Притворись, что любишь меня

«Я люблю тебя. Люблю все в тебе: твои сияющие карие глаза, твои темные вечно растрёпанные волосы, каждую родинку на твоем лице. Люблю то, как ты улыбаешься, как ты вечно дурачишься. Я люблю это, Дилан. Я люблю тебя ». Эти слова как мантру уже целый час повторял Томас перед зеркалом своей гримерной. Сам по себе Сангстер довольно скромен, ему нужно время, чтобы привыкнуть к человеку. Только тогда он сможет раскрыться и быть частью компании. А уж чтобы влюбиться в кого-нибудь Томасу требовалось полное доверие к человеку. Он должен понять душу человека, должен понять, что человек действительно «его». Он никогда не признавался никому в любви, поэтому сейчас так волновался. Нет, конечно, у Сангстера были девушки, но по-настоящему ни у кого из них чувств не было. Но не в случае с Диланом. Ему нравилось каждое слово, произнесенное О' Брайеном, каждое его движение. Томас уже не мог справляться с этим. Не мог играть «просто друга» рядом с ним, когда каждый взгляд Дилана на него превращал Томаса в маленький комочек любви и желания. А сегодня Томас решился. Шли съемки и так надолго отложенного «Бегущего в лабиринте». И если не сейчас, то, скорее всего, уже никогда. «Все просто: подошел-сказал, что любишь- и ээээ… Убежал! Да лучше убежать. Так, подойти-сказать-убежать. Не сложно, совсем не сложно». Но руки у Сангстера тряслись, а дыхание сбилось. «Вот он там, стоит один. Сейчас самое время и мы все это знаем. Давай же, Том, давай» Томас решительной походкой направился к Дилану. — Привеееет, дружище, — сказал Дилан. -При-привет, — заикаясь от волнения, пролепетал Том. -Слушай, ты ж ее еще не видел, — Дил сделал жест рукой, зовя кого-то. Через секунду к ним подошла высокая блондинка с обворожительной улыбкой и обняла Дила. -Знакомься, Томми, это моя девушка Эми. -Ооо, приятно познакомиться, — голос Томаса немного срывался, — Дил отличный парень, тебе повезло. — Я знаю, — Эми потянулась к Дилану и поцеловала его. — Мне нужно идти, готовиться к съемке, — протороторил Том и побежал к своей гримерной. Добежав, он закрыл дверь и дал волю эмоциям. «Как я мог думать, что он… Какой я идиот. Наивный идиот. Что я возомнил о себе? Думал, приду, скажу ему все, и он меня полюбит? Ну, конечно. Может тебе еще нос вареньем намазать, Томас! Думал он. Придурок. Конечно, я ему не нравлюсь, я вообще никому не нравлюсь. Что со мной не так?! Слишком худой, слишком смазливое лицо 12-ти летнего. Да я просто ходячий недостаток. Не то, что он. Он идеален. Мужественное тело, прекрасное личико. Как я мог подумать, что Он обратит внимание на такого как я? О да, теперь ты еще и плачешь, Том! Просто пипец как мужественно. Соберись, тряпка. Ну и что? Есть у него девушка, она же не навечно. А ты молодой, привлекательный и знаменитый. Да как на такого можно не клюнуть!». На такой оптимистичной ноте прервались мысли Томаса, когда в дверь постучали. К счастью, слезы уже успели высохнуть, а снаружи стоял стилист, который обычно не спрашивал ничего лишнего.