Дорожное приключение

Дерек любит дорожные путешествия. Очень сильно. В таких поездках принимала участие вся семья. Дети забирались в две машины, играли в «камень, ножницы, бумагу», чтобы узнать, кому придется ехать вместе с дядей Питером, а кому – с родителями. В конце концов все они проводили равное количество времени с каждыми, однако главный смысл заключался в том, кто первым застрянет с дядей в поездке. Но Дерек всегда любил все это в совокупности: быть зажатым между сестрами на заднем сидении, машину, пахнущую стаей и семьей, пока они не остановятся перекусить. Выбирать снэки в продуктовом магазине и устраивать пикник в зонах отдыха поблизости от соединяющей штаты магистрали. Изучать новые места и города вместе с сестрами, попадать в приключения вместе с родителями. Дорожные путешествия занимают большую часть детских воспоминаний Дерека. Стайлз знает об этом. После всего дерьма, связанного со злыми друидами, альфами-убийцами и японскими демонами-лисами Стайлз в течение нескольких недель передышки искал способ уничтожить Неметон раз и навсегда. Дитон нашел время помочь ему, и вдвоем они разрушили и полностью устранили пень дерева, его корни и все, что могло быть использовано для притягивания силы из места пересечения земных потоков. Разумеется, процесс снова чуть не убил Стайлза, но они стараются замять этот аспект. По крайней мере, то, что Стайлз едва избежал смерти не меньше трех раз за почти шесть месяцев у него под носом, вынудило Дерека наконец признаться в своих чувствах семнадцатилетнему подростку. На самом деле это было очень мило. Стайлз очнулся от своей мини-комы после проведения ритуала, и его папа, Скотт и Дерек были рядом, чтобы довольно понятным языком оповестить его о том, что отныне использовать магию ему запрещается, пока он сначала кого-нибудь из них не предупредит. Затем папа поцеловал его в лоб, а после повел Скотта за собой прочь из комнаты. И последовавший разговор с Дереком состоялся примерно так... – Ты должен перестать это делать, Стайлз. – Перестать делать что, Дерек? – Перестать обращаться со своей жизнью так... легкомысленно. – Легкомысленно? – Да, послушай, ты не ребенок. Я знаю, что тебе все еще семнадцать, но ты не ребенок. Даже твой папа согласился со мной. – Ты разговаривал с моим папой? – Да, я разговаривал с твоим папой, потому что хотел узнать его мнение насчет того, могу ли я встречаться с тобой. – …Ты хочешь встречаться со мной? Типа настоящие отношения? – Зачем мне притворные отношения? – Без понятия! Чтобы стая отстала от нас или еще что-нибудь! – Нет, Стайлз я бы хотел встречаться с тобой, по-настоящему, если тебе хочется. В смысле, ты не обязан. – Ты с ума сошел. Разумеется, я хочу. Иди сюда, и пусть тебе хотя бы будет удобно, пока ты смотришь, как я сплю, и следишь за тем, чтобы я не умер. – Мне готовиться к такому проявлению обаяния и в дальнейшем? – Приятель, ты знал, во что ввязывался. После этой беседы их отношения относительно нормально переросли в то, что было нужно им обоим. Стайлз научился слушать, когда Дерек хотел поговорить о своей семье. Дерек научился слышать, что Стайлз не произносил в бесконечном потоке слов. Они впервые отправились в дорожное путешествие в то лето, когда Стайлз с остальными закончил школу. Ему вот уже как пару месяцев назад исполнилось восемнадцать, и им не терпелось поскорее выбраться из Бикон Хиллз. В первые поездки они никогда сильно не отдалялись от дома или стаи. Дерек просто вез их в горы, что было в двух часах езды от дома, даже меньше. Но с каждым разом они совершали путешествия во все более отдаленные места. Каникулы в Голливуде, затем перерыв после школы в Портланде. Четырехдневный отдых в Сан-Диего, а после неделя в Сиэтле. Когда Дерек начал чувствовать большую уверенность, играя свою роль в стае, а последняя перестала быть в опасности в ту же секунду, как он покидал их территорию, они начали уезжать еще дальше. Кер-д’Але́н, штат Айдахо, Эстес Парк, штат Колорадо и Национальный Заповедник Йеллоустон в Монтане – самые дальние края, в которых их заносило. Но они только что проехали Йеллоустон, вместо того чтобы отправиться в заповедник. У Стайлза официально закончились идеи, куда лежит их путь. Сейчас идут рождественские каникулы, и для Стайлза, который теперь работает учителем, это самый длинный отпуск, который начинается не летом. Так что Дерек предупредил его где-то ближе ко Дню благодарения