Змей

Вот уже неделю Шерлок куда-то уходил по вечерам — как на работу. Уходил около девяти, возвращался примерно в два и не признавался, куда ходит. Отмахивался ленивым: — У меня дело. На предложение помощи отвечал ещё ленивее: — Не нуждаюсь. Джон волновался и злился, пока однажды не подумал: «Может, он себе девушку завёл наконец?» и успокоился. Понять что-нибудь всё равно было невозможно, а следить за другом Джон не собирался. Он и без того чувствовал себя немного странно: Шерлок вызывал у него желание заботиться и оберегать, но… Взрослый же человек! Умный, иногда даже слишком. В общем, Джон смирился. В ту пятницу у него было свидание с одной медсестричкой. Девушка была симпатичная и весёлая, и Джон предвкушал горячее завершение этого вечера. Тем более, Дженнифер пригласила его в стриптиз-клуб, сказав, что ей бесплатно достались флаера от подруги. Вот только она забыла сказать, что это мужской стриптиз-клуб. Глянув на зайца, прыгавшего по сцене — торчащие уши, пушистый хвост и ярко-розовый гульфик — Джон ощутил себя сильно не в своей тарелке. Оглядевшись, он увидел, что мужчин в зале ненамного меньше, чем женщин, и слегка успокоился, а Дженнифер щебетала, таща его за столик: — Говорят, здесь новый танцор появился, просто звезда! Нам повезло, что ещё места есть, Карен говорила, на его выступление целые толпы сбегаются… Дальше Джон не слушал, привычно кивая. «Надо выпить» — решил он. Если здесь все танцуют, как этот заяц… Радовало одно — курить в клубе было нельзя. Однако в воздухе всё равно, словно дымка, висело подогретое алкоголем желание. На сцену вышел следующий танцор, слава богу, без ушей и хвоста. Дженнифер тянула дайкири и болтала без остановки. Джон расслабленно пил пиво, решив просто не реагировать на раздевавшихся парней. В конце концов, раз даму это заводит, он был готов потерпеть. А потом продемонстрировать ей, чем отличается настоящий мужчина от этих… В зале тем временем нарастало напряжение. Людей заметно прибавилось, причём не только женщин. Откуда-то потянуло сигаретным дымом, и в ту сторону сразу же направился охранник. Джон собрался было сказать что-то на тему вреда курения, но зал вдруг заволновался. На сцену вышел… Шерлок. Джон колоссальным усилием удержал челюсть на месте и затряс головой, но ничего не изменилось. Около шеста стоял Шерлок. Узкие чёрные блестящие брюки обтягивали его так, что вообще ничего не скрывали. Чёрная же рубашка, жилет, блестящий, как и брюки, шляпа… Где-то рядом прозвучало: — Змей! Змей! — и через секунду весь зал скандировал это слово. Джон хотел протереть глаза — он не мог им поверить. Но тут зазвучала музыка. Джон вздрогнул — музыка была… нетипичной. А Шерлок повёл плечами, ловя ритм, откинулся назад, забросив руку за голову, выставляя напоказ длинную шею, придержал шляпу и… — О боже… Он двигался так, словно был рождён для танца. Он дышал музыкой, реагируя на каждый звук в ней. Легко крутанувшись вокруг шеста, Шерлок опёрся на него спиной и начал об него… тереться? Половина зала завизжала, а Джон был искренне рад, что не видит, как шест скользит между сверкающих лакированной кожей половинок. Шляпа сползла Шерлоку на лоб, он легко тряхнул головой и по руке спустил её в зал. Под сценой немедленно завязалась короткая потасовка, в результате которой бедная шляпа была разорвана на три части, но Джон этого не заметил. Мёртвой хваткой вцепившись в пивную бутылку, он смотрел на танцующего Шерлока. Тот сорвал с себя жилет так, словно он мешал ему дышать. Зал охнул сочувственно-радостно. Схватившись левой рукой за пилон, Шерлок выгнулся назад, едва не достав кудрями пол. Выпрямился, зацепился за шест ногой и сделал оборот, другую ногу вытянув, словно в шпагате. Джон, не в силах оторвать от него взгляда, сделал несколько судорожных глотков и с силой поставил бутылку на стол. Расставив ноги, откинув