Гладиатор забытых Созвездий.Забвенные

В этот день мы никуда не пошли. Райну было плохо, его весь день рвало, а сам он был белым, словно мел. Потом, ближе к ночи, поднялась температура, он начал стонать и плакать. Больше всего похоже на лихорадку. Если он подцепил инфекцию... Не хочу даже думать об этом. Ночь была долгой, но новые приключения обошли нас стороной. Лишь мое взвинченное воображение и непонятные твари, сновавшие вокруг костра. Голова Райна лежала у меня на коленях, когда он сам, раздетый до пояса, стонал. Тощие ребра вздымались и опадали, его стоны слышались всю ночь, из-за боли он так и не смог заснуть. Все предплечье вздулось и покраснело. Я всю ночь бегал вокруг Райна, менял бинты, а после того, как их не осталось, я кипятил воду и мыл в ней старые перевязки. К четырем часам Райн перестал стонать, сказал, что боль ослабла или он привык. В походной аптечке оказались антибиотики широкого спектра действия, которыми я пичкал его с шести часов вечера. К сожалению экспертом в этой области я не был, и поэтому не мог сказать, помогли они или нет. Да и вряд ли вообще хоть один врач скажет без оборудования. И сейчас я глажу Райна, чувствую его потный, горячий лоб. Зверя ему убить очень повезло, а с ранами не очень. Хотя он легко отделался. А вокруг занимался рассвет. Вокруг ходили солдаты, командир сидел у озера. Бомбить химией еще не начали. А сзади, метрах в тридцати ребята рыли окопы, потные, с грязной от земли шерстью, под жарким солнцем обустраивали укрепления. Разведчики ушли уже три часа назад и все еще не вернулись, странно. Стрелки уже заняли место в засаде на случай атаки. Мимо меня прошел комиссар, злющий урод. В бою бегает, орет, руками как вертолет машет, мешает, в общем, всем, да и иногда по солдатам ни за что стреляет. Он, видите ли, отступал, а то, что граната на его позицию летит, не ебет, не знает чувак, что такое тактическое отступление. В него уже три раза стреляли, и, кажется мне, что свои же, но он живой, сука, еще. — Артэ! — ко мне подбежал Кен. — Ну что ты застрял? Нам на позицию пора. — Ммм… Точно, просто засмотрелся, — сказал я, переводя взгляд на полуразобранную винтовку, лежащую на коленях. — Может, помочь? — насмешливо сказал Кен. — Ночью не поможешь? А то одиноко, ты не представляешь. — Это шутка или предлог? — весело спросил Кен. — А ты приходи, и узнаешь… *** — Райн, Райн, просыпайся, — скрепя сердце, я все же разбудил его. — Райн, пора идти, — на рассвете второго дня стоянки, понимая, что нельзя больше сидеть на одном месте, я начал собираться. — Ааа… Да, сейчас, — он поднялся с земли. — Сейчас. — Я все убрал, только поешь, и идем, сегодня дойти до ангара должны. Ты как себя чувствуешь? — Лучше, но рука все так же. Болит. — Антибиотики с обезболивающим выпьешь в три, а сейчас десять, — проинструктировал его. — Тебе доставляет удовольствие смотреть на мои страдания? — обиженно ответил Райн. — Мне доставляет удовольствие смотреть на тебя, желательно необдолбанного. — Садист… Я не хочу есть. — Знаю, но должен. — Дай батончик, — попросил он. Я полез в карман сумки -от нее все еще несло ароматом затхлости- После чего молча передал требуемое Райну. Он открыл обертку и откусил треть батончика. — Ну и хадость… Есть неозможно, — проговорил он с набитым ртом. — Знаю, ну ты же сам просил безвкусную, но питательную хрень. *** После того, как Райн, кривясь миной, доел батончик, мы выдвинулись. Идти пришлось медленно, так как Райн постоянно спотыкался и в общем выглядел вялым. Но он с завидным упорством пробирался сквозь лес, опавшую листву и грязь в некоторых местах. Я снял с него всю тяжесть и тащил нашу теперь уже небольшую поклажу единолично. — Вот как ты думаешь, Артэ, какими будут наши дети? А внуки? — Что?! — для того чтобы удержать равновесие, мне пришлось схватиться за ствол дерева. — Что что? Ты всячески на потрахушки в позиции пассива намекаешь, свадьбу! А дети? Хули нам без деток? -говорил Райн, размахивая руками. — Райн, не надо так шутить, — сказал я замогильным голосом. — Не, ну вот смотри! Акт первый: Магазин. Внук x: Дедушка Райн, давай я понесу сумки. Я: Не надо, внучек. Внук: Ну дедуля-я-я, тебе тяжело, а у меня сила-то! Молодецкая! Я: Ну хорошо, держи, внучек. Акт второй: Дочка z: Папа, давай я тебя с ложечки покормлю. Ведь твои руки ужасно трясутся! А отец опять в ванную пошел, а это надолго. Сам же знаешь. Я: Да я Артэ подожду… Дочка: Ешь с ложки! — сцена с участием единственного актера смотрелась довольно комично. — А дальше что? Что через пять, десять, пятнадцать лет? Я: Привет, внучек! Внук y: Привет, дедуль, как там колени, не болят? А дед Артэ, шерсть не повылезла? — на этом моменте я отвесил ему слабый подзатыльник. Я: Да все путем, внучек! Заходи на чай, да и с невесткой…ну или с женихом познакомь. — Райн, а