День, изменивший всё

Прошел почти год после бала “Нортвестов”, и в Гравити фолз наступило очередное лето. До следующего ежегодного бала оставалось чуть больше недели, и Пасифика была этому несказанно рада. Ведь в прошлом году, на балу она впервые в жизни ослушалась родителей и еще при этом испачкала их любимый ковер. После того, как бал покинул последний гость, и двери их поместья были закрыты, на весь особняк раздался злобный голос. - “Пасифика Элиза Нортвест!” – Громко прокричал ее отец. Пасифика тут же подскочила к родителям и опустила голову, зная, что ей щас очень сильно достанется. - “Мало того, что ты ослушалась нас и впустила в наше семейное поместье простолюдинов, так еще и запачкала наш драгоценный ковер ” – Говорила злобным голосом ее мать. Пасифика едва хотела ответить, но ее перебил колокольчик, и она сразу же закрыла рот, не смея сказать и слова. - “Ты наказана!” – Сказал отец. -“Ровно на год! До следующего бала!” – Добавил он. И если другие дети, во время ссоры с родителями слышали подобные фразы, то знали, что их родители как всегда преувеличивают, и наказание продлится не больше неделе. Но Нортвесты не такая семья, как все. Пасифика сразу поняла, что ее родители говорят абсолютно серьезно, и снисхождения ждать не стоит. -“А теперь уйди с глаз долой”- Сказал отец, и Пасифика немедля удалилась к себе в комнату. Она не могла позволить себе пустить слезу перед родителями, но едва закрыв двери комнаты, она уткнулась лицом в подушку и буквально зарыдала. Эмоции переполняли ее. В ней смешались и злость, и обида, и грусть. Она думала, что какой-то ковер родителям дороже, чем она. Но, возможно, так оно и было. Родители никогда не слушали Пасифику, не уважали ее интересы, заставляли ее быть первой во всем, и в то же время буквально забивали на ее достижения. Они растили наследницу Нортвест, а не дочь. Почти год Пасифика не покидала пределов поместья. Учителя приходили к ним домой, на занятия в гольф-клуб ее возил шофер на лимузине. Ей лишь редко было разрешено выходить в сад, но не более чем на час. И за весь год никто из ее знакомых, и даже друзей не пытался с ней связаться или навестить ее. Лишь один раз, в самом конце прошлогоднего лета, рыжей девчонки по имени Венди удалось проникнуть в гольф-клуб, чтобы Пасифика подписала открытку для близнецов Пайнс, которые покидали Гравити Фолз. Она подписалась своим любимым фломастером розового цвета, который всегда носила с собой. На листке, где уже было достаточно много подписей, в правом нижнем углу красовалась розовая надпись “Pacifica”, и вместо точки над буквой “i” она нарисовала сердечко. Толи она сделал это машинально, толи у нее были особые чувства к близнецам, особенно, к Дипперу. Она сама-то до сих пор не могла понять, кто он для нее - знакомый, друг, или нечто большее. Но своим врагом она его уже не считала, особенно, после произошедшего на прошлогодне балу. Она, кажется, навсегда запомнила слова, которые он сказал ей в той тайной комнате, и часто повторяла их у себя в голове. И вот он – заветный бал. Пасифика понимает, что уже завтра она сможет выйти за переделы поместья, повидаться с подругами, самостоятельно пройтись по магазинам, и, может, даже увидит его – Диппера Пайнса. На балу она старалась во всем угодить родителям, ведь расстраивать их за день до конца наказания, было никак нельзя. К слову, у нее это получилось, и в конце бала родители остались довольны Пасификой и даже напомнили ей, что завтра наказание заканчивается, но она и без того не забывала об этом ни на минуту. И вот оно – долгожданное послебальное утро. Пасифика проснулась довольно рано, раньше, чем обычно. Дальше шли стандартные водные процедуры и выбор наряда. Этому она уделила особое внимание. Она в свой первый “свободный” день хотела выглядеть лучше, чем обычно. После 40 минут поисков, она, наконец, выбрала, что надеть: на ногах были фиолетовые балетки и белые носочки, дальше шла нежно-розовая юбка, а сверху она нацепила белую рубашку, заправленную в юбку. Она спустилась вниз, позавтракала