Тёмный Командир - 2

      Чёртовы гномы опять заполонили весь огород. Как они его находили и зачем, было неясно. Да и ладно, если бы это происходило где-нибудь в магическом районе… Так нет же! Совершенно обычная, маггловская деревушка никогда не имела репутацию гномьего царства. Более того — ещё ни один из соседей не жаловался на странных коротышек, ворующих морковку. Факт оставался фактом: твари обосновались именно у него и только на этом отдельно взятом участке.       Мужчина громко выругался, с мстительным удовольствием пнув за забор зазевавшегося воришку. Видимо, завязать с волшебством ты мог… а вот оно с тобой — никогда.       — Ольф? — позвали откуда-то из-за деревьев, скрывающих дальнюю часть сада. — Ну ты и забрался, конечно! Поближе спрятаться не думал?       По позвоночнику стрельнуло разрядом. Ольф подобрался, схватил в руки лопату, на которую до того опирался. Гостей он не ждал. Особенно таких, кто знал бы его старое имя.       Взгляд приклеился к тёмной фигуре, пробирающейся из-за деревьев. Ольф перенёс вес — сапог сдвинул рыхлую землю — подсогнул колени. Ну-ну… Подойди ближе. Мышцы напряглись, готовые к рывку.       С магом, конечно, справиться будет тяжко без палочки. Но кто сказал, что он сдастся без боя?       — Нормальные люди входят через дверь, а не через забор, уважаемый. Заблудились?       Гость широко развёл руками. Ольф заметался взглядом. Высокий, статный мужчина вышел наконец на открытое пространство. Начищенные ботинки, строгий костюм. Лживая дружелюбная улыбка на гладко выбритом… и несомненно знакомом лице.       Ольф моргнул. Крепче стиснул древко лопаты.       — Руф?              Скримджер хмыкнул. Кивнул, насмешливо дёрнув бровями — ни секунды не сомневался, что старый друг узнает его сразу. Ольф нахмурился. Косой шрам, надвое деливший лицо, сильнее врезался в кожу. Лопату-то как перехватил! Явно готовился не то обороняться, не то напасть первым. В этих руках даже столовая ложка могла стать смертельной.       Ещё немного посверлив товарища суровым взглядом, Ольф разразился смехом.       — Нашёл меня, значит!       — Знаешь же, от меня только на тот свет…       — …и то не факт!       Они крепко обнялись, в мгновение преодолев разделявшее их расстояние. Скримджер хлопнул по голой, нагретой солнцем спине, отстраняясь спустя долгие несколько секунд. Наверняка, со стороны они виделись странновато. Ростом Ольф едва не дотягивал до семи футов — и без того не хиленький Руфус на его фоне даже чувствовал себя неполноценным. Смуглый, покрытый шрамами, в одних джинсовых, обрезанных по колено шортах — тот ещё больше чем раньше выглядел вольным дикарём. Хотя небрежный хвостик почти белых жёстких волос и горящие безумным азартом льдисто-голубые глаза остались прежними.       Скримджер коротко рассмеялся. Сам себе показался неуместным в официальных одеждах Министра Магии посреди буйного растущего огорода на задворках цивилизации. Магглы бы назвали эту деревушку «богом забытым местом», а маги и вовсе о её существовании не задумывались. Не удивительно, что Ольф в итоге осел здесь.       Энди бы ими гордился.       — Совсем уж светло стало, — проворчал Ольф, озираясь. — Пойдём в дом, пока соседи из нор не повылезали. Расскажешь хоть чего!       Небольшой двухэтажный домик встретил их чудными запахами свежего молока и жареного бекона. Деревянные половицы практически не скрипели под лёгкими шагами Ольфа. Тот сразу скинул резиновые сапоги в крохотной прихожей и махнул рукой Скримджеру, призывая следовать за собой.       — Мать! У нас тут гость! — Ольф заглянул в первый встреченный проём по левой стене.       — Гость? Сколько уж… — мелодичный голос был едва различим за шипением масла и шумом воды, поэтому половина слов терялась по пути, — …а тут прямо спозаранку?       Скримджер замер где стоял — прямо посередине коридора. Женщина? Метнулся взглядом от старого друга к проёму, ведущему на кухню. Удивительное событие: кто-то сумел ужиться с Ольфом после всего, что тот пережил. Более того! В грубом, словно вытесанном из цельного камня голосе неприкрыто звучала нежность. Настоящая та была или нет — неважно. Дело принимало скверный оборот.       — Ну не ворчи, малютка. Мы не помешаем сильно.       Шум воды прекратился. Тихонько звякнула посуда, и из кухни вышла красивая, румяная женщина… макушкой достающая мужу чуть выше локтя. И то, только встав на носочки. Скримджер на мгновение растерял привычную вежливость и доброжелательность. Идеальная картина — хоть на первую страницу журнала для домохозяек пускай.       — Знакомься, дорогая, — Ольф лучился радостной гордостью, — это мой давний друг и сослуживец, Руфус Скримджер.       — Лива, — лёгкая улыбка вышла у женщины тревожной, а протянутая ладонь чуть подрагивала.       — Рад знакомству. — Скримджер включился в привычный режим за секунду. — Для меня приятная неожиданность видеть вас…       Закончить официально-добродушную фразу помешал торопливый топот на лестнице. Руфус замер на полуслове. Внутри всё похолодело. В коридор наперегонки вбежали два белокурых мальчишки. Старший явно поддавался младшему, но в последний момент вырвался вперёд, на недовольный окрик показав брату язык.       Скримджер тряхнул головой. Зря он сюда пришёл. Уговорить Ольфа на самоубийственную авантюру теперь не сможет никто во всём мире. Жена, дети… мирная жизнь, которой, как видно, всегда ему не доставало, выросли между ними непроницаемым барьером. Скримджер отступил на шаг.       — Что ж, было очень радостно повстречать тебя, друг мой. Но, кажется, мне уже пора восвояси…       Вежливо откланявшись, пользуясь всеобщим недоумением от резкой перемены, он выскользнул на улицу. У входной калитки позволил себе мысленно выругаться. Этот человек, так необходимый Британии в данный момент, был окончательно потерян.       — Руф! Ты чего? — догнал его в прошлом лучший из Охотников… и последний из оставшихся. — Так быстро сбегаешь!       — Не знал, что у тебя семья, — неожиданно честно выпалил Скримджер, оборачиваясь.       На пару мгновений повисло молчание.       — Ну да! За столько лет всё могло и измениться, не думаешь? — Ольф громко хохотнул. — И это тебе не даёт внятно растолковать мне причину своего визита?       Скримджер сильнее сжал зубы.       — Ясно же, — Ольф втиснулся между ним и калиткой, перекрывая путь к отступлению, — не стал бы ты меня искать, если б не случилось чего. А поискать долго пришлось, не так ли?       — Не так чтобы очень.       — И что такого стряслось, что ты ко мне вот так заявляешься? После того, как лично приложил все усилия, чтоб я даже не думал появляться на вашем чёртовом острове!       — Тебе бы громкость подрегулировать, — Скримджер поморщился. — Если и дальше думаешь жить здесь…       — К чёрту! — рыкнул Ольф. — И гномов, и магглов этих… и грядки! Думаешь, легко было так всё забыть и жить, как ни в чём не бывало?!       Почтальон, именно в этот момент показавшийся из-за угла, резко дёрнул в сторону велосипед, едва не снеся одну из соседских клумбочек. Сколько лет он уже развозил по деревне почту — ещё никогда не слышал таких эмоций от Оливера Нильсона. И хотя тот не водил тесной дружбы ни с одним из жителей, в отличие от своей жены и сыновей, всё-таки поддерживал какую-никакую связь с соседями. Люди считали его простодушным, мирным, но крайне замкнутым…       Уже в следующее мгновение немолодой почтальон поймал себя на мысли, что совершенно не знал, как оказался здесь. Он прекрасно помнил, как выехал от своего дома, а потом… И о чём он только что думал? Мужчина, проворчав что-то вполголоса, круто развернулся. Вот так и подкрадывалась старость!       