Сердце зверя.

Оби. Последний день «семидневной свадьбы», прошел как в тумане. Точнее нет, я все прекрасно помню, но из-за удушающе тесного камзола мне было несколько плохо. Гостей, как знакомых, так и не очень, собралось достаточно. Принца Раджи с его младшими братом и сестрой поприветствовал, как родного, а вот от лорда Харуки, который от безысходности аж локти себе кусал, шарахался, точно в одно место ужаленный. От своей жены (да, теперь уж точно жены) старался не отходить вообще, от чего Элиа лишь тихо смеялась и прижималась к моей руке. В конце бала меня короновали, как «принц Моренска – третьего королевства Аларии – Оби Нэррис», увенчав голову совсем уж тесным жестким обручем из янтаря. Поздравления сыпались отовсюду, а вот принц Зен спросил: «Отрекаюсь ли я от своего титула «гонца второго принца»?», на что я лишь фыркнул и демонстративно помахал перед его носом пропуском. Теренс же и принц Изана объявили, что через восемь дней состоятся еще две свадьбы. Король Аларии вообще хитро отмазался, ему можно было венчаться хоть тем же вечером. Кто слово против короля посмеет вставить? А вот Изана с Дафной бросали друг на друга весьма красноречивые взгляды. Ну да, учитывая, что мы с Элией пережили за эти семь дней, стоило бы перестраховаться. В общем, в тот вечер я запомнил довольно мало – перед глазами была лишь моя принцесса, а в ушах звон музыки. Однако то, что я стал принцем нисколько не изменило наши с Элией планы на будущее. Сквозь ссору, которая в скором времени обещала перерасти в драку, принцесса выпросила у отца и матери право на путешествия по миру. Девушка как-то давно упоминала, что собирается изучать животных и птиц других стран. А пока что ее королевство находилось под присмотром старшего брата. Сквозь ругань и сцепленные зубы, родители разрешили покинуть дворец, но при этом поставили условие, что мы останемся на две свадьбы – свадьбу принца Теренса Аларийского с Рогнедой и свадьбу принца Изаны Весталии с принцессой Дафной Нэррис. Мы же, весьма довольные собой, лишь переглянулись и были согласны уже на все. В принципе, для меня учение Говорящей было все же непонятно и даже порой немного устрашающим. Однако раз Элиа собралась изучить весь этот зоопарк, то мне было очень интересно посмотреть на ее потуги. Девушка любила животных и считала из частью своей семьи, а те, отвечали ей, да и всем остальным, взаимностью. Так раз она хочет учиться, почему бы не дать ей такой шанс? Как я сказал ранее, Тери смухлевал, женившись на Рогнеде в качестве короля. Быстренько обвенчался и ходил как павлин переросток. Если кто не знает, павлины – это такие птицы с необычным хвостом с яркими цветными перьями, и вот когда они самочку завлекают, то хвост распускают. Это мне Элиа рассказала, а сравнение в голову пришло как-то само собой. Вот только звуки, которые издавали эти чудо-птицы намного отличался от того, как поет сам принц. Принц Изана, будучи правителем другой страны, женился на Дафне по всем традициям Аларии. То есть, он так же, как и мы с Элией, прошли «семидневную свадьбу». Вот только обидно, что у них все гладко прошло. Но зато теперь королевство Алария и королевство Кларинс были объединены не только с политической точки зрения, но и с брачной. В общем, едва-едва закончился очередной бал, мы собрали скромные пожитки и сели на корабль. Наш путь лежал в неизведанные земли! Много чего происходило за время нашего путешествия. Много чего, кроме ссор, Элиа и сама не отходила от меня, намертво вцепившись в руку. А я и против то не был. Исключения составляло то, что когда девушка встречала очередную диковинку в виде живности, про меня она напрочь забывала. А я, честно вам скажу, ревновал. Да и звери отвечали мне тем же, смотря на меня с нескрываемой враждебностью и каким-то превосходством. Приходилось отвечать им не менее «дружелюбным» оскалом. Элию обычно такая ситуация забавляла, поэтому она, без зазрения совести пользовалась моей слабостью. Однако, как бы я ее не любил, гордость не позволяла отдать женщине лидирующее положение, поэтому часто, точнее сказать, очень часто все заканчивалось бурным времяпрепровождением в постели. Несмотря на то, что многих зверей, которых изучала Элиа, не было в королевстве, она не собиралась их брать с собой, но язык все равно учила. Так, за все время нашего путешествия она научилась разговаривать еще с двадцати представителями животного мира. Связь с принцем Зеном и Шираюки мы поддерживали все время, поэтому сапсану приходилось летать туда-сюда по нескольку раз на день. Один раз, когда несчастная птица чересчур устала, она в порыве так клюнула Элию за палец, что не разговаривали они очень долго. А когда девушке взбрело в голову отправить еще одно письмо, она обратилась к другой птице (Кихал Торгул прислала одного из своих любимцев в качестве свадебного подарка), сапсан так перепугался, что буквально вырвал письма из рук и улетел. Принцесса еще долго недоуменно смотрела ему в след, а я, не выдержав, расхохотался. «Мужчины», – только и произнесла она.

