Начало конца

Она бежала по пустынному серому городу, окутанному туманом. Бежала, не зная, куда и зачем. Спотыкалась от усталости, но не останавливалась, словно кто-то или что-то гналось за ней. Или, может, это она пыталась кого-то догнать? Такие знакомые строения, ранее живые, сейчас казались мертвыми. Город умер. Страж не знала, как это случилось. Это было её упущение. Город мёртв, хоть сердце всё ещё билось. Ведь она и есть сердце. Свернув в первый попавшийся переулок, Рин затормозила и остановилась, как вкопанная. Разворачивающиеся перед ней события были ей знакомы, только в тот раз она следила с крыш домов. Михаил вновь отбивался от нападающих, пока его друзей убивали. Вот бывший военный падает и уже больше не поднимается. Он ещё жив, но рана серьёзна и не даст ему долго прожить. Вот уже пришли зомби и принялись за ещё живого друга Михаила, а затем парочка мертвецов приблизилась и к бывшему военному. Страж ожидала увидеть себя, подходящей к человеку, но никто не появился. С замиранием сердца она смотрела, как зомби подобрались к мужчине и наклонились к нему, протягивая свои скрюченные пальцы... Осев на снег, Рин бездумно смотрела вперёд. Она не видела, как мертвецы разрывают человека. Истошный вопль боли стоял в её ушах, звоном оглушая сознание. – Ты не успела. Или, может быть, ты просто не хотела спасти его? – раздался над ухом язвительный голос Гарма. – Ты же хотела остаться человеком, не так ли? Так что же изменилось? Или ты хочешь защитить лишь Город? Вспомни свою смерть... Резко вскочив, девушка огляделась. Она лежала на каких-то тряпках в бомбоубежище, рядом покоился меч. Привстав на лежаке, дабы взять катану, Рин заметила, что была укрыта курткой майора. – Вы очнулись? – раздался рядом голос Бельского. Обернувшись, Страж увидела утомленного мужчину с перевязанными ранами. Видя, как изучающе осматривает его девушка, Василий Юрьевич улыбнулся: – Со мной все в порядке. Как Вы? – Нормально, – лаконично отозвалась девушка дрожащим голосом. Недоумённо распахнув пошире глаза, она замерла, прижав ладонь к губам. Как такое могло произойти? Она не понимала, откуда взялся этот липкий страх, окутавший её с ног до головы. Почему Гарм покинул её? Ведь он обещал! – С мной всё в порядке, – уже увереннее повторила Рин. – Я ведь не могу умереть. Она попыталась подняться, но пошатнулась и чуть не упала, если бы вовремя не подоспевший Бельский. Обняв побледневшую девушку, он помог ей устоять. Мужчина прекрасно видел, как сильно она изменилась. Видел, что маска треснула, и сквозь извилистые трещины проступает страх. Прижав Стража сильнее, он уже собирался сказать что-нибудь утешительное, но заметил, как девушка напряжённо замерла под его руками, точно ожидая жестокости. Опустив руки, майор отошел на несколько метров, извиняюще улыбаясь. Рин лишь кивнула, стараясь не смотреть мужчине в глаза. Она ещё помнила случай на мосту, все ещё отчетливо помнила те ощущения. «Вспомни свою смерть...», – шептал голос в голове, так похожий на Гарма. – Со мной точно всё в нормально, Василий Юрьевич, – устало улыбнулась Страж, наконец прямо смотря в глаза собеседнику. – Просто это были не самые приятные минуты. И мне не мешает подумать. Я, пожалуй, пойду. – Вам нужна охрана? – обеспокоенно поинтересовался человек, идя рядом с ещё пошатывающейся девушкой. – Нет, не беспокойтесь. Не думаю, что кто-то сможет мне причинить вред в это городе, – отмахнулась она, убирая ставший ледяным клинок. – Рин, позвольте спросить, – осторожно поинтересовался Бельский, понимая, что иного шанса может и не быть. – А? – удивлённо спросила Страж, склонив голову к плечу. – Мой начальник хотел бы с Вами встретиться. Это возможно? – Идет, – не задумываясь, ответила девушка. – Только чуть позже. Я сама Вас найду. Она вернула куртку мужчине и направилась к выходу. Рин