Стоило велосипеду скрыться за дальним поворотом, как Руфус снова повернулся к Ольфу. Как раз вовремя, чтобы заметить голодный взгляд, которым тот проводил волшебную палочку, убранную во внутренний карман мантии.       — Волдеморт вернулся.       Ольф поражённо вздохнул, его ноздри хищно раздулись. Скримджер боком опёрся на забор, перенося вес на здоровую ногу. Да, друг многое пропустил, находясь в информационной изоляции больше десяти лет. Полностью отказаться от мира магии было единственным для него путём спасения.       Оставался ли хоть шанс, вернуть его обратно?       — С ним Пожиратели. И Тени…       — А что Министр? Небось отсиживается в уголке, лепеча, что всё под контролем? — ухмылка Ольфа стала продолжением его шрама.       — Я Министр. — Скримджер подался вперёд и, выждав пару секунд, добавил: — Теперь.       Громкий, надрывный хохот разнёсся по сонным окрестностям. В голубых глазах, таких светлых, что радужка едва ли не сливалась с белком, разжёгся целый пожар. Совсем как прежде.       — Тени. Какие они теперь? Мы же их всех перебили как крыс! А те, что выжили, давно сгнили в Азкабане… — в голосе Ольфа послышалось рычание. — Вместе с нашими… Из-за этого дурака Фаджа!       — Он мёртв.       Широкая ухмылка в сочетании с безумным взглядом могли бы напугать кого угодно, только не Скримджера. Он лично завязался сразу в несколько узлов в своё время, чтобы помочь вытащить Ольфа из-под плахи. Той, на которую отправили всех Охотников, выживших в боях с тёмными тварями, объявив членов неподконтрольного Главному Аврору отряда даже не преступниками — чудовищами.       — И смерть его была достойной всех глупостей…       — На части разорвали твари? По кусочкам растащили? — вновь хохотнул Ольф, теша себя догадкой, и, получив немое подтверждение, издал ликующий возглас: — Да ты брешешь!       Скримджер фыркнул, вытаскивая из-за пазухи плотный свёрток.       — Полюбуешься потом. Пресса на славу постаралась… И теперь ты, наверное, уже догадываешься, по какому вопросу я пришёл к тебе?       Улыбка Ольфа превратилась в оскал. Он вскинулся точно дикий зверь, почуявший наконец добычу спустя столько лет. С благоговением принял пакет, жадно рассматривая, словно пытался прямо через плотную бумагу прочесть содержимое.       — Хочешь, чтобы я вернулся?       — Нет, Ольф. Я хочу, чтобы вернулись вы. Охотники.       Тот тут же помрачнел. Смерил взглядом исподлобья.       — Визенгамот никогда…       — Они больше не имеют права голоса. Я ввёл военное положение… — Скримджер с превосходством вздёрнул подбородок. — Ты спрашивал о Тенях. Да, многие сгинули… но кто-то собрал эти огрызки вместе. И не только.       — «Кто-то»? Намекаешь на то, что…       Руфус кивнул.       — Да, мыслишь верно. Кто-то либо выдаёт себя за Тёмного Командира, либо…       — Невозможно! — отрезал Ольф. — Мы многим пожертвовали, чтобы этот выскочка больше не вернулся.       — Тем не менее. И это не все новости.       Ольф пошатнулся, как если бы у него из-под ног выбили почву. Схватился за забор — тот натужно скрипнул под стальными пальцами.       — Помедленнее, старик. Моя заржавевшая думалка не поспевает за тобой.       Скримджер усмехнулся и проронил решающие слова:       — На нашем «чёртовом острове», как ты выразился… завёлся некромант.