***

– А это ничего, что на день рождения ты не будешь во дворце? – спросил Зен, глядя на девушку с большим подозрением. – Ничего, – хмыкнула она, – все равно мы скоро возвращаемся, так что еще успеем отпраздновать. – Может уже кто-нибудь скажет, куда мы идем? – хотя на ответ я и не рассчитывал, спросить все равно надо было. – Куда надо, – привычно фыркнула Элиа, вновь взглянув на Зена. Нет, это определенно мне не нравится! Сперва внезапно сорвались и, под предлогом дня рождения, поехали домой. Теперь завернули в Кларинс, якобы навестить второго принца. А теперь еще и какие-то взгляды странные, слишком красноречивые, чтобы не понять, что они что-то задумали. Я вздохнул и оглянулся. И все же, я рад, что вернулся сюда. Все здесь было такое же обычное, ни в какое сравнение не шло с загадочным королевством, люди здесь тоже были привычными, вечно суетящиеся и спешащие куда-то по делам. Зен, казалось, тоже выбрался впервые за долгую отлучку. Вернуться сюда – как шаг назад. Не сказать, что я был не рад этому, просто… Просто много тех моментов, о которых вспоминать либо грустно, либо просто на просто неприятно. Пройдя до самой окраины города, где начинались частные дома с садами и пастбищами, мы остановились возле большого, одноэтажного домика. Недалеко послышалось блеянье овец и мычание коров. Дайхарки остановились, и мы спешились. Элиа ловко подобрала подол платья и намотала его на руку, чтобы не мешался. – Подождите здесь немного, – чмокнув меня в щеку и послав Зену еще один красноречивый взгляд, она направилась прямиком к дому. – Да что здесь творится-то? – совсем уж обреченно протянул я, опираясь на широкий бок своей лошади. – Имей терпение, – цыкнул на меня принц. А я хмыкнул в кулак. В последнее время я слишком часто поучал и издевался над ним. Естественно, принц бесился, но сказать уже ничего не мог. Статусы наши были равны, а вот возраст немного подкачал, вес-таки я был порядком старше. А Элиа, тем временем направилась не к дому, а к коровнику, который находился рядом. Однако, не зайдя во внутрь, она остановилась и с кем-то заговорила. Лица ее собеседника я не видел, понял лишь то, что это женщина. А принцесса, тем временем, бурно жестикулируя, что-то объясняла. С женщиной она говорила минут пять, а когда на ее лице расплылась победная улыбка, она повернулась в нашу сторону. – Оби, подойди сюда. Издав мученический вздох, я сделал несколько шагов вперед и… замер, не в силах шевельнуться. Элиа отступила шаг, показывая женщину, не молодую и не старую, просто обычную, работящую женщину с кадушкой молока. Захотелось немедленно отвернуться и сбежать, но Зен, явно разгадав мои мотивы, опустил ладонь мне на плечо. Раздался грохот, и молоко белой лужей растеклось под ногами женщины. Она стояла, дрожа, прижимая ладони ко рту. В глазах застыл ужас и… надежда? Шаг, еще один и еще, пока она не оказалась рядом. А ведь я уже успел забыть, какие у нее добрые глаза… – Рай… – дрожащей рукой она дотронулась до моей щеки, а я сглотнул. В горле встал ком. – Это ведь ты, Рай? – но ответа ей и не требовалось. Матери никогда не забывают лиц своих детей. – Райлен! Сыночек! Она обняла меня настолько крепко, насколько хватало у нее сил. Я машинально обнял ее в ответ, все еще не веря, что это не сон и не бред. – Рик! Рик, иди сюда! Глазами, уже полными слез, я взглянул на медленно открывающуюся дверь. На пороге появился мужчина с тростью. А ведь и он почти не изменился за десять с лишним лет… Все та же благородная седина, все тот же острый и пронзительный взгляд, лишь морщины свидетельствовали о том, что прошло уже много времени. Увидев