в одиночестве, так как родителей уже не было дома. После завтрака она радостно открыла двери поместья и сделала глубокий вдох. Выйдя на улицу, она отказалась от предложения шафера, дождалась, пока откроются ворота, и сделала шаг в совершенно иной мир. Она шла по дороге в город, с нетерпением дожидаясь встречи с подругами. В пути она наслаждалась всем: травой, деревьями, насекомыми, которые чаще всего бывают противны людям, и даже воздухом. Ведь здесь воздух был совершенно другой, несравнимый с воздухом в саду Норвестов. Найдя все-таки своих подруг, Пасифика увидела, совсем не то, что ожидала: две ее лучшие подруги шли совместно с неизвестной Пасифике девочкой. Они шли на встречу Пасифики, и та уже представляла, как они обрадуются ей, и как будут знакомить с таинственной девчонкой. Но тут мир для Пасифики буквально рухнул: её подруги просто прошли мимо, не обратив на нее никакого внимания. Она еще несколько минут стояла на месте, замерев и смотря куда-то в неизвестность, а когда обернулась, сзади уже никого не было. Она поняла, что больше не нужна подругам, что у них появилась новая предводительница, и что те, ради которых она ждала этот день, предали ее. Но ведь был еще он, мальчик в кепке с елкой. Пасифика, переживая из-за случившегося, ещё надеялась, что день, которого она так долго ждала, не станет самым худшим днем в ее жизни, и пошла куда-то вперед, надеясь встретить его, или хотя-бы увидеть. Она внимательно смотрела по сторонам, но его нигде не было. Выйдя за пределы города, она поняла, что сегодня уже вряд-ли она сможет встретить Диппера. Ей просто хотелась побыть одной, она пошла в лес, и чем дальше она шла, тем труднее было идти. Пасифика хотела уйти подальше от людей, чтобы никто не увидел ее слез, слез Нортвест – самой “железной” девочки Гравити Фолз. И вот, среди чащи показалась поляна, с засыпанным костром и бревнами вокруг него. Она села на бревно, которое было ближе к ней, и, закрыв лицо руками, начала плакать. Ей просто хотелось плакать, хотелось выплакаться. У нее никого не осталось, кроме, наверное, самых жестоких родителей на свете. И от этих мыслей ей становилось еще хуже. В это время по лесу шла странно одетая девчушка. На ней был ярко розовый свитер, а на нем изображение морды свиньи, и рядом с ней шло не менее странное домашнее животное – маленький поросенок. Это была никто иная, как Мейбл Пайнс, выгуливающая своего порося, по кличке Пухля. Она то прыгала вокруг него, то брала его на руки и кружила. Пухле это, скорее всего, даже нравилось и он довольно хрюкал. - “Смотри, Пухля, какое большое дерево” – тыкала пальцем Мейбл. - “А смотри, какой красивый цветок!”- продолжала она. - “Смотри! Пасифика Нортвест плачет” – незаметно для себя, сказала она. - “А посмотри на это…” – не закончила она, вернув взгляд на поляну, где сидела Пасифика. “Стоп! Что!?” – подумала Мейбл. “Пасифика Нортвест сидит на бревне в каком-то лесу и громко плачет?” – продолжала она. Сначала Мейбл не поверила своим глазам, но после пригляделась и выдала единственную фразу: “Вот те на, и в правду Пасифика!”. Она начала тихонько подходить, чтобы посмотреть поближе, но Мейбл совсем забыла про своего питомца. Пасифика, которая все еще держала руки на глазах, услышав громкое “Хрю-Хрю”, перепугалась и опрокинулась с бревна. Когда она открыла глаза, то увидела над своей головой свиную морду, и, естественно, испугалась так, что начала кричать. Тут же подскочила Мейбл, и, убрав Пухлю, протянула руку Посифике. Та испуганно посмотрела на нее и, в конце концов, схватила руку и встала. -“Что ты здесь забыла, Пайнс” – грозно спросила она. - “Я выгуливала Пухлю и увидела, что ты плачешь. Я была бы не Мейбл Пайнс, если бы не пришла тебе на помощь и не попыталась бы тебя утешить” - задорно ответила Мейбл. И тут же из нее вылетело: “А ты что, испугалась этого розового милашки?” - “Знаешь ли…” – фыркнула Пасифика и сразу же отвернулась, сложив руки на груди. - “Так что случилось?” – спросила Мейбл, в надежде, что Пасифика сразу все расскажет. Но.