давай я теперь расскажу, как все будет? — мне нравился оптимистичный настрой Райна, и я решил высказать свою версию событий. Акт первый: Магазин. Внук х: Дедушка Райн, давай я понесу сумки. Ты: Не надо, внучек. Внук х: Ну дедуля-я-я, тебе тяжело, а у меня сила-то! Молодецкая! Ты: Да все нормально, ну и что с того, что я еле иду? Внук х: Сумки давай! Пердун старый! — Райн надулся, а я с улыбкой посмотрел на любимого. Акт второй: Завтрак/Обед/Ужин (нужное подчеркнуть) Дочка z: Папа, давай я тебя с ложечки покормлю. Ведь твои руки ужасно трясутся! А отец опять в ванную пошел, а это надолго. Сам же знаешь. Ты: Да я и со стола поем, стол-то не трясется… Дочка z: Ну папуня-я-я, ну я с ложечки, ты уже старый, 80 лет… Ты: Но у меня импланты и курсы омоложения! Дочка z: (гаркнула) Жри и не выебывайся! Акт третий: Грабители. Дедушка Райн упорно следует по коридору квартиры, чтобы поесть на кухне. Вдруг замок входной двери проворачивается, и… Ты: Артэ! Артэ! Грабители! Внук z: Я не… Ты: Грабят! Грабят! Артэ, поднимай свою старую задницу и иди сюда! Внук z: Говорю те… Ты: Артэ! Челюсть надень! Че ты налегке приперся? Внук z: Слушай меня, ты, бесполезный… Ты: (Недолго думая, прицелился, и, будто копье, метнул в «грабителя» клюку) Внук z: Ой, идите нахуй, маразматики старые! (Уходит, хлопнув дверью) Ты: Ну все, внук z съебался, возвращаемся к покеру… — Покер?Ты серьезно? Ты-то от куда знаешь? — В детстве играл, — я нагнал Райна и обнял его со спины. — Мда… Ты прирожденный оптимист… — сказал Райн. — Но у меня старость веселее! — сказал я и чмокнул его в щеку. — Маразмати-и-к. Пошли, до привала должны хотя бы пять километров пройти. *** Мы шли не останавливаясь еще три часа, пройдя в общей сложности семь километров. Если верить датчику на часах. Солнца жарили во всю, и я уже начал уставать. Зато Райн шел, как ни в чем не бывало. — Райн, любимый, может, привал? — А что такое, мой герой устал? — приторно сладким голосом спросил Райн. — Я тебя щас вздерну! — При-вал! — гаркнул Райн. Я сгрузил сумки и уселся под дерево. Мы шли по какому-то ручью, я надеялся, что ручей не свернет с пути, а если и свернет, то достаточно резко, чтобы мы это заметили. Райн промывал руку в том самом ручье. — А ты заражения не боишься? — спросил я у моего выживальщика. — Водой? Нет. — А как рука? — мне было лень подниматься, чтобы смотреть на его конечность. — Прекрасно, опухлость спала, да и не болит уже так сильно. Ну по крайней мере, если не делать резких движений, — сказал Райн, поморщившись. Мой взор зацепился за полянку цветов. Они были маленькие, с фиолетовыми лепестками. Как будто необычные ромашки, которые я видел в саду у моего «хозяина». Я посмотрел на Райна, он сидел у ручья и с грустью смотрел на него. Нападение не прошло бесследно, я все время пытаюсь его отвлечь, развеселить. Обычно у меня это получается, но этого недостаточно, поскорее бы выбраться с этой сраной планеты. Я в два шага оказался в середине поляны, цветов было так много, что я подумал, будто очутился в маленьком фиолетовом озере со своими волнами и берегом… Эх, надеюсь, не повернется. Быстро срывая цветы, я плел из них венок. Сплетаем три «ромашки» в косу, вот и первый виток косы, добавим к центральному одуванчику четвертый и сделаем новый виток, и опять, опять. Я сам не заметил, как увлекся плетением венка для Райна. Минут через десять-пятнадцать мой венок был готов. Корявый, неказистый, без семи бутонов цветов, но мой. Я повернулся и заметил Райна, все так же сидящего у ручья. Тихо подкравшись к нему, я остановился. Сейчас в нем не было той грусти, он любовался ручьем, смотря, как играют на солнце блики, и течение утягивает камешки вниз по ручью. — Райн… — тихо позвал его. — А? — он встрепенулся и навострил уши. — Не оборачивайся! — выпалил я. — У меня…сюрприз. — Сюрприз? Интересно, — я сел на колени за его спиной и медленно надел на его голову венок, фиолетовая корона опоясала уши и лоб Райна. — Вот… — он дотронулся до венка пальцами и начал ощупывать его, но не снимал. — Артэ, это же…венок! — лн резко обернулся, а его волосы, заплетенные в косу, ударили мне по лицу. — Ну да. — А он красивый? — его глаза просто светились от радости, как у маленького ребенка. — Очень, но ты красивее, а вместе…просто совершенство, — Райн засмеялся, а после повалил меня на спину. Из-за рывка венок упал. Нащупав венок, я хотел надеть его обратно на не менее красивого обладателя. — Стой, — он перехватил мои руки и мягко потянул венок из моих ладоней, я, не сопротивляясь, его отдал. Райн начал надевать венок на меня. — Уши прижми, широкие, -проворчал Райн. — Широкие? — Ага, — он щелкнул меня по уху. — Прижимай давай, — после водрузил венок на мое голову. — Вот так! — А я красивый? — Самый красивый и верный рысь во всей галактике!