      ***

      Работа помощника Министра Магии не очень-то отличалась от обязанностей секретарши начальника какого-нибудь Отдела неправомерного использования Всевкусных Драже Берти Ботс. Подай, принеси, договорись… следи за тем, чтобы Министр не опаздывал на встречи. Даже со сменой Фаджа на Скримджера разница не чувствовалась. С этой стороны — как казалось Перси Уизли — все Министры одинаковы. Они с головой уходили в то, что было интересно им одним, и напрочь забывали о прямых обязанностях.       У Фаджа таким интересом являлся моральный облик Министерства. Он с радостью позировал перед колдокамерами, представляя новейшие разработки, поддержкой которых занимался чуть ли не сам лично, или посещал Больницу Святого Мунго… Скримджер же на первый взгляд казался полной его противоположностью. Матёрый вояка, дисциплинированный и решительный. Его больше интересовали отчёты о работе аврората, дипломатические договорённости с государствами-соседями и Отдел Тайн. Народ таким переменам по большей части радовался, а вот Перси это не сильно воодушевляло.       Он так же, как и при Фадже, напоминал по несколько раз на дню о важных экономических встречах, проблемах разных отделов… и неизменно находил Министра в кабинете, по уши загруженного делами. В то время, как уже десять минут назад, тот должен был отправиться на встречу.       Не сказать, что Уизли его положение так уж не устраивало. Нет, он шёл к этой должности целенаправленно, ещё в Хогвартсе решив, что место его в Министерстве. Как можно ближе к верхушке, в состав которой парень из небогатого рода всё равно не имел ни шанса попасть. Как бы ни хотелось. Видя бедствующее положение своей семьи, Перси дал слово, что его дети никогда не пройдут через это. Он сделает всё возможное, чтобы только…       — Мистер Вилкас. — Дежурная улыбка появилась сама собой, когда дверь в приёмную открылась.       — А, Уизли. Всё на посту, — хмыкнул полноватый мужчина, заведующий Отделом магического хозяйства. — Все бы так работали как ты, и у нас никогда бы не появлялось авральных заданий… Министр у себя?       Перси учтиво кивнул, принимая похвалу, в его случае граничащую с насмешками.       — Министр Скримджер удалился по делам. Он просил не беспокоить его до двух часов. — Взгляд мазнул по расписанию, переправленному размашистым почерком. — Ему что-то передать или?..       Уже третий день приходилось спешно перекраивать распорядок для Министра, руководствуясь его расплывчатыми указаниями. Скримджер в последнее время нечасто появлялся не только в своём кабинете, но и в Министерстве в целом. Министр Магии опять нашёл дела поважнее, а потому оставил всю текущую работу на своего бедного помощника. Впрочем, Перси было не привыкать. Он прекрасно справлялся и с этими дополнительными обязанностями. Если бы только его не разрывали на части недовольные отменой или переносом важных внутренних встреч…       — Ты записываешь, Уизли? — Вилкас нахмурился.       — Я всё запомнил, не беспокойтесь. — Скулы начинало сводить от беспрестанной необходимости улыбаться. — Министр получит сообщение, как только вернётся.       — Для тебя же лучше, если так оно и будет.       Не говоря больше ни слова, мужчина вышел из приёмной, хлопнув дверью чуть громче, чем следовало. Перси вздохнул и, пошарив рукой в одном из многочисленных ящиков стола, на ощупь вынул пузырёк бодрящего зелья. Его доза в крови довольно долгое время превышала все допустимые отметки, но Перси не мог позволять себе спать дольше, чем два часа в сутки. Слишком многое нужно было успеть, и поэтому время на остальные заботы, включая еду и сон, сокращалось безжалостно.       Горечь зелья ещё не успела сойти с языка, когда в приёмную через узкое окошко в двери влетел белый клочок бумаги. Покружив над Перси, тот спланировал к нему на стол.       Раньше в Министерстве для передачи коротких писем использовали карликовых сов, но от птиц вскоре пришлось отказаться — грязь и шум стояли невообразимые. Именно тогда умельцы из Отдела Тайн пришли на помощь служащим, показав одно занимательное заклинание, позволяющее зачаровать послание так, чтобы то само нашло адресата. Такими записками по сей день и пользовались.       Но этот клочок бумаги был другим. По крайней мере, никто в здравом уме не придал бы обычной служебке форму странной несимметричной звезды. Перси нахмурился. Подписи или обычных цветовых обозначений на ней не имелось, и правила в таких случаях рекомендовали незамедлительную утилизацию. Ещё чего не хватало: тратить драгоценные секунды на неформальные записки!       Руки, вопреки здравому смыслу, потянулись к звезде.       

      Отражение

      Призрак дементора

                          идущий по

                                                                         дороге звёзд

      не                                       

                                                 осТановили                                                        бы     стражи       

      Никто не знает о месте, но все говорят.

      Через пламя во тьму.