не строить планов на выходные по случаю праздников, потому что хотел куда-то свозить Стайлза. Он ожидал объяснения после получения подарков утром, но Дерек лишь сообщил, что это займет неделю и Стайлзу не нужно ни о чем волноваться, пусть только соберет снэки в дорогу. Стайлз всматривается в заднее сидение Toyota и видит горы упакованных Дереком вещей. Он собрал для них сумки, груду стеганых и шерстяных одеял и собственную кипу продуктов. Стайлз взял все необходимое для перекуса: печенье «O'reo», чипсы, три вида тянучек и огромный пакет ягодных «Skittles». Он даже принес дорожный холодильник с водой, изотоники и пару любимых фраппучино Дерека из Starbucks. Они уехали вчера, и Стайлз все время был за рулем, пока они не достигли Йеллоустона и вечером не сделали остановку для сна. Прошло два дня после Рождества, Стайлза везут в неизвестность, и он в фрустрации. И чем в большую фрустрацию он впадает, тем чаще Дерек ухмыляется, что выбешивает его в геометрической прогрессии. Он хочет *знать*, черт возьми. Но Дерек только улыбается и кладет руку на подергивающееся колено Стайлза. – Я не скажу, куда мы едем. – Но Дерек, – ноет Стайлз. – На что мне отвлечься? Я не могу с нетерпением ждать того, о чем ничего не знаю. – Будет неправдой, если ты заявишь, что не взял с собой ни одной книги. Стайлз, я видел, как ты упаковывал шесть штук. Вообще-то, они прямо за твоим сидением. Стайлз обиженно пыхтит, сложив руки на груди. – Я бы лучше сделал тебе минет. – Стайлз... – вскрикивает Дерек, немного сворачивая в сторону, на что Стайлз зло улыбается. – Ты не будешь делать мне минет в машине. – Но почему-у? – Потому что я не собираюсь ехать следующие два дня в машине, пропитанной запахом секса. Категорически отказываюсь. Спи, пиши, читай, черт, да хоть пой, мне без разницы. Но куда мы едем, я не скажу. – Отлично. Стайлз отстегивает ремень безопасности и перелезает на заднее сидение, не обращая внимания на протесты Дерека. Он выуживает одеяло с книгой и с ногами забирается на сидение, собираясь попытаться отвлечь себя от долгих часов неизвестности в машине. Дерек ворчит, что тот лежит и не пристегнут, но Стайлз снова игнорирует его. Дорога пуста, и снега нет. Он доверяет свою сохранность волчьим сверхспособностям Дерека. Юноша, как обычно, забывается во время чтения и не очень знает, что происходит вокруг. Когда он дочитывает главу и звуки начинают доносится до него, Стайлз слышит, как Дерек поет вместе с радио. Он выпрямляется, скидывая с ног одеяло, и оглядывается. – Мы все еще в Монтане. Рядом с границей. – Какой? – скептически спрашивает Стайлз, но Дерек только качает головой и улыбается. Стайлз фыркает, смирившись, что его держат в неведении. Он кладет скомканное одеяло обратно, перелезает на переднее сидение и, устроившись, демонстративно застегивает ремень. Дерек передает ему телефон, чтобы выбрать музыку, и Стайлз получает шанс осуществить маленькую месть. Спустя двадцать минут, в течение которых проиграло пять различных плейлистов, Дерек выдергивает телефон из рук хихикающего Стайлза и включает свою музыку обратно. Стайлз затихает через какое-то время и понимает, что они движутся к Северной Дакоте. В Медоре они останавливаются на заправке. Стайлз в восторге от города, потому что местечко выглядит стоящим для посещения. Увы, Дерек просто прокатывает по нему пять минут и снова выезжает на магистраль, чтобы продолжить путь. Стайлз официально сбит с толку, потому что он не имеет ни малейшего понятия, что можно найти в этой части страны. Они меняются, проехав полштата, так что Стайлз может немного побыть за рулем, а Дерек отдохнуть. Он просто просит ехать по прямой, прежде чем откинуть сидение и заснуть. Если забыть про раздражающую секретность, Стайлз не может сдержать улыбки от теплого чувства, которое вызывает у него происходящее. Ему нравится, что настал момент, когда Дерек настолько доверяет ему. И его доверия достаточно, чтобы позволить себе уснуть, пока Стайлз везет их в неизвестное ему место. По мере продвижения Стайлз видит все больше снега. Одно это уже само по себе вызывает у юноши бурную радость, где бы они в результате ни оказались. Он едет через город, вместо того чтобы просто проехать его, когда Дерек с ворчанием просыпается. – Я думал, что земля в этом штате должна быть ровной. Почему я просыпаюсь под хруст в ушах? Дерек зевает, и Стайлз улыбается ему. – Мы въехали в