меня, глаза мужчины непроизвольно расширились. Он очень долго вглядывался в моей лицо, пока женщина рыдала у меня на груди. – Райлен… – и голос его не изменился, вот только почему сейчас он так дрожит? Меня заключили в мощные, медвежьи объятия столь быстро и резво, что я ничего не успел сообразить. Райлен – так меня звали мои приемные родители, больше десяти лет назад. – Сын наш… Это стало последней каплей. Я разревелся, как маленький ребенок. Плакал и все не мог поверить, что это действительно явь. Отец, мама… Кажется, что эти слова я произнес вслух, а быть может это был внутренний голос. Я не знал, просто стоял, уткнувшись в по-прежнему крепкое и широкое плечо отца и рыдал. В дом нас затащили чуть ли не на руках, усадили за большой стол и накрыли его. Я лежал у Элии на коленях, а она гладила меня по голове, глотая слезы, но улыбаясь. Мать вытирала слезы передником, а отец рукавом рабочей рубахи. – Сколько времени минуло с тех пор, как мы в последний раз видели тебя… Десять лет вот уже прошло… Мы все знаем, Рай. Как ты на арене дрался ради того, чтобы денег отцу на лечение заработать… А мы то дураки старые, никак понять не могли, где ты так много раздобыл? А когда ты перестал являться в дом, я… – Мать каждый вечер готовила еду, в надежде, что ты вернешься и проголодаешься. Каждый день готовила, не взирая на то, что к твоей порции никто так и не притронулся… – А отец твой не спал ночами, все сидел на кресле и ждал тебя. Все переживал, вдруг ты мимо пройдешь… Так и засыпал, не дождавшись… – А потом пришли люди и сказали, что тебя убили… Подстерегли после очередного выигрыша, ограбили и убили. Я не поверил. Несколько раз ходил на ту злосчастную арену, про тебя расспрашивал… Но затем кто-то сказал, что в последний раз ты появлялся на ней года два тому назад, и больше тебя не видели. Не хотели верить, не могли. Но ты ведь домой так и не пришел… – Год тебя прождали, но так и не дождались… На накопленные деньги переехали сюда, а в тот район так больше и не заглядывали. Страшно, когда все напоминает о потерянном сыне… Всю жизнь мне было боязно взглянуть в глазах тех, кто вырастил меня. Стыдно и боязно, поэтому не мог поступить иначе. Деньги пусть те и были законно заработанными, но были все в крови невинных людей, которых я убил. Всю жизнь я боялся вспомнить – каково это, когда тебя любят и ждут в родном доме? Плача, принялся рассказывать всю свою жизнь, свою историю. Что-то дополнял Зен, что-то Элиа, но в целом получилось то, что мы имеем в данный момент. Принцесса когда-то сказала: «Я тебя не прощаю, но я тебя принимаю. А прощать сам себя будешь». – Мы прощаем тебя, сын. Мы прощаем и… приходи почаще. Десять лет. Почти десять лет я был мертвым для этих людей, которых я смело могу назвать родителями. Почти три года я боролся со своими страхами, отчаянно пытаясь начать жить заново. И вот теперь, когда высохли слезы, не осталось ничего, кроме полной свободы. Элиа предложила переехать, но родители и Зен воспротивились. Первые из-за того, что не могут бросить все свое нажитое упорным трудом хозяйство, а принц привел неопровержимый аргумент: «Зато в Кларинс будете приезжать ни на два дня». Гордый титул принца, поверг родителей в неописуемый шок. Из грязи в князи, как говорится. Но в нашем случае, удалось дотянуть до принца. Элии теперь и ни минутки покоя не было, все отвечала да отвечала на вопросы, которые сыпались на нее, словно первый снег. Затем и она спрашивала: о моем детстве, о характере, обо всем… – И да… Он теперь Оби Нэррис. Имя Райлен, хотя и было родителям привычно, но они были вынуждены согласиться.