             Первое, что бросилось в глаза — ровный, угловатый почерк. Это были не торопливые каракули и не идеальные строчки от самопишущего пера. Тот, кто писал записку, явно обдумывал каждую букву, каждую черту… Вот только в этом всё равно не было никакого смысла! Перси смял проклятущую бумажку, отвлёкшую его от дел.       Всего несколько строк, не связанных никакой логикой, и не представляющие полезной информации. Чья-то очередная глупая шутка.       Тихонько звякнули настольные часы, оповещающие о новом деле. Перси проглотил ругательства, возникшие в голове. Он выбивался из графика на целых две минуты! Выхватив из подставки тонкую папку, он вышел из приёмной, выбросив записку в Голодное Ведро — подарок какого-то дипломата ещё прошлому Министру. То радостно заурчало, с готовностью проглотив угощение.       Ждать лифта было слишком долго, поэтому Перси направился к служебной лестнице. Уже спустившись на пару пролётов, шарахнулся в сторону от шуршащего бумажного облака, несущегося откуда-то с нижних уровней. То и дело от общего скопления отделялись несколько записок, чтобы прицепиться к стене. Перси, застыв на месте, поражённо разглядывал лестничный пролёт, почти полностью покрытый неровными звёздами с одними и теми же чернильными строчками.       Не останавливаясь ни на мгновение, белоснежное облако пронеслось наверх, обдав Перси, вжавшегося в стену, потоком воздуха. Парочка записок приклеились к мантии, придавая сходство с не до конца наряженной рождественской елью. Уизли с раздражением отодрал навязчивые бумажки. И кому пришло в голову шутить в такое время?       Коридор бежал навстречу, смазываясь от стремительности шага, но взгляд всё равно успевал отмечать белые звёздочки, прилепленные то тут, то там. Как ни странно, совсем немногих это раздражало. Большинство магов таинственно перешёптывались, украдкой пряча послания по карманам. Перси хмурился и едва держался, чтобы не фыркнуть с презрением.       Зачем им всё это?       — Неужто Визенгамот разрешил?.. — донёсся до ушей слишком громкий шёпот престарелой посетительницы, сидящей в очереди; в пальцах она сжимала целую стопку бумажных звёздочек.       — Да кто их будет слушать? Как Министр решил, так всё и будет…       Перси шага не сбавил: его не интересовали какие-то невнятные слухи. Юркнув в нужный кабинет, спасаясь от людских взглядов, заприметивших помощника Министра, он наконец перевёл дыхание.       — Вы опоздали, мистер Уизли.       Страшно худая женщина, напоминающая древнюю мумию, встретила его прямо за дверью. Перси от удивления промолчал: никак не ожидал, что встретит здесь кого-то кроме Главного Аврора.       — Тонкс, прекрати пугать Перси, — густым басом пожурил Кингсли, сидящий за столом. — Кажется, тебе нужно было идти.       Женщина совсем несолидно фыркнула и мгновенно превратилась в Нимфадору Тонкс. Такую, какой её знали в Министерстве. Взъерошив короткие волосы неброского, мышиного цвета, она ловко обогнула застывшего в проходе помощника Министра.       — Прости её, парень, — дождавшись, когда в кабинете останутся только они вдвоём, сказал Кингсли. — Тонкс в последнее время сама не своя.       — Ничего, — ответ прозвучал резко, и Перси поспешил сменить тему: — Я принёс отчёты, которые забирал Министр.       Кингсли кивнул и с готовностью перехватил папку в воздухе, хотя взгляд его был недовольным. Перси перемялся с ноги на ногу. Потребовалось время, чтобы собраться с духом.       — А как мои?..       — Ничего не изменилось с начала лета, — Кингсли покачал головой. — Тебе стоит вернуться в семью, им и так нелегко.       Перси упрямо сжал кулаки. Нет, он не мог вот так подставить сразу и семью, и Министра. Лучше для него сейчас — держаться на расстоянии. Враги слишком близко. Да и находиться в штабе Ордена Феникса с недавнего времени совершенно не хотелось.       — Тоже решил прихватить на память? — Кингсли поднялся из-за стола с тяжёлым вздохом. — Бесполезно — они всё равно пропадут в полночь.       Перси отступил на шаг, удивлённо осматривая себя.       — Что?       — Звезду путеводную, — Кингсли хмыкнул, снимая с его рукава белый листочек. — Наслушался небось всех этих историй об Охотниках?       Перси озадаченно нахмурился. Он решительно не понимал, какая связь могла быть между дурацкими бумажками и легендарными истребителями тёмных тварей. Разве что…       — Война, — он поражённо втянул воздух. — Их же не могут!.. Всех же казнили!       — «Казнили», да. Поэтому сейчас по всей магической Британии и летают путеводные звёзды.       — Будут набирать новых? Но они же не успеют… подготовиться. Солдаты нужны уже сейчас!       Кингсли невесело рассмеялся.       — Так ты тоже считаешь, что Охотники необходимы? Что авроров недостаточно для поддержания порядка?       — Я… — Перси замялся. — Конечно! Ситуация усугубляется, чтобы и дальше тешить свою гордость.       — А если они выйдут из-под контроля? Как тогда, — Кингсли понизил голос. — Представь только: сильнейшие, обученные солдаты, без единого сомнения уничтожающие любые проявления тёмной магии. Глухие к мольбам и обстоятельствам.       — Они ведь подчинялись Министру…       Повисло молчание, Перси судорожно вспоминал всё то, что читал в новейшей Истории Магии, пытаясь найти ещё контраргументы.       — Верно, — наконец, подал голос Кингсли. — Это их и сгубило.              К себе Перси возвращался крайне задумчивым. Люди вокруг перестали раздражать шепотками, а голова, побаливающая от избытка бодрящего зелья, больше не казалась чугунным котелком, по чудовищной ошибке прикреплённым к шее.       Нелепые бумажки, мельтешащие перед глазами всё утро, по итогу оказались отборочным шифром — знаком для желающих пожертвовать себя борьбе с тёмными тварями. Внутренности скручивались в узел от этих мыслей. В предвкушении, из-за любопытства? Перси кинул быстрый взгляд на звёзды, висящие рядом с кнопками лифта. Взгляд выцепил неясный знак, который складывался из черт, сперва казавшихся продолжением букв. Уизли чуть склонил голову. Это напоминало…       — Уровень первый. Министр Магии и вспомогательный персонал.       Он дёрнулся от женского голоса, объявившего этаж, и нервно огляделся. Никого. Золотая решётка с лязгом отъехала в сторону, и Перси колебался всего пару секунд, прежде чем сунуть злополучную бумажку в карман.       Нет, он конечно не собирался жертвовать всем и подвергать свою жизнь опасности. Перси решительно направился в сторону рабочего места. Он только попробует разгадать этот шифр… в угоду любопытству. Раз уж представилась возможность. Кингсли говорил, что такие бумажки будут летать по всей Магической Британии ещё сутки, после чего бесследно исчезнут. Так было уже дважды. Во времена Первой и Второй Магической Войны.       В приёмной было темно и тихо — Министр ещё не вернулся из Отдела Тайн. Что он там делал и почему уделял столько времени в последние дни, не знали ни его личный помощник, ни даже заместитель. Скримджер приходил в кабинет на пару часов и, раздав все указания, спешно спускался на девятый уровень. Где сейчас, вероятно, и находился.       Перси сел за стол, который и в самые загруженные дни являл собой образец чистоты и порядка. Работать иначе было невыносимо — всё должно находиться на своих местах. Но сейчас даже в идеальных условиях работа не шла. В мыслях крутились разрозненные строчки зашифрованного сообщения. Давно ведь не попадалась возможность поломать голову над логической задачей.       «Никто не знает о месте, но все говорят».       Маленькие буквы, змеящиеся по краю, существовали отдельно от всего остального шифра. Переливались таинственным блеском и притягивали взгляд.       «Через пламя во тьму».       Перси был уверен, что эти две фразы связаны между собой. Их нарочно написали другими чернилами и под одинаковым, чуть отличным от остальных букв наклоном. Но зачем? Выхватив из пластикового стаканчика карандаш, которым любил делать пометки, не рискуя измазать всё чернилами, Перси набросал на первом попавшемся под руку чистом листе очертания фигуры, которая прорисовывалась между строк.       Анх? И…       Перси не был уверен, что мелкие завитушки, окружающие без труда узнаваемый символ, как-то должны помочь в решении загадки, но на всякий случай решил перерисовать и их.       «Отражение. Призрак дементора».       Что за нелепица!       Настольные часы снова звякнули — выделенный себе перерыв подошёл к концу. Перси с разочарованием отодвинул бумажки. Он не мог тратить на никому не нужные загадки столько времени.              В этот вечер Министр на рабочее место так и не вернулся, ограничившись Патронусом, который объявил, что Перси может отправляться домой. Министерство, правда, тот покинул только через пару часов — пришлось заканчивать срочную работу, которая свалилась буквально из ниоткуда.       