… Ни тут то было. Она лишь брякнула: “Не твое дело, Пайнс. И вообще я пришла сюда, чтобы побыть одной”. Но Мейбл не сдавалась: “Если ты расскажешь, тебе сразу же станет легче”. Пасифика задумалась. Ей самой очень хотелось с кем-то поговорить, кому-то выговориться, но у нее никого не осталось. И тут она поняла: девчонка, стоящая напротив нее, уже не казалась глупой оторвой, а выглядела вполне вменяемой, хоть держала под рукой свинью”. - “Ладно, Пайнс, я скажу тебе. Но ты обещай, никому не рассказывать” -“Обещаю” И Пасифика рассказала ей все, начиная от прошлогоднего бала и заканчивая сегодняшним предательством подруг. Единственное, что она не сказала – это то, что очень хотела увидеть Диппера. -“Воооооу!” – протянула Мейбл. -“Я бы свою подругу никогда не бросила, особенно в беде” – продолжила она. И тут Пасифика задумалась: Мейбл же не бросила ее сейчас, не прошла мимо. Возможно, она считает меня своей подругой. “А что же я? Какого мое отношение к ней?” – спрашивала себя Пасифика. “Сможем ли мы стать с ней подругами? Станет ли она той, кого мне не хватало все эти годы – настоящим другом? А почему бы и нет!”. Из размышлений ее вывел голос Мейбл. -“Слушай, а пойдем к нам, в Хижину Чудес, посмотрим телек, поедим пиццу” Пасифика была немного шокирована таким предложением, но отказаться она не смогла. И они пошли. По дороге Пасифика заваливала Мейбл вопросами. Начиная от немного шуточного: “Пайнс, так как ты говоришь, тебя зовут? ”, и заканчивая: “Мейбл, а вам что, разрешают есть за просмотром телевизора?”. Они дошли до хижины, и когда Пасифика пошла чуть вперед, Мейбл заметила, что у нее сзади на рубашке огромное коричневое пятно. -“Пас, у тебя сзади рубашка очень грязная” Пасифика сначала не обратила внимания, не замечая, что словами “Пас” обращаются к ней. Но пару секунд спустя она поняла, что Мейбл уже дала ей дружескую кличку, и от этого она немного улыбнулась. - “Ничего”- ответила Пасифика. -“Ну ладно, мы найдем, вот что тебя переодеть” Они дошли до двери, и Мейбл потянула ее на себя. Дверь открылась, и они зашли внутрь. В хижине никого не было, так как в воскресенье у ребят выходной, а дядя Стэн всегда уезжает по воскресеньям до позднего вечера. Тишину нарушала лишь музыка, доносившаяся со второго этажа. -“АААА! Опять Диппер слушает музыку на всю громкость” – сказала Мейбл И тут Пасифику осенило: Точно! Диппер! Я же увижу его! От этой мысли Пасифике стало гораздо лучше, и она даже улыбнулась. -“Так! Для начала достанем тебе свитер, и застираем твою рубашку” – сказал Мейбл. -“Это, действительно, так необходимо?” – немного напугавшись, спросила Пасифика. -“Еще бы” – ответила Мейбл и потащила ее за руку на второй этаж. Дойдя до двери, из которой играламузыка, они остановились. Пасифике музыка показалась очень странной, ведь она раньше никогда такой не слышала. Все, что ей разрешалось слушать – это классику. Пасифика прислушалась:

* You better lose yourself in the music, the moment You own it, you better never let it go You only get one shot, do not miss your chance to blow This opportunity comes once in a lifetime yo…*

Она заслушалась песней, но тут из транса ее вывел голос Мейбл. -“Подожди тут, за дверью. Сделаем Дипперу сюрприз” -“Окей’-Ответила Пасифика. Мейбл отрывает дверь, и музыка сразу становится тише. -“Здаров, бро, спорим, ты никогда не угадаешь, какая из подруг сегодня ко мне пришла?” Пасифика, услышав, что Мейбл назвала ее подругой, сразу забыла весь сегодняшний день, все плохое, что с ней случилось. -“Да господи, кто к тебе кроме Кэнди и Гренды может прийти?”- нехотя ответил парень. Пасифика, услышав голос парня, сразу же забыла о музыке, и хотела слышать только его. -“А вот и не угадал, не угадал!”- Закричала Мейбл, и, сунув руку за дверь, затащила в комнату Пасифику. Зашла та, которую Диппер ожидал увидеть меньше всего. Но где-то в очень глубокой глубине себя, он хотел чтобы это была именно она, ведь его отношение к ней изменилось после того бала, и изменилось явно в лучшую сторону. -“С каких пор вы подруги?”