мир замкнулся только на нас двоих, и каждый вздох, каждый его стон, заставляли меня дрожать, крепко обнимать его, стараясь сократить между нами дистанцию. Все чувства очутились внизу живота, с каждым толчком нарастая и поглощая всю меня. Казалось всего секунда, и меня просто не станет, всего секунда… Локи! Его имя было похоже на нектар. Оно патокой каталось на языке, заполняя мою сущность. Раскатом грома отдаваясь в сознании, оно забирало все здравые мысли. Оно было таким правильным и неверным одновременно. Оно было мольбой и проклятием. Оно было всем. Он был всем.

***

Она была его спасением. Эта мысль пришла ему в голову, как только он увидел книгу в руках девушки. Она могла сломать чёртовы руны, как Лофт раньше не мог понять этого? Но только согласится ли она сотрудничать? Лафейсону никогда не составляло труда втереться кому-либо в доверие. Но здесь надо было быть осмотрительным. Он не знал, как эта волчица могла отреагировать на его просьбу. Но то, что она была не настолько глупа, чтобы сразу довериться ему, Локи понял сразу. И всё бы было прекрасно, если бы не Всёотец, вечно отрывающий его от поисков нужных рун. Было бы легче, если бы Сигюн обладала хотя бы каплей магии, но увы, судьба не ищет лёгких путей. Ей нужно было вырезать их на двери с другой стороны – браслет она всё равно снять не сможет. Но его отвлекали очередные глупые задания, очередные насмешки над ним. Одину мало было того, что он чуть совсем не лишился магии. Если бы не Фригг, Локи бы до скончания жизни овощем пролежал у себя в постели. С каждым разом поручения становились всё проще и проще, и Лофт едва сдерживался. Ему нельзя было пугать Сигюн, она была его ключиком отсюда. Ключиком к свободе. Но даже у его терпения есть мера. И ей не стоило подходить к нему, они оба это понимали. Лафейсон мог сломить её дух, её тело, наслаждаться её муками. Но она не позволила. Девушка не сопротивлялась, она полностью отдалась ему. Отдалась в руки монстру, доверяя свою жизнь. Никто никогда так не делал , и это вызвало у Лофта интерес. В конце концов, она может вывести его отсюда. Если захочет. А Локи знал точно, что для этого требуется. Но он никак не мог ожидать, что её неловкие прикосновения, её дыхание, щекочущее шею, настолько возбудят в нём желание. Это злило его, она злила его. Её неопытные руки, огромные глаза, пухлые губы, россыпь светлых волос и молочная кожа. Он просто ненавидел её в тот момент, когда её дрожащие пальцы начали выводить узоры на его шее. Просто потому, что он понимал – ещё немного, он не сдержится и причинит ей боль. Ещё немного – и прощай возможность сбежать из этих опостылевших стен. - Не. Трогай, – это казалось единственным выходом в данный момент. Лофт заметил долю разочарования в её глазах, которая немыслимо польстила ему. Он понимал, что никогда и никем не был так желанен, и не мог не оправдать ожиданий. Её кожа, казалось, билась током, отдаваясь ноющим удовольствием в его позвоночнике. Он едва сдерживался, постоянно напоминая себе о маячащей впереди свободе. Ещё тяжелее было, когда она эхом отзывалась на каждое его прикосновение. Казалось, он знал, что сделать, хоть впервые прикасался к ней. Лофт дрожал в предвкушении, ещё немного и он сорвётся. Её приглушённый стон заставил его зарычать, проклиная девушку. Если бы он мог, то одел бы на неё кляп. Но последовавшая разрядка, просто сводила его с ума, и он прижимался к дрожащему хрупкому телу сильнее, уже не сдерживаясь. Она, пожалуй, была лучшим развлечением, которое у него было за всё время заключения. Сейчас, разглядывая спящую девушку, он с лёгкой улыбкой рассматривал уже заживающие отметины на её шее. Если бы кто-нибудь увидел Сигюн сейчас, у него не осталось бы сомнения, что эта женщина принадлежит Лофту. Она была его, его полностью. Её сладкие стоны эхом отдавались на задворках его сознания, и… Локи! Лафейсон нахмурился. Она что, произнесла его имя? Внимательно присмотревшись к девушке, мужчина перебирал все моменты вчерашней ночи, пытаясь поймать то мгновение, когда она могла воззвать к нему. Тихий хриплый голос, срывающийся на стон, вновь раздался в голове трикстера. Мурашки побежали по его рукам. Она могла говорить. Или ему просто хотелось в это верить? Вновь посмотрев на девушку, он заметил, что она проснулась и с интересом рассматривала его. Он надеялся, что Сигюн будет так же глупо улыбаться как другие, одним взглядом моля о том, чтобы остаться с ним в одной постели. Но она лишь нахмурилась и, закусив губу, поднесла руку к его лицу. Большим пальцем разгладив складку между его бровей, она удовлетворённо вздохнула и, перевернувшись на спину, закрыла глаза. Пожалуй, это самая странная девушка, которую встречал Лофт.