Тентакль

Боль судорогами проходила по обнаженному телу, заставляя дрожать и сжиматься от страха. Нет, Мертон даже до сих пор верил, что всё будет хорошо. Что Томми придет и спасёт его, но... Никто не проходил, а странные лианы связали его по рукам и ногам, полностью обездвижив. Страх не исчезал со слезящихся широко распахнутых глаз. Мертон дрожал, мысленно умоляя бога помочь. Пожалуй, он был даже готов признать себя идиотом и отдать свою бренную тушку даже тому же самому Томми, который пару раз просил его позаниматься сексом, но... Не цветку! Черт побери, цветку, который длинными щупальцами оглаживал его тело, скользил по самым интимным местам и то и дело пытался проникнуть в рот. Но Мертон лишь крепче сжимал зубы, мотая головой из стороны в сторону. Он даже был бы рад, чтобы кто-то зашёл в его комнату и увидел его таким. Кто угодно! Лишь бы помог!! Боже, и кто просил его вызывать это чёртово чудище! А ведь Томми предупреждал, что ничего хорошего из этого не выйдет. - Отпусти, пожалуйста, - со слезами на глазах шепчет парень, тихонько всхлипывая, - Это ошибка! Но растение уже не остановить, раз уж оно уже поставило себе цель. Мертон побледнел от ужаса, когда одно из многих тентаклей оплело его шею, сдавливая. Воздуха стало резко не хватать, а перед глазами забегали черные точки, поэтому Дингл широко раскрыл рот, жадно хватая подступивший было кислород. Этим тут же воспользовался толстый длинный тентакль, проникая пленнику в рот. Мертон всхлипнул, стараясь сомкнуть зубы, но угрожающе щупальце сжавшиеся на горле щупальце заставило его передумать. И тут понеслось. Все щупальца, до этого спокойно гладившие его тело, пришли в движения, неприятно пощипывая нежную кожу, вырывая из Дингла крики и всхлипы, заставляя его дергаться и вырываться. Один, более широкий тентакль скользнул к дрожащим ягодицам жертвы, несильно сжав каждую половинку стебельком. Сверху тут же послышался рваный вздох Мертона. Кажется, это действие не показалось ему неприятным. Наконец тентакль достиг сжатого до невозможности ануса. Потеревшись об маленькую дырочку, он вновь отслонился, чего-то выжидая. Неожиданно на пестике растения стала появляться странная вязкая жидкость, чем-то отдаленно похожая на смазку. Неужели оно пожалело неугомонного юношу? Последний же находился уже в состоянии между истерики и обморока, а уж когда крупный, холодный предмет стал тереться об его анус, проникая в сжатое отверстие своеобразным крученым способом, вообще расплакался. Ему было очень страшно и противно до такой степени, что рвота уже подступала к горлу, в котором к тому же с неистовой силой стал двигаться другой тентакль. Тем временем растение в заднице в прямом смысле этого слова прорывалось внутрь тела, преодолевая сопротивление напряженных от боли мышц. Резкими толчками оно имело Мертона, кричащего и плачущего навзрыд. Но его никто не услышит и не придет на помощь, ведь единственное, что вырывается из его глотки, это тихие всхлипы-хрипы. Это пугает ещё сильнее, заставляя впадать в панику, дергаться, тем самым сердя растение ещё больше. Боль чудовищна, тем более, когда к первому щупальцу проникает второе, более толстое и ребристое. Оно тоже использует смазку, проникая сразу, одним резким толчком, до своего собрата, тем самым заставив вновь вскрикнувшего Мертона прогнуться, согнуться чуть ли не на пополам. Капельки крови из разорванного ануса стекали по ягодицам, вызывая не самые приятные ощущения. Хотелось вырваться, сбежать, но его не отпускали, сжимали крепче, проникали глубже, разрывая сильнее. Неожиданно щупальце, обвивавшее его член кольцами, пришло в движение и малюсенькая головка цветка начала проникать в крохотную дырочку. Мертон взвыл и забился в путах с неистовой силой. Он совершенно не желал, чтобы его ещё тут порвали. - Пож... Не нд..., - невнятно начал шептать он, почувствовав жгучую боль в своём достоинстве. Но кто его послушает? Пестик со