Догоняя прошлое

2018 г. Версаль Джастин Да, Брайан оставался верен себе. Его всегда все хотели, и не только мужчины. И даже в свои 38 он не потерял сексуальности. Да и не потеряет никогда, а уж для меня-то точно. Мне стало немного грустно. Да, я не жалел ни о чем и не хотел бы что-то изменить в своей жизни. И все же, в глубине души у меня всегда таилось маленькое сожаление о моем отсутствии тогда в жизни Брайана. Я вздохнул, отгоняя все свои сожаления. Жизнь сложилась так, как сложилась. Жалеть о чем-то уже было поздно, да и не нужно. Я продолжил чтение. Дневник Брайана Кинни Декабрь 2010 г. Канун Рождества. Филадельфия В этом году я никуда не поехал на Рождество. Мне хотелось поработать дома в тишине. «Киннетик-2» (это я его так называю, хотя, чем не название? Надо подумать над этим) все больше и больше укреплял позиции, но все же мы периодически теряли клиентов, тем более что тут появились конкуренты, наступающие нам на пятки. Рекламная фирма «Гранит». Они обосновались недалеко от нас. Идиотское название. Хотя, надо признаться, пару рекламных компаний они провели блестяще. Но что самое интересное, фирму возглавляет женщина. И этой мадам палец в рот не клади. Надо удвоить наши усилия. Мы не можем уступить этому гребанному «Граниту». Декабрь 2010 г. Рождество. Филадельфия Я что, произвожу впечатление человека, у которого можно поплакаться на груди? Вот никогда не думал. Очевидно, есть люди, которым все равно, на чьей груди рыдать. Блядь! Это просто полный пиздец! Пришла Стелла. Они с Кларком расходятся. Ее мужинек влюбился в меня. Как сказала Стелла, он просто одержим мной! Какой сюрприз! Только этого мне и не хватало для полного счастья. Утешал, как мог. Пришлось открыть вторую бутылку Джима Бима. Оказывается, она давно догадывалась, что Кларк латентный гей, но надеялась удержать его всеми возможными способами. Теперь понятно, откуда эти тройнички. Рождество прошло в слезах, соплях и алкоголе! Я, блядь, просто счастлив! Январь 2011 г. Филадельфия Праздники закончились, но поработать толком мне так и не удалось. Стелла уехала сразу после Нового года, а на следующий день явился Кларк. Я его трахнул, и он остался до утра. Январь 2011 г. Филадельфия Я, блядь, уже и не помню, когда кто-то оставался в моей постели до утра. Хотя нет, я прекрасно помню, что после отъезда Джастина этого ни разу не случалось. Ни разу до вчерашней ночи. Странно, но мне почему-то вдруг захотелось почувствовать рядом чье-то присутствие, тепло, дыхание… Захотелось услышать ебаное «доброе утро». Я так давно не ощущал этого. Последнее время мне стало казаться, что я захлебываюсь пустотой и одиночеством. Их так много оказалось в моей жизни, что мне порой хотелось кричать. Блядь! Я так нуждался в живом человеческом голосе, приходя домой. А может завести кота? Нет, блядь, это хуевая идея. Он подохнет раньше, чем я вспомню, что он у меня есть. Думаю, бедное, беззащитное животное не заслуживает такой участи. Опыта у Кларка еще нет, но эти пару раз мы потрахались очень даже неплохо – тугая задница и просто море желания. Вот только нужно научить его делать минет… Мне совершенно не улыбается выковыривать свой член из его зубов. Февраль 2011 г. Филадельфия Теперь Кларк частенько остается у меня ночевать. Он бы хотел оставаться в моей постели каждую ночь, всю жизнь, но… Как бы я не чувствовал себя одиноким, иногда одиночество мне необходимо, а иногда я просто дико устаю. Блядский «Гранит» так и висит у нас на хвосте. Но самое главное, мне не хочется давать Кларку ложную надежду. Нет, мы с ним не пара и не живем вместе. По большому счету мы даже не друзья, мы просто трахаемся. Это удобно. И меня это пока устраивает, да и его тоже. Иногда он приносит ужин. Как оказалось, Кларк неплохо готовит. Но я не хочу никаких отношений, и ему придется с этим смириться. Приглашал его в «Вуайерист», но он отказался. Кларк думает, что влюблен в меня, но он ошибается. Хороший трах, это еще не любовь. Надеюсь, когда-нибудь он поймет это. Лучше бы ему побыстрее это усвоить. Его определенно нужно вытащить в клуб. Апрель 2011 г. Филадельфия Собирался поехать в Канаду, а потом в