понимала, что Бельский всё это время хотел от неё именно этого ответа. Так почему бы и нет, ведь рано или поздно придётся встретиться с начальником Тайной Полиции. С такими мыслями она покидала бункер. *** Поднявшись на крышу, Страж осмотрелась. Грифон был на месте и всё также придавливал тело человека к поверхности. Только на этот раз мужчина явно демонстрировал признаки жизни. «Неужели очухался?!» – мысленно удивилась Рин, подходя к статуе. Перегнувшись через золотое крыло грифона, она увидела, как мужчина хрипел и скалился в попытках выбраться из-под лапы «коня», а его мертвые глаза бездушно смотрели вперёд. – Значит не спасла, – прошептала девушка, вспоминая свой сон. Присев на корточки рядом с зомби, Страж мысленно приказала статуе отойти и, дождавшись исполнения приказа, тут же положила свою ладонь на холодный лоб Михаила. Мертвец послушно замер, даже не пытаясь напасть на девушку. Она поглаживала его по волосам, словно прося прощение, что отлучилась, что не спасла. Ей хотелось сказать, как ей жаль. Но она понимала, что спаси она его, то майор, скорее всего, был бы уже мёртв. Она не знала, что ей движило, но внутренний голос утверждал, что она поступила правильно. Усевшись на крышу, девушка обхватила Михаила за голову и тихо заплакала, покачиваясь из стороны в сторону. В чем она ошиблась? Почему Гарм покинул её? Почему она вновь чувствует эту тупую боль от утраты? Ведь она так хотела забыть. – Почему ты хотел, чтобы я вспомнила свою смерть? – спросила она в пустоту. – Не понимаю! Девушка не знала, сколько прошло времени, пока она сидела и плакала. Так бы продолжалось и дальше, если бы зомби не поднял руку и не поднёс омертвевшие пальцы к щеке Стража, пытаясь стереть слезы. Удивленно шмыгнув носом, Рин как-то неуверенно улыбнулась. Факт того, что даже мертвец пытается её успокоить показался ей смешным. Погладив в благодарность по голове, она отпустила Михаила и поднялась на ноги. Зомби последовал её примеру и неуверенно замер, будто ожидал подсказки или прямого приказа. – И что мне с тобой делать? – поинтересовалась Страж, не ожидая ответа. Михаил повернул голову на голос, но всё также стоял на месте. Покачав головой, Рин пробормотала себе под нос: – Мы в ответе за тех, кого приручили. Приказав зомби следовать за ней, она направилась к грифону и запрыгнула ему на спину. Дождавшись, пока Михаил последует её примеру и убедившись, что он крепко обхватил её за талию, Страж скомандовала взлёт. Ритмичные взмахи крыльев и резкие порывы ветра не могли вывести девушку из глубоких раздумий. Погрузившись в свой внутренний мир, так похожий на пустынный Питер, она пыталась понять, что же хотел до неё донести Гарм Ей хотелось спрятать свои воспоминания глубоко-глубоко, но нечто твердило, что нужно всё вспомнить, пусть это и больно. Резкое приземление вывело Рин из размышлений. Осмотревшись, Страж поняла, что находится у Банковского моста. – Значит, вернул к начальному пункту, – хмыкнула она, спрыгивая со спины грифона. Не дожидаясь, когда зомби нагонит её, девушка направилась ко входу в Затерянный Город. Она необдуманно надолго оставила племянника одного, оставалось надеяться, что дворняга сможет за ним приглядеть и не даст пацану скучать. Открыв проход в подземелье, девушка стала спускаться, лишь изредка прислушиваясь к шороху за своей спиной. Почти достигнув выхода в саму пещеру, Рин неожиданно остановилась, нахмурившись. Только сейчас до неё дошло, что она хочет привести мертвеца к маленькому ребенку. Если бы на Михаиле не было столько крови от ранения, то можно было бы ещё что-то придумать, но сейчас... Покачав головой, Страж обернулась на замершего в паре шагов от неё мужчину. – Останешься здесь! – строго приказала девушка. Она не опасалась, что зомби ослушается её приказа, ведь дворняга всегда слушалась, да и