Фриск:Степень болезни-Undertale.

«А вот и та самая дверь», — устало подумала девушка, стоя перед входом в кабинет её лечащего врача. Цифры, написанные на бумажке, что девушка скомкала в руке, совпадали с выгравированным номером на двери. Всё же двадцать минут беспрерывной ходьбы по этажам больницы наконец себя окупили. Стоя рядом с куском древесины, от которого несло запахом краски, она понимает, что не горит желанием войти внутрь. Но рука уже коснулась холодного металла и одним ловким движением отворила дверь.  — Можно войти? — робко спрашивает девушка, всё ещё стоя в проеме двери.  — Да, присаживаетесь, — монотонно произнёс голос мужчины. Закрыв за собой дверь, она быстро осмотрелась. Весьма приятная для глаз обстановка: стены персикового цвета, старая лакированная мебель, изготовленная из темного дерева, парочка фикусов, стоящих на широком подоконнике, два кресла, обделанные бархатом болотного оттенка и весьма массивный рабочий стол, расположившийся посередине помещения. Затем она увидела обладателя голоса, сидевшего в одном из кресел. Им оказался мужчина лет 50-ти, высокого роста, худощав, с лысиной на макушке и в сером костюме. Всё это придало ему комичности, если бы не глаза цвета ртути, что так пристально следили за девушкой. Закончив с беглым осмотром, она села в кресло, стоящее напротив доктора.  — Так, значит, Вы Фриск Дримур? — за вопросом последовал её кивок, позволивший ему продолжить. — Смею заметить, что Вы, возможно, единственная обладательница таких уникальных имени и фамилии.  — Спасибо, — смущенно произнесла девушка.  — Не благодарите, это лишь факт, а теперь давайте перейдём к главному, — всё так же плавно говоря, он достал из верхнего ящичка ручку и журнал в темном переплёте. — Вы пришли сюда по собственному желанию?  — Нет, мой муж записал меня на приём, считая, что вы сможете решить мою проблему.  — Думаете, он правильно поступил, назначив встречу со мной?  — Не совсем, то есть, я не считаю, что у меня нечто грандиозное, — отмахивается девушка, неловко улыбаясь.  — Но однако вы пришли, а значит, вы сами не уверены в своих словах, — такие выводы заставляют её нервничать и, чтобы скрыть это, она незаметно теребит, рукав своей кофты. — А теперь расскажите, что конкретно вас беспокоит?  — Галлюцинации, — что-то, словно испугавшись екнуло в районе груди, но девушка решила не подавать виду и продолжила. -…и изредка голоса.  — Есть ли причины или условия их возникновения?  — Не уверена, но это как-то связанно с моим прошлым и снами.  — Можно поподробней? — попросил он, начиная быстро записывать всё изложенное ею во время рассказа.

***

 — Началось всё это ещё задолго до моего замужества. Мне было лет десять, не больше, а это тот самый период, когда детская фантазия способна на многое. На тот момент «она» была моим воображаемым другом и, хотя родители о ней знали, они решили, что в этом нет ничего страшного.  — Она? — переспросил доктор, отрывая свой взгляд от блокнота.  — Да, это была девочка, схожего со мной возраста, внешности и роста, а также единственная подруга, пока наша семья жила на окраине города. Но были три вещи, в которых мы с ней отличались: характер, цвет одежды и глаза. Как сейчас помню, у неё глаза были ярко красными, и в детстве я их ассоциировала со спелой клубникой. Но прошёл год, и мне исполнилось 11, в то время наша семья была вынуждена переехать, с тех пор воображаемая подруга больше не появлялась, до недавнего момента.  — Возможно, что её образ сохранился в вашем подсознании и иногда возникает во время эмоций, связанных с вашим прошлым, — предположил доктор, на что девушка лишь скептически покачала головой.  — Я бы и сама так думала, но, к сожалению, всё не так легко. Прошло столько лет, детские воспоминания стираются, становятся нечёткими, а иногда и просто исчезают. Но только не «она». Прошло уже две недели с той поры, как «она» снова вернулась, словно привет из моего детства, всё такая же явная и живая, но это не самое странное. Я заметила, что её свитер выцвел, а сама она выросла и больше походила на безумную версию меня.  — Это можно связать с вашим возрастом. Воображение подстроило образ так, чтобы она была приближена к вашим годам и нынешнему облику.  — Ладно, тогда скажите мне, может ли воображение передвигать и поднимать предметы, потому что раньше за ней такого я точно не наблюдала.  — Самовнушение. Вы думаете, что девушка передвигает предмет, когда на самом деле вы неосознанно делаете всё сами. Ваш разум лишь создаёт иллюзию и на подсознании вы соглашаетесь с ней, будто бы это происходило на самом деле, — спокойно разъяснил мужчина, но, видимо, такой ответ девушку не слишком устроил, из-за чего она начала нервничать. — Я понимаю ваше недоумение, но то, что вы мне сейчас описали, объясняется по разному и заболеваний на такую тему крайне много.  — Но… — не успела Фриск возразить, как врач прервал её:  — Послушайте, для начала попытаетесь принимать успокоительное, два раза в день, утром и вечером, и желательно после еды, затем спустя неделю снова приходите ко мне, на вторую консультацию, чтобы если появятся ухудшения, я смог назначить вам более действенный препарат, — встав с кресла и подойдя к девушке, он опустил свою руку ей на плечо, от чего она невольно вздрогнула и со страхом посмотрела на него. — Пока что я ссылаюсь на переутомление, что вероятно, и если это так, то через неделю Вы будете в полном порядке.  — А если нет? — со страхом спросила она.  — То я сделаю всё, чтобы помочь вам, — сказал он, улыбнувшись, что придало ей надежды.  — Спасибо, доктор, — тихо, но спокойно произнесла Фриск, уже подходя к двери. Она остановилась и в ещё раз взглянула на доктора, но, увидев девушку с маниакальной ухмылкой, стоящую рядом с врачом, обречённо вышла за пределы кабинета.