Когда же наступит она... белая полоса

      Это самые длинные пять месяцев в моей жизни. Годовой концертный тур по сравнению с этими месяцами пролетел как один миг. Каждый день я прихожу и смотрю на бледное лицо своего омеги. Его кожа сейчас болезненно белая, можно сказать с голубым оттенком. Это страшно выглядит, очень. А еще это очень больно. Сердце кровью обливается, когда смотришь на него, на НАШИХ детей.       Как только я смог забрать новорожденного я тут же перевез Наруто в лучшую клинику страны. Но, и там прогнозы врачей были не оптимистические. Акира теперь живет со мной, он мой второй сын, правда пока я официально его еще не усыновил, но когда Наруто придет в себя, а это обязательно произойдет, я усыновлю мальчишку. Маленького сына я назвал, так как хотел блондин. Мне Киба говорил, что он очень хотел его назвать Макото. Как мне кажется, это имя очень подходит в нашей ситуации. Ведь он действительно истинный.       Акира и Макото неразлучные. Акира постоянно находится возле брата, гладит его по голове и играется с ним. А когда его нет рядом, младший начинает капризничать. Когда я рассказал это матери, она нежно улыбнулась и произнесла всего одну фразу: «Как вы с Итачи. Вы всегда были неразлучны». Да, мы с братом очень близки. Я очень тяжело переносил его отъезд. И сейчас тоже мне трудно без него. Но, он сейчас живет в Англии вместе со своим омегой.       Я понимаю, почему я и Итачи, у нас в обоих течет кровь Учих. Но, в Акире ее нет. Или… Нужно узнать кто его отец. Этим я займусь потом. А сейчас мы всей семьей идем в больницу к папочке.       По пути в больницу на меня постоянно бросают взгляды омеги. Хм, еще бы. Моя популярность, деньги и прочее. Еще и двое детей которые постоянно со мной. Выгодная партия, согласитесь. Но, мне на них плевать. У меня есть омега и другие меня не интересуют.       В больнице все было как всегда. Кто-то куда-то бежал, суета и запах медикаментов. И в палате тоже все без изменения. Легкий шлейф цветочного аромата, светло зеленые стены, размеренный писк приборов, и лежащий блондин. А как хочется зайти, а он сидит и улыбается.       Акира как всегда подбежал к папе, чмокнул его в щечку и принялся рассказывать, что с ним произошло за то время, что он не приходил. А Макото сидел у меня на ручках и смотрел. А потом потянул ручки к блондину. Я положил его на грудь Наруто. Малыш положил свою голову как раз там, где сердце. Обнял его своими крохотными ручками, и закрыл глаза. Акира повторил за братом, и лег под бочком блондина и тоже закрыл глаза. Я стоял и любовался ими. Это такая милая картина… была бы, если бы блондин просто спал, а не был в коме. Я нежно улыбнулся, но с долью грусти, и подошел к ним и поцеловал омегу в лобик. «Семья» — понеслось в моей голове. А ведь действительно семья. И мы ею обязательно будем. Я в этом уверен.       — Все будет хорошо, — пошептал я на ушко блондина, — я больше не позволю тебе страдать. Я люблю тебя.       После моих слов я ощутил влагу на своей щеке. Но, я не плакал. Посмотрев на блондина, я увидел, что с его глаза бежала слеза. А его ресницы задрожали. Но, как я не ждал — глаза не открылись. Я не отчаивался, я знал, что не сегодня, так завтра это произойдет.       Засмотревшись на блондина, я и не заметил, как пришел вечер. Разбудив старшего сына, и взяв на руки младшего, мы отправились домой. По приходу я накормил детей и уложил спать. Обычно они не ложились так рано спать, особенно младший. И засыпал где-то ближе к одиннадцати ночи. А сейчас только восемь вечера. Но, этот раз они выглядели очень уставшими. Макото так вообще уснул у меня на руках, пока я его кормил. Но, мне это было на руку. Теперь у меня было время чтобы все узнать об Акире.       Так как я был не только певцом, но еще и далеко не последним человеком в бизнесе, то у меня были хорошие связи с директором одного очень хорошего детективного агентства. Я позвонил ему и рассказал о мальчишке все известные мне данные, и он тут же принялся за работу. Наш разговор затянулся на два часа. Поэтому по окончанию разговора я отправился в душ, а потом спать. Но перед этим проверил мальчишек. Они как всегда спали в одной кровати. Акира обнимал младшего и сопел ему в макушку. Может кто-то побоялся бы оставить пятимесячного ребенка в кровати с четырехлетним. Но, я знал, что старший позаботится о нем. Я не знаю, почему я в этом был уверен, я это чувствовал. Да, и я практически с рождения спал с Итачи и ничего. Поэтому я не боялся. Поцеловав каждого в лобик, я поправил одеялко и тоже отправился спать.       Но, поспать мне долго не дали. Где-то в три ночи ко мне залетел перепуганный Акира.       — Отец, — да, он сразу начал меня так звать, — Макото весь горячий.       Я сразу подорвался и побежал к нему. Приложив свою руку к его лобику, я понял, что у него жар. Но, так же мне не нравился вид старшего. Проверив и его температуру, я ужаснулся. У них у обоих был жар. Быстро собрав их, я усадил их в машину. Младшего положил в специальное кресло, и сразу же поехал в больницу. Мне было проще их туда отвести чем ждать когда приедет доктор.       По приезде в больницу, я сразу нашел дежурного врача и детей у меня забрали и положили в палату. Так как дети были маленькие, меня оставили с ними. Но, так как палаты состояли в основном с омег с детьми, они не знали где нас разместить, все же я альфа.       