Привычно поставив портфель у стены, Перси без сил рухнул на диван прямо в одежде. Эта квартирка, которую он снимал, находилась на окраине Лондона, но имела единственный очень важный плюс — подключённый к сети магический камин. Впрочем, это и было главным условием. Наличие камина сильно упрощало жизнь и работу помощника Министра, поэтому являлось крайней необходимостью, а не доступной роскошью.       В кармане что-то вдруг зашуршало, пытаясь выбраться. Перси дёрнулся. Запустил руку в складки мантии и тут же зашипел — пальцы обожгло. На пол медленно спланировала вездесущая бумажная звезда. И как только прицепилась?       Перси устало потёр глаза. В тусклом свете некоторые слова едва заметно мерцали колдовской зеленью.       «По дороге звёзд».       Ну уж нет. Глупости! Перси вытянул волшебную палочку и, не вставая, ткнул в чересчур навязчивый клочок бумаги. Мстительное удовлетворение вспыхнуло вместе с запиской.       Всё. Больше никаких загадок и шифров. Хватит с него.       Пепел, осевший на дешёвеньком выцветшем ковре, притягивал взгляд неестественной чернотой. Перси недовольно цыкнул на самого себя. Вот же додумался! Надо было испарить бумажку, а не сжигать её… Он снова указал палочкой в ту сторону. Замер. Свесился с дивана, присматриваясь внимательнее. Пепел складывался в ровные, отчётливо различимые цифры.       23.59       Перси подскочил как ужаленный. Время! Это же время!       Из портфеля на низенький столик перекочевали ленивые карандашные наброски и обрывки переписанных фраз. Анх со странными завитками… Ключ к тайным знаниям в огне!       Перси довольно рассмеялся, разом позабыв об усталости и бессонных ночах. Он словно вновь оказался в Хогвартсе, где мог по несколько суток кряду разгадывать загадки и тайны замка, в перерывах между изнурительной подготовкой к занятиям.       Два часа. У него есть ещё два часа, чтобы разгадать шифр, и тогда…       Перси резко оборвал себя. Что тогда? Если успеть решить загадку до назначенного времени, что изменится? Он тряхнул головой, изгоняя подначивающие мысли. Конечно же, никуда он не пойдёт. Ему просто любопытно.              Ещё через полтора часа и три выпитых кружки крепкого чая Перси, наконец, начал понимать главную мысль послания, которое, по сути, являлось руководством — правилами поведения. «Отражение. Призрак дементора», — безликая, молчаливая фигура. Если бы он был таким, то его «не остановили бы стражи». Стражи чего? Места, о котором «никто не знает, но все говорят».       Перси начал склоняться к тому, что это Отдел Тайн. Хотя, возможно, на его мысли повлияло странное поведение Министра в последние дни…       «Они ведь подчинялись Министру».       Всё окончательно встало на свои места.       Когда-то Перси боготворил Министерство, потом — попав туда, восхищался работой каждого человека, как маленького винтика в огромной машине… и лишь после «бойни» с глаз спала пелена. Министерство оказалось не способно защитить не только мирных жителей, но и само себя. Орден Феникса же был бесполезной пустышкой, где за громкими фразами о мире не стояло ровным счётом ничего. Ещё и глава его оказался одной из темнейших тварей… нежитью.       Все мысли ухнули в опасную пропасть, которую Перси до этого момента старательно обходил.       Рон. Если бы в Министерстве тогда чуть больше озаботились безопасностью служащих, посетителей и учеников... Перси со злостью сцепил руки. Он ничем не смог помочь им.       Взгляд метнулся к пепельным цифрам на ковре. Почему же не сейчас?       Десять минут. На столе аккуратно свёрнутый тёмный плащ и трансфигурированная маска с наброшенной на неё же иллюзией. Переписанные заново строчки. Обведённые слова.       Сердце колотилось где-то в районе горла, оледеневшие пальцы подрагивали. Что, если он ошибся? Отец недаром же пугал в детстве разными, но одинаково ужасными страшилками. О том, как человек, назвавший неправильный адрес, навеки застревал между каминами. О том, как магов разрывало при перемещении только потому, что они забывали назвать пароль.       Одна ошибка — и это будет стоить ему жизни. Верный ответ — и его жизнь будет находиться под постоянной угрозой.       Сражаться или опустить руки. Жалеть об этом весь остаток дней.       Две минуты.       Плотная ткань едва не выскользнула из пальцев, когда Перси накинул мантию на плечи. Простая чёрная маска с одними прорезями под глаза — всё, на что хватило измученной фантазии, — насмешливо блестела, отражая пламя камина.       Горсть Летучего Пороха. Изумрудный всполох. Время.       — Министерство Магии. Отдел Тайн. По дороге звёзд.