Питтсбург, но ебаные конкуренты не оставляет шансов. И откуда только они свалились на мою голову? Здоровая конкуренция, это, блядь, хорошо, но я теряю контракты, а, следовательно, и деньги. А вот это меня совсем не устраивает. Уже неделю практически ночую в офисе. Вылизываем новый заказ до блеска! Май 2011 г. Филадельфия Звонил Майки. Сказал, что соскучился. Ну, не могу не признать, что звоню ему очень редко, да и не только ему. Почему-то мне кажется, что тут дело в чем-то другом. Но дел у меня невпроворот. Я не могу себе позволить терять клиентов. Я убью эту бабу, если она уведет у меня еще хоть одного. В который раз отложил поездку в Питтсбург. Май. 2011 г. Филадельфия Я оказался прав на счет Майки. К моему охуенному удивлению он явился ко мне в гости и целый час трахал мне мозг, какой я мудак, что на всех забил и отдалился. Попытался объяснить ему, что я работаю по 24 часа в сутки. У меня новая фирма, которая пока требует моего постоянного внимания. Это в Питтсбурге все налажено и работает, как часы, здесь же нужно держать ухо востро. Но не убедил. Он заявил, что нельзя жить одной работой, что я просто отгородился от жизни, а ведь помимо работы есть много других удивительных вещей, о которых я с недавних пор совсем забыл – друзья, например, праздники, развлечения. Майки доказывал, что я должен взять отпуск и куда-нибудь уехать, как будто неделя или две безделья что-то изменили бы в моей жизни. А потом он сказал: «Тебе сорок, Брайан! Пора завести семью!» Вот прямо так и сказал. Я охуел от такой прямолинейности. Но ведь я уже пытался, неужели Майки забыл? Пытался! Знакомить Майкла с Кларком не стал. Зачем? Через три дня Майки, можно сказать, затрахав меня своими лекциями, наконец, свалил в Питтсбург. Июль. 2011 г. Филадельфия Все же я уговорил Кларка сходить в клуб. И как говорится, наступил себе на яйца. Этот идиот насмотрелся на трахающихся парней, потом напился и решил, что пришло время трахнуть меня. Точно идиот! Пытался объяснить ему по-хорошему, что я всегда сверху. Только одному человеку я позволял трахать себя, но это было давно, в другой жизни. Вообщем, выебал я Кларка по полной программе, чтобы и мыслей у него таких больше не возникало. 2018 г. Версаль Джастин Я оторвался от чтения и засмеялся, представив лицо Брайана, которого беспардонно хотят поиметь. Сейчас мне было легко это сделать, а ведь было время, когда я почти его забыл. Странное дело, но первые годы после нашего расставания Брайан мне даже никогда не снился, как будто его никогда и не было в моей жизни. Мне снился Питтсбург, «семья», но никогда Брайан. Я так старался жить новой жизнью, что подсознание, очевидно, на сто замков закрыло от меня его образ. - Черт!- я потянулся за сигаретами. Курение - дурная привычка и совершеннейшая иллюзия, что это успокаивает нервы, но сейчас мне было наплевать. Затянувшись и немного успокоившись, я попытался отвлечься и представить себе этого Кларка. А вообще, мне бы очень хотелось увидеть его, чтобы поблагодарить. Поблагодарить за то, что сам того не понимая, он скрашивал одиночество Брайана. Докурив, я затушил сигарету и снова открыл Дневник. Дневник Брайана Кинни Сентябрь 2011 г. Недавно я вернулся из Канады. Линдси недовольна, что я стал редко приезжать. Она не хочет слушать никакие объяснения. Она, как и Майкл, считает, что я просто похоронил себя с этой работой. Они не понимают, что это и есть моя жизнь, и другой у меня нет. А ту, которую я хотел… той не будет. Гасу уже одиннадцать! Как странно, но, мне кажется, еще совсем недавно мы с Майклом и Джастином бежали по коридору больницы и врывались в палату к Линдси. Он был таким маленьким! Еще несколько лет, и сын начнет увиваться за… девчонками или парнями, это уж как получится. Когда я приезжаю, мы с Гасом отрываемсяпо полной программе - парк аттракционов, кинотеатры… А вот зоопарк вычеркнут из списка развлечений… Мой сынок считает, что он уже большой! А мне нравилось ходить в зоопарк… Ноябрь 2011 г. Вчера уехал Кларк, вернее, переехал к своему бойфренду. Жизнь продолжается. Я снова один. 2018 г. Версаль Джастин Это была последняя запись в Дневнике