***

Мы уехали из Кларинса, на несколько дней вернувшись в Аларию и отпраздновав день рождения Элли. На этом наше путешествие не закончилось, мир велик – а времени много. Нужно успеть сделать кучу всего, прежде чем начать жить «по-королевски». Спустя три года, после моей свадьбы с принцессой Элией Аларийской, вдоволь напутешествовавшись, мы, наконец, вернулись домой. Но отнюдь не со зверинцем, как предсказывал Теренс, провожая нас в долгую дорогу. Заявившись во дворец с двухгодовалым сыном, мы повергли всех в культурный и очень долгий шок. Но то-то же была радость для остальных! Сына мы назвали Райленом – взяв мое первое имя. Поскольку мы с женой оба были темноволосыми, судили по глазам, ими Рай пошел в меня. Еще с колыбели мы заметили, что животные тянутся к нему, как пчелы к нектару. Элиа лишь махнула рукой, заявив, что в семье родился очередной Говорящий. На это Теренс лишь тяжело вздохнул, его собственного сына этот дар обошел, но магия, внезапно пробудившаяся в ребенке, его пугала и радовала одновременно. Вскоре состоялась свадьба принца Зена и Шираюки, на которую приехали все. Красновласка так и продолжала работать при дворе придворным лекарем второго принца. И в ближайшее время отказываться от этой должности не собиралась. Митсухидэ Луэн и Кики Сейран, как верные телохранители и друзья, тоже не спешили покидать свой пост, хотя и подумывали о том, что когда Зен войдет в полную силу, пожениться самим. В конце концов, эти двое, неплохо знавшие друг друга, прекрасно понимали, что такие замашки вытерпят только они. Подумав немного, братья Висталия разделили свое правление: Зен остался править в Кларинсе, а вот Изана с Дафной решили навести порядок в Троус, построив новый мост. Поскольку старший принц пришел туда не один, а с неплохим таким войском, ализонцы вынуждены были пришипиться и сидеть тихо, как мыши. Вейлас – второе королевство Аларии Дафна передала нам с Элией, заявив, что целой империи ей вполне будет достаточно. Теренсу же оставалось лишь кусать локти и сетовать на то, что его никто не слушает. Ну здесь он явно преувеличил: какой дурак не будет слушать своего короля? Не сказать, что жизнь принца мне приглянулась, но выбора особого не было. К тому же, это действительно затягивало, когда не нужно было сидеть и работать с бумагами. Король Теренс и, теперь уже, король Изана, лет эдак через двадцать планировать объединить все три королевства в одну империю. Но пока это всего лишь были планы. Мы с Элией подумывали, годиков через пять-семь завести еще одного ребенка. На что девушка предупредила, что все женщины в ее роду были весьма плодовиты, и ребенок может появиться даже без нашего ведома. Что ж, не больно то это меня и расстроило, учитывая то, что детей я любил всегда и с легкостью мог находить с ними общий язык. А так… Жизнь продолжается! Но теперь, я думаю, настало время перевернуть страницу нашей жизни. Нет, это не значит, что на этом наши истории заканчиваются, просто сейчас самое время начать новую главу книги. И, кто знает, быть может история «принца Оби Нэрриса Аларийского» будет куда интереснее, чем история «наемного убийцы, гонца второго принца Кларинса, да и просто Оби», но в данный момент, нужно поставить не точку, а многоточие, тем самым сказав, что история моей жизни еще продолжается! Как жаль, но все равно, до встречи…

К О Н Е Ц !