Последняя звезда

— Нет! — решительно заявила Андайн. Фриск не менее решительно настояла на своём. — Нет! Это окончательное решение! Папирус, зачем ты вообще ей рассказал?! — Скажем так... — скелет виновато отвёл взгляд в сторону. — Иногда она бывает очень убедительной! Санс со снисхождением посмотрел на брата: тот продержался дольше, чем он рассчитывал. А ведь Фриск терроризировала их с вопросами целую неделю, с перерывами на сон, еду и некоторые другие человеческие нужды. В итоге Папирус сдался и рассказал о пленнике. И, как итог итога, девочка сейчас здесь, в гостиной дома, прямо под которым вырыта база, в которой находится пленник, которого конвоируют два пса-стражника, которые находятся в соседней комнате и знать не знают сколько сейчас котов пробежало в черепушке у старшего скелета. — Мы не можем его отпустить, понимаешь? — амфибия тяжело вздохнула, предчувствуя предстоящие объяснения. Но ребёнок явно не собирался их слушать. Вместо этого она перешла в наступление: — Мы должны отпустить его. В этой короткой фразе можно было услышать всё, начиная от самой этой фразы и заканчивая угрозой рассказать всё Ториэль. Последнее хоть и было весомым аргументом, но всё ещё недостаточным, чтобы изменить мнение главы королевской гвардии. Ещё раз мысленно взвесив все за и против, Санс решил вступиться за более юную подругу: — А что если записать на камеру его признание в убийстве? — Он может сказать, что мы его запугали. — Даже если так, то что мешает нам действительно его запугать? Андайн с недоумением посмотрела на скелета. Он продолжил: — Мы можем пригрозить ему повторным заточением или даже хуже. Если он будет знать, что находится под нашим наблюдением, то не станет делать лишнего. Амфибия задумалась. — Стойте здесь. Я обсужу это с Альфис, — последнее предложение прозвучало уже из другой комнаты. Фриск довольно улыбалась.

***

— Ты уверена? Если что-то пойдёт не так, то начинать придётся с самого начала. А я не уверен, что смогу правильно повторить все сказанные тогда шутки. Не лезть же мне из кожи вон, чтобы их вспомнить. Девочка решительно кивнула: — Я не хочу сожалеть о принятых решениях. Скелету оставалось лишь пожать плечами. Как и раньше, они за мгновение добрались до горы Эботт. Но на сей раз они не стали останавливаться у её входа и сразу пошли дальше. В прошлый визит оставалось лишь три звезды. И, если теория Санса верна, то ещё хотя бы одна должна была остаться. Площадка перед лабораторией была пуста. И хоть по Фриск и не скажешь, но на неё накатило волнение. Пока ещё небольшое, но уже явно дающее о себе знать. — Что ж, первый мимо. Куда теперь? Некогда уютный снежный город превратился в помойку. Не настоящую, но вполне ощутимую для его бывших жителей, в то время как новых всё более чем устраивало. В подземелье были люди. Даже не так. Они там не просто были, они там жили. Следы их пребывания были повсюду. Санс старался не осматриваться: в прошлый раз когда он был в Сноудине несколько следов вели в его с Папирусом старый дом. Скорей всего "гости" не смогли тогда войти из-за запертых дверей. Но прошло уже несколько месяцев и, судя по тому, что стало с городом, дом вряд ли пустует. Скелет не хотел этого знать наверняка. Лишь одна эта мысль была ему противна. — Ну что? — спросил он наконец. — Есть сох... — Да это ж посол! Эй, гляньте! — раздался пьяный голос у них за спиной. Быстро, не оборачиваясь, Санс взял Фриск за руку и переместил их обоих обратно в Хотленд. Девочка недоумённо посмотрела на него. — Там ведь не было сохранения, не так ли? Она кивнула, но в её взгляде всё ещё читался вопрос. — Не уверен, что они хотели просто поболтать. Лучше не влезать в неприятности, которых можно избежать. И снова не то. — Зачем людям жить в подземелье? У них ведь есть поверхность. Теперь удивился монстр. Немного подумав, он ответил. — По многим причинам. Кому-то негде жить, кто-то скрывается. В общем, по-разному. Не забивай себе этим голову, иначе когда-нибудь в ней просто не останется места. Куда дальше? Задумавшись над словами друга, девочка помедлила и только потом ответила. — Серьёзно? Фриск просто кивнула. Будь у скелета глаза, он бы их закатил. Мгновение — и они оказались в деревне Тэмми, где одиноко мерцала последняя звезда.