остальные мертвецы беспрекословно подчинялись ей. Но, достигнув выхода из тоннеля и оказавшись на балконе, Рин всё же обернулась назад. В полумраке каменного коридора виднелась одинокая мужская фигура, замершая точно изваяние. Довольно кивнув, Страж подошла к лестнице и приступила к спуску в Город. Даже здесь она слышала радостные возгласы ребенка и лай дворняги. Звук становился всё ближе и ближе. Радовало то, что девушка воспользовалась тем проходом, что находился подальше от кладбища. Достигнув низа, она прищурилась, оглядываясь. К ней тут же подбежал ребенок и уткнулся заплаканным личиком в плечо присевшей девушки. Обняв племянника Страж, ласково погладила Максима по голове, стараясь тем самым успокоить и извиниться за долгое отсутствие. – Прости. Я не хотела так долго задерживаться. – Не уходи больше, – недовольно сказал мальчик, вытирая мокрые дорожки со своих щек, оставляя грязные разводы на светлой коже. Подняв ребёнка на руки, Рин направилась к Городу, стараясь не споткнуться о радостно бегающую собаку-зомби. Шикнув на неугомонное существо, дабы оно не путалось под ногами, девушка вошла в черту Города и облегченно вздохнула. Только сейчас она поняла, насколько устала за прошедшую ночь. Слыша малейшее шуршание камней под сапогами, чувствуя, как легкий ветерок обдувает лицо, Страж поняла, насколько сильно стала зависеть от этого места. Эти странные улочки и дома стали её домом, тем местом, куда она может прийти и отдохнуть. Уже позже, накормив мальца и уложив спать, она отправилась на главную площадь. Присев на одну из скамеек у фонтана, она расслабленно прикрыла глаза, откинувшись на спинку. Ей нужно было подумать. Сосредоточившись, она постаралась вернуться в тот день, когда все случилось. Вернуться в двадцать первое декабря. ...Холод окутывал её, погружая сознание в полудрему. Чтобы не видеть, чтобы не чувствовать всего, что с ней делали мучители. Боль от изнасилования была ничто по сравнению с теми адскими ощущениями, мучающими девушку с момента укуса. Но всё это невозможно сравнить с тем чувством позора, что ей пришлось терпеть. Ей хотелось плакать, но упрямство и злоба черной тварью заворочалось в её душе. Оно скалилось, обнажая острые клыки; рычало, обещая вырваться и отомстить. Ни с чем не сравнимое унижение сжигало Рину изнутри... Она помнила, как погружалась в пучину ледяной реки, помнила, как холод сковывал её тело. «Не хочу, только не так. Не хочу подохнуть, пока эти грёбаные ублюдки будут ходить по земле! Такие, как они, не должны жить, они должны за все ответить, они должны подохнуть мучительной смертью... Ненавижу». Подняв веки, девушка задумчиво уставилась на кристально чистые воды фонтана. Неужели то, что заставило её вернуться в мир живых, это была только месть? Тогда зачем она пыталась вернуться домой? – Все ещё не нашла ответа? – глумливо расхохотался Гарм в её голове. Вновь прикрыв глаза, Страж очутилась в городе, окутанном туманом. Серые стены зданий ждали её ответа. Все в этом сером мире ждало её решения. – Ты не прав, дружище, – самодовольно ответила девушка. – Я убью их всех! Я очищу свой дом от грязи, и дело тут не в мести. Да, вначале я жаждала убить тех ублюдков, но теперь-то что? Месть свершилась, тогда получается, мне нет смысла жить? О, нет–нет–нет. Я буду защищать оба города. Это мой дом! Почувствовав, как нечто холодное прикоснулось к её щеке, Рин распахнула глаза и увидела перед собой Михаила, на лице которого виднелась тревога. – Тогда прощай, – тихо прошелестел голос чёрного пса. Страж улыбнулась и впервые с момента воскрешения легко вздохнула. Да, она монстр. Да, её сердце не бьется. Да, она мучается от голода. Но, она все ещё человек. Она не забыла, что такое честь и достоинство. И пусть она безумна, но она не остановится и сделает всё чтобы не сбиться с намеченного пути.