голову, Шерлок замер на краю сцены, расстёгивая рубашку. Его пальцы двигались в ритме ударных, и весь зал затаил дыхание. Резкое движение — рубашка летит на сцену, зал орёт, какая-то ушлая дамочка пытается её достать, дамочку вежливо отпихивают охранники, а Шерлок закидывает руки за голову и делает всем телом волнообразные движения. Джон всё-таки не удержал рот закрытым: тело Шерлока обвивала змея. Роскошная татуировка, сверкающая чёрным, серебряным и зелёным, выползала из-под пояса на спине, оплетала живот, поднимаясь на грудь, под правой рукой переходила на лопатки, взбиралась на левое плечо и заканчивалась оскаленной мордой прямо над сердцем. Вытянув руки над головой, Шерлок обвился вокруг шеста, ухватился за него и раскрутился, на секунду застыв параллельно полу, каким-то совершенно нереальным образом зацепился за шест ногами и сполз по нему вниз головой. Джон тихо выдохнул ругательство. Он и раньше отмечал, что Шерлок весьма грациозен, но старательно не обращал на это внимания, заталкивая мысли об изяществе и пластичности друга как можно дальше. Но сейчас эти змеиные гибкость и сила на его глазах переплавлялись в убойную, невозможную для холодного, замкнутого Холмса сексуальность. Зал неистовствовал. Шерлок опустился на пол лицом вниз, — шест между раздвинутых ног — приподнимаясь, прогнулся и очередным противоречащим законам физики и биологии движением поднял руки и схватился за шест, на два удара сердца замирая в таком положении. Как он оказался на ногах, Джон не понял. А Шерлок вдруг глянул прямо на него. Джон нервно сглотнул. Ресницы Шерлока чуть заметно дрогнули, губы искривила странная усмешка. Глядя через весь зал Джону в глаза, Шерлок расстегнул ремень с пряжкой в виде змеиной морды. Зал взвыл. Резкий рывок — и ремень у Шерлока в руках. Джон решил было, что он последует за рубашкой, но… Для начала Шерлок пропустил ремень между ног, привлекая внимание к и без того плотно обтянутому брюками члену. Потом провёл им по своему телу, прямо по татуировке, отчего возникло на секунду полное ощущение ползущей по нему змеи. Напоследок он снова поднял руки, словно бы привязав свои запястья к шесту, замерев на пару секунд в позе жертвы. Затем поднял прямую правую ногу к плечу и вновь закрутился вокруг пилона. Сделал шаг в сторону… Как такие узкие брюки могли упасть, Джон не знал, но факт — упали. Шерлок переступил через них, подцепил пальцами левой ступни и легко отбросил по сцене назад, к рубашке. От сотрясшего здание вопля Джон на несколько секунд оглох, но, честно говоря, почти этого не заметил. Он сам издал какое-то невнятное восклицание, увидев, что на Шерлоке остались только крохотные чёрные стринги. Татуировка начиналась от правого колена, обвивала бедро и по ягодице заползала на талию. Джон прикусил костяшку пальца. Его голова едва не взрывалась, сердце колотилось в такт музыке, глаза слезились. Дышать было невозможно — вместо воздуха зал выдыхал вожделение. Смотреть дальше Джон не мог — взгляды сотен людей облизывали, ощупывали, трахали его Шерлока, и это причиняло просто-таки физическую боль. Только выбежав в коридор, Джон осознал истинный источник этой боли — у него стояло так, что джинсы едва не лопались по шву. Выругавшись, он отправился в туалет. Музыка была слышна и там — Шерлок всё ещё танцевал. Джон заперся в кабинке и высвободил член, застонав от облегчения. Хватило всего нескольких движений в ритме танца. Отдышавшись, Джон понял, что мелодия изменилась. Похоже, выступление Шерлока закончилось. А ведь где-то в зале осталась Дженнифер, вспомнил Джон и замычал как от зубной боли. Возвращаться туда не хотелось абсолютно. Перед глазами стоял полуголый Шерлок, освещённый несколькими прожекторами, расстёгивающий ремень, смотрящий на Джона так, словно между ними не было ни тёмного зала, ни беснующейся толпы. Словно танцевал только для него.