примечательную долину. Дерек закатывает глаза и просит Стайлза продолжать ехать. Внезапно он сообщает ему, что они останавливаются в Фарго на одну ночь. – Фарго? Ты шутишь? Я смотрел и фильм, и сериал. Игра Мартина Фримана, конечно, бесподобна, но мы не можем остаться в Фарго, нас же убьют. Дерек смеется над его словами. – Мы скорее столкнемся с доброжелательной Северной Дакотой*, чем будем убиты. К тому же мы все время проведем в номере. Стайлз ворчит еще больше, но напоминает себе, что верит – Дерек везет его в какое-то великолепное место. На следующее утро они выписываются из отеля и заходят в магазин, чтобы купить пару вещей и выпить кофе с пончиками. Дерек садится за руль, а Стайлз просто надеется, что они доберутся до пункта назначения до ужина. Ему правда надоело есть в машине. С тех пор, как пара покинула Бикон Хиллз, они двигались по одной полосе, но теперь едут по двустороннему шоссе мимо заснеженных пейзажей. Стайлз в восторге. Он всегда мечтал о снежном Рождестве, чтобы снега намело больше, чем в обычно чуть припорошенном Бикон Хиллз. Здесь снег лежит *необъятными* перинами. Это *прекрасно*. Затем они проезжают открытые равнины, которые сменяются сосновым лесом, занесенным снегом. Это похоже на извечную рождественскую открытку, и картина вокруг полностью завладевает вниманием Стайлза. После обеда Дерек сообщает ему, что они почти на месте. Через час они сворачивают с основной автострады на узкую частную дорогу. По мере приближения Стайлз замечает мелькающее среди деревьев замерзшее озеро. Они проезжают мимо хижин, но их всего несколько и они расположены на большом расстоянии друг от друга. Дерек проверяет что-то на телефоне, и после машина съезжает на длинную дорогу, в конце которой стоит бревенчатый домик под шапкой снега. – Сюрприз! – произносит Дерек, скромно улыбаясь. Возможно, молчание Стайлза его немного нервирует. Дело в том, что Стайлзу никогда не приходило в голову отправиться в путешествие на (как он предполагает) север Миннесоты. Но теперь, когда он здесь, ему не терпится изучить новое место, так же было и с Колорадо однажды. Может, сейчас ему хочется этого даже сильнее, потому что, серьезно, *снег*. Он доходит ему до колена, чистый, белый и пушистый. – Дерек, здесь так красиво, – наконец признает Стайлз, который не может оторвать глаз от белизны, дома и озера внизу. Хижина поначалу казалась маленькой, но когда они приближаются к входной двери с чемоданами и сумками с продуктами в руках, Стайлз оценивает ее истинный размер. Хижина не то чтобы огромная, но что он принял за крошечный коттедж, на самом деле – дом нормального размера. Он стоит практически на краю холма, ведущему к озеру. В действительности вход находится на втором этаже дома, а первый этаж пристроен ниже. Дерек идет обратно, чтобы достать большую часть их вещей из Toyota, и Стайлз начинает разведывать обстановку. На верхнем этаже находятся две спальни, объединенные одной ванной комнатой. Здесь не особо есть на что взглянуть, так что довольно скоро Стайлз спускается на первый этаж, изучая все в кухне и гостиной. Они оснащены полным комплектом мебели, так и ждущей, когда сюда придут провести немного времени. На кухне имеется все, кроме еды, а в гостиной – все, кроме пледов. Дерек возвращается с остальными вещами, и Стайлз отправляется помочь ему распаковаться. Он внезапно полностью готов просто ждать, пока Дерек не расскажет, что будет дальше, когда они уже наконец здесь. Следующие несколько дней проходят так же, как и в обычных поездках. Они посещают городок, поблизости с которым стоит хижина, находят каток и отправляются кататься на коньках. Затем заглядывают в маленькое семейное кафе, чтобы согреться за чашкой кофе. Дерек берет напрокат снегоступы в одном из заведений на курорте, где технически он со Стайлзом отдыхает, и они гуляют на них вокруг озера. Как-то днем они разжигают камин, собирают в охапку все шерстяные одеяла и устраиваются на диване для просмотра Netflix. Дерек готовит блюдо с чили, от которого у Стайлза текут слюни, и сам Стайлз делает сыр на гриле. Одной ночью они готовят брауни с горячим какао, которые едят до утра, пока смотрят мультики от Disney. В другой раз они не покидают кровать, не считая коротких перерывов на перекус и быстрый душ. В ночь на тридцать первое Дерек вытаскивает Стайлза к озеру в середине ночи, чтобы показать звезды. Ввиду отсутствия светового смога это ночное