странным неприличным чпоком скользнул внутрь, входя особенно глубоко, до мочевого пузыря. Боль внизу живота и неприятный хлюпающий звук, совсем не нравились Мертону, но он понимал, что это всего лишь цветочки. Неожиданно растение замерло и из его пестика потекла белая жидкость, которая стремительно заполняла желудок и приносила ещё больше адской боли. В какой-то момент всё прекратилось. Пестик замер внутри, и, выпущенная им жидкость будто бы исчезла. По крайней мере боль стала не такой сильной. Одновременно с этим действием, другие тентакли надавили ему на спину, заставляя выгнуться и оттопырить попу. Другие раздвинули его ноги ещё сильнее и, ухватившись за многострадальные ягодицы, развели их в сторону. Бедняга Дингл судорожно вздохнул, готовясь к худшему. И правильно. Два тентакля в заднице резко подались назад и так же вперед, имитируя движения членом. Хлюпающие звуки и всхлипы заполнили комнату подростка, который уже вот-вот потеряет сознание от боли. При каждом движении внутри живот Мертона приподнимало, будто там находился кто-то живой, и опускало, оставляя чуть покрасневшее пятно. Щупальце в члене как-то странно вибрировало, что приносило смешанные чувства боли и, что особенно удивительно, удовольствия. Бледные щёчки Дингла сильнее окрасил красный оттенок, а спина неосознанно выгнулась, сильнее оттопыривая многострадальную задницу. Видимо это понравилось растению, так как оно чуть ослабило давление на руки и ноги пленника, а некоторые стебельки ласково оплели его тело. Два одинаковых щупальца пристроились к напряженным соскам подростка, начиная активно посасывать их. Тонкий, длинный - принялся ласково поглаживать спину, поясницу, напряженный, втянутый животик, а другой - нежную кожу за ушком, тоненькую шейку, спустился вниз, задев ключицы. Тентакль в горле чуть приостановился, уже куда-более осторожно трахая чужой рот. Растение имело Мертона во все дырки, что удивительно, принося чудовищное, невыносимое удовольствие до боли в легких, от нехватки дыхания, до покалывания в сердце, до потери пульса и сознания. Мертон извивался, сжимаясь на тентаклях. Ему так хотелось кончить, было уже просто невыносимо. Голова кружилось и дыхание прерывалось, стоны то и дело вылетали наружу. Было чертовски хорошо. Слёзы вновь потекли по бледным щекам, стараясь вызвать жалость у мучителя. Его трясло. Сильно, будто в лихорадке, а пот градом катился с жаркого тела. - Пож...ст...оооох... Д..дай, - с трудом выговорил он, дрожа сильнее и яростно вылизывая щупальце во рту. Тентакли в попе, словно услышав просьбу, усилили амплитуду своих движений, буквально вколачиваясь в хрупкое тело. Остальные щупальца тоже не остались в долгу, лаская извивающиеся тело глубже, интимние. Мертон от этого громко дышал, кричал, стонал, плакал, словно девчонка. Ему, словно течной суки, вдруг захотелось ещё, ещё больше, ещё грубее, быстрее... Ох! Когда щупальца в болезненно сжимающимся анусе резко остановились, Дингл готов был умолять, кричать, чтобы они продолжали. Но у тех были свои планы на этот случай. Аккуратно перехватив пленника под животом, щупальца перенесли его к своему общему стеблю, зачем-то раздвигая ноги ещё шире и наклоняя лицо чуть ли не к полу, заставляя выгнуть спину как можно сильнее. Мертона мелко трясло. Сейчас, именно сейчас, он был готов абсолютно на всё. Поэтому, ни капельки не понимая, что делает, парень подаётся задницей назад, выпячивая её, выставляя себя на показ. Наконец что-то узкое и длинное коснулось его ягодиц, нежно оглаживая упругую попку. Неожиданный удар по пятому месту заставил парня вздрогнуть. Порка? Ну и извращенная фантазия у цветочка. Но сильной боли от ударов вовсе не было. Только легкое жжение и сладкие волны по телу, вплоть до мурашек по коже и громких стонов. Но этого по-прежнему было слишком мало. Хотелось грубого, жесткого траха. И всё! Поэтому Мертон осторожно качнул бедрами назад, губами нежно