***

Всё было хорошо. Несмотря на все тяготы жизни, которые иногда встречались на его пути, всё было хорошо. Хорошо и обычно. Обычное детство, обычная юность. Обычная школа и обычный университет. Обычная работа. Обычные проблемы. Обычные люди вокруг. В общем, всё настолько обычное, что даже скучно. Но такая скучная, вполне обычная жизнь его более чем устраивала. Поэтому, когда появились ОНИ, он не смог примириться с этим. Изначально, пока монстры не покидали пределов своего клочка земли, всё было относительно нормально. Но, впервые увидев одного из них в живую, в пределах собственного города, внутри него как будто щёлкнул переключатель. Когда первое письмо было проигнорировано, — хотя он и не знал сколько надо было ждать, да и никакой конкретики не писал, — он решил действовать сам. Первое убийство принесло только страх. Страх быть пойманным, страх быть убитым в ответ. Но когда ничего, кроме освобождения города от мерзкой твари не произошло, страх пропал. Щёлкнул второй переключатель. Продолжая освобождать город от вторженцев, он чувствовал себя если не героем, то хотя бы участником священной, как он полагал, инквизиции. И неожиданно он понял, что ему до смерти надоела его обычная скучная жизнь. Раньше он жил без какой-либо цели. А сейчас она появилась. Со временем он начал освобождение других городов, продолжая посылать письма в надежде на то, что монстры уйдут сами. Но это была просто попытка оправдать свои действия. Ведь в то же время он понимал, что ему всё это нравится. Поэтому сейчас, прижатый посреди улицы лицом к земле, он не чувствовал страха. Полная уверенность в своей правоте, в том, что он делает благое дело для всего человечества, заставила чувствовать себя неприкосновенным.

***

Как Санс и предполагал, рептилия забросила идею с сайтом ещё где-то в самом начале. И не только потому, что делать там, как оказалось, решительно нечего. — В-в общем я потратила неделю на то, чтобы рассортировать все доклады и п-письма. И... — Альфис замялась и, глубоко вдохнув, вымолвила на одном дыхании: — я поняла, к-как нам найти автора писем. В комнате воцарилось молчание. Все присутствующие, в силу своих возможностей, ибо Альфис не двигалась, посмотрели на бывшую королевскую учёную. Та же бросила взгляд на Андайн, ища в ней поддержку. И неподдельное восхищение на лице амфибии придало уверенности влюблённой рептилии. Она продолжила: — Я-я состыковала даты прихода писем с датами и местами, где пропадали монстры. Ну, з-знаете, к Андайн до сих пор обращаются, когда что-то случится, — не без гордости объяснила Альфис и так всем известную информацию. — И, ну... Кое-где совпадений было слишком много.

***

— Отпустите, вы, мерзкие псины! Отпустите! Псы-стражи, навалившиеся всей толпой, даже не думали отпускать. — Люди, помогите! Вы что, не видите что здесь творится?! Прохожие с недоумением наблюдали за происходящим, не зная стоит ли вмешиваться. Но когда на сцене появилась Андайн, все сомнения сразу рассеялись: даже самый несведущий в делах монстров поймёт, что выступать против неё не стоит. Монстр, с явной злобой в единственном глазе, призвала магическое копьё и стукнула им о землю, встав в заранее отрепетированную позу. — Человек! — почти спокойно проговорила рыцарь. — Ты обвиняешься в убийстве множества невинных монстров. С этого момента ты помещаешься под стражу. А потом... с тобой разберутся людские законы.

***

— Что ж, браво! Браво, вы наконец-то нашли меня! Идиоты! Вам понадобилась ну просто уйма времени, чтобы найти одного-единственного меня! И как же вам это удалось, а?! В последнее время база НКГ использовалась не по назначению: тайные собрания переместились в уютную кухню, а сама яма стала подобием темницы, где вместо кандалов и наручников использовали стул и верёвки. — По запаху, — сухо ответила Андайн. — Запаху? — удивлённо переспросил новый пленник. — Запаху. — Мы дали псам понюхать новые письма, а потом отправились в нужный город, — тихо объяснил Санс Фриск. — Правда не обошлось и без парочки покусанных почтальонов. Они стояли чуть дальше остальных. Так, чтобы не очень бросаться в глаза. Хоть девочка и была решительно настроена на эту встречу, но вновь увидеть того, кто столько раз убивал её, заставило её содрогнуться. — Идиотизм, — выдавил из себя человек. Но когда его взгляд упал на притаившуюся в углу девочку, он криво усмехнулся: — Надо же! Да тут даже посол заразы объявился. Как мне тебя называть? Ну как, а? Главная инфекция? Девочка-чума? Гибель человечества? Ну же, не прячься за этими костями, они не скроют от меня твою мерзкую азиатскую рожу! Что, как плести всякий бред на публике, так мы смелые? А когда правду в лицо говорят, так зассала, да? По... — его гневную отповедь прервал сильный удар в челюсть от облачённой в доспехи девушки. — Достаточно, — сквозь зубы процедила амфибия. И, как раз вовремя, на базу вбежала Альфис. — П-приехали, — коротко сказала учёная, пропуская вперёд двух людей в форме.

***

Он сознался во всём. Не видя смысла скрывать своих подвигов, он в красках описывал всё, что сделал. А может даже и больше. Так как от монстров после смерти остаётся только пепел, то полностью подтвердить его слова нельзя. Да даже в тех случаях, про которые они знали наверняка, отнюдь не везде можно было что-то доказать. Но пока Геракл сам не стал своим Ефрисфеем, дело шло гладко. Гладко всё прошло и для вновь победившего "номера один". Наступил очередной полугодичный праздник. Последний из них. Ибо уже через неделю после него в подземелье исчезла последняя звезда сохранения.