небо, несомненно, – одно из самых красивых, которые Стайлзу доводилось видеть. В полночь на курорте запускают серию фейерверков, которые ярко взрываются на фоне чистого темного небосвода. Утром последнего дня Стайлз пробуждается медленно, перекатывается и устраивается поудобнее, ожидая, пока Дерек проснется. На это требуется несколько минут. Но он не может винить Дерека за потребность во сне после нескольких раундов, которые они устроили прошлой ночью. – Доброе утро, – шепчет Стайлз, когда Дерек распахивает глаза, фокусируясь. Дерек только мягко улыбается, прежде чем склониться над ним, чтобы, не размыкая губ, поцеловать Стайлза. – Доброе утро, – с хрипотцой отвечает он, голос все еще грубый после сна. Стайлз знает, что еще не время для разговора, поэтому сдерживается, взбивая одеяло, чтобы Дерек уткнулся лицом ему в грудь и Стайлз мог проводить пальцами по его мягким волосам. Через некоторое время Дерек тянет его вниз, и они оказываются лицом к лицу. – Я очень рад, что мы вступим в брак, – говорит Дерек с тем же выражением восхищения на лице, когда Стайлз встал на колено и сделал ему предложение почти восемь месяцев назад. – Я тоже, – искренне соглашается Стайлз. Ему внезапно не хочется случайно испортить момент вопросами. – Что? – спрашивает Дерек, но не раздраженно или рассерженно, а с любопытством, потому что сердце волнующегося Стайлза билось немного забавно. – Что «что»? – отвечает Стайлз вопросом на вопрос просто из чувства противоречия. Дерек с непроницаемым видом вскидывает бровь. – Отлично. Заметь, я сейчас не жалуюсь. Не считая отказа от минета в Toyota, я бы сказал, что это было одним из наших лучших дорожных путешествий. Но... Дерек, ты до сих пор не сказал мне, почему мы именно *здесь*. – Ну что ж, – уклончиво говорит Дерек. – Ты давно хотел отправиться в еще одну поездку. И до свадьбы осталось пара месяцев, и я подумал, что было бы неплохо вдвоем сбежать от все контролирующей Лидии. – Ладно, справедливо. Но мы бы могли снова улизнуть от Лидии в Техас или Колорадо. Но мы приехали сюда. Я имею в виду, почему лес на севере Миннесоты? Что это место значит для тебя? – тихо спрашивает Стайлз. – Не мог же я спасти тебя от переохлаждения, если бы мы не попали в снежную бурю, – нахально произносит Дерек, и Стайлз несильно бьет его по руке. – Эй! Не смейся над моими фанфиками, и я не буду прикалываться над тобой, когда ты понесешься преследовать зайцев. Давай, Дерек. Скажи правду, пожалуйста. Дерек вздыхает и переводит взгляд на одеяло между ними. – Моя бабушка родилась здесь. Мы проводили каждые рождественские каникулы в этом месте со всей семьей в полном составе. Для семейного воссоединения альтернативой была Калифорния, но Рождество всегда отмечалось здесь. Она жила в соседнем городе. Мы с Лорой... Мы приехали жить в ее дом сразу после пожара, пока страховые компании не уладили все и у нас не появились деньги, чтобы отправиться в Нью-Йорк. Даже когда остались только Лора и я, мы всегда собирались здесь на Рождество. Последние несколько лет было очень странно не посещать это место. Так что я подумал привезти тебя, – он пожимает плечами в провальной попытке казаться беззаботным. – Наверное, чтобы посмотреть, сможет ли это прижиться в качестве нашей новой семейной традиции. Дерек все еще скрывает лицо, и Стайлзу это не нравится. Дерек никогда не испытывал потребности прятаться, когда рассказывал о семье. Стайлз тянется к нему и приподнимает за подбородок, вынуждая посмотреть на себя. Он с облегчением находит в его глазах покорную грусть, а не чувство вины, которое читалось на его лице каждый раз, когда речь заходила о Лоре и остальных. Он слабо и печально улыбается, и Стайлз одаривает его в ответ улыбкой, в которую вкладывает всю свою любовь к Дереку. – Два человека считаются за семью? Стайлз понимает, что его попытка поднять Дереку настроение увенчалась успехом, судя по вскинутой брови и усмешке. – Только не цитируй мне «Кости», но разве семья начинается не с этого? – Стайлз фыркает, и Дерек легонько тянет его за ухо, завладевая его вниманием. – Если серьезно, что думаешь? Стайлз только улыбается и привлекает его к себе для нежного поцелуя. – Думаю, что в отличие от дорожных поездок, мне не потребуется время, чтобы полюбить эту традицию. Я уже от нее без ума. * «North Dakota Nice» – фраза, отсылающая к стереотипу о дружелюбии жителей Среднего Запада.

© SSM [Sterek 18+]