Любители Бродского и Питера Пэна

В последние минуты Если бы у меня не было тебя, я, наверное, сошел бы с ума. Он был лучшим другом, и быть может лучшим человек, нет, совсем не идеальным, но определенно лучшим… Я даже сам не осознал, когда это начало происходить, просто в одно мгновенье судьба приложила об мою голову чугунную сковороду и нежно прошептала «твой». И вот с того момента я глупо улыбаюсь, стоит мне тебя увидеть. Я мог бы миллион раз сказать тебе «я люблю тебя», но позже с грустью добавить «в прочем, как и остальных людей, как мороженое и пирожное», а ты обязательно вставишь «любить всех- значить не любить никого», и я покорно соглашусь, потому что это правда. Я с гордостью хотел бы назвать тебя другом, но не под одно из «критериев» определения друга ты не подходишь, уж слишком мало мы знаем друг друга, но в то же время слишком много… И мы определенно стоим друг друга, он- вечно коверкает слова, не правильно ставя ударения, я- коверкая слова, просто от того, что не могу их выговорить или вспомнить точно, как оно звучит, но ты всегда понимаешь меня, и вечно подтруниваешь. Тебе не стыдно, а? И для этого я специально придумал теорию… - Это неологизмы, ну, знаешь, новые слова, мои словечки, это может быть считаться ошибкой, но я могу объяснить его значение. Я вкладываю куда больший смысл, чем может казаться с первого взгляда… Извини, но я просто не мог признать свою ошибку. Но позже это стало моей фишкой, и ты даже сам просил не исправлять их, а я чтобы не разочаровать придумывал словам с моей ошибкой новый смысл… По нашей телефонной переписке можно уже писать учебник философии, ну или уж точно анекдоты: Шепелявый придурок: «О великое Божество Знания и Философства, излечи меня он мирской ревности, обещай, что отправишься со мной в страну оранжевых тюльпанов и апельсинового сока!» Жертва солярия: …

***

Шепелявый придурок: Какую оду хочешь? Жертва солярия: Хм, восхваляющую, но с иронией  у поэта вдохновение? Шепелявый придурок: У поэта нет интернета, и поэтому поэт -философский импотент Жертва солярия: …

***

Думаю, у каждого есть человек, без которого даже день на расстоянии опустошает, и ты чувствуешь себя не законченным что ли? И пишешь этому человеку оду, только потому что жутко скучаешь…

***

Жертва солярия: Я выживаю как могу, это место без тебя подобно аду. Шепелявый придурок: Я, наверное, сегодня не приду в школу, у меня шок Жертва солярия: О ради великого Се, что с тобой?! Шепелявый придурок: Мне запретили есть сладкое до конца жизни  Жертва солярия: Черт возьми, они лишили тебя одного из величайших наслаждений жизни    Шепелявый придурок: Поскучай по мне немного, Я вернусь к тебе через день, Без тебя мне не будет комфортно, Но я буду сильной, поверь. И я справлюсь с болезнью, наверно, Я приду к тебе, только верь, Заключи в объятья навеки, Подожди меня только день…

***

Когда мы были вместе, я часто мог позволять ему таскать себя по всему нашему маленькому городу. Он хотел мне показать что-то необычное. - Загс?! - Нет, смотри, видишь? - Кай облокотился на железные перила и слегка наклонился вперед. - Дорога с выезда скрывается за лесом, а кажется, что уходит прямо в небо, здесь красиво особенно на закате, тогда кажется, что эта дорога ведет тебя в другой мир, прочь из этого серого и рутинного города… На вечное мое: «ты слишком романтик для этого мира», ты с кривой улыбкой отвечаешь вечным «неет, просто мир слишком поэтичен». Меня всегда смешит то, что когда мы заходим в магазин, и ты не можешь пройти мимо отдела с мороженым и так фривольно, кокетливо улыбнувшись продавщице в возрасте, говоришь: - Мне, как всегда. А она без лишних слов подает шоколадное. Его любимое. Ну, ладно, если бы это было в одном магазине, но когда в нескольких… Создается впечатление, ну знаете, как у наркомана всюду свои люди, готовые в любо момент продать дозу…эээ, в данном случае мороженое? И тогда мне становится действительно страшно, ведь я боюсь услышать ответ на вопрос: «Что ты любишь больше, меня или шоколадное мороженое?» Я убью тебя придурок, если ты выберешь не меня. Я безумно влюблен в этого человека. И нет, в этом ничего странного, что я часто прошу взаимности, мне просто необходимо слышать, что он любит меня в ответ. Даже если этот ответ я выканючиваю из него, что после, кажется, у него пар из ушей и носа попрет. Надеюсь он не сильно злится? Я в люблен в его извечно холодные руки, добрые глаза и голос. Голос, которым он читает мне стихотворения, и я готов бы был записать его на диктофон, но ты ведь не позволишь, верно? И я, наверное, самый счастливый дурак в мире, раз получаю твое: «Спокойной ночи, пусть твои сны будут нежными и мягкими, открывающими тебе все пути этого мира, все замки, все двери, дающие тебе надежду и второе дыхание! Я люблю тебя!» И даже сейчас я глупо улыбаюсь, когда вижу от тебя письмо с другого конца планеты: «Давай я станцую тебе босанову? в пальто на голое тело, в туфлях на босу ногу? быть может твое сердце запоет, и мы улетим на одну из ярчайших звезд и будем наблюдать за миром, и спускаться в каждое место мира, какое ты только захочешь? я буду читать тебе стихи в Париже, а в Лондоне ты расскажешь мне самую красивую историю, что только знаешь? под утро мы окажемся в Сеуле, будем петь, пить и вытворять все возможные безумства? ты не против? быть может, этой ночью твой Питер Пэн прилетит к тебе? Это будет особая ночь... послушай, следующий 26 часов слушай лишь веления своего сердца и делай все, что только пожелаешь! я поддержу любую твою идею!» И я действительно не хочу, чтобы ты уходил, даже если это будет «звезду "справа и до самого утра"», потому что ты действительно где-то чуть левее моего левого ребра. … Кай опирается на проржавевшие перила и смотрит куда-то веред, на дорогу, тянущуюся во взрослую жизнь, по которой он уехал 8 месяцев назад. Солнце окрашивает вокруг все в персиковый цвет: небо, зеленую траву, окна Загса… Сехун бесшумно подходит сзади и упирается лбом между его острых лопаток. - Ну, что ты маленький? - Кай по-доброму улыбается и поворачиваясь, обнимает, сиротливо прижимающегося Се. - Ты так далеко… - Расстояние -не время, Се, его можно преодолеть…