Пока решали эту проблему детям уже немного сбили температуру, но она еще оставалась высокой. Через полчаса нас отправили в палату. Убедившись, что дети спят с ними все нормально, я решил сходить проверить как там Наруто. Его палата была в конце коридора.       Когда я зашел в нее, я ощутил изменения. Но, я их не видел, а скорее чувствовал. Внешне все оставалось, так как было, но все равно что-то невидимое глазу изменилось. Я присел на кровать к блондину, и поцеловал его в лобик.       — Ты вот лежишь тут, отдыхаешь. А по тебе дети скучают. Младший вообще твоего тепла не ощущал. Хватит уже отдыхать. Ты нам очень нужен. Мы любим тебя.       Я снова поцеловал его, только на этот раз в губы. Это было простое прикосновение губ. У него губы холодные, но очень нежные. После этого я ушел к детям, я не мог их оставлять надолго одних.       Оставшаяся часть ночи прошла без происшествий. Утром дети чувствовали себя намного лучше. Но выглядели уставшими. Как только они получили свое лекарство, я взял младшего на руки и мы пошли к папочке. Акира снова начал рассказывать, что он заболел и, что ему сделали болючий укол, но он как настоящий альфа не плакал. Макото тоже потянул ручки к папе, и как обычно я его положил на его грудь, омежка обнял папу и закрыл глазки. Акира сидел возле блондина и гладил брата по голове. В этот момент к нам зашла медсестра и сказала, что ко мне пришел мужчина. Я выглянул из палаты и увидел Хатаке, директора детективного агентства. Увидев меня, он подошел ко мне:       — Привет, Учиха.       — Привет, Хатаке, — в тон ему ответил я, — что так и продолжаешь ухлёстывать за тем омежкой?       — Саске, это не твое дело, — шуточно огрызнулся тот, — я вообще-то по делу.       — Что узнал?       — Значит так. Четыре года назад в городе Токио, в одном не очень благополучном районе произошло изнасилование омеги. Насильник не только изнасиловал его, но и нанес раны на лицо жертве. Омегу доставили в местную больницу с травмами средней тяжести. Но, так как организм молодой он быстро поправился. А через месяц оказалось, что он беременный. На все предложения докторов сделать аборт, он дал категорический отказ. Он всегда говорил, что этот ребенок его и точка.       — Какое имя этого омеги?       — Узумаки Наруто. А тот мальчик, о котором ты хотел узнать и есть его сын.       — Имя насильника?       — Ты действительно хочешь это знать?       — Если бы не хотел не спрашивал бы, и не просил тебя разузнать об этом.       — Только прими эту новость спокойно.       — Хатаке!       — Имя насильника… Учиха Мадара.       — ЧТО? — в шоке выкрикнул я.       — Отец, что случилось, — выбежал сразу Акира, — почему ты кличал?       — Прости, малыш, я не хотел тебя напугать, беги присмотри за братишкой.       — Холошо.       — Я так понимаю этот малыш и есть тот мальчик? — спросил Хатаке.       — Да, это он и есть. Теперь мне многое стало понятным.       — О чем ты?       — Когда я увидел Акиру впервые, я не мог понять, кого он мне напоминает. И в нем я чувствовал что-то родное. А когда на свет появился Макото они стали неразлучные. Прям как я с Итачи. Но, тогда я не мог объяснить эту связь. У него нет крови Учихи, в отличие от Макоты. Но, оказывается он тоже Учиха.       — Выходит, Акира твой двоюродный брат.       — Нет! Он мой сын. Точнее скоро им станет.       — Что ты собираешься делать с полученной информацией?       — Ничего, — спокойно ответил я, — этот ублюдок уже мертв. Ему повезло, иначе умирал бы он мучительно и долго.       — Он и так умер не простой смертью.       — Для таких как он, это очень быстро и просто. Хоть его и убили смертельной инъекцией по решению суда.       — Жестокий ты, Саске.       — Нет, просто справедливый, — при воспоминании о своем дяде, меня всегда наполняет жестокостью, — а теперь прости, я должен вернуться к семье. Спасибо за помощь.       — Всегда пожалуйста, — он кивнул и ушел.       — Ну, что мальчишки, пора возвращаться в палату, — обратился я к сыновьям, — папе нужно отдыхать.       Я взял на руки старшего и быстро отнес в палату. Он уснул из-за того, что у него поднялась температура. Уложив его в кровать, я быстро отправился за младшим. Вернувшись с омежкой, я уложил его в специальную кроватку для младенцев. Но, он начал капризничать, и я сразу переложил его к брату. Тот не просыпаясь, обнял его, и они спокойно уснули.       Я вернулся к своему истинному, поцеловал его, и стал рассказывать:       — Видишь, как получилось. Оказывается твой сын мой родственник. Хотя теперь он мой сын. Если бы я знал, что мой дядя изнасилует моего омегу, я бы его убил сам, еще тогда когда мы спасали от него омегу моего брата. У него, наверное, был нюх на наших истинных омег. Прости, что тебе пришлось это пережить. Из-за него тебе пришлось стать тем, кем ты был. Но, я тебе обещаю, больше никогда, слышишь никогда, тебе не придется жертвовать собой.       Я поцеловал его в уголок губ, положил свою руку на его лицо, и провел большим пальцем по шрамам.       — Я люблю тебя, Наруто.       После этих слов я еще раз посмотрел и отправился в палату к мальчикам. Убедившись, что с ними все хорошо, я тоже лег немного поспать.       Но, через час меня разбудил шум за дверью. Когда я вышел, по коридорам бегал медперсонал. И то, что я услышал, выбило землю из-под моих ног второй раз:       — Омега, который находился в коме, умер, не приходя в себя. У него отказало сердце.