- немного удивленно спросил он. -“С тех самых, как ты стал заумным батаном” – последовал ответ от сестры. -“ХА-ХА-ХА”- саркастично рассмеялся парень. Пасифика же наблюдала за всем этим со стороны, и ей было немного неловко. -“Так, Диппер, быстро выйди из комнаты, нам надо Пасифике свитер подобрать” -“Как скажешь, сестричка» - все с тем же сарказмом сказал Диппер. -“Стой”- чуть крикнула Пасифика Диппер сразу замер. Ему очень понравился ее голос, он был такой нежный и мелодичный. -“А что это за музыка играет?” – спросила она Диппер хотел было ответить, но тут вмешалась Мейбл. -“Это рэп” - “Рэп? ” – изумленно спросила Пасфика -“Ну да. Мне не очень нравится. Вся его суть в том, что чернокожие дядьки в золотых цепях и широкой одежде меряются, ХМ, стволами ” -“Вообще-то Эминем белый” – буркнул Диппер Пасифика немного улыбнулась. Она смотрела на Диппера, и пыталась понять, что же в нем изменилось. Та же кепка, те же шорты, футболка, наверное, с того года еще осталась. Тут Диппер встал с кровати, на которой он все это время лежал, и прошёл мимо них, выйдя из комнаты. Пасифика поняла: рост – вот что в нем изменилось, он стал гораздо выше, даже выше своей сестры. Но тут Мейбл прервала раздумья, потянула ее за руку и открыла шкаф с вещами, в котором были в основном одни свитеры. После долгого выбора, она, наконец, нацепила на Пасифику свитер с ламой. -“И как?”- спросила Мейбл -“Колется очень”- ответила Пасифика. “Хм, колется, значит. Ну-с подберем тебе другой” -“А кроме свитеров у тебя есть что-нибудь?” Эта фраза прервала копание Мейбл в шкафу. “Не, у меня только свитера” – сказала та, и направилась к шкафу брата. - “А вот у моего братца, может, что-нибудь найдется для тебя” С этими словами он открыла шкаф Диппера и достала оттуда самую большую футболку. Мейбл быстро нацепила ее на подругу и задала все тот же вопрос -“Как?” Пасифика никогда не чувствовала себя так комфортно и удобно. Рукава футболки доходили ей до локтей, а низ почти до колен. -“Идеально” – послышался ответ. -“Ну, тогда пойдем» - сказала Мейбл, и отправилась к двери. Они спустились вниз, Мейбл закинула рубашку Пасифики в стиралку, и сама пошла на кухню за пиццей, сказав Пасифике, что бы та шла к телеку-по коридору, вторая дверь направо. Пасифика зашла в комнату: посередине стояло кресло, а перед ним телевизор. И тут она заметила, что телевизор работает и в кресле сидит Диппер, попивая газировку. -“Эм, привет” – сказала она. Диппер посмотрел на нее, и, увидев на ней свою футболку, сказал: “Нортвест, стесняюсь спросить, что на тебе делает моя футболка?”. Пасифика покраснела, она явно рассчитывала не на такой ответ. Немного опустив голову, она тихо сказала: ”Мне ее Мейбл дала”. Диппер понял, что сказал глупость, ему эта футболка даже не нравилась, она была велика ему. -“Ладно. Все нормально, можешь даже оставить ее себе, тебе очень идет”- сказал, улыбаясь, парень. Пасифика тут же подняла голову и улыбнулась ему. Они так и стояли лыбясь друг другу, пока не пришла Мейбл. -“Так! У нас тут пицца. Диппер, включай “Утку-Тива””- задорно крикнула она. Диппер переключил канал и встал с кресла, уступив место гостьи. -“Садись”- сказал он, смотря на Пасифику. Она улыбнулась, сказала: “Спасибо”, и плюхнулась в кресло. Тут же подлетела Мейбл и протянула им коробку с пиццей, Диппер взял кусок и сел на пол. Но Пасифика немного засмущалась. -“Ее что, надо есть руками?” -“Конечно» - хором сказали близнецы. -“Ты что, никогда не ела пицуу?”