Брайана, датированная этим годом. Ни слова о Рождестве и Новом годе. Где Брайан провел их, с кем и как? Я почему-то был уверен, что, дописав последнюю фразу, Брайан закрыл Дневник и швырнул его через всю комнату. От этих строчек веяло какой-то обреченностью, отчаяньем, тоской и… болью. А я… я чувствовал себя виноватым. Не знаю, возможно, это слишком самонадеянно, но… но я себя считал причиной одиночества Брайана, вернее, одной из причин. Скажи я ему об этом, он, конечно, все отрицал бы, несмотря на признание в Дневнике. В этом он признался только самому себе. Но это ничего не меняло. Несмотря на видимое благополучие, Брайан оставался одинок. Уже по традиции я подошел к окну. Сегодня на улице было тихо, и снег не кружился хороводом, как последние три дня. Да и вообще, за эти дни ничего существенно не изменилось - все та же дорога, те же фонари… Я смотрел в темноту и вспоминал тот год, вспоминал, каким он был у меня – головокружительным и… счастливым. Ну почему, когда наступало счастье, оно длилось совсем недолго? Как будто кто-то отмерял определенную дозу, строго, по заслугам. Я много рисовал. У меня состоялись еще две персональные выставки. Мое имя все чаще мелькало в прессе. А самое главное, в тот год мы все же открыли свою галерею, пусть маленькую, но свою. Хотя Джек всегда говорил мне, что это мое детище, документы оформлены на меня, и я смело могу называть галерею своей. Я еще долго не мог поверить в это. Вообще-то, я никогда и не мечтал об этом. Но со временем наши мечты меняются. То, что в двадцать кажется совершенно недостижимым, в тридцать становится само собой разумеющимся. Джек помогал и поддерживал меня, как мог, не давал опускать руки, когда порой, мне казалось, что ничего не получается, что я взялся за непосильное дело. Я до сих пор удивляюсь, как он успевал везде с его-то занятостью и командировками? Да, его бизнес процветал, но и работы стало больше. И все же, он каким-то непостижимым образом в нужный момент всегда был рядом. Если уж открыть галерею было делом нелегким, то управлять ею, наполнить интересными работами, привлечь внимание к ним, оказалось намного труднее. Я крутился, как белка в колесе, при этом еще успевал и сам рисовать. Я выплескивал на полотно всю ту эйфорию, что охватывала меня, когда я был счастлив, усталость и досаду, когда что-то не клеилось. А первое время, после открытия, действительно ничего не клеилось. Молодых, но интересных, перспективных художников не так-то просто было найти, а именитые выставлялись в престижных залах. Первые две выставки практически провалились, даже, несмотря на присутствие моих работ. Критики буквально захлебнулись, распекая нашу галерею за неимение, как они писали, «работ с харизмой». Конечно, я был с ними не согласен. Ну, критики есть критики. Это их работа. И все же я не мог не прислушиваться к их мнению. Я бегал по выставкам, выискивая молодые таланты. А еще мне помог Ирвин Моррисон. У него всегда был «запас» молодых голодающих художников, каким когда-то был и я. Он поздравил меня с открытием галереи, а потом долго смотрел на мои картины, чем несколько удивил меня. Я ведь не перестал у него выставляться, так что он прекрасно знал мою технику. Но его слова, которые он сказал мне тогда, я помню до сих пор. Он сказал, что мои картины стали другими, не хуже, нет, просто другими – исчезли ожидание и борьба. Но взамен появились счастье и умиротворение. Другими словами, с полотен исчез Брайан, потому что именно с ним всегда были связаны эти факторы. Ирвин оказался прав. Перемены были неизбежны. Мой внутренний мир изменился, изменилось и мое творчество. Постепенно дела с галереей наладились. Критики успокоились, и даже появилась пара хвалебных отзывов, пусть и довольно лаконичных. Но это уже была победа. Я надеялся, что со временем у нас буду выставляться не только молодые дарования, но и известные художники. Я здорово уставал с галереей, но я был счастлив. Эмоции переполняли меня, и я не мог держать их в себе, все, выплескивая на холст. Я спешил жить, как будто боялся, что мое счастье такое зыбкое, и в любой момент оно исчезнет. Я вздохнул и снова взялся за чтение.