обхватив горячее щупальце во рту. Последний удар был куда-более сильным и обжигающим, словно растение предупреждало всхлипнувшего парня, что за плохое поведение следует его наказать. Щупальце нежно огладило покрасневшие ягодицы, чуть сжимая в лепестках, заставляя пленника вновь всхлипнуть и тихо зашипеть. Наконец, к анусу подростка прикоснулось что-то очень большое и холодное. Оно было гораздо больше, чем предыдущие щупальца и Мертон сперва даже испугался, стараясь обернуться и посмотреть на это "нечто". Тентакли крепко сжали его ноги и руки, двое из них аккуратно развели красные половинки в стороны, открывая его для себя. Огромный пестик коснулся кровоточащего отверстия, как и предшественники, выпуская смазку. Затем он толкнулся внутрь, с трудом преодолевая сопротивление всё ещё тугих мышц. Мертон кричит, когда чувствует, как что-то буквально натягивает его на себя, на полную раскрывая анус, распирая его изнутри. Становится больно. Страшно больно! Но возбуждение кое-как скрывает острые ощущение, смягчая их, доставляя дикий кайф. Момент, когда растение полностью насаживает Дингла на себя, наступило как-то неожиданно. Боль ушла, уступая место удовольствию, но Мертону было уже как-то всё равно. Он метался, извиваясь на гигантском тентакле, который, как ему казалось, сейчас порвёт его на попал. Попа уже просто жуткого болит и Мертон боится, что она не выдержит и порвётся. Толчок. Растение попадает в комок напряженных нервов, и Мертон воет в голос, сам подаваясь назад, насаживая себя ещё сильнее. Щупальце задвигалось в растянутом проходе, каждым своим движением заставляя парня дрожать, стонать, кричать. Тентакли снова чуть ослабили хватку на бледном теле, лаская с новой силой. Во рту щупальце тоже не переставало двигаться, грубо трахая чужое горло. Боже, Дингл даже и подумать не мог, что когда-нибудь будет громко стонать, как последняя шлюха, под гигантским растением, трахающим его в обе дырки. Но ему было очень хорошо, наверное, именно поэтому он не сопротивлялся, подставляя свою задницу. Когда Мертон уже был где-то на грани обморока, растение дело последние, яростные толчки. Наконец оно остановилось и, последний раз толкнувшись глубоко в задницу, излилось внутрь Дингла. Кончало оно долго и бурно, буквально накачивая Мертона семенем. Последний же лишь тихо хрипел, послушно принимая в свою попу и рот всё больше жидкости. - Оооох, - тихо стонал он, глотая и чуть ли не давясь от обжигающей спермы во рту. Вибрация в члене тоже закончилась, и жидкость вновь стала заполнять его живот. Мертону тоже хотелось, но бедняга не мог. Ему оставалось лишь только закрыть опухшие от слёз глаза и расслабиться. ****** - Мертон. Мертон, очнись! - парень осторожно приоткрывает слезящиеся глаза и пытается сфокусировать взгляд на Томми. - Что произошло? - дрожащим голосом спрашивает он, пытаясь сесть, но оборотень лишь качает головой и укладывает его обратно в постель. - Тебе нужно отдохнуть. Уже всё хорошо. Мертон чуть дергает рукой и приподнимает голову, осматриваясь. Он лежит на своей кровати, переодетый в чистую одежду и заботливо укрытый тёплым пледом. А Томми сидит рядом и крепко держит за руку. - Если тебе в следующий раз захочется потрахаться, только попроси, милый, - улыбается оборотень, осторожно вытирающий капельки пота со лба Мертона мокрой тряпочкой. Парень открыл было рот, чтобы что-то сказать, но, не найдя чего ответить, просто кивнул. Томми хмыкнул, аккуратно прижимая любимого к себе, успокаивая его поцелуем в макушку. Он ещё долго не забудет, как разрывал на части ненавистный цветок, отбирая от него дрожащего и чуть живого Мертона. Как принёс его домой и около трёх часов отмывал и приводил в чувства. Как потом поспешно переодевал его в чистую одежду, насильно поил лекарствами и ложил в мягкую постель. Боже, а он ещё берег эту упругую попку. Что ж, когда любимый оправится, его ждёт не мало сюрпризов, получше тентаклей.