- спросил Диппер. Девушка лишь помотала головой. -“УУУУУУ! Это надо срочно исправить”- сказала Мейбл и протянула коробку еще ближе к Пасифике. Она взяла кусок двумя руками и аккуратно откусила небольшой кусочек. Она и подумать не могла, что это будет так вкусно. -“А у простолюдинов очень вкусная еда” Мейбл и Диппер посмотрели на нее, она сначала подумала, что сказал полную глупость, но когда близнецы рассмеялись, она поняла, что все нормально. Так прошел их вечер за просмотром телевизора и поеданием пиццы. На часах было 9:24 вечера. На улице уже начинало темнеть. -“Мне пора домой”-С грустью в голосе протянула Пасифика. -“Ладно”- вздохнула Мейбл и даже немного расстроилась. -“Мне очень понравился сегодняшний вечер, надеюсь, еще повторим” – посмотрела на Мейбл Пасифика Мейбел отдала ей рубашку и сказала: “на улице уже темно, Диппер тебя проводит, а мне надо убраться”. -“А?» - одновременно спросили Диппер и Пасифика -“Что-то не так”- спросила одна из близняшек. Диппер понял, что это его шанс остаться наедине с Пасификов, и, возможно, узнать ее получше. Пасифика же, не знаю того? думала о том, о чем и Диппер, о шансе остаться на едине. -“Нет, все нормально”- сказали они в унисон. Мейбл проводила их до двери, а сама пошла убираться. К слову, убрать надо было всего одну коробку пиццы. Но почему же она тогда не пошла вместе с ними? Возможно, в ней проснулась сваха, которая знала, что эти двое не ровно дышат друг к другу. Минут десять они шли просто молча, Диппер иногда пинал камушки на дороге, а Пасифика срывала листики с деревьев и мяла их в руках. -“Прошло больше половины лета, а я тебя только увидел. Почему?” – прервал тишину Диппер. Пасифика, не ожидала такого вопроса, и просто не знала, что ей делать: рассказать ему обо всем, или же промолчать. В конце концов, она приняла для себя решение. -“Давай присядем” – сказала она. Они сели на какую-то лавочку, освещённую фонарем. На улицах города никого не было, они были вдвоем, совершенно одни. И тут Пасифика заплакала. Диппер, мягко говоря, офигел. -“Что с тобой?”- со страхом спросил он? -“Понимаешь….”- перестав плакать, сказала она. Диппер посмотрел на нее, в свете фонаря ее мокрые от слез глаза сияли, как самые яркие на небе звезды. Он окончательно понял, что она для него больше чем друг. -“Помнишь прошлогодний бал?” – спросила девушка. -“Конечно, помню” – ответил он. -“Для меня этот бал одновременно стал самым счастливым и самым ужасным событием”- она опять начала плакать. Диппер , не зная что ему делать, принял, наверное, самое правильное за всю его жизнь решение: он приобнял ее, и начал гладить ее длинные золотистые волосы. Пасифика не ожидала такого поворота событий, но и вырываться она не стала, она лишь положила голову ему на плечо и хотела дальше плакать. Но плакать уже не хотелось, объятья Диппера сделали свое дело, и девушка почти моментально успокоилась. -“А теперь расскажи, что случилось”- тихо сказал ей на ухо Диппер. Девушка отстранилась от него, но не потому что ей было не приятно, а потому что она хотела посмотреть ему в глаза. И посмотрев в эти темно-коричневые бездонные глаза, она рассказала, рассказала все, даже то, что она очень сильно хотела его увидеть, и, что каждый день повторяла у себя в голове слова, которые н сказала ей на балу. -“Ты мне нравишься, Диппер”- сказала она. В нем вдруг что-то взорвалось, он понял, что его чувства не безответны. Он обнял ее и шепнул на ухо: “Ты мне тоже”. Они сидели, обнявшись, и просто молчали минут двадцать. -“Тебя, наверное, уже дома ждут” – вдруг сказал он. -“Пусть ждут” – ответила она, и они продолжили сидеть. Все оставшиеся дни лета, они проводили вместе, узнавая друг друга все лучше и лучше. К концу лета они, кажется, знали все друг о друге. Тридцать первого августа – в последний летний день, и по совместительству день рождение близнецов и день их отъезда, они как обычно встретились в полдень у самого большого дуба в лесу. -“Я сегодня уезжаю” – сказал парень. -“Я знаю”- очень грустно протянула девушка Но Диппер обнял ее, и сказал на ушко: “Но я буду каждый день тебе писать и звонить, а следующим летом мы снова увидимся”. Пасифика лишь улыбнулась. -“Эй, сегодня же твой день рождение, я чуть не забыла про подарок” – отстранилась от него девушка -“Подарок?» - удивленно спросил Диппер. Что же ты мне приготовила? -“А ты закрой галаза”- улыбнувшись, хитро сказала она. Диппер закрыл глаза и тут же почувствовал, как его губ коснулось что-то. Это что-то было очень мягким и таким нежным, с запахом карамели. Да. Она его поцеловала. И они оба хотели, чтобы это длилось вечно.